В никогда

К счастью, довезти Рензо удалось незаметно. Тот предупредил Шу о том, что Избавители получили доступ к городской сети камер и потому тот, во-первых, ехал по как можно более запущенным улицам, а во-вторых, выводил встречающиеся у них на пути камеры из строя. Достаточно послать небольшой импульс, и хрупкая техника тут же давала сбой, для маадзи в этом не было ничего сложного. Да, в этом был некоторый риск, куча сломанных в одночасье камер могла вызвать подозрения, но так они хотя бы могли выиграть время. Войдя в свою квартиру, в которой они с Рензо ночевали перед самой отправкой на Мин, Шу тут же запер дверь на все замки и зашторил окна. Главный свет он решил не трогать, включив только лампы, которые позволяли прекрасно ориентироваться в пространстве, но были не такими яркими. Рензо рухнул прямо в коридоре, приложившись плечом к стене и наблюдая за тем, как его спаситель носится по квартире. На его спину, на руки, старательно старающиеся скрыть присутствие существ в квартире. На белые волосы, что спутанными локонами торчали в разные стороны. Того это как будто бы совсем перестало заботить и Рензо невольно вспомнилось о том, как его по первости ругали за испорченную прическу. Что-то изменилось. Что-то горькое повисло в воздухе. Оно забивалось в ноздри с каждым вдохом, проникало в легкие и разрывало те осколками стекла. - Шу. - Да? – Тот быстро подошел к нему и присел. – Ты весь в крови, нужно поскорее промыть твои раны и заживить их. У меня есть регенератор тканей. Только нужно подняться и дойти хотя бы до дивана, хорошо? – Он успокаивающе взял крылатого за здоровую руку и улыбнулся. – Теперь все будет хорошо. Шу осознавал, что показывать свое беспокойство и без того измотанному Рензо – последнее дело, поэтому старался держать себя в руках. Наверняка от взора ннеши это не укрылось, так внимательно тот всматривался в его глаза. - Все правда будет хорошо?.. – Болезненно взглянув на беловолосого, спросил Рензо. - Конечно, - без колебаний ответил он. Шу помог Рензо дойти до дивана и принялся обрабатывать его раны. Бинты присохли к коже и отходили плохо, а антисептики доставляли мучительную боль, отчего зачастую ннеши не мог сдержать болезненных вдохов и стонов, но, когда регенератор тканей, такой же, как на Минской базе, сделал свое дело, крылатый выдохнул с облегчением. Все же отсутствие боли – это высшее благо, которое ему только что открылось. На что только не пойдет существо для того, чтобы избавиться от боли, ему повезло, что в какой-то момент жизни Шу посчитал, что в его аптечке просто необходимо такое устройство. Беловолосый также помог Рензо залечить порезы от осколков, которые по невероятно удачному стечению обстоятельств не успели воспалиться. Прячась от преследователей, крылатый просто полил их остатками антисептика и оставил так, надеясь на лучшее. - Прямо как тогда. – Внезапно сказал Рензо, наблюдая за тем, как Шу укладывает аппарат в защитный кейс. Его голос как будто растерял свою привычную жизнерадостность, став своим блеклым подобием. - О чем ты? - Когда ты врезался на аэробайке в дерево. Правда тогда я тебя лечил, а теперь ты меня. – Он позволил себе улыбнуться. Впервые с момента прибытия на Землю. - И правда. – Беловолосый поднялся и отнес регенератор на место. – Тебе нужно помыться. Идем в ванну, я помогу. И с крыльями тоже, они у тебя в ужасном состоянии. Рензо покорно кивнул и проследовал за Шу. Тот помог ему раздеться и закинул более-менее целые штаны и белье в стирку, а после наблюдал за тем, как крылатый неловко перебирается через бортик. - Прости… Я так устал, что кажется, вот-вот рухну. – Садясь, сказал Рензо. - Я ничего и не говорил. – Спокойно произнес Шу, взял лейку душа и начал настраивать температуру воды. – Пойдет? – Крылатый кивнул и беловолосый осторожно намочил его волосы. Он нанес немного шампуня, быстро вспенил и тут же смыл. Все это время Рензо покорно сидел в ванной, стараясь не мешать, но, когда его волосы приобрели былую чистоту, он не выдержал и всхлипнул. А после и вовсе расплакался, закрыв лицо руками и немного согнувшись. Шу тут же выключил воду, не на шутку перепугавшись такой реакции. - О, Таммат, что случилось? – Глупый вопрос. Предельно глупый, но беловолосый задал его прежде, чем осознал это. Рензо замотал головой, не в силах перестать трястись, и Шу просто обнял его, не страшась намокнуть. Тот обхватил его торс и прижался так сильно, что даже дураку стало понятно: он боится, что Шу его вот-вот оставит в полном одиночестве. Рензо накрыло все то, что он с таким трудом сдерживал до этого момента. Переживания, испытанные им в те минуты не могли пройти бесследно, теперь память о запахе паленой резины, жженых перьев, крови и смерти будут с ним всегда. Они будут приходить к нему, чаще ночью, но иногда и средь бела дня, в минуты одиночества. Из раза в раз все реже, но не оставят никогда. – Все хорошо… - Успокаивающе сказал беловолосый, зарывшись рукой в вымытые волосы. – Я рядом и никуда не денусь. Я помогу тебе с этим справиться. Я спасу нас. Ты молодец, ты выдержал. Ты у меня такой храбрый, такой сильный, теперь моя очередь о тебе заботиться. Всхлипы ннеши эхом отдавались от стен ванной, а потом проникали в самое сердце Шу, заставляя то обливаться кровью. Ему было так больно, как не было никогда. Вид Рензо, обычно такого сильного, а сейчас измученного жизнью отзывался в нем с такой силой, что внутри Шу зародилось желание просто взять и изничтожить этих людей на корню. Сорваться с места, ворваться в их логово и перебить там всех до единого, вспороть их поганые животы и заставить мучиться в десятки раз сильнее, чем они заставили мучиться Рензо. Мучиться за каждый мелкий порез на коже столь дорогого для него существа. И почему-то Шу был уверен, что сил ему на это хватит с лихвой. Но вместо этого он дождался, когда Рензо немного придет в себя, а после нагнулся и коротко поцеловал в лоб. - Шу, это было так страшно… - Ннеши опустил голову. – Я почти поверил, что погибну. И если бы не тот парень, наверняка погиб бы. – Он вновь скривился, потер глаза ладонями и проглотил накативший на него новый позыв выплакаться. - Всем бывает страшно, но ты молодец, что смог хоть что-то противопоставить этому страху. Рензо кивнул. - Что за парень? – Решил поинтересоваться Шу, снова включив воду и взяв мочалку. Говорить дальше о переживаниях Рензо он не решился, боясь, что ннеши снова накроет. – Я вымою твое тело, а потом займемся крыльями. Прости, у меня нет специальных средств, скорее всего я просто очищу их от грязи. - Он сказал не распространяться о его имени. А про крылья… очистить достаточно. Я теперь долго не смогу подняться в небо. Будь мы на Ниопре можно было бы сходить в ближайшую больницу и починить их на время, а так… - Тяжело вздохнув, он подобрал их к телу поплотнее, будто стеснялся этого. – Ну, радует, что пострадали только перья. Это не так уж и страшно. Вскоре Рензо, чистый и завернутый по пояс в большое махровое полотенце восседал на диване, а Шу, устроившись сзади и вооружившись мягкой тряпкой и тазиком осторожно стирал пятна крови и грязи с его перьев. Загрязнения убирались медленно, но верно, и Шу с жалостью осматривал истрепанные к краю маховые перья, на прорехи, вызванные отсутствием некоторых, и иногда тяжело вздыхал, в очередной раз окуная кусок ткани в окрасившуюся в грязно-розовый воду. - Хватит так вздыхать. – Внезапно подал ободряющий голос Рензо, расправляя крыло, ведомое рукой беловолосого. – Не жалей меня, эти всего лишь перья. Скоро отрастут новые, лучше прежних. - Прости, - почему-то вырвалось у Шу. – Не могу не грустить из-за этого. Тебя даже длань пустоши так не трепала, как эти чертовы Избавители. - Избавители… - Тихо повторил крылатый, погрузившись в свои мысли. – Я подверг тебя опасности, вот так заявившись. - Плевать. Виат защитят меня, а потом им и не до меня будет. – В очередной раз проведя по оперению, отозвался он. Крайнее перо, самое крупное из маховых, отделилось от общего массива и выпало, медленно спланировав на пол. На мгновение Шу испугался, а потом вспомнил про линьку. – У тебя перо выпало. – Он взял его и показал повернувшемуся полубоком Рензо. Тот вновь улыбнулся. - Хорошо. Как раз вовремя. - Куда его? - Делай с ним что хочешь, оно не имеет никакой ценности. Шу пожал плечами и отложил в сторонку, вернувшись к чистке. Некоторое время они провели в молчании, размышляя о том, что следует делать дальше. - Мне нужно будет уйти как закончу. - Куда это? – Рензо резко повернулся к нему, напрочь забыв об осторожности. Крыло хлестнуло Шу по рукам, но тот никак на это не отреагировал. - Мне нужно отвезти маму в безопасное место. Пока я здесь она беззащитна, не смогу спать спокойно, если не сделаю этого. Крылатый поджал губы. Он всегда так делал, когда не хотел соглашаться с чьими-то решениями. Ему не хотелось, чтобы тот выходил из безопасного по ощущением убежища и ехал невесть куда посреди ночи, но понимал, что без этого не обойтись. Ему хотелось как-то помочь, но, осознавая, что, если полезет – только подставит его под удар, лишь кивнул. - Я отвезу ее к Эстер. – Голос беловолосого был спокойным, словно он говорил о каких-то будничных вещах. - Она сказала, что я могу рассчитывать на нее, хочу воспользоваться этим. Вернусь под утро и надеюсь, что за это время ты сможешь хоть немного отдохнуть. - Не смогу. – Рензо вновь повернулся к нему спиной, предоставляя возможность продолжить начатое. Ему не хотелось показывать свое разочарованное невесть чем лицо. Шу принялся за второе крыло, внимательно слушая. – Ты чересчур безрассуден, я боюсь отпускать тебя одного. - Хотя бы попытайся. – Он понимал, поэтому не стал препираться или развязывать спор. Рензо замолчал, то ли устав говорить, то ли посчитав, что в этом больше нет необходимости. Опустив голову, он вперился взглядом в свои сцепленные на коленях руки. Когда его перья стали достаточно чистыми, Шу тихо поднялся, отнес тазик в ванную, вылил воду и кинул тряпку на полотенцесушитель. Вернувшись, он подошел ко все так же сидящему крылатому и порывисто заключил того в объятья, шумно выдохнув. Рензо смог услышать, как глухо и беспокойно стучит его сердце. - Я люблю тебя. – Внезапно как-то легко сказал беловолосый. К его глазам подкатили слезы и голос стал кривым и угловатым, сдавленным. – Я так боялся за тебя, словами не описать. Хвала Богам ты живой… Только сейчас он позволил себе проявить беспокойство. Когда Рензо больше ничего не угрожает и единственное, что ему необходимо – это еда и отдых. Крылатый легко обнял его в ответ. Теперь он не цеплялся за него столь судорожно, но руки все еще хранили остатки той дрожи, что он показал в ванной. - Разобрался в себе? – Почему-то спросил Рензо. - Теперь точно убедился. – Невесело хмыкнул Шу, зарывшись рукой в подсохшие жесткие волосы. Рензо прикрыл глаза, отдаваясь этой ласке. Ласке, которую он так боялся больше никогда не ощутить. Постояв так немного, беловолосый нехотя отстранился. - Мне нужно идти. - Не делай глупостей, прошу тебя. Будь осторожен и возвращайся живым и невредимым. - Конечно, - улыбнулся он. Вещей Шу не взял, разве что телефон и немного денег. Окидывая квартиру задумчивым взглядом, он заметил стоящую на поставке катану и тут же подхватил ее, цепляя на спину. Он знал, что та хорошо заточена и годится для самозащиты, сам занимался этим вопросом. Ему казалось, что оружие подобного толка просто нельзя приобретать лишь в декоративных целях, для него это было попросту неправильно. Взглянув на Рензо, он улыбнулся и пояснил: - Всяко лучше, чем совсем безоружным. После этого он поспешно покинул квартиру, Рензо запер за ним дверь на все возможные замки и засовы и лег на кровать, тупо уставившись в потолок. Белый. Ровный. В нем не было ни изъянов, ни шероховатостей, взгляду не за что зацепиться. Беспокойство поселилось в груди неприятным червячком, подтачивающим душу Рензо от минуты к минуте, не давая сомкнуть глаз. Захотелось выть от своей беспомощности и он, протянув руку к светильнику, выключил свет дабы перестать видеть этот чересчур правильный потолок, выбивающийся из сложившейся нынче картины мира. Шу опять взвалил все на себя. Рензо наблюдал за ним и знал, что тот что-то скрывает. Что будущее не несет для него ничего хорошего, он видел, что улыбки, посланные ему, приобрели едва заметный налет отчаяния, будто неконтролируемые сознанием сигналы о помощи. И крылатый не был намерен оставлять все как есть, он просто обязан сделать с этим хоть что-то. Эстер Спеллман с готовностью оказала Шу помощь и теперь этот небольшой, расположенный в абсолютной глуши домик содержал в себе сразу трех человек. К нему даже нормальной дороги не было, лишь какая-то полуразрушенная, поросшая травой дорожка, которую Шу в темноте еле отыскал. Просто чудесное место чтобы спрятаться на время. - Что с нашими крылатыми? – Смотря на обувающегося Шу, спросил Эрнст. Видеть бывшего военного в домашней обстановке было крайне непривычно, словно оказался в какой-то параллельной реальности. За все время пребывания здесь беловолосый бросил лишь пару слов, попрощался с мамой, заключив в объятья столь крепко, что сразу стало понятно: он может больше никогда не вернуться, и тут же ринулся обратно, сказав, что Рензо надолго оставлять нельзя. - Рензо у меня дома, жив и почти здоров, а вот Кэсс… - Шу выпрямился и взглянул Эрнста. – Я не знаю. Надеюсь, он добрался до Мина и пошлет нам хоть какое-нибудь сообщение. Простите, мне правда нужно как можно скорее вернуться, я очень волнуюсь. - Будь осторожен. Эта фраза заставила вспомнить Шу его первый день на Мине. Эрнст сказал эту фразу, когда Шу решил прогуляться по незнакомой планете без защитного поля. Теперь все это казалось таким далеким, иллюзорным, словно и не с ним было. И бесполезным для Шу. Виат отобрал у него необходимость думать о собственной сохранности, об осторожности, о будущем и, наверно, последствиях. И ему самому было пока непонятно: принял ли он грядущее или все еще не осознал до конца. Он знал, четко помнил, что смерть - это больно, хоть и недолго, но за ней всегда следовала встреча с Виатом и от этого она воспринималась ненастоящей, искусственной и такой же иллюзорной, как и воспоминания о Мине. Но то, что произойдет на Земле, вероятнее всего принесет за собой лишь объятья Богов и забытье. - Конечно, - хмыкнул беловолосый и вышел за дверь.

***

Блядский Мин! Вывалившись из телепортационной сферы, Кэсс тут же угодил в какую-то грязную лужу, вымазывая и без того пыльную одежду. Было темно, а обступивший со всех сторон инопланетный воздух дышал холодом после едва закончившегося дождя. Поднявшись, он выругался столь же грязно, насколько были грязны его крылья, и тут же поскользнулся вновь, чуть не упав обратно. От новой порции унижения его удержала удачно подвернувшаяся под руку ветка куста, за которую тот ухватился и выбрался из воды. Знал ведь, что нужно было перемещаться прямо из комплекса EoNW, так нет, эти тупоголовые вояки поперлись в город. В город! На территорию Избавителей! Надо было сразу скинуться с обрыва, чего медлить то? Кэсс даже фыркнул сам себе. Как ни странно, к этим ребятам, что, считай, отдали за него свои жизни, он не испытывал ни капли жалости. За Рензо боязно, да, но не за тупых чернокрылых ннеши, которые явно знали на что идут. За все время погони голова Кэсса была какой-то чересчур ясной и это его даже испугало бы, задумайся он об этом хоть на минуту. Наверно, только благодаря своей особенности мыслить предельно логично, без оглядки на страх, в моменты кризиса он и дожил до этого момента несмотря на все провоцируемые им конфликты. Определенно, на миссии подобной Минской нормальных не берут. Тело на мгновение зашлось дрожью, но Кэсс все равно нашел в себе силы выключить телепортатор и вытащить его из мутной жидкости. Устройству подобные приключения были не страшны, чего не скажешь о ннеши, зубы которого предательски застучали. Для того чтобы стряхнуть воду и жидкую грязь, ннеши сделал несколько мощных взмахов. Слетая с перьев, жижа оседала на простирающейся вокруг траве, но ту это явно не волновало. Более-менее отряхнувшись и сунув телепортатор под мышку, крылатый пошлепал в сторону базы, прекрасно зная, где он оказался. Они поставили эту метку поблизости, посчитав, что в случае перемещения каки-то крупногабаритных объектов такой вариант наиболее предпочтителен. Охранные дроны отсканировали его, как и при первой встрече, после чего безразлично продолжили курсировать вокруг базы, потеряв к единственному участнику миссии всякий интерес. Строение встретило Кэсса холодностью, полумраком и безжизненностью, в одиночку находиться здесь было как минимум странно, особенно после недавних событий. Хорошо, что доступ у него не забрали, иначе все явно закончилось бы плачевно… Наплевав на грязь, которую он оставлял после себя, Кэсс двинулся к комнате управления, поставил телепортатор на зарядку и, послав компьютеру несколько команд перевел базу в рабочий режим. Свет тут же стал ярче, вентиляция принялась работать активнее, прогревая воздух до приемлемой температуры, да и само здание, как будто ожило. Началась автоматическая проверка системы. Кэсса не было здесь от силы половину Минских суток, но по ощущениям прошли месяцы. Вздохнув, он взглянул на один из экранов и, пробежавшись пальцами по клавиатуре попытался направить часть энергии генераторов на открытие небольшого разрыва для передачи информации, заранее понимая, что сейчас этого сделать не получится, но все равно надеясь на чудо. На экране появилась надпись, оповещающая, что открытие будет возможно только после полной проверки системы и достижения нужного уровня мощности. - Да еб твою мать, как вы меня заебали с вашей осторожностью… - Зашипел крылатый, после чего убрал руки с клавиатуры и взглянул на таймер проверки. Связаться с Землей у него получится часов через пять в лучшем случае. Будь тут Рензо, он легко обошел бы все эти программные трудности, ускорив проверку или отменив ее вовсе, но Кэсс не располагал необходимыми навыками, а лезть ему не хотелось. Богом он был в физической лаборатории, а вот комната управления – это территория Рензо. Прямо сейчас Минская база была единственным убежищем крылатого и лишаться его по собственной глупости это верх безрассудства. Проведя рукой по лицу, он невольно собрал часть крови, что из-за падения в лужу вновь размокла и отпечаталась на пальцах. Кэсс зарылся рукой в волосы, нащупывая рану и когда наткнулся, тут же зашипел от боли и опустился на стул, руки его задрожали, но он настойчиво продолжал ощупывать это место. Осколок, судя по ощущениям стекла, торчал из-под кожи. Вынимать его самостоятельно крылатый не решился, понимая, что это спровоцирует новое кровотечение, вместо этого он убрал руку от раны и двинулся в медицинский отсек. По пути он стянул с себя верхнюю часть одежды и бросил куда-то на пол, а добравшись до самого отсека избавился и от сырых штанов с бельем. Он здесь один, смотреть все равно некому, а мокрая ткань доставляла одни лишь неудобства. Панель управления автодоком приветственно загорелась от его касания. Выбрав настройки для своего тела, он скрупулёзно вбил программу лечения: полная диагностика, регенерация всех найденных повреждений без подтверждения пользователем. - Надеюсь эта хуйня не добьет меня окончательно. – Сам себе проворчал крылатый, после чего еще раз пробежался глазами по панели, убеждаясь в верности выбранных настроек и приложил ладонь, активируя программу. Стеклянный купол отъехал в сторону, Кэсс забрался внутрь и аппарат тут же ввел ему какой-то препарат, заставляя провались в липкое холодное забытье, обещающее даровать исцеление.

***

- Сучий потрох! Раздался глухой удар ноги о плоть и чей-то сдавленный всхлип. - Как ты посмел упустить сразу двоих, а!? Мужчина, лицо которого пылало неподдельной яростью нагнулся и схватился за короткую растрепанную золотую косичку полуголого парня, скрюченного на бетонном полу. Тому ничего не оставалось кроме как последовать за рукой и сесть на колени. - Я тебе задаю вопрос, отброс ты эдакий! - Мне… было интересно… - Парень хрипел, губы его были разбиты, нос сильно кровил, а правый глаз начал заплывать. Этот ответ не удовлетворил мужчину и без того разбитое лицо впечаталось в стену, оставляя после себя красный след. - Ну что, насладился погоней, а!? - Да!.. – Голос прозвучал несколько восторженно и, повернувшись, парень скривил кровоточащие губы в улыбке. – Это было просто!.. Договорить он не успел, получая пинок под дых и сгибаясь. Все внутри будто резко схлопнулось, ни вдохнуть, ни выдохнуть, глаза на мгновение заволокла тьма, но, когда мужчина присел перед ним и вновь схватил за волосы, заставляя взглянуть на себя, зрение начало возвращаться. Сфокусировавшись на сдвинутых темных бровях, на искривленных в пренебрежении губах, на глазах, полных неприкрытой ненависти, парень ждал. - Так мало того, что ты упустил этих… Этих пернатых!.. – Голос его опустился до шипящего шепота. – Так из-за твоего больного интереса полегли двое наших! – Пощечина. Щеку обожгло болью, но парень совершенно не оказывал сопротивления. - Тебе же все равно на этот мусор… Эти двое работали с ннеши, ты бы рано или поздно и от них избавился. - Не тебе решать, когда моим людям следует умереть! – Он перехватил его под подбородок, с силой сжав щеки. Ссадины и синяки заныли с новой силой, и парень невольно шикнул. – Как будешь исправлять свою оплошность? – Уже спокойнее спросил мужчина и толкнул его к стене, давая ответить. - Я знаю откуда начать поиски. – Усаживаясь поудобнее, заговорил парень. – Отец, дай мне три дня, и я отыщу их обоих. – Он вскинул на того полные собачьей преданности глаза. – Я не подведу тебя снова, клянусь. Мужчина молчал, взвешивая все за и против, после чего заговорил. - Если ты облажаешься снова – вся твоя коллекция будет сожжена у тебя на глазах. Понял!? - Конечно! Только не трогай их, прошу! – Быстро-быстро закивал парень, придвинувшись к ногам мужчины, но не осмеливаясь прикоснуться к тем. - Ты все еще жив только потому, что приносишь пользу. Твоя мать была тварью, и ты такая же тварь. – Выплюнув эту фразу, он двинулся к металлической двери, что отделяла небольшую камеру с голыми бетонными стенами от остального мира. – Подлатайте его и дайте все, что нужно. В разумных пределах. – Эти слова были адресованы двум мужчинам, стоящим снаружи, которые после получения приказа быстро кивнули и вбежали в камеру. Подхватив побитого парня под руки, они выволокли его и потащили куда-то дальше по коридору, по обеим сторонам которого находились точно такие же металлические двери.