Две реальности
11 апреля 2025 г., 17:30
На следующий день я оказалась в кабинете доктора Стрэнджа, который учтиво поприветствовал меня и предложил расположиться в кресле напротив него. До последнего сомневалась — идти или нет. Но что-то внутри подсказывало: мне стоило прийти сюда.
Спокойным тоном он поведал мне историю о Хранителях, которые оберегали некие Камни Бесконечности, что таили в себе огромную силу и могли разрушить целые планеты, попади они в плохие руки. Притом подвластные существам, обладающим выносливостью, не присущей обычным людям. Одним из них был сам доктор Стрэндж, охраняя Камень Времени. А что касалось Дэнверс…
— Кэрол управляет Эфиром, — уточнил доктор. — С помощью него она, скажем так, внесла коррективы в твою реальность. Но твоё настоящее и то, что ты видела, не иллюзия, не беспокойся. Считай это… Перерождением.
— Я помню всё до мелочей. И совершенно запуталась, — поделилась своими переживаниями. Слова хлынули из меня потоком: — Уже не знаю, где я и мои воспоминания, а где она и её жизнь. Мне всё труднее отделить одно от другого. Как будто я наблюдатель, который в то же время видит происходящее её глазами, чувствует то же, что и она.
— Потому что ты и есть эта девушка. Вы — одно целое. — Стрэндж поднялся с кресла и направился к столу, где взял какую-то папку. — Ты не сходишь с ума, и это не раздвоение личности. Ну… почти. Но я помогу тебе справиться с этим, Джордан.
Мне стало душно. Одежда показалась неудобной. Распущенные локоны спадали на вспотевшую шею, принося этим дискомфорт. Захотелось их подобрать. Я рефлекторно нырнула пальцами в карман кардигана в поисках чего-то, что так и не нашла. Это заставило меня нахмуриться от понимания: завязывать волосы лентой было привычкой Джоан, а не моей. Поэтому, прочистив горло, просто нервным движением откинула их назад.
— Тебе исполнилось ровно столько, сколько было той Джо, когда она решилась пойти на отчаянный шаг. Это и привело тебя сюда. — Доктор снова расположился в своём кресле и протянул мне ту самую папку. — Выполняя просьбу Дэнверс, я лишь запустил цикл воспоминаний о твоей прошлой жизни. Что было необходимо. По правде говоря, даже мне не удалось до конца разобраться во всех тонкостях. А психология — моё хобби. И нам, Хранителям, тоже надо чем-то заниматься, чтобы оплачивать счета.
Я бы усмехнулась в ответ на последние слова, но настрой был не тот. Голова гудела от полученной информации. Складывалось впечатление, что я в самом деле постепенно сходила с ума.
В своих руках держала документы из архива. Поняла это, раскрыв папку. Аккуратно касаясь листов бумаги, пожелтевшей от времени, я смотрела на их фотографии, изучающим взглядом пробежалась по тексту. Баки и Джоан. Теперь они не казались выдумкой, образами в моей голове, а являлись людьми, которые существовали в действительности.
Я неотрывно глядела на чёрно-белое фото девушки, которая была… мной. И всё же мы с ней принадлежали разным эпохам.
Однако это значило, что я всё-таки не спятила.
— Можно мне воды?
— Разумеется.
Доктор Стрэндж открутил крышечку на небольшой бутылке и налил воду в стакан, который сразу протянул мне. Спасительная прохлада хлынула в желудок и принесла облегчение.
— Я до сих пор пытаюсь поверить… — пробормотала осипшим голосом. — Но всё это — на грани фантастики.
— Понимаю. Поначалу весьма сложно осознать подобное, — отозвался доктор. — Тебе нужно время. Поэтому отправляйся домой и отдохни. Увидимся завтра.
Я долго гуляла улицами Лондона, хотела, чтобы в голове прояснилось. Нуждалась в этой передышке. От всего, что навалилось на меня за такой короткий срок. От тех переживаний, что испытывала, в отдельных отрывках памяти узнавая своё прошлое.
Оказавшись дома, я перекусила и заодно накормила кошку. А после, укрывшись пледом, решила вздремнуть на диване. По тв шла какая-то развлекательная программа, что служила фоном. Гуся составила мне компанию, но пока укладывалась рядом, по неосторожности надавила лапой на пульт. Канал переключился. Где шёл фильм о двух лётчиках, которые в сорок втором проходили обучение в Канаде, чтобы потом, как можно скорее, отправиться на фронт.
И вот оно — снова возникло то самое чувство…
Мои веки стали такими тяжёлыми. Нынешняя реальность ускользала от меня. И сопротивляться этому не могла, теряя контроль над собственным телом. Это было сильней — необходимость пережить всё по новой, увидеть картину целиком.
Сделав глубокий вдох, я отвела глаза от телевизора и устремила затуманенный взгляд на окно. Вид которого больше не принадлежал этому месту и времени.
***
Как обычно, её отец уже был на ночной смене, а Стив давно ушёл к себе, оставил их наедине. С тех пор тишина в квартире была практически осязаемой. Она давила на уши, сжимала голову невидимыми тисками, казалась тягостной, напряжённой. Пребывая в глубокой задумчивости, Джоан неотрывно смотрела в темноту за окном, то и дело покусывала губы. Тревога съедала изнутри, отнимала покой уже сейчас, не говоря о том, что же будет, когда её Джеймс окажется на фронте и всё время будет подвергаться опасности. Вдали от неё. Завтра… Уже завтра ей придётся отпустить его, чтобы потом медленно сходить с ума от мучительного ожидания. А сейчас он был рядом. Сидел на стуле за её спиной и молчал, пока она пыталась смириться с его решением. Что давалось ей с огромным трудом. Потому что внутри кипел протест, настойчиво рвался наружу. Но она подавила в себе порыв выпалить на одном дыхании всё то, что вертелось на языке, вместо этого проглотила комок, застрявший в горле, и так крепко сжала руки, что у неё наверняка побелели костяшки пальцев. Спустя некоторое время послышался шорох и шаги — осторожные, неторопливые. Джо почувствовала приближение Баки даже не оборачиваясь. Он тихонько подошёл к ней и остановился у неё за спиной — да так близко, что она кожей ощущала его присутствие. А потом он заговорил: — Меньше всего я хотел огорчить тебя. Джоан вздохнула и покачала головой, скрестив руки на груди. Напряжение по-прежнему держало её в своих оковах. Мысли путались, сбивали с толку. — Я просто очень боюсь потерять тебя, — призналась она. Джо почувствовала, как Баки потянул за край ленты, распуская волосы, в которые после уткнулся лицом. Его руки плавно скользнули по талии, он притянул её к себе и обнял. Словно хотел принести ей успокоение, помогая немного расслабиться. — Не думай об этом, — шепнул Барнс, прижавшись подбородком к её плечу. — Я же сказал тебе, что всё будет в порядке. Мы поженимся, заведём двоих детей, как минимум, и состаримся вместе. Такие же влюблённые и счастливые. Звучало идеально. Джоан рассмеялась, пусть даже с грустью, и повернулась к нему. Их взгляды встретились. Она прикоснулась ладошкой к груди Баки и прильнула к нему. Обняв его за шею и закрыв глаза, Джо дышала им. Пыталась до боли в лёгких вобрать в себя родной запах, вместо того чтобы чувствовать горький привкус вынужденного расставания. Она не собиралась говорить ему, что чувствовала на самом деле, какой встревоженной была. Ей не хотелось показаться излишне эмоциональной или капризной, тем самым поставив его перед сложным выбором. Это не про неё. Ей нужно поддержать его, как это всегда делал он по отношению к ней. Этой ночью, которая принадлежала им, не должно остаться места для размышлений, споров или чего-то ещё. Только они вдвоём. Джо поняла, чего желала. Была готова к этому. Однако постеснялась сказать ему об этом вслух. Только переплела их пальцы и посмотрела на него пристально, разглядывая и стараясь запомнить его таким, каким он был сейчас. Блуждала взглядом по чертам. Широкие брови, серые глаза, что в янтарном свете лампы казались совсем тёмными и теперь глядели на неё с вожделением; чуть приоткрытые губы, зовущие к поцелую. Он побрился перед встречей с ней, зная ведь, что ей не нравилось, когда он колючий. Но для неё Джеймс в любом случае был идеальным. — Останься со мной сегодня, — попросила она и зарделась. — Уже следующим утром нам придётся попрощаться. Поэтому я хочу провести эту ночь с тобой. Баки мягко обхватил запястье Джо и поднёс её руку к своему лицу, чтобы она коснулась его щеки. После чего он прижался губами к её ладони, оставив на ней поцелуй, и казался при этом не менее взволнованным, чем она. Он взглянул на неё внимательно и с выдохом спросил: — Ты действительно хочешь этого? — Да, я уверена. — Джо улыбнулась, смутившись. Но её улыбка стремительно померкла. — Другой возможности у нас может и не быть. Она глядела на него и видела в его глазах отражение собственных чувств: желание, любовь и стремление разделить этот волнующий момент, не откладывая на неопределённое «потом». Взяв парня за руку, Джоан повела его за собой, в свою комнату. Закрыла дверь и щёлкнула замком. Никто не помешает им. Баки стоял напротив. Казалось, не решался даже пошевелиться. Будто показывал ей, что не собирался её к чему-то принуждать. Она подошла ближе и притянула его за шею к себе, нежно целуя в губы и стараясь не задумываться о том, что поцелуй был со вкусом горечи и страха. Заставила себя отрешиться от всего, чтобы реальность, окружающая их, вовсе исчезла. Ладони Баки прошлись по талии, несильно сжимая, а её пальцы одну за другой растёгивали пуговицы на рубашке. Джо чувствовала тепло его дыхания на губах, что словно горели от их взаимной настойчивости. Тем временем он развязывал пояс на платье и пытался на ощупь справиться с застёжкой. Ушли все сомнения и неловкость. Поцелуи стали более жадными, отчаянными. Руки блуждали всюду, посылая мурашки по телу, пока они нетерпеливо освобождались от одежды. Её платье, чулки и его рубашка с брюками. Дабы ничего не осталось, что могло помешать им почувствовать друг друга каждой клеточкой. Джоан заметила, как он, крепче обнимая, аккуратно подталкивал её к кровати, куда заботливо уложил, склонившись над ней. Баки вглядывался в неё, давая ей последнюю возможность передумать, отступить. В ответ на это она решительно кивнула, намекая, что не намерена отказываться от своих слов. Сначала Джо коснулась его щеки, затем обхватила шею, притягивая парня к себе, чтобы поцелуем передать ему свою уверенность, потребность в нём. Исследуя его тело, она впитывала каждое прикосновение, наслаждалась им сполна. Он провёл ладонью по её бедру, лаская пальцами обнажённую кожу, чем пробудил трепет внизу живота. Губами же оставлял смазанный след на челюсти, шее, а после на ключице и груди. Откровенно любовался ею, чем очень смущал её. У неё перехватило дыхание, когда Баки осторожно толкнулся внутрь. Она выгнула спину, запрокинула голову и замерла, переживая мгновение резкой боли. Баки тоже застыл, поцеловал Джоан в висок, терпеливо дожидаясь, когда она придёт в себя. Его горячий шёпот защекотал её ухо, успокаивая и призывая расслабиться. Джо протяжно выдохнула, привыкая к ощущениям, и не спеша разжала пальцы на плечах любимого. Раскрыв глаза, в полумраке поймала его взгляд и сказала, что она в порядке. Трение по-прежнему обжигало, но уже не так сильно. Ведь Джеймс был предельно нежен и внимателен. Ловил губами её отрывистые вздохи или же приглушённые стоны, ласково целовал и плавно раскачивался. Старался сделать её первый раз приятным, насколько это было возможно. И от этого Джоан чувствовала, что она желанна и любима им. И со временем движения его перестали казаться ей болезненными, теперь она испытывала нечто новое, столь волнующее, позволив себе целиком отдаться эмоциям. В объятиях Баки всё казалось таким естественным, правильным. То, как она всем своим существом откликалась на каждое его действие, подстраивалась под заданный им ритм. Как руки скользили по телу, чтобы отплатить ему той же нежностью. И как её губы искали его, целуя пылко. Не было места стыдливости или мыслям о собственной неопытности. Важен только этот момент. Когда становилось всё жарче, кожа покрылась испариной и воздуха им обоим не хватало. Его толчки более нетерпеливые, а её стоны громче. Они сжимали друг друга, ласкали смелыми прикосновениями, двигались в такт, точно идеально подходили друг другу, и задыхались от чувств, что захлёстывали их. Всё же стали неделимым: одним дыханием на двоих, одной душой. Были только он и она, всецело поглощённые происходящим. Впиваясь пальцами в его плечи, Джо чувствовала, как в ней нарастало приятное напряжение, достигая предела. В какой-то миг они оба застыли, неотрывно глядя глаза в глаза и тяжело дыша. Она задрожала под ним, и Баки содрогнулся вместе с ней. Сердце её так быстро билось, словно могло вот-вот выскочить из грудной клетки. Опираясь на локоть, он пригладил её взмокшие волосы, дотронулся до румяной щеки и в губы невесомо поцеловал. Его имя вырвалось изо рта вместе с томным шёпотом, стало причиной её улыбки. Что заставило парня улыбнуться в ответ. Он лёг рядом с ней, притянул её к себе и накрыл их одеялом. Джоан положила голову ему на грудь и обняла. А его пальцы скользнули по её спине, с нежностью поглаживая и посылая очередную волну мурашек. Приятная усталость постепенно завладела телом и разумом, делая веки тяжёлыми и настойчиво утягивая в сон. Губы его прижались к её макушке, и Баки негромко сказал: — Засыпай. Я буду рядом. Но всего лишь до следующего утра… Которое, как ей показалось, наступило слишком быстро. Время было неумолимым соперником, и она почувствовала себя проигравшей. Джо смотрела, как Барнс прощался со Стивом, то нервно сжимая пальцы, то разжимая, и мысленно призывала себя не переживать так сильно. Однако не могла ничего с собой поделать, не без труда проглотив комок, вставший поперёк горла. Баки подошёл к ней, прикоснулся к её запястью, следом переплетая их пальцы. Другой же ладонью накрыл её щеку, убрал от лица локон и привычно заправил за ухо. Они соприкоснулись лбами и глаза закрыли, вкладывая так много в это молчание. — Я люблю тебя, — шепнул он и, не выдержав, прижался к губам Джоан своими. Как же ей не хотелось отпускать его. Растянуть бы этот миг подольше… Подхватив небольшой чемодан, Барнс напоследок взглянул на неё и Роджерса, а затем подмигнул им с улыбкой. Ей опять было неспокойно. Наблюдая за тем, как Баки спускался по ступенькам, и судорожно стиснув руку Стива, Джо уже знала, что будет делать дальше. Первым делом она прошла медицинский осмотр, после чего обратилась к начальнику академии, где ей предстояло учиться, с просьбой помочь с вопросом отправки на другой континент, охваченный войной, с присущим ей упрямством утверждая, что она может пригодиться, готовая рискнуть, чтобы принести пользу и приобрести опыт. А просто ждать и ничего не делать — это не в её духе. Разве она могла сидеть сложа руки, пока Баки был там?.. Выбившись из сил через бесконечные походы по кабинетам в попытках доказать, что её намерения серьёзные, Джоан решила присесть прямо на лестнице и передохнуть, так и не дойдя до своей квартиры. Устало вздохнув, она заметила, как неподалёку вдруг промелькнуло яркое пятно. И могла поклясться, что уже не в первый раз ей показалось, что она видела поблизости рыжую кошку. Спустя пару дней Джо узнала, что всё же её старания принесли результат. Правда, теперь ей предстояло сообщить обо всём Стиву. Знала ведь, что этим расстроит его. Но разговор неизбежен… Опустив глаза, Роджерс задумчиво смотрел себе под ноги, пиная камушек носком ботинка. Вид у него был подавленный. Руки в карманах брюк, плечи опущены. Джоан не выдержала, подошла ближе и сжала парнишку в крепких объятиях, почувствовав, как он на мгновение застыл, а затем его ладони нерешительно скользнули по талии и осторожно обхватили её. Они так и стояли на протяжении нескольких минут, утыкаясь лицом в плечо друг друга и показывая этими объятиями всю привязанность, что испытывали, словно прощались навсегда. Её сердце в этот момент защемило, а взгляд стал размытым. Так трудно оставлять его, вот только — по-другому она не могла. Её тянуло к Баки. — Я буду писать тебе. — Джоан не спеша отстранилась. Оставила дружеский поцелуй на щеке Роджерса, которую вслед за этим ласково погладила. — И ты тоже обязательно давай мне знать, что у тебя всё в порядке. Договорились? Он лишь кивнул. Его глаза казались такими грустными. Что обернулось тяжестью у неё на душе. Но пути назад не было. Джо бросила на Стива прощальный взгляд и слегка улыбнулась. Потом развернулась и ушла, чтобы отправиться за океан. Долгая дорога оказалась непростым испытанием. Голова гудела и тело требовало отдыха. Джо поддерживала себя тем, что осталось ещё немного потерпеть. Она уже близка к цели. Джоан глубоко вдохнула и тяжело выдохнула. Бросила взгляд на окошко, поняв, что всё равно ничего не сможет разглядеть в нём. За ним царила темнота глубокой ночи, к тому же оно было завешено. Железнодорожные правила затемнения требовали закрывать окна плотными шторами и красить лампочки в синий цвет. Поэтому она отвернулась, закрыла глаза и судорожно потёрла переносицу, попытавшись удобнее устроиться на довольно жёстком сиденье. Большинство пассажиров поезда являлись солдатами: пехотинцами, лётчиками и так далее. Они держали путь на военные базы, что находились на севере Англии. Молодые, смелые и… обречённые. Многие из них не вернутся домой, к своим близким. От этого факта сердце болезненно сжималось. Джо тут же вспомнила о нём. Баки такой же, как и эти ребята. Постоянно рисковал собой, будто ходил по канату, натянутому над пропастью, никогда не отказывался от выполнения самых сложных и опасных заданий, став снайпером. Об этом он честно писал в своих письмах. И она не могла находиться вдали от него, осознавая, что в любой момент безжалостная случайность может навсегда разлучить их, оборвав его жизнь. Лучше иметь возможность хоть иногда видеть Баки, крепко обнимать его при каждой встрече и радоваться тому, что он жив. Нежели быть далеко от него и изводить себя переживаниями. Ведь она тоже могла бы сделать что-то полезное. Это ей по силам. Подобные рассуждения и подтолкнули Джоан отправиться в путь — следом за любимым. Который непременно отругает её за безрассудство. А затем он покачает головой, улыбнётся и в порыве прижмётся к её губам своими в нетерпеливом поцелуе, показывая, как сильно тосковал по ней. С этой мыслью, что вызвала улыбку, она уснула, чтобы ранним утром оказаться на одной из станций. Её встретил солдат, который должен был сопроводить Джо и ещё нескольких девушек на военную базу. Где их уже ждала Кэрол Дэнверс, которую назначили главной в их женском подразделении, что стало частью вспомогательной транспортной службы ВВС Великобритании. Их основной задачей была переброска военных самолётов с заводов на базы. В АТА были девушки из всех слоёв общества, разного возраста и рода занятий. Они были подготовлены к полётам на разнообразных типах воздушных судов и должны были летать на всём, что им давали перегонять. Иногда даже приходилось перед взлётом читать инструкции по эксплуатации, чтобы узнать основную информацию о самолёте. — Женщины бесполезны на войне, — говорили некоторые. А они своим примером доказывали, что женщины во время войны могли работать на благо своих стран. И что способны выполнять работу, которая считалась мужской. Джоан чувствовала себя на своём месте, в ней бурлила неукротимая энергия. Ей нравилось приносить пользу, занимаясь притом любимым делом — сидеть за штурвалом и рассекать воздушное пространство. А сейчас внутри пробуждался особый трепет. Ведь она вот-вот окажется там, где служил Джеймс. Наконец сможет увидеть его и обнять, показывая, как сильно соскучилась. Отчитавшись и передав самолёт другому лётчику, Джо поспешила расспросить, где ей искать отряд «Ревущих». Уже давно она так сильно не волновалась перед встречей с Баки, старательно поправляя волосы и форму. Сердечко забилось чаще, едва из груди не выпрыгивало. И мурашки по коже побежали. Услышав своё имя, сказанное с дрожью в голосе, Барнс тут же обернулся и застыл — наверняка от неожиданности увидеть её перед собой, к тому же здесь. Казалось, он на миг перестал дышать. Сбросив оцепенение, немедленно шагнул к ней, заключил в объятия и зарылся лицом в волосы, с жадностью вдыхая запах. — Отчаянная девчонка… И как ты только оказалась здесь? — прошептал Джеймс ей на ухо, согревая теплом своего дыхания. А после чуть отстранился, чтобы заглянуть Джо в глаза. — Ты сведёшь меня с ума. Но как же я скучал… — И я. Безумно. — Джоан потянулась к нему. За этим последовал поцелуй. Чувственный, сладкий, просто восхитительный. Как способ унять тоску, а вместе с ней и жажду, что терзала их обоих на протяжении долгой разлуки. И оторваться друг от друга было невозможно, даже для того, чтобы глотнуть воздуха. Джо накрыла ладонями его щёки, чувствуя шероховатость щетины. Поймав её руку, Баки с нежностью поцеловал пальцы. Чем вызвал дрожь по телу, которое изголодалось по его прикосновениям. Она сожалела, что в их распоряжении не так уж много времени. Поэтому не упускала ни мгновения. Целовала Баки с упоением, обнимала крепче за плечи или же разглядывала его лицо, стараясь удержать в памяти обаятельную улыбку, предназначенную исключительно ей. И каждый раз она радовалась, когда нужно было доставить самолёты к ним на полигон. Их встречи были для неё спасением, необходимостью. Как и для него тоже. Что видела своими же глазами. Ведь он не мог оторваться от неё, видимо, находя в её присутствии покой, которого так не хватало здесь. Однажды Баки приготовил для Джоан сюрприз. Реакцией на который было её неподдельное удивление и восторг, из-за которого сердце затрепетало в груди. — Господи. Ты и священника привёл. — Ну… Я старался, чтобы всё было так, как положено. Джеймс умудрился раздобыть для неё скромное белое платье. Джо ничего не могла поделать с тем, что на глаза навернулись слёзы. Но то было счастье, которое согревало изнутри. И в этот момент стало вдруг неважно, где они находились и что продолжали рисковать жизнью, не зная, увидятся ли вновь. Имели значение лишь клятвы, которые они давали, когда держались за руки и не отводили влюблённого взгляда друг от друга. — Пока смерть не разлучит нас…***
То, что я слышала, проживала в последнее время, разрушало привычный мне мир, ломая законы природы и логики. Эфир, он же один из Камней Бесконечности, мог воскрешать из мёртвых, менять реальность до неузнаваемости и совершать вещи, которые сделать, казалось бы, невозможно. Это по-прежнему не укладывалось у меня в голове. Даже ущипнуть себя пыталась, думая, что подобная глупость поможет мне очнуться. Тем не менее снова находилась в кабинете доктора Стрэнджа, нуждаясь в подтверждении, что я не свихнулась, и всё это происходило со мной в действительности. Крепкий кофе без сахара помог взбодриться и вникнуть во все детали, о которых мне необходимо знать. И я, наконец, смогла спокойно воспринимать информацию, которую до меня старались донести. — Нам запрещено в глобальном плане вмешиваться в судьбы народов или даже целых планет. — Доктор глядел на меня прямо и доброжелательно, чем несомненно располагал. К своему удивлению, в его присутствии я не чувствовала неудобства, позволив себе немного расслабиться. — Но Кэрол нашла лазейку, поняла, что ничего страшного не произойдёт, если раз на десятилетия повлиять на реальность всего нескольких людей. Я встрепенулась, обратив внимание на последние слова. Сердце заколотилось от волнения, нахлынувшего так резко. — Нескольких? — переспросила с надеждой, которая успела вспыхнуть внутри. — Значит, не только я… Стрэндж слегка приподнял уголки губ и с уверенностью кивнул. — Верно, — подтвердил он вслух. Что во мне отозвалось новым приступом дрожи. — Думаю, скоро кто-то из них найдёт тебя. Или ты сама это сделаешь. Надо просто вернуться туда, где всё началось. Мне хотелось смеяться и плакать от радости. Неужели я увижу их вновь? Чувство, что возникло при этой мысли, было непередаваемым. — Но… Почему именно я? Мы? Устремив взгляд на доктора, смотрела на него с неподдельным интересом. — Я тоже спросил Кэрол об этом. Он отвёл глаза и вздохнул. — И что она ответила? Стрэндж опять взглянул на меня, цитируя: — А разве тот, кто имеет смелость пожертвовать собой ради спасения других, не заслуживает второго шанса в нашем безумном мире? Я замолчала, обдумывая услышанное и вспоминая белокурую девушку, которая редко, но улыбалась. И всегда была дружелюбной по отношению ко мне, во многом помогая. А сейчас, как поведал хранитель, она находилась где-то на другом конце галактики. По телу разлилось тепло, на губах появилась улыбка. — Не знаю, как это назвать — чудом или безумием… — вскоре снова заговорила, обратившись к доктору. — И всё-таки я очень благодарна Дэнверс за этот шанс. При возможности передайте ей, пожалуйста. — Конечно, — заверил Стрэндж. Поднявшись и забрав свой плащ, направилась к двери, открыв которую, обернулась, чтобы сказать: — И вам спасибо. За всё. Доктор лишь склонил голову, показывая свою признательность. Я же покинула его кабинет с готовностью увидеть последний эпизод из жизни Джоан. Что бы там ни было, мне необходимо это сделать, дабы перевернуть страницу и начать с чистого листа. Потому что дала ей обещание… Ради нас обоих я обязательно напишу счастливый финал.
