Твой любимый крестраж

      Тому и Гарри всё же пришлось пожить в приюте ещё денёк: если формальности насчёт Тома были более-менее улажены, то с Фоундлингом — пришлось попотеть. Чтобы не сидеть сложа руки в ожидании отъезда, Альбус предложил им попрощаться с остальными, хотя из уст миссис Коул знал, что прощаться особо не с кем. Но в ответ на его предложение, мальчики, как ни странно, слегка погрустнели. Несмотря на их отчужденность, за эти годы у них появились свои привязанности. Жажда неизведанного манила, и всё-таки расставание с приютом являлось не самой лёгкой, хоть и необходимой вещью.       Первым делом они направились к Джону Чарльстону, до сих пор работающему приютским врачом. Мальчики обнаружили Джона в своём кабинете, который ему выделили года два назад. Мужчина сидел за столом с аккуратно сложенными стопками бумаг и разукрашенной железной кружкой. Эту кружку они вместе разрисовывали. Джон специально купил краски на половину своей зарплаты, но это того стоило. Викки тоже участвовала в этом безобразии, и по ходу действия оказалось, что она неплохо рисует.       «И с ней тоже надо будет прощаться…» — тоскливо подумал Гарри.       Он не горел желанием уезжать, срываться неизвестно куда, но это было лучше, чем обречь себя на одиночество. В том, что Реддл уехал бы так или иначе, Гарри не сомневался. При первой встрече с Дамблдором Том показал, что без Гарри он не уедет. А может, всё дело было лишь в новых возможностях, которые предоставила бы необычная школа? Том слишком умён для этого места, а представить жизнь без Тома Фоундлинг не мог. Том Реддл был для него всем. Гарри последовал бы за другом куда угодно, он доверял ему так, как не доверял никому. А Том… Том всегда рядом. Так будет всегда. Отбросив ненужные сомнения, Гарри чуть тряхнул непослушными волосами и зашёл в кабинет вслед за Томом.       — Привет, Джон, — с щемящей тоской в сердце поздоровался с мужчиной Гарри.       Так грустно ему ещё никогда не было. Страшно было расставаться с человеком, возможно, единственным, кто всегда мог защитить. Джон заменил им отца. Вечно настроенный оптимистично Чарльстон и сейчас с улыбкой встретил своих маленьких друзей.       — Привет, мальчики. Как вы? У меня вот работы навалом, к нам скоро проверка, подготовиться надо, вот на меня половину всего и скинули, а то мисс Джонсон слегка приболела… — начал сетовать Джон, но заметив выражения лиц обоих, нахмурился.       Наступила тишина.       — Джон, мы… уезжаем, — наконец промолвил Том, намеренно стараясь быть спокойным, но голос предательски дрогнул. Мальчик-без-эмоций, умеющий всегда сохранять холодную голову, проронил первую в своей сознательной жизни слезу, — Нас забирают из приюта, навсегда.       Гарри всхлипнул и посмотрел на Джона, хранившего молчание. В тёплых карих глазах мужчины тоже стояли слёзы. Он вздохнул и вдруг сгрёб в охапку мальчишек, усаживая их к себе на колени. Они сидели так несколько минут, обнимаясь. Том первым осознал происходящее. Он осторожно остранился и слез с колен, поспешно вытирая влажную дорожку на щеке. Гарри последовал его примеру, также поступил и Джон.       — Что-то мы совсем расклеились, парни, — глаза Джона вновь светились оптимизмом, но в глубине всё же затаилась печаль. Гарри шмыгнул носом. Том вернул прежнее хладнокровие и продолжил, словно ничего не произошло.       — Так вот. Меня забирают в школу для одарённых детей. Гарри берут вместе со мной, но учиться он будет на дому, насколько я понял. Детали мы обговорим позже. Гарри будет жить отдельно, где именно, профессор не сказал, но обещал, что он будет полностью обеспечен, — во время рассказа Джон задумчиво кивал, но не перебивал, — Я буду жить в школе, она нечто вроде пансионата. Мы с Гарри будем видеться в свободное время от учёбы. Вот.       Закончив повествование, юный волшебник, который даже не подозревал, что он таковым является, взглянул на Гарри. Тот сидел на втором стуле, болтая ногами, и внимательно прислушивался к словам Тома. Увидев, что тот замолчал, Гарри добавил:       — Профессор Дамблдор ещё сказал, что все нужные учебники и остальное у нас будут. Он сам их предоставит.       Том кивнул, подтверждая сказанное. Мужчина почесал в затылке и усмехнулся, потирая ладони.       — Что ж, интересно… Знаете, не каждый день уезжают практически родные сыновья, так что бумажки могут и подождать до вечера. Давайте, зовите Викки. Вы ей уже сказали?       Гарри отрицательно помотал головой. Джон укоризненно посмотрел на них.       — Мы собирались, честно… — оправдывался Гарри, ища поддержки у Тома. Тот еле заметно улыбнулся.       — Ладно, давайте уже бегом за девочкой. А то не будем же мы чай без неё пить, — добродушно махнул рукой врач. Мальчики синхронно кивнули и вышли из кабинета.       — Том, — дёрнул Гарри за рукав друга, когда дверь закрылась, — Как думаешь, что будет дальше?       Том потрепал его по голове.       — Не знаю, Гарри. Увидим. Но для начало надо найти Викки…       Вскоре они сидели все вместе в кабинете за столом. Джон достал еще пару стульев, бумаги отложил на подоконник, а на их место поставил тарелку с бутербродами. Где он их взял, они так и не удосужились спросить, но вечер всё равно был весёлым. Они предавались воспоминаниям, смеялись, а Джону пришлось отложить работу на более поздний срок.       Они болтали до полуночи, но когда в кабинет постучались, Викки тяжело вздохнула. В кабинет вошёл Алекс Гринг — один из тех старших ребят, помогавший сестрам следить за детьми, которые должны выпуститься из приюта через год-два. Он выразительно посмотрел сначала на Джона, потом на своё запястье и постучал по нему, словно по часам. Джон кивнул, и юноша скрылся, тихо прикрыв за собой дверь.       — Пора по кроватям. Мы и так засиделись, — с сожалением проговорила рыжеволосая и взглянула на Тома.       Он весь вечер вставлял остроумные шутки, и изредка улыбался своей холодной улыбкой. Гарри являлся младшим среди них, но именно с ним Том всегда появлялся везде, куда бы ни пошёл. И что он нашёл такого в мальчишке? Впрочем, у Гарри была своя изюминка. Взгляд. Лукавый, словно он обладал некими знаниями, неизвестными никому. Секретом. Большие зелёные глаза будто бы поглощали, а смазливая мордашка довершала образ Бедняжки-из-приюта. Гарри мог очаровать, ввести в заблуждение.       Лишь Викки казалась себе невзрачной. Она не умела общаться, поддерживать тему, и, как только понимала, что теряется, начинала сыпать саркастическими подколами, язвить. Единственное, что было в ней яркое, это рыжие кудрявые волосы. В остальном же она уступала многим. И какой бы она ни хотела казаться смелой, каждую ночь ей снился кошмар. Об этом не знал даже лучший друг Том.       — Ладно, ребятишки. Викки права: нам пора бы и сворачивать наши посиделки, — подтвердил мужчина. Дети начали потихоньку выбираться из-за стола.       — А как же… — кивком указал на стол Гарри. Действительно, на столе остались крошки после чаепития. Викки в ожидании смотрела на мужчину. Джон махнул рукой.       — Идите спать, я сам уберу.       Гарри с Викки переглянулись и пожали плечами. Ну, если Джон против…       — Доброй ночи, — пожелал Чарльстон на прощание, и чуть подумав, добавил, —Вы только тихо там, а то поздно, поймают ещё…       — Спокойной ночи, Джон, — проговорила Викки, и они друг за другом вышли из комнаты, закрыв дверь.       Дети шли предельно тихо и осторожно, стараясь быть максимально приближенными по духу к братьям своим меньшим мышам. Сначала они решили проводить Викки. Всё шло хорошо, даже слишком, а потому тем неожиданнее был звук шагов, направляющихся в их сторону. Дети замерли. Том первым среагировал и затащил совершенно не сопротивляющихся Гарри и Викки в подсобку, где хранились швабры, тряпки и прочий инвентарь. Подсобка была не лучшим местом для пряток троих детей. Они затаили дыхание. Шаги затихли. Сквозь узкую щель приоткрытой дверцы виднелась тень. По всей видимости - это был взрослый человек. Это не особо что-то меняло. С другой стороны коридора тоже послышались шаги. Трио напряженно вслушивалось в тишину.       — Пидор, — почему-то нежно произнёс грубый мужской голос, от которого они изначально прятались, и в этом голосе все трое с удивлением узнали…       — Стивен, — чуть насмешливо, с непонятной грустью произнёс второй голос.       Удивлению сидящих в подсобке не было предела. Алекс Гринг и Стивен Уайт? Алекс, который сторонится таких, как Стивен, который собирал свои шайки и дразнил более слабых? Что они вообще забыли здесь? Пока Гарри пытался собрать паззл воедино, Том уже всё понял и не мог сдержать усмешки от осознания того, что здесь происходит. До Викки, судя по едва слышному выдоху, только что дошло. Гарри просто следил за развитием событий, молясь, чтобы их не заметили.       — Я скучал, Стив, — Алекс неожиданно сделал шаг вперёд и притянул к себе парня, страстно целуя. Гарри впал в ступор, упорно пытаясь понять, какого чёрта они целуются. Они же… мальчики. Им нельзя, это же, это же… нельзя!       Том, скрывая улыбку, смотрел на Гарри. У него был довольно удобный ракурс: он видел, что происходит снаружи, и одновременно мог смотреть на Гарри. Тот же не мог отвести взгляд от того, что видел. Два парня целовались!       — Малыш… — простонал Алекс, впиваясь в плечи Стивена. Тот, хоть и был крупнее Алекса, явно подчинялся Грингу. Алекс в порыве безудержной страсти, охватившей его, прикусил мочку уха Стива, и тут случилось страшное.       Гарри, под впечатление от увиденного, совершенно забыл, где он находится, и на всю подсобку раздался громкий удивленный возглас:       — О боже…       Замерли все: Том, и Викки, и Гарри, и даже Стивен. Алекс первым очнулся и мигом подлетев к подсобке, открыл дверцу.       — О боже…— теперь уже воскликнул Алекс.       Ему предстала довольно странная картина: два мальчика, один другого младше, и девочка, глаза которой были вытаращены наверх и смотрели прямо в лицо Алекса. Выражение его лицо менялось со скоростью света, будто он никак не мог решить, как реагировать на это. Хотя всё же, стоит отдать должное Тому — он единственный, кто сохранил спокойствие. Он спрыгнул с перевернутого ведра, на котоом стоял, подал руку сначала Гарри, а потом Викки, и вежливо поздоровался с Алексом.       — Какого чёрта!.. — вырвалось у наконец-то отмершего Стивена, но он тут же прикрыл рот рукой, посмотрел по сторонам, и понизив голос, повторил, — Какого чёрта здесь твориться?       Гарри был в состоянии, близком к обмороку. Викки мрачно переводила взгляд с одного на другого, а Том… Том просто оставался собой.       — Вы не видели нас, мы не видели вас. Идёт? — он протянул руку Алексу.              Тот нахмурился, взглянул на Стивена, потом на Тома. Оценивая сложившуюся ситуацию, Алекс решил, что это будет разумно. Да и бить мелких он не любил, зная, каково это.       — Договорились, — Алекс пожал руку Тома, и вдруг усмехнулся, — Когда пойдёте мимо женского туалета, не шумите особо. Поверьте, у нас ещё цветочки…       Викки и Гарри кивнули, всем своим видом давая понять, что им всё ясно. Том взял за руку Тома, и они вместе направились к себе. Они негласно решили, что раз комната мальчиков ближе, то Викки переночует у них. Пропажу вряд ли заметят.       Уже проходя мимо женского туалета, они услышали приглушенные стоны, а когда троица остановилась, раздался тихий шёпот.       — Лиз, мне кажется, там кто-то есть… — настороженно прошептал один голос.       — Все уже спят, Мэри, не бойся, — ответила другая девушка, и дети вновь услышали звуки поцелуев.       Викки округлила глаза, в немом удивлении уставившись на Тома. Тот таинственно улыбнулся, и, сделав знак закрыть Гарри свои уши, двинулся дальше. Не говорить же им, что не первую ночь слышит такое из женского туалета?       Благополучно миновав всевозможные опасности, дети тихо проскользнули в комнату и дружно выдохнули.       — Я в шоке, — первой высказалась Викки, говоря в полтона.       Гарри кивнул. Столько впечатлений за одну лишь ночь, это ж надо…       — Нам надо выспаться, а уже перевалило за полночь, — задумчиво сказал Том, стоя у окна.       На улице давно стемнело, и, конечно, никого не было. Но около забора юный волшебник заметил фигуру старика, напоминающую о Дамблдоре. Странный, непонятный человек. Он владеет теми же силами, что и сам Реддл. Том не раз задумывался над своими умениями и не мог дать точного определения. Волшебство? Магия? Но её не существует… Редкая мутация? Проклятие? Быть может, всё-таки волшебство?..       — Мы с Гарри ляжем на мою кровать, а Викки на кровать Гарри, — отдал указания Том.       Все дружно кивнули, выражая своё согласие. Девочка не стала раздеваться, лишь сняла свою светло-серую кофту, оставшись в майке. Гарри уже нырнул под одеяло, Том лёг рядом. Все волнения моментально исчезли из головы, словно и не было их.       — Спокойной ночи, — шепнул Том малышу, обнимая сзади. Гарри устроился поудобнее и закрыл глаза.       Не прошло и пяти минут, как уставший малыш мирно сопел в подушку. Том умиротворённо улыбнулся, чувствуя абсолютное спокойствие в душе. Спустя полчаса Викки начала метаться, жалобно скуля. Том подскочил, привыкший к подобному за столько лет, хоть кошмары давно не мучили Гарри, но выработанная привычка давала о себе. Резко подняв голову с подушки, он посмотрел на успешно созерцающего сны Гарри. Малыш улыбался во сне и не было ни намёка на душевные страдания. Спросонья не сразу осознал происходящее, Том повернув голову в сторону кровати Фоундлинга, наконец увидел источник плача. Он как можно осторожнее слез с кровати, стараясь не разбудить Гарри. Это было без надобности. Зеленоглазый настолько умотался, что его не разбудил бы и пушечный выстрел. Том подошёл к кровати. Услышав неразборчивый шёпот, он нагнулся к лицу Викки, вслушиваясь.       — Нет!.. не надо… не трогай!.. отдай!.. Лика!.. верни мне её!.. Верни… — мольба смешивалась с отчаянием, девочка захлебывалась в беззвучных рыданиях. Том прижал к себе Викки, погладивая по спине в попытках успокоить её.       — Тссс… Всё хорошо… Хорошо, Викки… Я тебя не оставлю… Ты поедешь с нами, да?.. всё…       Девочка постепенно успокаивалась, слёзы остановились, и вскоре она заснула, прижавшись к Тому. Поскольку Гарри кошмары не мучили, и Том решил остаться с Викки, в случае очередного приступа. Так они заснули: Том в положении полусидя, склонив голову набок, а Викки уткнулась ему в бок, ровно дыша.       Ночь прошла спокойно.       Утром самым первым проснулся Гарри. Он сладко потянулся, зажмурившись, и тут вспомнил, что он и Том спали вместе. Не заметив Тома в кровати, Гарри нахмурился. Он обвёл комнату взглядом и мгновенно обнаружил пропажу. Том спал в обнимку с Викки. В груди у Гарри неприятно кольнуло. Словно заметив чужой пристальный взгляд, Том зевнул и окончательно проснулся. На кровати сидел Гарри, а в глубине зелёных глаз таилась обида.       — Доброе утро, — вполголоса проговорил Реддл, настороженно глядя на него, — Что-то случилось?       Гарри отрицательно покачал головой. Том хотел продолжить разговор, но тут Викки заворочалась, и он решил отложить выяснения до более подходящих времён.       — До-оброе у-утро, — протянула девочка, заметив некоторое напряжение между этими двумя, — Всё нормально?       — Да, — махнул рукой Том, — Ты выспалась? Знаешь… Может, Альбус согласится взять тебя с нами?       — Мне кажется, это будет перебор, — засомневалась Викки, — Наглость. Он и так берёт Гарри…       — Ничего, подвинется, — усмехнулся Том. Викки укоризненно посмотрела на друга.       — Я вообще-то здесь, — напомнил о своём присутствии Гарри, холодно глядя на Раймонд.       Та вопросительно посмотрела на Тома, но Том пожал плечами. Тяжело вздыхая, девочка встала с кровати и потянулась.       — Через пять минут у нас подъём. Мы проснулись за пять минут до подъёма. Мне кажется это странным… Мы легли в час ночи, — задумчиво произнесла Викки, — Но в сон меня не клонит.       — Меня тоже, — слегка нахмурился Реддл, — Ладно, давайте собираться.       Быстрее всех оделась Викки — ей не требовалось много времени, чтобы накинуть кофту и сунуть ноги в ботинки.       — А когда вы уезжаете? — спросила она, когда все были готовы.       — После полудня, если не ошибаюсь, — скрывая злорадство, ответил Гарри. Ему не нравилось, что Том проснулся с Викки; за это воемя он разговаривал с ней больше, чем с Гарри.       Это раздражало Фоундлинга, он не хотел видеть Тома с кем-то, кроме него. Когда они уедут, Викки останется в прошлом… И Том будет проводить всё время с Гарри. Так и будет. Конечно.       В коридоре раздался звон колокольчика, и зычный голос миссис Ричардсон возвещал всем о приходе утра.       — Па-адъём! Вста-аём!       На завтраке Викки с Томом опять разговорились, а Гарри остался в стороне. Конечно же, мальчик обиделся. Это было несправедливо. Никто не считал нужным вспомнить о Гарри, а тот надеялся, что они обратят внимание.       — О чём говорите? — решил спросить он. Том посадил мальчика с тарелкой между ним и Викки.       — Как ты думаешь, может возьмём с собой Викки? — кивнул, указывая на рыжеволосую, Реддл. Гарри кисло улыбнулся.       — Да, возможно, но мне кажется, что Викки права. Это будет нагло с нашей стороны…       — Но ведь мы не можем бросить её, — привёл весомый аргумент Том.       Гарри знал, что если Том захочет, чтобы Викки взяли с собой, он этого добьётся. Поэтому следовало образумить друга, подкинуть более подходящий вариант для всех.       — Раз в неделю приезжать в приют к Викки, это в самый раз, — ответил Гарри. Том потрепал Гарри по голове, отчего тот стал довольным и похожим на сытого кота.       — Вполне. А ты как думаешь, Викки? - девочка кивнула в знак согласия.       — Отлично, — подытожил Реддл.       Когда завтрак закончился, они вернулись в комнату, чтобы собирать вещи. Мальчики справились за десять минут — у них почти не было личных вещей. На столе Том разложил все игрушки, хранившиеся в шкафу. Здесь им обрадуются больше, а им и так повезло.       — Я буду скучать, — грустно вздыхая, призналась Викки, обращаясь к мальчикам. Но Гарри плотно сжал губы, увидев куда смотрит рыжеволосая, а точнее на кого.       — Я тоже, — Том неспешно подошёл к окну.       Они больше не увидят этот надоевший пейзаж, и Том сделает всё, чтобы так и было. Гарри не будет нуждаться в чём-либо. Профессор сказал, что это открывает для него много возможностей, но Реддл не мог точно представить, как далеко они простираются, эти возможности. Всё должно сложиться хорошо…       В дверь постучали.       — Я смотрю, вы уже готовы, — Дамблдор мягко улыбнулся, поглаживая каштановую с рыжим отливом бороду, в которой проскальзывала седина.       Гарри кивнул, с готовностью спрыгивая с кровати. Том развернулся.       — Доброе утро, сэр, — слегка кивая в знак приветствия, произнёс Реддл. Альбус внимательно посмотрел на Тома, но промолчал.       — Через десять минут подъедет наш транспорт, так что можем выходить.       На улице дул сильный ветер, но солнце светило ярко, правда с перерывами — ветер неумолимо гнал облака на дневное светило. Детей выпустили пораньше, и теперь они вовсю смотрели на мальчиков с рюкзаками и на странного старика, ведущего их за собой.       — Ну, прощайтесь…       Гарри и Том подошли к Викки и поочередно её обняли. Всё же Гарри стало жаль расставаться с подругой, как бы он к ней ни относился. Следующим в очереди на объятия был Джон, не сумевший пропустить уход мальчишек. Недалеко они увидели Алекса и Стивена: они сидели на крыльце рядом друг с другом, на коленях у Стива лежала девушка, но ночное трио знало об их секрете. Алекс подмигнул им, а Стивен на прощание махнул рукой.       — Мэри, может тоже попрощаешься с этими везунчиками? — Алекс увернулся от удара, а вот Стивен, не ожидавший нападения, получил по челюсти. Алекс хихикнул.       — Чёрт, Мэри!       — Иди нахер, — беззлобно огрызнулась Мэри, чья голова преспокойно находилась на коленях у Стивена.       На секунду у парня промелькнула нехорошая мысль, он усмехнулся, но Мэри, словно предчувствуя беду, предупредила:       — Только попробуй!       Стивен знал, чем может обернуться шалость, а потому, прежде чем её совершить, он прикинул путь, скорость и крепкость двери. По всем параметрам до него доберутся если не нападением сразу, то измором.       — Ладно, ладно.       Гарри и Том переглянулись, но ничего не сказали.       — Нам пора, — отвлек мальчиков Альбус, —Пойдём.       Фоундлинг выдохнул, и они направились к воротам. Когда они вышли за пределы приюта, Гарри в последний раз взглянул на приют и тихо прошептал:       — Ну, прощай… — металлическая калитка со скрипом закрылась.

***

      Мужчина медленно открыл глаза, морщась. Голова раскалывалась, а попробовав пошевелить поврежденной рукой, он понял, что она забинтована. Воспоминания вспыхнули перед глазами, Сириус сглотнул, облизывая пересохшие от жажды губы. Вокруг царила темнота, хоть глаз выколи, и, где он находится, Блэк не знал. Мужчина попытался приподняться, и это ему удалось, правда с трудом, но всё же. Он пошарил здоровой рукой в поисках воды, и нащупал тумбочку, на которой стоял графин.       Сириус наконец смог сесть в постели, прислонившись спиной к холодной стене, и налил в стакан, стоявший около графина, прохладной воды. Сделав глоток, Сириус почувствовал облегчение. Он допил воду, вытер тыльной стороной ладони губы, пытаясь восстановить картину произошедшего. На нём явно была пижама, на руке бинт, тумбочка слишком простая для его дома — значит, он не у себя. Кровать тоже не очень широкая, односпальная. Если не дома… В лазарете? Кто его притащил? Нет, на лазарет не похоже… Внезапно яркая вспышка озарила комнату, и Блэк зажмурился, пытаясь унять резь в слезящихся глазах. Он выругался, и, когда глаза более-менее привыкли к свету, Сириус поднял взор на вошедшего.       — Римус?.. — но не успел Блэк договорить, как мужчина обжёг его ненавистью во взгляде. Сириус даже не мог понять, в какой момент Люпин оказался рядом, и его кулак прилетел ему в лицо.       — Чёрт… Римус… — из носа шла кровь. Римус скривился, кинул салфетки, и хрипло проговорил:       — Ты сукин сын!       — Римус… — в жалкой попытке успокоить друга, Сириус забыл о своём носе, откуда потоком хлынула кровь на белые простыни.       — Я. Тебя. Ненавижу, — Римус буквально дрожал от гнева, от боли…       Чеканя каждое слово, вливая в него всю ярость и ненависть, произнёс Римус и вылетел из комнаты. Сирису остался один, совершенно сломленный и раздавленный, залитый собственной кровью, продолжавшей хлестать из носа.       — Римус… — прошептал Сириус.       Но слишком поздно. Он потерял всё. Даже друга.