Я тебя завалю, Шастун!

— Арс-с-сений Сергеев-вич, — заикаясь, произносит Антон, — я не вовремя, извините, пожалуйста. Это слишком неловкая ситуация. Антон резко разворачивается и убегает прочь из квартиры Арсения. Горячие слезы оставляют ожоги на его щеках. Он выбирается на улицу и жадно начинает глотать воздух. — Засос, мужчина в трусах, он голый… Зачем он это делает? Зачем он причиняет мне боль? Трясущиеся руки парня судорожно достают пачку сигарет. Он несколько раз нажимает на курок зажигалки и, поджигая сигарету, скорее тянется вдохнуть ее. Никотин попадает в горло, в легкие, а затем слабенько отдает в мышцы. Голова так болит, что складывается ощущение, слово ее сжимают с двух сторон. Ноги едва улетают и Антон чувствует еле заметное расслабление. — Антон, ты не так все понял. Ты увидел картинку, но не знаешь ее сути. Арсений мастер тихо подкрадываться. Шастун не заметил, как Попов открыл дверь подъезда и подошел к нему. — Позволь мне объяснится. Ты просто не так все понял. Вместо ответа Арсений получает лишь взгляд. Взгляд полный боли. Взгляд, пронзающий душу Попова насквозь. — Он уже ушел. Поднимись ко мне, пожалуйста, я все тебе объясню. Тишина в ответ. Но глаза Антона громко задают вопросы. — Это мой друг. Он сегодня ночевал у меня, мы ночью с ним ходили в бар. Это просто мой друг. «Блять, Арсений, какой же ты тупой! Зачем ты сказал, что вы ночевали вместе, — думает Попов». Антон молча разворачивается и уходит от Арсения. — У меня тоже есть к тебе чувства, Антон. Эта фраза, как дефибриллятор, заставляет Шастуна проснуться. Он поворачивается и медленно подходит к Арсению. — У меня правда есть к тебе чувства, — тихо произносит Арсений. Антон в одно движение целует мужчину. Его губы так грубо и резко двигаются, что Арсений даже не может сообразить, что ему делать. Это слишком резко, слишком внезапно. Попов тянется губами к Шастуну, хочет вжаться в него, хочет стать с ним одним целым. Но вкус поцелуя почему-то горький. И они оба это чувствуют. — Идите нахуй, Арсений Сергеевич, — злобным шепотом произносит Антон. И уходит, оставляя Арсения одного. «Он ушел, — крутится в мыслях Арсения, — я его проебал. Он ушел и это моя вина».