Раскольников

— В честь чего банкет? — усмехнулся Родион, вернувшись с улицы. Ваня, уже успевший вытащить из рюкзака бутылку вина и целый пакет бутербродов, немного смутился. — Ух ты. Мужчина взял в руки бутылку, повертел и вчитался в этикетку. — Я просто подумал, что было бы неплохо расслабиться после рабочей недели, — неуверенно объяснил Ваня. Родион хмыкнул, поставил бутылку обратно на стол и мягко провёл рукой по чужим волосам. — Мы же уже расслабились, — по-доброму улыбнулся он, намекая на их сегодняшнюю встречу и последующие ласки, которые и правда расслабили их настолько, что они несколько часов провалялись в кровати. Встретиться в пятницу вечером было идеей Родиона, так что Ване пришлось бежать на ближайшую электричку сразу после работы. Наталья Константиновна была даже не в курсе, что он приехал. Родион встретил его прямо на станции, на машине довёз до своего дома и без лишних разговоров приступил к делу. Такая спешка Ване даже понравилась — он и сам всю неделю никак не мог дождаться выходных. Каждый день думал о том, что вот-вот отправится в деревню, да ещё и впервые без Кузи. Думал о плане и о том, как бы скорее расставить все точки над «ё». Они с Родионом так и не обменялись телефонами. Ваня даже начал сомневаться, что у мужчины он вообще есть. Негласный договор встречаться исключительно по выходным, к удивлению, нравился ему и вызывал только больший интерес. С Русланом у него всё было просто и понятно, а сейчас… сейчас он впервые за долгое время понял, что ничего не смыслит в человеческих отношениях. Родион напоминал слишком уж сложную головоломку, которую можно решить, только потратив на неё уйму времени. Он был странным, немного скучным и правильным, но в тоже время приятно и до жути загадочным. Ваня ещё никогда не встречал таких людей и ему даже нравилось то, что он понятия не имел, что его ожидало завтра. — Ладно, я понял, — Ваня хотел было положить бутылку обратно в рюкзак, но его неожиданно остановили. Он непонимающе нахмурился, на что Родион только виновато посмотрел на него. — Ты же не пьёшь, да? — Иногда могу, но стараюсь этого избегать. Не обижайся, у меня было много примеров того, во что превращаются люди под действием алкоголя. Мне просто не очень хочется. — Так мы чуть-чуть, — заверил его Ваня, прекрасно понимая, что аргументов у него нет. — Я тоже не люблю напиваться… это всё Кузя. Пару раз только было. Мужчина в очередной раз усмехнулся и всё же кивнул. Он сам поставил бутылку обратно на центр стола и вдруг отошёл, велев ждать его. Ваня проследил за ним взглядом, мысленно выдохнул и достал из рюкзака ссобойку с оливками и апельсинами. — Вот, давно уже стоит в погребе, но повода не было, — Родион поставил на стол ещё одну бутылку. Ваня удивлённо воззрился на неё, признав знакомый ликёр, который видел только у директора в кабинете. — Если хочешь выпить, пей что-то хорошее, а не эту гадость на скидках. — А ты не будешь? План начал трещать по швам, и Ваня понял — все его надежды и ожидания от этих выходных, оказывается, могли рухнуть по щелчку пальцев. Он поймал себя на мысли, что так усердно готовился и мечтал, и даже не подумал о том, что Родион всё же откажется. — Чуть-чуть, — предупредил мужчина, и Ваня облегчённо выдохнул. — Фильм какой-нибудь включить? У меня ноутбук с собой. — Можно. В итоге фильм они так и не посмотрели. Разговор после второй же рюмки словно поплыл по течению. Ваня сразу заметил, что пьёт он чуть ли не в два раза больше, чем аккуратно сдерживающий себя Родион. Мужчина никуда не торопился и даже укоризненно смотрел на то, как молодой человек слишком уж быстро подливает им обоим добавку. Ваня упорно старался это игнорировать и ничего не мог поделать с тем, как сильно хотел войти в то состояние, когда признаться в своих истинных желаниях ему будет легче лёгкого. Уже спустя полчаса он и правда почувствовал приятное покалывание при движении. Голова стала какой-то тяжеловатой, но тело наоборот расслабилось настолько, что пришлось практически лечь на стол, придерживая голову рукой. Родион тоже стал вести себя более раскрепощённо, но пьяным явно не был. Они снова заговорили о детстве, вспомнили какие-то весёлые истории, обсудили старые фильмы. Иногда Родион задавал странноватые вопросы, на которые Ваня отвечал с лёгкой усмешкой. Так мужчина выпытал у него, в какой школе он учился, в каком районе жил и где работал. Зачем ему это знать, Ваня так и не понял, но решил не зацикливаться и сам не заметил, как начал выводить разговор на то, что ему так хотелось обсудить. Без малейших сомнений он вдруг потребовал от мужчины рассказать свою самую серьёзную проделку в детстве, надеясь, что снова сможет невзначай поговорить о порке. — … и тогда отец полез на крышу, чтобы меня достать. Мы с Антоном перепугались до чёртиков, а кошка даже глазом не моргнула и спокойно слезла по трубе. Оказалось, что она постоянно там грелась, а мы и не знали. Поэтому я теперь больше собак люблю. Ваня усмехнулся, приподнявшись, снова отпил из своей рюмки и прилёг обратно на стол, подперев щёку рукой. Родион смотрел на него с лёгкой улыбкой и явно не понимал, что вызвало такой интерес. — И тебе даже не влетело? — с демонстративным сомнением поинтересовался Ваня. В этот раз мужчина от его вопроса не растерялся, а даже наоборот — сосредоточился и с подозрением прищурился. — Что? Тебе десять раз сказали, что кошка сама спустится, а ты ещё и соседского ребёнка на крышу запёр. Не поверю, что полотенцем отделался. — Ну, может и не полотенцем, — подтвердил Родион, глядя на полупустую бутылку. — Наверное, это единственный раз был, когда по-настоящему прилетело. Я и забыл. — Забыл? — Да. Удивительно, что сейчас эту историю вспомнил. Раньше никому не рассказывал. Знаешь, иногда получить за дело даже полезно. И не стоит на этом зацикливаться — это не конец света. Я на своего отца за это не обижаюсь и зла не держу. Понятно же, что сам виноват. — Ну… да, наверное, — неуверенно кивнул Ваня. Родион почему-то поменялся в лице и будто на него обиделся. — Я не про это вообще… — С чего это у тебя такой интерес к моему воспитанию? Под пугающим прищуром Ваня слегка стушевался. Алкоголь, конечно, помогал избавиться от сомнений и стеснения, но вот боязнь спугнуть прочно засела у него в голове. — Мне любопытно, — честно выпалил он, пожав плечами. На его хитрую ухмылку Родион отреагировал ещё большим интересом. — Мне никогда не прилетало, вот и спрашиваю. Говорил же, та нянечка только обещала, но никогда не делала. Родион как-то странно хмыкнул, и Ваня посмотрел на него с обожанием. Пьяный мозг подкидывал знаки, и он был почти уверен в том, что мужчине тоже нравится то, о чём он говорит. — Любопытно, — повторил Родион и сам себе усмехнулся. — Посмотрел бы я, как тебе стало бы любопытно… — Стало бы, — уверенно кивнул Ваня, чем вызвал очередную усмешку. — Хочешь поспорить? — И как же мы это проверим? — Легко. У тебя ремень есть? Родион явно до последнего считал, что они перебрасываются шутками, так что стоило Ване подняться и отправиться на поиски, он засмеялся уже более нервно. — Ты что, серьёзно? — спросил он, отправляясь вслед за сбежавшим. — Не буду я тебя бить. — Почему? — искренне расстроился Ваня. Родион его реакции удивился только больше. Кажется, даже немного разозлился. Он подошёл ближе, приобнял ничего не понимающего Ваню за плечи и попытался вернуть за стол. — Весело же, — попробовал Ваня, сам не понимая, что несёт. Мужчина фыркнул, остановился и посмотрел на него уже серьёзнее. — Что? — Ты перебрал, давай уже ляжем спать, — мягко попросил Родион, погладив его по волосам. Ваня замялся, немного протрезвел, почувствовав обиду сильнее, чем следовало, и уставился на партнёра виноватым взглядом. — Надо было тебя раньше остановить. Что, настолько вкусно? — Ну, да, — Ваня обернулся через плечо, рассматривая хоть и не большую, но достаточно внушительную бутылку, которую он вылакал практически в одиночестве. Чуть меньше половины, конечно, ещё осталось, но градус оказался больше, чем он рассчитывал. — Бутерброды доедать будешь? — Угу. Ваня послушно поплёлся следом за придерживающим его мужчиной и уселся на своё место, всё ещё не отрывая от партнёра разочарованного взгляда. — Чего ты так смотришь? — не понял Родион. — Расстроился, что эксперимент не удался? Мужчина явно не вкладывал в вопрос никакого тайного смысла — он просто пошутил. Ваня расстроился только больше. — Больно это и неприятно, — неожиданно объяснил Родион. Лицо его сразу стало каким-то… расстроенным. — И врала твоя нянечка, не в каждой семье пользуются такими методами. Сейчас и вовсе пытаются привлечь к ответственности за подобное, да и люди стали другими. Раньше Интернета ведь не было, а книжки… не знаю, стал бы кто-то из наших родителей читать книжки. Как там говорят? Ребёнок — это же не машина какая-то сложная, а родительство — вообще дар божий. Так зачем книжки? Все по примеру своих родителей действовали, а те что? У них времени не было. Да и сейчас все куда-то торопятся, а иногда на эмоциях… Родион почему-то замолчал и уставился в пустоту. Ваня не обратил на это никакого внимания и, тяжело вздохнув, принялся доедать оставшиеся бутерброды. — Иди спать, я скоро приду, — сказал мужчина, вдруг начиная вставать. — Куда ты? — Погреб забыл закрыть, мало ли кто влезет. Ваня нехотя кивнул, но на полпути к кровати задумался. Он развернулся, бросил взгляд на прикрытую одной лишь москитной сеткой дверь, ведущую в веранду, и, не особенно задумываясь, направился на улицу. Родион куда-то исчез, хотя, возможно, и правда возился с тяжёлым замком с другой стороны дома. Ваня отошёл к забору, посмотрел вверх, вспоминая схему, которую ему озвучил мужчина. Он говорил, что раньше здесь складировали доски, а ещё возле дерева торчал скворечник — сейчас этого всего не было. Молодой человек вздохнул, взялся за чуть поржавевшую трубу и закинул ногу, как можно выше, чтобы достать до выступа. К удивлению, добраться до уровня окна у него получилось с первого раза. — Ты что делаешь? — знакомый голос раздался откуда-то снизу. Ваня, каким-то чудом добравшийся до края крыши и вцепившийся в него одной рукой, извернулся и посмотрел на застывшего с телефоном в руках Родиона с недоумением. — На крышу твою лезу, — беззаботно ответил он и продолжил своё занятие. — Сдурел? Зачем?! Ваня не ответил. Рука вдруг соскользнула, и он чуть было не рухнул вниз. К счастью, старая труба выдержала его вес и позволила чуть съехать вниз, неприятно ободрав ладони. — Спускайся! — то ли обеспокоенно, то ли раздражённо потребовал Родион. Ваня спорить и не собирался и аккуратно спустился сначала на ветхий забор, а затем и на землю, чуть не сбив пытающегося ему помочь мужчину с ног. — И как это понимать? Ваня промолчал. Очень хотелось сказать прямо, но прояснившееся от адреналина сознание не позволяло этого сделать. Стало чертовски стыдно. Настолько, что захотелось сбежать и зарыться в яму где-нибудь в лесу, лишь бы не видеть и не слышать этого неприятного, разочарованного тона. — Знаешь, этот намёк я, кажется, понял, — заявил Родион таким тоном, что Ваня вдруг почувствовал давно забытое чувство где-то внизу живота. Стало так приятно и одновременно страшно, что он не смог сказать ни слова. — Пойдём спать, завтра поговорим по душам.