Painful art

— Кенсу, ты готов? — молодой человек в темно-синем костюме и с аккуратно уложенными рыжеватыми волосами зашёл в комнату, поправляя галстук. Он оглядел помещение в поисках До, но было пусто. — Кенсу! — Я здесь, — показался из-за дверцы шкафа шатен. Он закрыл ее и встал ровно перед Сехуном, показывая свой костюм. — Нормально..? Белая рубашка выделялась на фоне чёрного костюма и такой же темной бабочки. Пиджак был застегнут на одну-единственную пуговицу посередине, из-за чего нижняя часть принимала форму, напоминающую крылья, но совсем не топорщилась. Кенсу поправил прямоугольные лацканы и вопросительно посмотрел на своего друга. — «Нормально»? — изогнул одну бровь О. — Почему ты спрашиваешь такое? Ты шикарен. Я говорил, что тебе идёт официальный стиль? Почему ты так редко надеваешь костюмы? Боже, Кенсу, ты в них выглядишь как принц Британии. Статный, грациозный, вели- — Ну ладно-ладно, я понял тебя. — смутился До. — Самый обычный костюм на самом обычном мне. Спасибо, но, правда, не стоит... — Ты такой скромный, — усмехнулся Сехун, скрестив руки у груди. — Покоритель женских сердец До Кенсу. — Женских? — улыбнувшись одним уголком губ, и с удивлением посмотрев на друга, переспросил шатен. — Ты в этом уверен? Рыжеволосый посмотрел на друга, сжав губы, чтобы сдержать улыбку и смех. Но До выжидающе посмотрел на него, продолжая улыбаться, и Сехуна прорвало на смех. — Все, пошли. — сказал О, успокоившись спустя несколько секунд. — Иначе мы опоздаем и Бэкхён нас убьёт.

***

Огромное здание, больше походящее на дворец, дорогие машины, блеск роскошных часов и ювелирных украшений, одежда из новых коллекций — всё это было частью мероприятия Бэкхёна и тем, к чему скептически относился Кенсу. Художник просто не понимал, почему такие люди гонятся за всем нововышедшим, дорогостоящим и брендным, в то время как кто-то считает копейки, откладывая на еду. Он не смел открыто осуждать кого-либо за трату их же денег, но мог ставить под сомнение такое поведение в отношении себя. До никогда бы не стал частью этой беготни за именными вещами. Бэкхён ожидал художников у входа, как и обещал за несколько часов до начала мероприятия по телефону. Он был одет в другой, новый, костюм, но не менее роскошный, чем предыдущий. Здесь, словно среди софитов, он расцветал полностью. Бён буквально сливался со всем этим изобилием, блеском и атмосферой. Он был в своей тарелке. — Как добрались? — спросил Бэкхен после того, как поздоровался и обменялся рукопожатиями с двумя друзьями. — Нормально, не заблудились. — кивнул Сехун. — Отлично. Тогда... идемте, я познакомлю вас с Чанёлем, если он не занят. Бён настолько быстро скрылся в толпе, что художники даже не успели моргнуть взглядом. Они удивленно переглянулись и попытались найти темноволосую макушку знакомого в толпе, но это было почти невозможно. — Вы идёте? — вдруг послышалось со стороны, противоположной той, где они искали Бэкхёна. — Как он-, — нахмурился Кенсу, желая проворчать, но Сехун быстро схватил его за руку и потянул за собой, чтобы успеть за снова уходящим в толпу Бёном. Второй раз он вряд ли будет возвращаться за ними. Шум фонтана, смешавшиеся в единую кучу разговоры, доносившийся с разных сторон смех и звон бокалов начинали давить на Кенсу. Здесь было слишком много людей для него. Он был словно закрыт в коробке со всем этим народом и не мог нормально дышать — либо ему было слишком душно, либо в зале действительно не хватало кислорода на всех гостей. Сехун резко остановился — и неожидавший этого До врезался в друга. Шатен выглянул из-за спины и увидел Бэкхёна, который мило разговаривал с группой людей, уводя от них Чанёля. Кенсу не знал ни одного из них, да и узнавать не хотел. Единственная причина, по которой он сюда пришёл — просьба Бэкхёна и Сехуна. — Добрый вечер, — улыбнулся соулмейт Бэкхёна, подходя к ним. — Чанёль, это Кенсу и Сехун, — представил Бён двух художников. — Ребята, это Пак Чанёль. — Приятно познакомиться. — поклонились художники, музыкант лишь улыбнулся в ответ. Чанёль показался Кенсу молчаливым и отстранённым. Он как будто был уставшим, замотавшимся и выполнял всё автоматически, не выдавая никаких эмоций. Возможно, он просто был скрытным человеком и тоже чувствовал себя здесь как не в своей тарелке, как и сам До? Кенсу хотелось бы верить, что он не один чувствует дискомфорт в таких людных местах. — Я найду вас через полчаса, нам нужно поприветствовать важных гостей. — сообщил Бён, прижавшись к руке Чанёля. — Можете выпить, столы в левой части зала. Только не переборщите, иначе мне придётся вызвать полицию. — Мы не пьём, — вежливо отказался Сехун, на что Бэкхен одарил его удивленным взглядом на несколько секунд, а потом исчез вместе с Чанёлем в толпе. — Что будем делать? — Может... — закусил щеку изнутри До. — Уйдём? — Уйдем? Мы же только пришли. — удивился рыжеловолосый, а потом вспомнил, что его друг не любит такие мероприятия. — Всё хорошо? Если тебе не нравится здесь, то мы и правда можем уйти. — Нет-нет, — отмахнулся Кенсу, натянув легкую улыбку. — Я пошутил. Сехун бросил на До серьёзный взгляд — и шатену стало от него не по себе. Он только что обманул своего лучшего друга. Он соврал не о какой-то простой вещи, а о своём состоянии в данный момент. Кенсу просто не мог испортить настроение Сехуну сейчас, поэтому лучше он стерпит пару часов этой встречи и вернётся домой без чувства вины. — Может, нам с кем-нибудь познакомиться? — предложил О. — Что? Зачем? — Нет, мы, конечно, можем и вдвоём разговаривать, но тут в основном все общаются группами по пять, а то и семь человек. — огляделся Сехун. — Плюс новые знакомства не помешают никогда. — Тогда, думаю, нам стоит начать с краев..? В центре всегда самые общительные, а мне не хотелось бы за секунды раскрывать всю свою биографию. Сехун лишь усмехнулся, но кивнул. Художники направились через толпу к стене. Пробиваться было не так уж и сложно: люди сами расходились, уступая дорогу. Однако каждый из них бросал изучающий и оценивающий взгляд, который спиной чувствовал на себе Кенсу. Это было ужасно неудобно и вызывало отвращение. Шатен начал чувствовать себя каким-то отбросом и задумался о том, что с ним что-то не так. Из-за своей задумчивости, До на мгновение «выпал» из реального мира, но этого хватило, чтобы столкнуться с официанткой, которая несла бокалы вина. Грохот подноса и звон разбивающегося об пол стекла привлёк внимание людей. В зале стало намного тише, а вскоре по группам волнами пошёл шёпот. — Господи! Простите, пожалуйста! — жалобно извинялась она, собирая осколки. — Всё хорошо. Кенсу присел, чтобы помочь девушке убрать стекло и не обрезаться. Официантка отдёрнула руку, словно обожглась, и замерла в шоке. Гости начали шептаться ещё больше и уже даже не пытались говорить тише. Сехун стоял на месте, не понимающий, что ему следует делать. Неожиданно откуда-то выскочил Бэкхён. Парень подлетел к Кенсу и, рывком заставив быстро его подняться, увёл в сторону. Люди проводили их своими любопытными взорами, но позже, словно потеряв интерес, продолжили говорить о своём. — А-а-айщ, — протянул шепотом Бён, оглядывая ранее чёрный костюм. Теперь же на пиджаке и белой рубашке красовались бордовые пятна от алкоголя. Бэкхён развернулся и, смотря на толпу, задумался. Кенсу не понимал, в чем была проблема, кроме испорченного костюма, и неужели было так сложно сменить его. Видимо, Бён прочитал его мысли, потому что начал звонить кому-то. — Так, — закончив говорить по телефону, Бэкхён развернул До в сторону уборных. — Иди пока туда, я принесу тебе новый костюм. С официанткой я разберусь, пока тебе его везут. Она будет уволена, не переживай. — Уволена?! — пытался развернуться До, но Бён подталкивал его, чтобы Кенсу уже шёл ждать свой костюм в уборную. — Да подожди ты. — Что? — Зачем ее увольнять? Это я задумался, не увидел ее, вот и- — Ты гость, ты задумался, потому что тебе можно, а ей нельзя витать в облаках, это ее работа. — строго отчеканил черноволосый. — На твоём месте мог быть другой, более влиятельный, человек и тогда бы мы влипли. Понятно? Всё, иди, не будь на глазах у гостей в таком виде. Кенсу демонстративно закатил глаза и направился в уборную. В это время Сехун догнал Бэкхёна, чтобы разузнать, что предпринял брюнет и нужна ли его помощь. До зашёл внутрь. Весь шум и суета остались за серой дверью и выходить отсюда совсем не хотелось. Это было, наверное, единственное спокойное и безопасное место в этом здании. Кенсу подошёл к зеркальной панели над раковинами и всмотрелся в своё отражение. Он не выглядел усталым или напуганным, шокированным или смущенным. В эмоциях и внешности все было нормально, тем не менее пятна от красного вина слишком выделялись. Если бы они запачкали только чёрный пиджак, то это бы не так сильно бросалось в глаза. До устало вздохнул. Ему следовало уйти раньше, как только появилась возможность. Ведь тогда и Сехун был не против покинуть мероприятие ради друга. — Извините? — послышалось сзади и Кенсу резко обернулся. Перед ним стоял красивый и стройный мужчина. На нем была чёрная жилетка поверх белоснежной рубашки, галстук и прямые, чуть укорочённые, брюки, узкие прямоугольные часы красовались на правой руке, а на другую руку был накинут аккуратно сложенный пиджак. — Д-да? — Я... Могу я помочь Вам? — незнакомец мотнул головой, подбородком указывая на пятна вина. Кенсу опустил задумчивый взгляд на свою одежду. — Здесь разве можно что-то сделать? — спросил художник, поднимая глаза на собеседника. Мужчина кивнул и, положив свой пиджак на белую тумбочку, взял бумажные полотенца. — Лучше как можно скорее пропитать пятна от вина. — он протянул пачку Кенсу. До с недоверием взял упаковку салфеток из рук незнакомца и, вытащив пару штук, начал промачивать их. Мужчина недолго наблюдал, как Кенсу неумело справляется. — Разрешите? — А? — не понял сначала художник. — А, ну... да? Мужчина взял из пачки побольше салфеток и, еле касаясь, придерживал Кенсу за плечо одной рукой, в это же время второй рукой он ловко избавлялся от влаги в ткани рубашки и пиджака. Незнакомец оказался выше До на пару сантиметров, но Кенсу даже не подозревал, что будет стоять вот так, замерев и почти не дыша. Он не понимал, с чего незнакомому человеку помогать ему. К тому же, на таком мероприятии. Он явно был одним из тех богатых гостей, с которыми так спешили поздороваться Чанёль и Бэкхён. При всем этом наблюдать за ним Кенсу нравилось. Дверь резко открылась и в уборную влетел Сехун. Рыжеволосый замер, застав такую картину. Кенсу решил посмотреть, кто зашёл, не двигая головой, и когда До заметил своего друга, его глаза широко распахнулись. — Кенсу, ты-... — вошедший замер. — Вы что тут... — вопросительно посмотрел на обоих Сехун. — Я не помешал? Мужчина остановился и, выпрямившись, повернул голову в сторону двери. Он оглядел Сехуна оценивающим взглядом с головы до ног и обратно. — Ваш друг? — спросил он у Кенсу, повернувшись к нему. До кивнул и незнакомец вернул свой взгляд на Сехуна. — Можете, пожалуйста, принести соль? — Ч-чего? Соль? — Да. Для пятен. — ярко улыбнулся мужчина. Сехун посмотрел сначала на незнакомца, потом на своего друга, потом снова на незнакомца. Он не мог понять, что за нелепица тут происходит. — Соль, да? Сейчас будет. — И, если можно, побыстрее. Пока ещё вино не так сильно въелось. О выгнул одну бровь, постоянно метая взгляд от Кенсу к незнакомому человеку и обратно. — Сейчас. — Сехун неуверенно кивнул и скрылся за серой дверью. — Значит, Кенсу? — поинтересовался незнакомец. До кивнул. — Красивое имя. Если я не ошибаюсь, оно означает цветущий и сияющий? — Наверное... А, в смысле да. Да! Неизвестный мило усмехнулся, а Кенсу почувствовал, что вот-вот покраснеет. Это будет полный провал, если его лицо станет цвета розовых пятен с его рубашки. Сехун вернулся действительно быстро и протянул добровольцу фарфоровую солонку. Пока тот смешивал воду с солью, О буравил взглядом своего друга с целью получить хоть какой-то намёк и понять, что вообще происходило, когда он вошёл. Через несколько минут «колдовства» добровольца с солью, пятна исчезли, оставив после себя бледно-розовый, почти незаметный, оттенок. Сехун одобрительно покачал головой и поблагодарил незнакомца, который, почему-то, очень быстро скрылся, когда закончил. — Наверное, он куда-то опаздывал, — предположил До, опустив голову вниз, чтобы рассмотреть свою рубашку. — Но он правда помог. — Да я видел, как он помог. — фыркнул Сехун. Рыжеволосый хотел выйти из уборной, но вовремя отпрыгнул от двери, иначе бы получил в лоб. Зашедший с костюмом Бэкхён оглядел двоих художников и остановил взгляд на одежде Кенсу. — Почти не видно, — подметил он, а потом увидел стоящую на раковине солонку — Хорошая работа. Чья была идея? Сехун посмотрел на друга, ожидая, что он скажет имя того незнакомца, но До впал в ступор. Он забыл спросить, как зовут неизвестного. Теперь он никогда его не найдёт? Больше никогда с ним не встретится и будет жить как в фильмах, постоянно думая о нем? Кенсу понял, что его мысли становятся каким-то бредом и отбросил их. — Я не знаю имени того, кто помог. Но... могу описать его? — Не так важно, Кенсу. — успокоил его Бэкхён. — Сменишь костюм или останешься в этом? Может, хотя бы рубашку переоденешь? До было жаль, что труд незнакомца мог быть насмарку, поэтому он решил сменить только рубашку, оставив свой костюм. Шатен быстро переоделся, чтобы не заставлять Бэкхёна ждать, ведь он тратил своё время на него. — Отлично, — кивнул черноволосый и показал большой палец. — Кстати, я закончил с приветствиями, так что могу составить вам компанию. — Ты ведь должен будешь находиться в центре? Кенсу не очень любит... кучные места. — Серьезно? — удивился Бэкхён. — Тогда... тогда почему ты пришёл сюда сегодня? — Всё в порядке, прав- — Просто он очень хороший друг. — с благодарностью взглянул на него Сехун. — И ещё, потому что ты пригласил. — Мило... — опустил взгляд Бён. — Тогда пойдём в более тихое место. Второй этаж вполне подойдёт!

***

Бэкхён, Кенсу и Сехун находились на втором этаже несколько часов, стоя, облокотившись на железные перила, и наблюдая за людьми внизу. В начале Бён выхватывал взглядом каких-то людей из толпы и рассказывал информацию о них, позже у троицы начинали появляться темы для разговора, которых становилось всё больше и больше с каждой минутой. Больше всего Бэкхён наблюдал за Чанелем, который вёл это мероприятие. Кенсу заметил, как смотрит на своего соулмейта их новый знакомый. Наверное, именно так смотрят на людей, которые являются для тебя всем миром, чей смех и голос — это лучший звук во вселенной и чья внешность самая притягательная. Когда Пак сошёл со сцены, Бэкхён потянулся и размял шею. Люди начали стремиться к выходу и уезжать. Они не уходили толпой, как обычно бывает в людных местах, гости как будто знали точное время, когда им следует покинуть зал, чтобы не создавать проблем у дверей. — Можем спуститься, все уже уходят. — посмотрел вниз черноволосый. — Бэкхён, спасибо, что находился с нами сегодня, — искренне поблагодарил Кенсу. — Это не было твоей обязанностью, но ты потратил на нас время, хотя мог быть внизу и общаться с влиятельными людьми... Спасибо. — Не благодари, — Бён положил руку на плечо шатена. — Я бы не остался с вами, если бы мне было плевать или если бы я хотел потусоваться внизу. С вами было даже интереснее. Надеюсь, мы стали чуть ближе. — Ну после твоих сплетен о каждом из гостей... — усмехнулся Сехун. — Думаю, ближе тебе только Чанёль теперь. — Тс-с-с. Никому не говорите, что я вам рассказывал. Трое молодых людей спустились по лестнице, когда зал уже оказался полупустым. Музыка и шум стихли, оставшиеся гости распределились на группы по разным частям помещения. Чанёль разговаривал с тремя мужчинами и выглядел он не таким, каким видел его Кенсу при знакомстве. Улыбка Пака была очень красивой и яркой. Музыкант выглядел счастливым и настоящим. Бэкхён направился к своему парню, ведя за собой художников. — Ты провёл всё великолепно, — сразу начал с комплиментов соулмейту Бён. — Со второго этажа было видно намного больше, чем с первого. — А, так вот где ты был. — прозвучал бархатный голос музыканта. — Я не мог тебя найти. — Из тебя ужасный следопыт, как ты мог меня не найти? — наигранно поджал губы Бэкхён, а потом усмехнулся, показав на двух друзей, стоящих позади него. — Я был с Кенсу и Сехуном. Чанёль оглядел художников и задумался, пытаясь их вспомнить. В это время мужчины, с которыми общался Пак, попрощались, сказав, что они уже опаздывают. Музыкант кивнул и поблагодарил их за посещение. — Так вот, — мысленно вернулся он к художникам. — Кажется... помню... Ещё в самом начале Бэкхён знакомил с вами, да? — Да, да. — подтвердил Бён. — Сехун рисовал твой подарок, а про работы Кенсу я тебе постоянно рассказываю. Чанёля как будто осенило и он даже приоткрыл рот, начав кивать. Художники смутились от такого определения, особенно Кенсу, который никак не мог привыкнуть к тому, что у его творчества есть поклонник и этот поклонник Бён Бэкхён — один из влиятельных владельцев картинных галерей и соулмейт успешного музыканта. Неожиданно сзади Пака показался силуэт, который позвал его по имени. Чанёль обернулся и поздоровался с ним неформально. Бэкхён последовал за своим парнем. До решил, что это их знакомый или даже друг, потому что он был почти единственным незнакомым ему человеком, с которым оба соулмейта разговаривали неофициально. Когда Чанёль чуть отошёл, открывая обзор на того, кто подошёл, сердце Кенсу быстро забилось. Он даже слышал его стук в ушах и чувствовал, как оно бьется о его рёбра. Это был тот самый незнакомец из уборной, который помог ему избавиться от бордовых пятен. — Давайте я вас представлю, — предложил с улыбкой Бэкхён. — Чонин, это Сехун, а это- — Кенсу, — широко улыбнувшись, сказал он. Повисла неловкая тишина. Художники старались не смотреть им в глаза: Сехун приметил картину справа, а До начал изучать пол. — Так вы знакомы? — удивился Бэкхён. — Или... Бён задумался, коснувшись указательным и большим пальцем своего подбородка. Он сопоставлял факты и картинка из пазлов в его голове начала приобретать смысл. — Я ничего не понял. — вдруг громко сказал Чанёль. — Почему ты такой счастливый, ты такой задумчивый, а вы двое как будто что-то натворили? — А что, я не могу быть радостным просто так? — хмыкнул Чонин. Пак лишь закатил глаза. — Я понял! Это ты помог Кенсу. — дошло до Бэкхёна. — А Сехун, видимо, принёс вам соль. Ким медленно и одобрительно покачал головой. Чанёль всё ещё плохо понимал происходящее, но хоть что-то ему стало известно. — Отличная была мысль с солью, я бы не догадался. — Да пустяки. — отмахнулся Чонин, а потом обратился к Кенсу. — Прошу прощения, что сбежал так быстро. Мне нужно было помочь Чанёлю с музыкальным сопровождением. До вспомнил, как несколько часов назад прекрасно играла мелодия фортепиано. Он сразу представил Чонина, элегантно перебирающего клавиши инструмента. Жаль, что он не видел это вживую, а только слышал. — Чанёль, у тебя завтра репетиция в семь утра, ты уверен, что выспишься? — намекнул Ким. — Если опоздаешь, это точно не понравится руководителю. — Точно, я и забыл. — потёр лоб Пак. — Бэкхён, ты останешься или...? — С тобой. — сразу же ответил Бён, не раздумывая. — Всем пока! Сехун, Кенсу, позвоните, как доберётесь домой. Художники кивнули и попрощались с соулмейтами. Они проводили их взглядом до выхода, пока Чанёль и Бэкхён не скрылись за стенами здания. — Их так легко раскусить, — нарушил тишину Чонин, напоминая, что он ещё здесь. — В каком смысле... — не понял До, поднимая глаза на Кима. Художнику хватило нескольких секунд, чтобы резко опустить взгляд. Аура Чонина была обжигающей, а вот внешность казалась холодной. — Если ты не знаешь, я не хочу тебе это объяснять. — закусил губу музыкант. Он посмотрел на Сехуна, потом на Кенсу и неожиданно начал надевать свой пиджак, который постоянно висел у него на руке. — Было приятно с Вами познакомиться, — поклонился Сехун, решив, что Чонин начал собираться. — Я ещё не ухожу. О прикусил себе язык. Вышло неловко. Кенсу глубоко вздохнул и прерывисто выдохнул, пытаясь сдержать улыбку и тем более смех. — А... просто... я ухожу! — неожиданно выпалил Сехун, придумав оправдание. Кенсу резко повернул голову, удивленно посмотрев на друга. — Тогда действительно... Мне тоже было приятно познакомиться. Удивленный взгляд До сменился яростным, он мысленно сжигал своего друга. Сехун беззвучно выдал губами «прости» и, развернувшись, помчался к выходу. Кенсу не мог поверить, что он вот так вот оставил его наедине с Чонином, хотя обещал никуда не уходить. До тяжело вздохнул, смирившись с тем, что его кинул собственный лучший друг, но в следующую же секунду подавился воздухом. Чонин посмотрел на него с удивлением и быстро дал указание официантам принести воды. Кенсу осознал, что они с Сехуном приехали на одной машине и уезжать они должны были вместе. Вряд ли О будет ждать его в автомобиле, а уехать с Чанёлем или Бэкхеном уже не получится. — Что-то случилось? — поинтересовался Чонин, протягивая стакан с водой, который только что принёс официант. — Нет, всё нормально. — До сделал глоток и постарался успокоиться. Он не хотел выглядеть глупо сейчас, но... — Вы... не знаете, здесь вообще ходит общественный транспорт? — Что? — не понял Ким. — Не знаю... вроде как нет. Возможно, в километре отсюда и есть остановка... Может подвезти? — Нет-нет, не нужно, я дойду сам. — вежливо отказался Кёнсу. — Я сам. — Сейчас уже темно. Я настаиваю... С таким молодым человеком, как Вы, может и что-нибудь случится. — Сколько Вам лет? — с возмущением спросил Кенсу. — Вы что, старше меня на десяток? Я же не школьник. — Двадцать три... — похлопал глазами Чонин. — А Вам..? — Восемнадцать. — Вы выглядите очень молодо, лет на шестнадцать. — А Вы старо, — фыркнул Кенсу. — Я пойду. До свидания. Художник быстрым шагом направился к выходу, оставляя за собой шокированного Чонина. Свежий воздух ударил в голову, когда До вышел на улицу, и протрезвил ум. Только в тот момент Кенсу понял, что ляпнул от напряжения. — Чертов Сехун, — уже в верхней одежде шёл по улице До, проклиная своего друга, который и правда уехал. — Вот дойду, потом доеду и уши ему поотрываю. Мимо на большой скорости проехала белая машина и остановилась чуть впереди. Кенсу злобно на неё посмотрел и ускорил шаг, не желая поворачивать голову в сторону авто. Однако транспорт медленно начал двигаться с ним наравне. До остановился и демонстративно развернулся. Он был в такой ярости, что готов был прямо сейчас найти кирпич и разбить им окно. То самое окно, которое только что желал разбить Кенсу, резко поползло вниз и на водительском сидении оказался Чонин. До отпрянул, резко вспомнив разговор внутри здания. Ким смотрел прямо, не удостаивая своим взглядом художника. — Я- — Здесь нет остановок, я уточнил у персонала. — резко и холодно отчеканил Чонин. — Ты будешь идти до самого утра, так что садись. Кенсу удивленно открыл рот. Во-первых, когда они успели перейти на «ты», а во-вторых, с какой это стати он печётся о том, с кем только сегодня познакомился, так ещё и во второй раз. — Ты не слышал? — повернулся Чонин. — Садись. — Чего? — возмутился До. — Не нужно мне! Дойду сам, пусть и до утра. Пусть даже замёрзну. Кенсу продолжил идти, не ожидая, что машина поедет за ним. Он не обращал внимания и просто шёл дальше, но медленно передвигающийся автомобиль начинал его раздражать. — Зачем Вы это делаете? — Жду, пока ты устанешь, усмиришь свой характер и наконец сядешь в машину. — твёрдо сказал Ким. — Не веди себя как ребёнок, ты не дойдёшь. — Тогда вернусь и договорюсь с кем-нибудь из персонала. Они же домой возвращаются. Чонин громко цокнул и закатил глаза. Он потёр тонкими пальцами переносицу, что-то бормоча себе под нос. Кенсу услышал только «какой же упрямый» и что-то про то, где Бэкхён его нашёл. До развернулся и пошёл к зданию, где проходило мероприятие. Ким не последовал за ним, и это в какой-то мере обрадовало художника. Когда он вернулся, на парковке оставалась всего лишь одна машина. Ему нужно было найти того единственного оставшегося работника, иначе ему придётся ночевать здесь. Первым делом Кенсу решил пойти в помещение обслуживающего персонала, но там было пусто. Зал, где проходило мероприятие, оказался закрыт, а в коридоре уже был погашён основной свет. Художник вздохнул и пошёл обратно. Подождать у машины будет самым логичным вариантом, ему даже не следовало уходить и искать владельца. Однако, когда До оказался на парковке, ни одного автомобиля уже не было. — Вот черт! — сильно сжал челюсти Кенсу. — Сехун, тебе крышка. До продолжал ворчать и идти непонятно куда. Будь сейчас здесь Чонин, он бы извинился и согласился, чтобы тот его подвёз. Почему он был таким глупым и на самом деле упрямым? — Подвезти? Кенсу повернул голову в сторону звука и обрадовался, увидев Чонина. Ким как будто прочитал его мысли, но это было сейчас не важно, потому что он сможет добраться домой. — Д-да. — Садись, — открыл дверь машины Чонин. Кенсу сел на переднее сиденье, аккуратно закрыв за собой дверь. Салон был обит каким-то тёмным бархатом или велюром, До совсем не разбирался в тканях, но он был мягким и красивым. А ещё очень сильно пахло сладким грушевым парфюмом Чонина. — Я хотел... извиниться за то, что назвал Вас старым. — закусил губу шатен. — Я правда не хотел. Простите. — Не переживай, я понимаю, что ты нервничал из-за ухода своего друга. — ответил Чонин, не отвлекаясь от дороги. — Где ты живешь?