the taste of gravel in the mouth // вкус гравия во рту

Смех Дина громким эхом раскатился по стенам. Он чувствовал его в своей груди – пузырящийся, неконтролируемый. На грани истерики. Где раньше был страх, где была злость, где было – было хоть что-нибудь – был теперь только лающий мрачный смех, мертвый и бесчувственный. Сэм положил на стол нож, рядом с ним – фляжку святой воды. Он достал из кармана старый платок и выложил в ряд стопку шприцов. - Миленько, – сказал Дин. Сэм его проигнорировал. Теперь он был умнее, выучив свой урок. Он устроил целый магазинчик ужасов в карцере, посреди гигантской дьявольской ловушки. Он использовал веревки, вымоченные в святой воде, наручники и скобу для головы – такую же, какую они использовали на Гадриэле – чтобы в этот раз Дин не смог его укусить. Кас наблюдал за ним, стоя у входа. Он прислонился к стене, сложив руки на груди, бледный и уставший. Рядом безмолвно стояла Ханна, уставившись на Дина с бдительностью, с руками, сжатыми перед собой; только лишь видимость спокойствия, она была готова начать действовать, если это потребуется. Дин улыбнулся ей по-волчьи. Она не моргнула глазом. Сэм закатал рукав, прислонил к руке шприц и наполнил его первой дозой. Когда он подошел, со шприцом в одной руке и фляжкой святой воды в другой, Дин яростно дернулся в кресле с рычанием. Плечи Сэма напряглись, но он не тронулся с места. - Ну хорошо, – сказал он. – Попробуем снова. Это продолжалось шесть часов. Сэм вводил ему дозу, затем объявлял, что они вернутся, и они втроем оставляли Дина одного, неспособного сделать хоть что-нибудь, кроме как думать. После третьей дозы – вот когда оно началось, чувства. Чем дольше оно продолжалось, тем хуже он себя чувствовал. После четвертой он стал паниковать. Он попытался вырваться из пут, попытался отбросить Сэма, клацая на него зубами, практически с пеной у рта. Но Сэм продолжил невозмутимо. После пятой дозы Дин настолько ослаб, что обвис в кресле, и только скоба теперь поддерживала его голову. После шестой дозы, когда Сэм сделал порез на ладони и приложил ее ко рту Дина, напевая экзорцизм, очищая его изнутри, наступила очередь Каса. Они работали, как по часам. У них было лишь маленькое окошко возможности, прежде чем метка не завладеет им снова. Из другой комнаты, приглушенным голосом, Дин услышал как Ханна говорит: - Кастиэль. Он услышал, как она говорит: - Ты точно уверен, что хочешь это сделать? - Да, – сказал Кас. – Я уверен. - Почему? – спросила Ханна. - Ты знаешь, почему. - Разве ты уже не пожертвовал так многим? – спросила Ханна. – Кастиэль, нам нужен– - Я вам не нужен. Больше не нужен, – сказал Кас. – Это ты нужна Раю, Ханна, не я. Дин закрыл глаза. - Пожалуйста, – сказал Кас. – Пожалуйста, помоги мне это сделать. Ханна не ответила. Несколько минут спустя они вошли в комнату вместе, Кас – снимая плащ, Ханна – с длинной, угрожающе выглядящей иглой в руках. Во взгляде, которым она посмотрела на Дина, было только презрение, только злость. Она уже вылечила его прежде, и, несмотря на то, что она согласилась с планом Сэма, очевидно, она чувствовала, что одного раза было достаточно. Дин отвел взгляд, посмотрел на Каса, который наблюдал за ним, сворачивая плащ и откладывая его в сторону. Дин улыбнулся ему слабо. - Здорово, Кас. Кас тихо ответил: - Привет, Дин.