Не то, чем кажутся

Вдалеке показалась тоненькая фигурка, почти теряющаяся в траве. Даниил сначала не обратил внимания, торопливо шагая по рельсам. Только через пару минут он понял, что она следит за ним и постепенно приближается, то пропадая в травяном море, то снова показываясь. Не сбавляя шага, Даниил проверил, заряжен ли револьвер. Черные силуэты заводов устрашающей громадой вставали посреди ночной степи, до обиталища Бураха было уже рукой подать, когда следящих за ним странных фигур вдруг стало больше. Даниил начинал нервничать, успев насчитать четыре. Потом появилась и пятая — мелькнула в поле зрения и зашла ему за спину. Они следовали за ним, держа некоторую дистанцию, с которой можно было рассмотреть очевидно человеческие очертания этих фигур. Они как будто охотились за ним. Ночная степь тревожила. Даниил так и не смог привыкнуть к беспроглядному ночному мраку, который опускается на этот проклятый город, стоит лишь пропасть солнцу за горизонтом, и даже редкие ночные фонари не способны развеять густой мрак, наполненный запахом твири. Даниил привык к столице, которая наполнена электрическим холодным светом и днем, и ночью. Впрочем, ночные прогулки его не страшили. Судя по этой странной слежке, не страшили они не только его. На всякий случай он ускорил шаг, начав оглядываться чаще. Фигур, следящих за ним, стало уже шесть. Ни к чему хорошему это точно не приведет. Уже бегом Даниил свернул с рельсов в сторону убежища Бураха, и тогда он услышал громкий топот позади. Он обернулся, едва не запутавшись в траве, которая так и норовила схватить его и удержать, и выстрелил вслепую. Промазал! Он затормозил, едва не ударившись о стену заводского корпуса, схватился за него рукой и вскинул револьвер, пытаясь рассмотреть нападавших. Его обступили шесть тоненьких с виду женских фигур. Невесты! Даниил таких у Стаматина в кабаке видел, у Грифа еще одна водилась. Женщины как женщины, слишком голые, разве что. Бурах объяснял, что им так положено. Положено ли им с самым кровожадным видом толпой окружать незадачливого ночного путника, Даниил не знал. Дикарки были еще более голыми, чем те, кого он видел в городе, две из них и вовсе были полностью обнажены. На вид — худенькие, тоненькие, но что-то Даниилу подсказывало, что это нисколько не спасает его положение. Смотрели они на него голодно, окружали, все еще держа дистанцию, но громкий выстрел из револьвера не напугал их достаточно, чтобы прогнать. Пуль осталось пять, но с одной-то он справиться, пожалуй, и голыми руками сможет… — Ойнон, убери револьвер! Невесты на громкий окрик разом зашипели, повернули головы и оскалили зубы, пригибаясь к траве. — Ты их пугаешь! — Я их пугаю?! Невестам Бурах крикнул что-то на степном, и те в ответ издали какие-то совершенно не человеческие звуки, дико изгибаясь и кривя конечностями. Бурах проскочил между двумя из них — та, что была слева, попыталась укусить его за руку, но Бурах сумел отмахнуться. Он оказался возле Даниила, закрывая его собой от голодных взглядов, схватил его за вытянутую руку, держащую револьвер, и заставил опустить вниз. Потом он повернулся к невестам, держа Даниила за собой — тот все равно выглянул из-под его плеча заинтересованно — и громким приказным тоном бросил им что-то на степном. Они принялись громко и очень… выразительно выказывать свое недовольство — пользовались невесты явно не только шипением, клокотанием, щелканьем зубов и визгом, но и языком тела. Тогда Бурах на них прикрикнул погромче и пострашнее, и они притихли, принявшись удаляться, то и дело голодно оглядываясь через плечо. — Это что сейчас было? — спросил Даниил, когда они ушли, а Артемий перестал вжимать его в стену. — Невесты охотятся по ночам, — ответил Артемий, отойдя от него. — Надо было сказать тебе раньше. — Охотятся? — Да. Опасно так ходить ночью по степи, ойнон. Они из городских только детей никогда не тронут. Даниил убрал револьвер, хмурясь. — Хорошо, что ты ни в кого не попал, когда стрелял, — добавил Артемий, и они направились к двери в его логово. — Но хорошо, что выстрелил, иначе я бы не вышел. А тебе умирать пока рано. *** — Меня зовут Айян, ойнон, — невеста выглядела хорошенькой и беззащитной, но Даниил на это больше не поведется, так что на всякий случай он встал подальше. — Меня хозяин прислал. Велел о тебе позаботиться. Она улыбнулась — зубы за пухлыми кукольными губками крылись акульи. Такие вонзятся в руку и без труда вырвут кусок мяса. Интересно, она тоже охотится ночью?