Не финал

Локи прикрыл за собой дверь, легко бросил ключи на полочку, скинул пиджак и в приподнятом настроении проследовал в глубь апартаментов. Вокруг царила абсолютная тишина, так что он даже не сразу заметил Верета, неподвижно сидящего на кухне за барной стойкой. — О, ты уже здесь? — бросил он на ходу. — Ну как прошло с Коулсоном? Блэббер продолжал сжимать в ладонях кружку и отрешённо смотреть в одну точку. Локи затормозил и удивлённо оглянулся на помощника. — Эй? — окликнул он парнишку. — Хорошо, — наконец отозвался тот. — Мы говорили о тебе. Голос Блэббера звучал потерянно и опустошённо. Локи насторожился. Он бережно положил на стол тетрадь, которую всё это время держал в руках, бросил на диван пиджак и неспешно вернулся к барной стойке. — Вот как? — задумчиво произнёс царевич. Он неторопливо расстегнул ворот рубашки и закатал рукава: то ли хотел почувствовать себя свободнее, то ли пытался скрыть внезапно возникшее напряжение. Блэббер так и продолжал смотреть перед собой: — Фил сказал, ты пытался захватить Землю, — тихо добавил он. Локи закусил губу и нахмурился. Он опустил взгляд, словно что-то обдумывая и наконец, посмотрев Верету в глаза, твёрдо произнёс: — Да, это так. — А ещё, что ты убил тогда около ста человек. Блэббер смотрел на него снизу-вверх, напряжённо и слегка разочарованно. Локи устало вздохнул: — Не лично я. Не всех, во всяком случае. Голос мага звучал пугающе спокойно. — Не всех?! — Верет вскочил с места и обошёл стойку, чтобы оказаться рядом с Локи, который продолжал сохранять поистине королевскую невозмутимость. — Как ты можешь вот так спокойно об этом говорить?! — ужаснулся он. — Так же, как ты мог спокойно смотреть бои на Арене, — пожал плечами царевич. — Это другое! — Не вижу принципиальной разницы. — Там бились гладиаторы! — А здесь гибли солдаты. — Не только! — Возможно. Все аргументы Блэббера словно о непробиваемую стену разбивались о ледяное спокойствие Лафейсона. — Но объясни мне, зачем?! — Верет в отчаянии схватился за виски. Локи отвёл взгляд и покачал головой: — Ты всё равно не поймёшь. Верет печально смотрел на шефа: — Я не ожидал что ты… Блэббер снова наткнулся на зелёный взгляд и осёкся. — Продолжай! — холодно потребовал Локи. — Монстр? Чудовище? А ты думал кто я? Фокусник с бабочками и иллюзиями? Придворный шут? Нет! Я царь и я воин. Меня с детства учили убивать. И поверь, я преуспел в этом! Ты видел меня в деле. Тебе интересно сколько крови на этих руках? Да ты захлебнулся бы в ней! Ты когда-нибудь видел битву? Настоящую, бойню, а не этот ваш цирк с трибунами и шокерами. А я был в них! И за тысячу лет их было достаточно, для того, чтобы просто перестать считать трупы. Что ты хочешь от меня услышать? Что я сожалею о содеянном? Я сожалею! А теперь можешь идти, если тебе так противно моё общество. Карту оставь себе. Считай это компенсацией за сакаарское наследство. — Я просто хочу понять почему? — взмолился Верет. — Ведь должна же была быть причина! — Это слишком сложно, — устало покачал головой Локи, — я не смогу тебе объяснить. — Тогда покажи! — потребовал Блэббер. — Что?! — искренне не понял Лафейсон. — Покажи мне! Верет схватил Локи за руку, крепко прижал его ладонь к своему виску и закрыл глаза. Лафейсон с сочувствием посмотрел на отчаянно зажмурившегося парнишку. А ведь он действительно не хотел верить услышанному от Коулсона, хотел понять. Это было почти трогательно и так преданно. Только вот чтение образов в обратную сторону не работало. Да и что бы трикстер мог показать ему в качестве объяснений? Что вверенный заботам Тора, и брошенный им на произвол судьбы, Мидгард погряз в междоусобицах, распрях и бесконечной резне, а Локи мог бы прекратить это? Что он действительно мог бы стать хорошим царём этому миру, ведь за время его правления в Асгарде не было ни одной военной стычки? Что он в тот момент верил в это? Стало бы это достаточным оправданием содеянному? Ведь не показывать же ему ощущение своей ненужности и никчёмности, отчаянные попытки доказать что-то отцу и самому себе. Это и не покажешь и это просто унизительно. Лучше уж остаться в его глазах монстром. И уж точно не нужно было бы показывать ему Бездну, её засасывающую, поглощающую пустоту, её проникающий в тебя и лишающий воли шёпот. И читаури. Их мир, время, проведённое на их планете, то как они умеют убеждать и способы, которыми они это делают. И разрушительную мощь камня разума, особенно, когда у тебя уже не остаётся сил противостоять ему… Это никому нельзя показывать… Это только его. Локи с трудом отогнал от себя тяжёлые воспоминания и снова поднял глаза на Верета. Мальчишка так и стоял, прижимая к своему виску ладонь мага, но что-то было не так: глаза Блэббера теперь были широко распахнуты, словно от удивления, а взгляд остановившимся и совершенно остекленевшим. Локи взволнованно всмотрелся в лицо помощника: — Верет? — позвал он. Но Блэббер не реагировал. Лафейсон занервничал. Этого не могло быть! Он с некоторым усилием оторвал руку от головы парня, и еле успел поймать моментально начавшее оседать тело. «Твою мать!» — только и успел выругаться Локи. Он быстро подхватил мальчишку на руки, пинком открыл дверь в комнату, уложил не подающего признаков жизни Верета на кровать и лихорадочно нащупал пульс. Сердце билось. Лафейсон облегчённо выдохнул и провёл ладонью по лицу, словно стирая наваждение. Он сходил на кухню, вернулся со стаканом холодной воды, снова сел на кровать рядом с бесчувственным Блэббером и осторожно похлопал его по бледным щекам. Реакции не последовало. Тогда Локи набрал воды в рот и щедро окатил парнишку. Холодный душ возымел своё действие: Верет подскочил на месте и затравленно озираясь попытался отползти подальше от Лафейсона, пока не упёрся спиной в стену. Локи подождал пару мгновений, пока Блэббер сориентируется в пространстве, и протянул ему стакан с водой. Мальчишка немедленно заклацал зубами по стеклу и сделал несколько шумных глотков: его всего трясло. Почувствовавший невероятное облегчение Локи, нервно хмыкнул и спросил: — Ну что, всё увидел, что хотел? Верет мелко закивал, и немного заикаясь выдавил: — Фил был прав, ты не человек. Ты слишком не человек. Локи судорожно дёрнул уголком рта и промолчал, а Блэббер, глотнув ещё воды, продолжил: — Человек бы сдох. Лафейсон грустно улыбнулся и потрепал парнишку по рыжим волосам: — Отдыхай. И сюда, — он постучал себе пальцем по лбу, — больше не лезь. Никогда.

***

Верет разлепил глаза и поёжился. В комнате должно было быть тепло, но он всё равно ощущал идущий изнутри неприятный холодок. Скорее всего, его попросту знобило, но чувствовал он себя так, словно несколько часов провёл на морозе. Блэббер сел на кровати, дотянулся до висящей на стуле толстовки, с удовольствием надел её и обхватил замёрзшие плечи руками. Он огляделся, осматривая хорошо знакомую ему обстановку, и только сейчас задумался, а как, собственно, вообще очутился в своей постели? С некоторым усилием поднявшись с места, Верет вышел за дверь. Он думал, что Локи закрылся у себя, но, к удивлению, обнаружил мага в общей комнате: тот сидел в кресле всё в тех же чёрных брюках, рубашке с закатанными рукавами и сосредоточенно изучал записи в потрепанной рыжей тетради. Верет тихо прошёл к дивану, забрался на него с ногами и выжидающе уставился на читающего шефа, боясь потревожить. Лафейсон на миг оторвался от страниц и бросил беглый взгляд на помощника. — Это ты меня в спальню перенёс? — спросил Блэббер. Локи лишь молча кивнул в ответ. — Спасибо, — поблагодарил Верет. — Как ты? — поинтересовался Локи, перевернув очередную страницу. — Нормально. Блэббер снова поёжился и натянул рукава толстовки по самые кончики пальцев. Лафейсон неодобрительно покосился на всё ещё бледного парнишку: — Больше так не делай. Ты понял меня? — Да, — кивнул Верет. — Не злись, пожалуйста, я не хотел тебя обидеть. — Ты не обидел, ты напугал, — нехотя признал Локи. — Я думал, что убил тебя. — Тебя ещё можно чем-то напугать? — с сомнением переспросил Блэббер. — Как видишь. И Локи снова вернулся к своей тетради. Верет помолчал немного, перебирая в памяти обрывки хлынувших на него образов. Приятными их назвать было трудно даже с большой натяжкой, зато наглядности хватало вдоволь. Он тяжело вздохнул: — Я видел их. — Кого? — уточнил Локи. Казалось, царевич был полностью увлечён чтением, поэтому слушал несколько рассеяно. — Читаури. А ещё такое чёрное, холодное и живое… — Блэббер поморщился. — Бездна, — всё также невозмутимо подсказал Лафейсон. Верет снова замолчал, продолжая рассматривать Локи, такого сдержанного, уравновешенного и подумал, что самому ему ещё какое-то время будет не так уж легко засыпать по ночам. — Тебе тогда очень страшно было? — осторожно спросил Блэббер. Царевич снова поднял глаза от чтения и спокойно, но твёрдо произнёс: — Только не надо меня жалеть! Верет лишь сочувственно шмыгнул носом. — А кто-нибудь ещё знает? — Нет. И давай уже закроем эту тему, — то ли попросил, то ли приказал Локи. Блэбберу ничего не оставалось, как подчиниться. Злить шефа и раньше было не самой лучшей идеей, а после того, как Верету удалось краем глаза заглянуть в его сознание, подобное желание пропало окончательно, а сама идея из категории «неудачных» перекочевала в «фатальные». Каким образом вся эта сложнофункционирующая нервная система по имени Локи умудрялась сохранять внешние спокойствие и порядок, логическому объяснению не поддавалось. Будь на то воля Верета, после увиденного, он сменил бы статус мага с бога озорства на бога хаоса. И тем сильнее был контраст с полностью погрузившимся в чтение утончённым молодым человеком в чёрном, настолько сдержанным и сосредоточенным он сейчас выглядел. Верет заинтересованно покрутил головой, стараясь рассмотреть, что же так увлекло мага: слишком уж мало оно походило на книгу или привычный журнал, но никаких опознавательных знаков на переплёте не было. — А что ты читаешь? — наконец решил спросить он. Лафейсон довольно ухмыльнулся: — А это, собственно, именно то, зачем я наведывался в ЩИТ. — Ого! Так ты это у Фила украл? — догадался Верет. Локи закрыл тетрадь и скорчил обиженную гримасу: — Фу, как грубо! Не украл, а изъял! Я думаю, что Коулсон даже не догадывается о существовании этих записей. Тетрадь раньше принадлежала Генри Пиму, а последние пять лет просто пылилась в коробке с хламом. Можно сказать, я её спас от гибели! — А кто это, Генри Пим? И, думаешь, он не против, что ты это… — Блэббер сделал неопределённый жест в сторону тетради, — «изъял»? — Он не против, — заверил Лафейсон. — Он исчез после щелчка Таноса. А до этого был учёным-биохимиком, агентом ЩИТа, работал со Старком. — С Тони? — Нет, с его отцом. С Говардом. Это давно было, — пояснил Локи. — Они занимались изучением возможностей контролируемого изменения физических размеров живых организмов. Верет скривился как от съеденной лимонной корочки: — А если попроще? — попросил он. Лафейсон закатил глаза к потолку, но, всё же, милостиво снизошёл до пояснений: — Способ увеличивать живое существо до размеров дома и уменьшать до размеров молекулы. — Ничего себе! — воскликнул ошарашенный Блэббер. — Что, и человека так можно? — Да, и весьма успешно. Кстати, судя по всему, именно этим и занимался в своё время некий проект «Жёлтый шершень». — Круто! — искренне восхитился Верет. — Ничего крутого! Очередной пример человеческой глупости! — презрительно фыркнул Локи. — Почему? — Сам посуди, имея такую технологию, они не нашли ей лучшего применения, чем создание очередного суперсолдата! Лафейсон разочарованно развёл руками и выжидающе уставился на Верета, словно приглашая разделить его недоумение. Блэббер задумался, прикинул что-то про себя и вопреки ожиданиям шефа, с некоторой осторожностью констатировал: — Ну это логично вообще-то! Стал блохой и проникай незаметно в штаб противника! А потом стал гигантом и громи всё, как чемпион Арены! Один вместо целой армии! Это же вообще первое, что приходит на ум! Можно подумать ты сам о чём-то другом думал! Локи едва уловимо изменился в лице и, слегка пожав плечами, несколько растерянно выдал: — О медицине. Если бы Блэббер не знал шефа, он мог бы подумать, что тот немного смутился. — В каком смысле? — удивился Верет. — В первую очередь о хирургии, — пояснил Локи. — Микрохирургии, если точнее, — и, глядя на непонимающего Блэббера, продолжил, — Для местного уровня развития технологий это был бы колоссальный прорыв! Можно было бы восстанавливать сосуды, разорванные нервы, даже оторванные руки-ноги успешно обратно пришивать! Просто уменьшаешь бригаду до нужных размеров, и они всё восстанавливают! И чем больше человек работает, тем быстрее и лучше результат. Не хуже магии! И Лафейсон улыбнулся своим мыслям. Вышло как-то мягко и по-доброму. Блэббер заинтересованно подался вперёд, чтобы лучше видеть шефа: — Интересно, но только трудноосуществимо, наверное? — Да нет, не очень, — Локи охотно поддержал разговор. — Главное трансформируемых физически подходящих подобрать, чтобы переносили хорошо и координатора грамотного. А остальное не так уж сложно. Накладывать швы в принципе любого можно научить. — Так уж и любого? — усомнился Верет. — Ну, даже я умею, — привёл железный аргумент царевич. Блэббер с удивлением посмотрел на явно увлечённого темой шефа: — Так ты ещё и лекарь что ли? — Нет. Эйр лекарь, а я хотел бы быть, но нет, — в голосе Локи послышались нотки сожаления. — Так, просто умею кое-что. А зашивать раны — это весьма полезный навык для воина. Не раз пригождался. Даже Сиф как-то зашивал в Свартальфахейме, — Лафейсон озорно усмехнулся и пояснил, — Сиф это девушка-воин из нашего отряда. Она меня и так всю жизнь недолюбливала, а с тех пор просто на дух не переносит! — За то, что ты её зашил? — не понял Верет. — Не совсем, — уклончиво протянул маг. — Просто я хотел потом проверить не остался ли шрам. Вообще не должен был, но нужно же было удостовериться лично! — Конечно! — согласился Блэббер. — А что не так? — Даже и не знаю, — задумался Локи. — Может быть место ранения? — предположил он. — Но я же не виноват, что леди имела глупость подставить нападающему спину! Нижнюю её часть, — лицо мага приобрело максимально язвительное выражение. — Но уверяю, мой интерес был сугубо профессиональным! Верет внимательно посмотрел на шефа и широко улыбнулся: — Врёшь ведь! — Конечно! — открыто рассмеялся Локи. — Нет, ну, когда шил — просто шил, — добавил он уже серьёзнее, — а вот уже потом, не мог не позлить её! И они оба рассмеялись, легко и искренне. — Да уж, круто быть богом! — мечтательно выдохнул Блэббер. — А это здесь причём? Лафейсон продолжал беспечно улыбаться. — Ну вон ты сколько всего умеешь, — пояснил свою мысль Верет, — даже раны зашивать! — Ах вот ты о чём! — снисходительно усмехнулся маг. — Ну так это не врождённое умение. Неси иголку, я и тебя научу! Может пригодится когда-нибудь. Но, надеюсь, что нет. — Хорошо, — легко согласился Блэббер, — но давай не сегодня. Сегодня тебе уже отдыхать надо. Локи на секунду задумался и взглянул на часы: — Знаешь, а я, пожалуй, соглашусь с тобой. Отложим до завтра. С этими словами царевич поднялся из кресла и, прихватив рыжую тетрадь, удалился в свою комнату.