Второй из двух

Мужчина сидящий рядом с Юджи, беззастенчиво раскинул длиннющие ноги в разные стороны, лениво откидываясь на деревянную спинку выкрашенной скамьи. Листва над головой беловолосого докучливо шелестела, отбрасывая играющие тени на бледное лицо. В воздухе витал приятный запах землистого лета. Годжо блаженно растянул сухие губы в расслабленной улыбке, упоенно вдыхая теплый, пропитанный сочной зеленью воздух, с еле заметными примесями гари и тошнотворного смрада горелых волос. Сизые клубы дыма резво валили из почернелых труб, желтоватым столбом перечёркивая пустую небесную синеву. Безжалостное зловоние смерти, гадким осадком кислило во рту, путаясь в белоснежных прядях. Пушистые ресницы мазнули под повязкой, открывая надёжно скрытые от чужих глаз невозможно голубые радужки. Шаман с отвращением наморщил тонкий нос. Рядом обеспокоено завозился светловолосый парень, шаркнув потёртой подошвой о каменный настил. — Вам необязательно было идти со мной, — понуро свесив нос, прогнусавил мальчишка, косясь на беззаботно ковырявшегося в ухе шамана. — Пока что нельзя упускать тебя из виду, — напомнил мужчина, приглаживая широкой пятерней безобразно торчащие пряди. — Думаете сбегу? — невесело хмыкнул парень. — Можешь попытаться. Юджи предпочел промолчать, взглядом уткнувшись в собственные ладони. Мимо прошли двое смугловатых сотрудников средних лет, сыпая грязью из загвазданных роб, они под руки тащили ржавые канистры. Годжо почесал ногтем сухую щёку, задумчиво закусив её с внутренней стороны.  — Кто-то из родственников? — выждав, когда скроются за воротами лишние уши: тактично поинтересовался беловолосый, кивая в сторону здания крематория. — Мой дедушка. — просипел мальчишка, опираясь острыми локтями о поджатые бедра. — Он был единственным родным мне человеком. — А что стало с твоими родителями? — в лоб спросил шаман, копируя положение тела Юджи и удобно подпирая лохматую голову. — Я знаю только, что они погибли сразу после моего рождения, — просто ответил парень, — Как и почему, мне не известно. Голос Итадори невольно приобрел стальные нотки. Тема была сугубо личной и нос туда совать не следовало. — Вот как. Прошу прощения. — попытался смягчить углы мужчина, поглядывая на наручные часы. — Нет, что вы, — нервно замахал руками Юджи, поняв, что был слишком резок, — Я просто немного расстроен и… — Кстати говоря… — вспомнил нечто — перебил шаман, шаря рукой в брючных карманах, вытаскивая уже знакомый Итадори амулет, — Я хочу ещё раз испытать тебя. Годжо отдал проклятый амулет мальчишке. Холодный огрубелый палец, лег в шершавую ладонь. Юджи крутанул амулет перед глазами, рассматривая мерзкую шелуху на посиневшей коже, вместе с россыпью глубоких трещин. — В худшем случае, вы меня просто убьёте? — из-под лба зыркнул юноша. Мужчина неопределенно пожал плечами, подбадривающее улыбаясь и подталкивая мальчишку к действиям. Шершавая фаланга мазнула по мягкому языку, полностью скрываясь во рту. Острый почерневший ноготь царапнул внутренние стенки горла, заставив парня, со слезами на глазах, быстрее давиться треклятым пальцем. Мутная пелена перед глазами не заставила себя долго ждать. Мальчишка устало прикрыл расширившиеся зрачки, полностью отдаваясь своим ощущениям, словно в предсмертном издыхании, тяжело выпуская воздух из горящих лёгких. Приятная нега липко окутывала тело, сродни алкогольному опьянению или головокружительным горкам в Куване, щекотливо пульсируя в груди. Кровь под кожей неистово закипела, разгоняя по жилам бурлящую чужую силу. На щеках заиграли пунцовые пятна с угловатыми линиями проклятых отметин. Доходя до самозабвенного исступления парень, упустил момент, когда на его шее тесно сжалась чужая рука, когтистыми пальцами впиваясь в загнанно пульсирующую плоть. Алая кровь брызнула в разные стороны чужой территории, стремительно стекая рубиновыми бусинами, оглаживая окольцованную проклятыми метками кисть Сукуна. Юджи лениво приоткрыл глаза, нос к носу встретившись с нечеловечно красными радужками проклятия. Во рту скапливалась вязкая кровавая слизь, отдавая металлическим привкусом, гадко соскальзывала по стенкам горла. Вторая рука легла на мальчишескую поясницу, смещая несколько позвонков. Проклятие наклонилось вперёд, сильнее прогибая за собой пацана: спина жалобно захрустела, грозя переломаться надвое. Черные круглые зрачки, внимательно разглядывали невообразимо скупое на эмоции лицо юноши, иногда озадаченно хмуря такие же светлые брови. — Никак не могу понять, что ты такое. — задумчиво молвил Рёмен, схватив парня за подбородок и надменно покрутил его лицо в разные стороны, измазав кровью укрытые нездоровым румянцем щёки. Дурманящий эффект понемногу спадал, напоминая юноше о нестерпимо жгучей боли в шее и стреляющей в поясничных позвонках, которые в следующее мгновение, с рваным треском переломались. Раздробленные кости щекотливо покалывали мышцы. Янтарные глаза насмешливо сверкнули, а в уголках задорно приоткрывшегося рта, вытекла перемешанная со слюной кровь.  — А на что похож? — хихикнул светловолосый, самодовольно наблюдая, как брезгливо исказилось лицо проклятия. — На новоиспечённую язву, — хмыкнул Рёмен, вышвыривая пацана из своих владений. Сдержанное хихиканье разразилось безудержным смехом. Годжо рядом непроизвольно дёрнул рукой, в любой момент готовый скрутить мальчишку. Неподалеку стоящая группа скорбящих женщин, осуждающе повернули свои аккуратно убранные головы, на довольно громкий и слегка истеричный гогот мальчишки. — Простите, — сквозь хихиканье отплевывался от металлического привкуса Юджи, —Настолько противно, что на смех пробирает. Годжо мгновенно расслабился. — Великолепно. — хлопнул в ладоши беловолосый, восхищённо ухмыляясь и неторопливо поднимаясь со скамьи.  — Теперь мы можем свободно ехать в Токио. — Что? Зачем? — нахмурился светловолосый.  — А как же Фушигуро? И ещё я должен навестить своих сэмпаев! — запротестовал он, вскакивая следом за Годжо. — Без проблем, — терпеливо выдавил улыбку мужчина, под руки хватая неуклюже запнувшегося о собственную ногу мальчишку, — Только мы внесли некоторые коррективы в их память. А насчет Мегуми не волнуйся, он уже едет первым рейсом в Токио Юджи восстановив равновесие сконфуженно завис, непонимающе вглядываясь в скрытые под тканью глаза. «Какие предусмотрительные нынче шаманы», — мысленно хмыкнул парень. — Какие ещё коррективы? О чем вы говорите? Годжо впервые почувствовал себя крайне неловко, заслышав мгновенно осипший голос, видя неожиданно искренний испуг в светлых мальчишеских глазах. — Видишь ли… — натянуто начал юлить мужчина, ладонью потерев внезапно вспотевшую шею, — Само осознание того, что ты в любой момент можешь погибнуть от лап вездесущего чудовища — невероятно пугает. Годжо успокаивающе потрепал плечи парня. — Эти дети не смогут смириться с непоправимым существованием и в конечном итоге сойдут с ума, — Сатору сочувственно улыбнулся, заметив как юноша поджал обветренные губы. — Почему вы так уверены? — тихо буркнул светловолосый, беспомощно ссутулив напряжённые плечи под сильной давкой чужих рук. Шаман тяжело вздохнул. Несмотря на спокойствие и рассудительность, мальчишка всё ещё являлся ребенком. Приходится рассусоливать на пальцах. — Не все наделены такой силой, Юджи. — поучительно молвил мужчина, заметив подъехавший к воротам крематория черный седан, — Кто-то сражается с проклятиями, а кому-то лучше о них не знать. — широкая ладонь легла на спину парня, подталкивая в сторону выезда. — Шаманы из токийского техникума полностью видоизменили их воспоминания, в том числе и о тебе. Сатору звучно хлопнул Юджи по спине, заметив, как парень снова начал жевать губы. — Не стоит волноваться. Они просто будут знать, что ты переехал жить в большой город. — Вот как. Темноволосый мужчина, убранный в черный строгий костюм, открыл перед Годжо двери машины. — Не забудь собрать к вечеру вещи, я заеду за тобой. — Вы же говорили, что не будете спускать с меня глаз. — удивился мальчишка, заглядывая в открывшееся окно. — Ты не единственный ребенок за которым я должен присматривать, — улыбнулся мужчина, — Да и есть у меня кое-какие дела, так что увидимся. Тонированное окно автоматически закрылось, отражая торчащие светлые вихри на голове мальчишки. Седан гладко выехал на проезжую часть, вскоре совсем скрываясь из виду. «Кажется скоро будет весело». — хмыкнул парень, закидывая руки за голову и в расслабленной манере направился назад к зданию.

***

За гладкими стенами палаты слышались редкие девичьи всхлипы. Юджи тихо постучался, приоткрывая раздвижную дверь. Рядом с больничной койкой, съежившись сидела глава оккультного клуба, сжимая черные волосы на голове. Заметив стоящего в проёме парня, Сасаки начала судорожно вытирать выступившие слезы, нацепив на покрасневшие глаза прямоугольные очки. — Юджи, я думала, что ты уже уехал… — улыбнулась девушка, шмыгнув покрасневшим носом. — Уеду, сегодня вечером, — уточнил светловолосый, подходя к лежащему парню с полностью перевязанной головой.  — Как Игучи-сэмпай? — искреннее поинтересовался парень, только догадываясь, что могли напридумывать эти хитрющие шаманы. — Врач сказал, что все будет в порядке, вот только, он все ещё не пришел в себя. — девушка поправила выбившиеся пряди, пытаясь прийти в себя. В палате было тихо и прохладно, слышалось только размеренное тиканье настенных часов на которые Юджи изредка поглядывал. — Потащила его этими проклятыми переулками, — совсем тихо, начала бубнить черноволосая, размазав слёзы и сопли по всему лицу. — Напоролись на кучку подвыпивших старшеклассников. — на последнем слове её голос дрогнул, и девушка снова залилась горькими слезами. «Заезженный сюжет — буйные хулиганы и мужественный защитник». — Вот оно что. — безразлично протянул светловолосый.