Ричард Окделл - сын мятежника

      Наутро няня, которую звали Бетси и слуга чем-то похожий на Фабьена, которого следовало звать мэтр Обертон, разбудили и помогли умыться. Ричард сказал, что умеет справляться сам. И после умывания пришлось переодеваться, потому что Константин облил его водой. У девочек была своя умывальная, у мальчиков – своя. Едва дети съели свой завтрак, очень вкусный, как на пороге возник очередной слуга. - Господин граф желают видеть детей и поздравить их с воскресным днем. Тут же началась суета. Бетси поправляла платьица девочек. Мэтр Обертон поторапливал Ричарда. - Переодевайтесь скорее, что вы копаетесь. Из-за его спины Константин корчил рожи. И вот детей, чинно повели в кабинет Леопольда Манрика.       Так Ричард Окделл в первый раз увидел того, кто распоряжался теперь землями Надора. Впрочем, об этом мальчик пока не знал. Рыжий, точнее, уже седой человек приветливо улыбался внукам: - Ну, здравствуйте, мои хорошие. На Ричарда он не обратил внимания, словно его тут и не было. Особенно много внимания доставалось Константину. Тессорий явно гордился наследником. - Ну что, виконт, как ваши уроки верховой езды? Та пони, что я подарил вам, пришлась по душе? - Да-а, деда. А когда ты подаришь мне шпагу? - Подрасти сперва. Рука, украшенная перстнями, погладила встрепанные рыжие вихры. Но Константин увернулся. - Вон, у Эстебана уже есть шпага. И он сказал, что ему наймут ментора. А я что, хуже, что ли? - Ты – лучше. Умные люди найдут способ заставить сражаться тех, кто не умеет думать головой. При этих словах Иоланта хихикнула. Малышка Лионелла теребила кружевной передничек: - Деда, а что ты нам дашь? - Ах, ты, моя малышка. Да-да, подарки для вас готовы. И он стал раздавать коробочки, украшенные бумажными цветами. Внутри лежали сладости. Ричард сделал шаг вперед – но ему не дали ничего. - А мне? – невольно вырвалось у мальчика. Тессорий нахмурился: - И не стыдно клянчить подарки? Впрочем, чего ждать от того, кто рос в замке Надор? Видимо, вашим воспитанием не занимались совсем. Ничего, пока это исправимо. У Ричарда дрогнул подбородок. Но он крепился. - Деда, - умильно произнесла Иоланта, могу я поделиться с ним? Ты говорил, что добро возвращается всегда. - Умница. Можно, конечно. У тебя золотое сердце. - Благодарю, дедушка. Ио отошла в сторонку, покопалась в корзиночке и вынула единственный орех в золоченой бумаге. Вот, возьми. Ричард поблагодарил и взял орех. Константин насмешливо фыркнул. Часы пробили одиннадцать. - Бетси, уведи детей. Всех, кроме этого, - тессорий взглядом указал на Ричарда, - потом пришли за ним. Оставшись вдвоем с мальчиком, глава семейства Манриков прошелся по комнате и тяжело уселся в кресло: - Подойди сюда. Окделл осторожно приблизился. Граф взял его за подбородок. - Одно лицо с отцом. Та же порода. Все Окделлы как желуди одного дуба. Это звучало очень пренебрежительно, хотя Ричард знал, что похож на отца и гордился этим. - Тебе положено знать, что я взял тебя из милости, и буду воспитывать до совершеннолетия. Но это не значит, что ты стал таким же, как мои внуки. Тебе надо стараться слушаться, и тогда из тебя вырастет неплохой слуга Талигу и королю. При твоем неповиновении я буду вынужден принимать решительные меры. За дверью послышался легкий шум, и в кабинет вошел мужчина чуть помоложе, с ярко-рыжей шевелюрой. - Доброго утра, отец. Вижу, воспитываете юное поколение. Хотя от этого, - он кивнул в сторону Ричарда, - можно ожидать лишь дикости и свинства. А что еще, если на гербе у него дикая свинья? Тут мальчик сжал кулаки: - А вы… А у вас вообще птички длинноногие! Мужчина рассмеялся, а вот тессорий нахмурился. - Я велю мэтру Обертону наказать вас за дерзость. - На первый раз простим. Ах да, я же не представился еще. Граф Эммануилсберг. Он отвесил полушутливый поклон в сторону мальчика. - Ричард Окделл. - Сын бедолаги Эгмонта Окделла, казненного не так давно в Занхе. Ох, сколько же было народу на площади. Еще бы, не каждый день вешают такую толпу заговорщиков. Говорят, ночью солдатам пришлось отгонять от виселиц какой-то сброд. По слухам, руки висельников помогают в какой-то черной магии, или что-то такое. Прикажу подать шадди. Фридрих Манрик прошелся по комнате, зачем-то выглянул в окно: - Тед, уведи герцога Окделла в детскую. Едва Ричарда привели, на него налетел Константин: - Идем играть. Будто и не было никаких ссор. - Идем. Константин вытащил Ричарда в коридор: - Догоняй! И бросился убегать. Конечно, тот побежал за ним, и врезался с размаха в служанку, несущую стопку простыней и полотенец. Та взвизгнула, уронила ношу. - Ох, и попадет тебе, - сообщил Константин, выглядывая из-за угла. К счастью, у служанки не было посуды, а белье не пострадало. Бетси лишь отругала Ричарда и пообещала в другой раз доложить господину графу. А затем к нему подошла Иоланта. - Я дала тебе орех значит, ты будешь моим пажом. Делай, что я прикажу. Ричард помотал головой, затем достал угощение и протянул девочке. Но она лишь хлопнула его по руке, и орех укатился куда-то. - Нет! Делай так, как я сказала. Ищи орех. Пришлось лазать по полу и заглядывать под стулья и кресла. Наконец, орех нашелся. Иоланта взяла щипцы и ловко расколола скорлупу. Ричард взял было ядрышко себе, но тут подбежал Константин и сунул орех в рот. Брат и сестра долго смеялись над его обескураженным видом. Вечером Ричард, уже лежа в кровати, стал молиться Создателю – очень тихо шептал, глядя в темноту: - Пожалуйста, пускай меня заберут отсюда.