Torment

Всю ночь они практически не отлипали друг от друга. С того момента, как церемония была завершена, Зуко и его сестра-жена просто отказывались отпускать друг друга даже на секунду. Как только церемония закончилась, они вернулись во дворец, пройдя мимо ворот, взявшись за руки, слушая приветствия своих гостей. Они всегда были бок о бок всякий раз, когда кто-то пытался заговорить с кем-либо из них, Зуко обычно обнимал Азулу, и они, должно быть, часами танцевали вместе, исполняя как быстрые, веселые песни, так и медленные мелодии, которые позволяли им просто раскачиваться под музыку в безопасности и любящих объятиях. Это было все, чего только мог желать молодой Лорд Огня. Но этот праздник также заставил его считать секунды, пока они не останутся одни. Когда она была так близко, он мог быть таким нежным и сосредоточится только на себе. Зуко хотелось просто затащить свою сестру в их покои, сорвать это платье с ее тела и покончить с ней. Вместо этого он нашел способ развлечься, в основном просто позволив всем увидеть, как сильно его обожает сестра. Она была очень нежной с тех пор, как они начали встречаться, и еще больше после того, как их отношения стали достоянием общественности. В ту ночь Азула была такой любящей, такой открытой и такой счастливой, что каждая мелочь, которую она делала, давала понять, насколько она заботится о нем. Было что-то такое приятное в том, чтобы видеть, как все те люди, которые были так уверены, что она просто использовала его, чтобы получить власть, теперь вынуждены быть свидетелями тех сцен, которые явно их беспокоили. Но это не означало, что он не бросился в их спальню, как только все закончилось. Он нес ее по коридорам, слыша ее смех и чувствуя, как ее руки обвивают его шею, а губы прижимаются к его щеке. Он заставил ее сесть на кровать, снял с нее туфли, прежде чем сделать то же самое. Азула встала и притянула его к себе, целуя снова и снова, дергая за одежду, пока он бесстыдно позволял своим рукам блуждать, лаская и ощупывая ее повсюду. Каждое прикосновение заставляло ее стонать у его губ. Беременность делала ее нелепо чувствительной, и малейшая провокация, казалось, заставляла ее отчаянно нуждаться в нем, чем Зуко и пользовался, когда мог. Парень помог ей снять платье, оставив на ней только корону, затем осторожно провел пальцами вверх и вниз по ее позвоночнику, играя с ее волосами, обхватив одной рукой ее бледную шею, заставляя остановить ее маленькие вздохи и шепоты, завоевывая ее рот своим. Затем Азула помогла ему снять все регалии Повелителя Огня, за исключением, конечно же, его короны. Она улыбнулась, когда он развязал ее нагрудные повязки, притянув к себе, чтобы обнять, прежде чем положить подушку на пол и заставить ее встать на нее на колени, сесть перед ней, схватить ее сзади за затылок и направить к себе. Азула поцеловала его шрам, затем опустила свои губы ниже, но все же позволила своей правой руке покоиться на нем немного дольше, затем взяла его член в свои нежные руки, облизывая его, делая его скользким, и поглаживая его, пока она сосала его яйца некоторое время. Зуко стонал ее имя и массировал ей плечи, наслаждаясь тем, как девушка доставляет удовольствие. Единственная женщина, которая знала, как свести его с ума… При этом видя, как эти глаза смотрели на него с чистым обожанием. — Черт, я люблю тебя. Его сестра ухмыльнулась и слегка подмигнула ему, прежде чем подразнить кончик его члена своим мягким языком, а затем брала все больше и больше его в свой теплый, нетерпеливый рот, не останавливаясь, пока она не приняла все что он дал, немного задыхаясь, когда брат ударил по задней части ее горла. Доведя его до оргазма, она проглотила его сперму и снова облизала его член, не пропустив ни капли, а затем открыла рот и высунула язык. В награду, как только ему снова удалось контролировать свое дыхание, он поднял ее и заставил лечь на кровать. Он целовал ее шею, ключицы, груди, живот, бедра… Зуко сжег ее трусики, увидев, как ее золотистые глаза расширились и засветились чистой похотью. Затем зарылся головой между ее ног, облизывая ее влажную киску, чувствуя, как она двигает бедрами и трется о его лицо, пока он пожирает ее. Ее громкие стоны уже заставляли его кровь кипеть от желания. Он начал сосредотачиваться на ее клиторе, заставляя ее кричать, пока она не затряслась так сильно, что ему пришлось силой удерживать ее на месте, держа ее ноги раздвинутыми. В то время как она возилась в постели, хватаясь за простыни, выкрикивая его имя, пока совсем не выдохлась. Он дал ей отдохнуть, заботясь о ней и чувствуя себя слишком гордым за то, что превратил сестру в дрожащую, измученную кашу… По крайней мере, ненадолго. Через несколько минут Азула притянула его для поцелуя. — Надеюсь, ты еще не слишком устал, потому что мне все еще хочется большего, Зузу, — сказала девушка, поправляя свою корону и делая то же самое с его убором, прежде чем поцеловать. Он ухмыльнулся. — Если ты не устала, то я определенно могу еще, — он заставил ее развернуться и раздвинуть ее бедра, — намного больше, — он вошел в нее без лишних слов и Азула закричала в подушку, двигая бедрами, встречая его толчок за толчком. Когда он вошел в нее полностью, отодвинулся, пока не вышла половина, а затем снова вошел. Сестре не потребовалось много времени, чтобы начать двигаться еще быстрее, чем он, и Зуко пришлось схватить чужие бедра, контролируя движения. Ему нравилось делать это грубо, но он старался быть осторожнее из-за ребенка. — Сильнее, Зуко, — заскулила она в отчаянии. Зуко шлепнул ее по заднице и почувствовал, как ее хватка стала еще сильнее. Так как он не мог дать ей то, что она хотела, он одной рукой потер ее клитор, еще немного стимулируя ее и слушая ее низкие стоны, пока снова не испытал ее оргазм. Он не позволил себе кончить, пока она не получила разрядки. К его удивлению, сестра тут же прижала его к кровати и страстно поцеловала, перехватив дыхание, затем оставила засос на шее и нежно провела ногтями по его груди, не останавливаясь, пока он снова не затвердел. Она схватилась за спинку кровати и оседлала его, скача на нем так быстро, как ей и хотелось. — Я думал, мы договорились о том, чтобы ты попыталась быть более осторожной, — отчитал он ее, сдерживая стон. — А я думала, ты догадаешься, что я не это имела в виду, — сказала она, чем заслужила легкий шлепок. Увидев явное удовольствие на ее лице, Зуко проигнорировал собственные заботы и начал относиться к ней немного грубее, заставляя ее кричать. — Да! Да! Вот так! — она обвила руками его шею, — давай, Зузу, прикончи меня. Трахни свою младшую сестру как шлюху. Он никогда и ни в чем не мог ей отказать. Он обхватил ее руками, посасывая ее грудь, пока они продолжали двигаться так быстро, как только могли, не останавливаясь, пока не достигли своего апогея вместе. — Ты будешь моей смертью, — сказал он, изо всех сил пытаясь контролировать свое дыхание. — По крайней мере, ты умрешь счастливым, — пошутила она, покрывая его лицо поцелуями и заставляя хихикать. — Теперь ты весь мой. — Я всегда был твоим. Азула улыбнулась и положила голову ему на грудь, ее рука коснулась шрама, который она оставила ему, как будто это было целую жизнь назад. — Сегодня все было идеально. Ну, почти идеально. Эта речь, чтобы официально объявить нас мужем и женой, была такой скучной и долгой. — Да ладно, могло быть намного хуже, — сказал он, играя с ее волосами, — и мы оба знаем, что тебе нравилось заставлять всю нацию слышать о том, что наш брак — самое удивительное, что могло когда-либо случиться. Она усмехнулась. — Это было весело. Теперь мне, возможно, придется найти какой-нибудь предлог, чтобы толкать речи об этом на каждом важном мероприятии. — Теперь ты Огненная Леди. Ты получишь все, что захочешь. Азула посмотрела на него с дьявольской ухмылкой и опасной искрой в глазах. — Что захочу? Зуко кивнул, несмотря на то, что то, как она говорила, заставило его немного насторожиться. — А теперь скажи мне, чего ты хочешь? — Не важно, это небезопасно делать сейчас, в том состоянии, в котором я нахожусь. К тому же, когда я скажу, что это ты захочешь хорошенько подумать, прежде чем на самом деле довести дело до конца, — она мило улыбнулась, затем села к нему на колени, оседлав его. — Теперь займись любовью со своей женой снова, хорошо? — Еще не удовлетворена? — спросил он с легким недоверием, уже схватив руками ее бедра. — Даже не близко, — прошептала она тем соблазнительным тоном, который всегда заводил его, и начала тереться о него. — Перестань дразнить, предупредил он, целуя, когда опустил ее на свой член, глотая ее крик удовольствия, — или я буду трахать тебя, пока ты не забудешь свое имя. Она обвила руками его шею. — Сделай это… Не останавливайся, пока не сможешь больше двигаться. Ему не нужно было повторять дважды.