Тень, во мгле

Зуко бежал, не чувствуя ног. Воздух, пропитанный гарью, обжигал лёгкие, но он не останавливался. В его голове смешались воспоминания — детство, когда они с Азулой запускали бумажных драконов с башни; её холодная усмешка, когда отец объявил его изгнанником; её безумный взгляд в тот день, когда она пыталась его убить. И её голос, сказавший «прости» на пепелище. Он ненавидел её. Он жалел её. Он не мог позволить ей умереть. Когда звуки битвы стихли, его сердце пропустило удар. Тишина была страшнее любого крика. Он ускорился, перепрыгивая через обгоревшие стволы, скользя по осыпям, пока не увидел следы боя. Выжженная земля была изрыта молниями, обугленные деревья разбросаны, как спички. И среди этого хаоса — кровь. Её кровь. — Азула! — крик сорвался с его губ, но ответа не было. Он нашёл её у подножия скалы, прижатую к камням. Её одежда была изорвана, лицо исцарапано, а из глубокой раны на плече сочилась кровь. Но она дышала. Она смотрела на него своими золотыми глазами, и в них не было привычной насмешки. Только удивление. — Ты... пришёл, — прошептала она, и её голос был слабым, почти неслышным. — Зачем? — Заткнись, — ответил он, опускаясь на колени рядом с ней. — Не трать силы на глупые вопросы. Она слабо усмехнулась, и в этой усмешке не было яда. — Ты всегда был... таким. Глупым. Верным. — Она прикрыла глаза. — Я думала, ты ненавидишь меня. — Ненавижу, — сказал он, и его голос дрогнул. — Но это не значит, что я могу позволить тебе умереть. Она открыла глаза и посмотрела на него долгим, странным взглядом. А потом её взгляд скользнул за его спину, и в нём мелькнуло удивление. — Кажется, ты привёл не только себя. Зуко обернулся. Из дыма и пепла выбегали остальные — Аанг, Катара, Тоф, Айро. Катара, увидев Азулу, на мгновение замерла. В её глазах боролись гнев и сострадание. Гнев был сильнее. Но она подошла. — Дай посмотреть, — сказала она, и её голос был холодным, но руки уже светились целебным светом. — Не нужно, — попыталась отмахнуться Азула. — Я... — Заткнись, — повторила Катара, и в этот раз в её голосе не было злости. Только усталость. — Я не дам тебе умереть. Не после того, как ты спасла Айро. Она наложила руки на рану, и свет заструился по телу Азулы. Та зашипела от боли, но не отстранилась. — Эта тварь... — прошептала Азула, когда боль немного утихла. — Она жива. Я попала в неё несколько раз, но она... она ушла. Слишком сильная. Слишком быстрая. — Чужехищник, — тихо сказал Аанг. — Мы знаем. И в этот момент из дыма и пепла вышли они. Солдаты Огненной Нации. Их было много — целый отряд, вооружённый до зубов. Впереди шёл полковник Рю, его лицо было суровым и напряжённым. Рядом с ним, чуть позади, — инспектор Такуми, чей взгляд мгновенно оценил ситуацию: раненная принцесса, принц-изгнанник, Аватар и его друзья, столпившиеся вокруг неё. — Принцесса Азула? — голос Рю прозвучал с ноткой удивления и... разочарования? — Принц Зуко? И... — его взгляд упал на Аанга, и в нём мелькнуло что-то сложное, смешанное. — Аватар. Солдаты замерли, их руки лежали на оружии. Конфликт висел в воздухе, готовый разразиться в любую секунду. Они были врагами. Принц-изгнанник, Аватар — главные цели Огненной Нации. Но перед ними лежала израненная принцесса, а вокруг простиралась выжженная пустошь, где ещё совсем недавно кипела битва с чем-то куда более страшным, чем любой человек. Зуко поднялся, его лицо было твёрдым. — Полковник. Инспектор. — Он посмотрел на Такуми, и в его взгляде мелькнуло узнавание. — Я помню вас. Отец говорил, что вы — лучший аналитик в Империи. Такуми склонил голову. — Я помню вас, принц Зуко. Вы были... настойчивым учеником. — Сейчас не время для старых обид, — сказал Зуко, и его голос стал твёрже. — Вы видели, что здесь происходит. Вы знаете, против чего мы сражаемся. Эти твари — угроза не для Земного Царства, не для Огненной Нации. Они угроза для всех. — Принц прав, — неожиданно поддержал его Такуми, поворачиваясь к Рю. — Полковник, я видел этих тварей. Я докладывал о них. Аватар и его группа — не наши враги сейчас. Наш враг — тот, кто сделал это с долиной. Рю колебался. Его взгляд скользнул по Аангу, и в нём снова мелькнуло что-то странное. Не ненависть. Не гнев. Что-то... личное. Но он не успел ничего сказать. Аанг сделал шаг вперёд, его руки были раскрыты, в них не было оружия. — Я не хочу сражаться с вами, — сказал он, и его голос был спокойным, но твёрдым. — Мы все видели, что здесь произошло. Вы сожгли долину, чтобы уничтожить их. Но не всех. Та тварь, что ранила принцессу — она жива. И она не одна. Если мы начнём сражаться друг с другом, мы дадим им шанс. А если мы объединимся... — Ты предлагаешь нам объединиться с Аватаром? — голос Рю прозвучал резко, но в нём не было уверенности. Он смотрел на Аанга, и в его взгляде читалась борьба. — Я предлагаю нам выжить, — ответил Аанг. — А потом... потом мы решим наши разногласия. По-честному. Но не здесь. Не сейчас. Тишина затянулась. Солдаты смотрели на своего командира. Рю — на Аанга. В его голове проносились мысли о долге, о приказах, о том, что он должен схватить Аватара. Но он видел раненую принцессу. Видел выжженную землю. Видел страх в глазах своих людей. Такуми шагнул вперёд. — Полковник, я рекомендую принять предложение Аватара. Временно. До выяснения... Хруст. Он был тихим. Почти неслышным. Но все замерли. Солдаты сжали оружие. Такуми медленно повернул голову в сторону, откуда раздался звук. Рю замер, его рука потянулась к мечу. — Мы не одни, — прошептал кто-то из солдат. Азула, опираясь на руку Катары, поднялась. Её лицо было бледным, но глаза горели. — Он жив, — сказала она, и в её голосе не было страха. Только ярость. — Та тварь... Чужехищник. Он здесь. Он наблюдал за нами. Всё это время. Крик разорвал тишину. Один из солдат, стоявший на краю группы, упал. Его крик оборвался так же внезапно, как и начался. Из темноты, из дыма и пепла, вынырнула тень. Огромная, стремительная, смертоносная. — В КРУГ! — заорал Рю, и его голос был полон командирской власти. — ВСЕМ В КРУГ! ЖИВО! Солдаты, забыв о разногласиях, мгновенно перестроились. Огнемёты были направлены наружу, мечи обнажены. Зуко и Аанг встали плечом к плечу, их руки светились пламенем и воздухом. Тоф прижалась спиной к скале, чувствуя землю под ногами. Катара, оставив Азулу на попечение Айро, создала вокруг них водяной щит. Они стояли в кругу. Враг был рядом. Он ждал. Наблюдал. Выбирал момент. А в дыму, среди обгоревших деревьев, жёлтые глаза Чужехищника светились холодным, терпеливым огнём. Он не торопился. Он знал, что они никуда не уйдут. Они были его добычей. И он был готов ждать. Тишина сгустилась. Круг сжимался. И никто не знал, что произойдёт в следующую секунду. *** Тишина, наступившая после крика и суматохи, была обманчивой. Она давила на уши, на нервы, на самые потаённые страхи. Отряд Рю стоял в кругу, оружие наготове, но Чужехищник не появлялся. Он ждал. Он наблюдал. Он давал им время осознать, что они в его мире. — Ослабить позиции, — приказал Рю, заметив, что его люди начинают дрожать от напряжения. — Выставить дозорных. Остальные — отдыхать. Эта тварь не нападёт, пока мы настороже. Солдаты неохотно опустили оружие, но рассредоточились, заняв позиции вокруг. Такуми, чьё лицо было бледным от усталости, но глаза оставались острыми, подошёл к Айро. — Генерал Айро, — он склонил голову в знак уважения. — Я думал, вы погибли в Ба-Синг-Се. Ваш брат... — Мой брат считает меня мёртвым, — спокойно ответил Айро. — И пусть так. Это даёт мне свободу, которой я не имел много лет. Такуми усмехнулся — редкость для него. — Свобода. Забавное слово для человека, который всю жизнь служил Империи. — Иногда, чтобы служить, нужно отступить, — ответил Айро, и его глаза сверкнули мудростью. — Вы это знаете, инспектор. Ваше донесение спасло жизни. Возможно, не только наших. Такуми помолчал, глядя на выжженную пустошь. — Я сделал то, что должен был. Как и вы. — Он повернулся к Айро, и в его взгляде мелькнуло нечто, похожее на интерес. — Расскажите мне о них. Об этих тварях. Вы сражались с ними дольше, чем мы. Айро кивнул и начал рассказывать, его голос был тихим, но каждое слово падало как камень в воду, расходясь кругами понимания. Рю стоял чуть поодаль, наблюдая за Аангом и Зуко. Они сидели на обгоревшем бревне, и это зрелище было до странности... неправильным. Принц-изгнанник и Аватар, враги, которые должны были убить друг друга, теперь обсуждали что-то тихо, почти как старые друзья. Мир перевернулся. Он подошёл к ним, его шаги были тяжёлыми, как его мысли. — Аватар. Принц Зуко. Они подняли на него взгляды. Рю видел настороженность, но не враждебность. Это было странно. — Полковник, — Аанг первым нарушил молчание. — Я знаю, вам трудно доверять нам. Но мы не враги. Не сейчас. — Я знаю, — ответил Рю, и его голос был глухим. Он опустился на камень напротив них. — Я никогда не думал, что буду сидеть рядом с Аватаром и обсуждать... что? Как спасти мир от монстров? — Странный мир, — усмехнулся Зуко. — Отец был бы в ярости. — Ваш отец, — Рю посмотрел на него, и в его взгляде мелькнуло что-то сложное, — он... неплохой правитель. Жестокий, но эффективный. Он дал Империи то, чего она хотела — силу, порядок, величие. Но... — он замолчал, подбирая слова. — Но война должна закончиться, — закончил за него Аанг. — Я знаю. Я хочу этого. И я знаю, что Зуко тоже. Рю посмотрел на принца, и тот кивнул. — Я намерен закончить войну, когда стану Лордом Огня. — Он сказал это просто, без пафоса, как констатацию факта. — Но это будет не завтра. И не послезавтра. Мой отец... силён. И у него есть те, кто ему верен. — Как я, — тихо сказал Рю, и в его голосе прозвучала горечь. — Я верен Империи. Верен присяге. Даже когда знаю, что она ведёт нас в пропасть. Зуко посмотрел на него, и в его взгляде не было осуждения. — Я понимаю. Я тоже когда-то верил, что служение отцу — это единственный путь. Но потом я понял, что есть вещи важнее долга. Честь. Справедливость. Мир. — Мир, — повторил Рю, и это слово показалось ему чужим. — Вы верите, что это возможно? После всего, что было? — Верю, — ответил Аанг, и его голос был твёрдым. — Потому что если я перестану верить, то всё, что мы делаем, теряет смысл. Война — это не единственный путь. Я видел мир, где люди разных наций жили вместе. И я верну этот мир. Обещаю. Рю смотрел на него долгим, тяжёлым взглядом. В его голове проносились годы службы, годы войны, годы потерь. И где-то глубоко, под слоем долга и приказов, шевельнулось что-то, что он давно похоронил. Надежда. — Я не предатель, — сказал он, и его голос стал твёрже. — Я не могу перейти на вашу сторону. Не сейчас. Но... я могу закрыть глаза. На время. Пока мы сражаемся с общим врагом. А потом... — он посмотрел на Зуко, — потом посмотрим, какой вы правитель, принц. Зуко кивнул, и на его губах появилась слабая, но искренняя улыбка. — Этого достаточно. Пока. Азула спала. Катара, закончив лечение, сидела рядом, её руки были сложены на коленях. Она смотрела на спящую принцессу, и в её глазах была странная смесь чувств. Ненависть. Жалость. Непонимание. — Ты спасла её, — тихо сказала Тоф, подходя и садясь рядом. — Хотя могла дать умереть. — Я не такая, как она, — ответила Катара, и её голос был глухим. — Я не могу смотреть, как кто-то умирает, даже если ненавижу его. Это сделало бы меня... монстром. — Она не изменится, — сказала Тоф, глядя в пустоту. — Ты это знаешь. — Знаю, — Катара посмотрела на спящую Азулу, на её лицо, ставшее во сне почти беззащитным. — Но, может быть, она не должна меняться. Может быть, она такая, какая есть. И это... это её выбор. Как мой выбор — спасать. Даже тех, кто не заслуживает спасения. Тоф ничего не ответила. Она просто сидела рядом, чувствуя вибрации земли, и ждала. Все они ждали. Чужехищник был рядом. Он давал им время. Но время уходило. А в дыму, среди обгоревших деревьев, жёлтые глаза продолжали светиться холодным, терпеливым огнём. Он ждал. Он всегда ждал.