Второй шанс для главного злодея

Когда Шэнь Цинцю и Лю Цингэ покинули Цяньцао, Му Цинфан, больше ни на что не отвлекаясь, отправился на Цюндин. В кабинете главы школы находились двое его учеников, пришедшие отчитаться о выполнении задания, и Му Цинфану пришлось ждать, пока они закончат. Прислушавшись к словам юношей, лорд Цяньцао понял, что произошла очередная драка в городе, на этот раз с весьма значительными разрушениями, на что Юэ Цинъюаню уже прислали жалобу с требованием возмещения ущерба. Ученики же были отправлены оценить, насколько обоснованы обвинения в адрес Цанцюн и действительно ли нарушители порядка из их школы. - Среди горожан пострадавшие есть? - прервал Му Цинфан речь одного из юношей. - Нет, Му шишу, - поклонился ему ученик, - только довольно сильные разрушения в торговом квартале. Среди горожан раненых нет. - А заклинатели, что все это устроили? - Свидетели говорят, они вместе улетели на мече. - Хорошо. - Му Цинфан потерял интерес к разговору - никто не ранен и помощь лекарей не требуется - остальное его не касается. Погруженный в свои мысли, Му Цинфан все равно слышал, как ученики перечисляли убытки торговцев, разрушенные лавки и уничтоженный товар; а кто-то из горожан по их словам упоминал о обезумевшем заклинателе в одеждах цвета цин. Кто-то с Цинцзин? Спрашивать у Шэнь Цинцю бессмысленно: учитывая непонятную ситуацию с Ло Бинхэ, вряд ли он вообще обращал внимание хоть на кого-то. В итоге Юэ Цинъюань послал адептов к лорду Аньдин. Му Цинфан тихо вздохнул. Вот зачем было гонять учеников? Нужно было с самого начала отправить к торгашам Шан Цинхуа, он с себе подобными договорится намного быстрее и с наименьшими потерями для Цанцюн. Когда дверь за адептами Цюндин закрылась, Юэ Цинъюань доброжелательно обратился к Му Цинфану. - Прости, что заставил ждать, - улыбнулся глава школы, - что тебя привело? Задумавшись на мгновенье, Му Цинфан начал говорить. Рассказ много времени не занял. - Значит, кровь священного демона... - мрачно произнес Юэ Цинъюань. От доброжелательности и улыбок не осталось и следа. - Когда это произошло? - Откуда мне знать? - пожал плечами Му Цинфан. - Ло Бинхэ много лет готовил для Шэнь Цинцю, позднее его мертвое тело находилось в полной власти демона... Возможностей - не счесть, даже сам Шэнь Цинцю может не знать конкретного момента. - Разве до пробуждения демонического наследия он мог управлять своей кровью? - с легким удивлением спросил Юэ Цинъюань. - После пробуждения состав крови никак не меняется, - ответил Му Цинфан. - И, если Ло Бинхэ знал о своем происхождении, вполне мог заранее... подстраховаться. В конце концов, его привязанность к Шэнь Цинцю давно была очевидна. - Так же, как и появившаяся из ниоткуда привязанность самого Шэнь Цинцю, - в неприятном осознании проговорил Юэ Цинъюань. - А ведь он до своей болезни мальчишку терпеть не мог, а когда очнулся, чуть ли не первый его вопрос был о Ло Бинхэ... - Нет. Я понял, о чем говорит Юэ шисюн, но нет, - категорично сказал Му Цинфан. - Отравить Шэнь Цинцю заранее демону было бы совсем не сложно, но как-то воздействовать на него через кровь - однозначно нет: ни сил, ни тем более навыков, для этого у него в то время еще быть не могло. - Откуда тогда взялось такое расположение к далеко не самому выдающемуся ученику? - спросил Юэ Цинъюань. - Му шиди не хуже меня знает, что для Шэнь Цинцю подобное отношение к кому бы то ни было совсем не характерно. - Шисюн, я правда не знаю. Его память была серьезно повреждена, личные воспоминания и эмоциональные связи практически полностью стерты, фактически, мы имели дело с совершенно другим человеком. Но, как мы знаем, его заклинательские навыки по большей части сохранились, он помнил, кто мы, помнил некоторых учеников, видимо, в том числе и Ло Бинхэ, - неуверенно произнес Му Цинфан. - Шэнь Цинцю был болен, а демон хитер и сумел этим воспользоваться и втереться ему в доверие. Другого объяснения у меня нет. - Ладно, далекое прошлое не так важно, - Юэ Цинъюань прикрыл глаза. - Что с ним сейчас? - Сильное истощение, но в целом все в порядке, - ответил Му Цинфан. - И еще... Лю Цингэ считает, что память Шэнь Цинцю полностью восстановилась. - Это так? - в расширившихся глазах Юэ Цинъюаня промелькнула радость, тень надежды и... страх? - Столько лет прошло... - Он передо мной не отчитывается, - фыркнул Му Цинфан. - Вообще, сложно сказать. Изменения в поведении очевидны, некоторые былые привычки определенно вернулись - сам знаешь, до болезни он чужие прикосновения едва терпел, а сегодня даже не позволил мне послушать его пульс. Но, с другой стороны, против прикосновений Лю Цингэ он совсем не возражал, - пожав плечами, он продолжил. - А своего демона он иначе чем демоном или чудовищем не называл, да и говорил о нем с явной неприязнью. Но связано это с возвращением памяти или с каким-то их личным конфликтом, я не знаю. - Какая разница, с чем связано? - безэмоционально произнес Юэ Цинъюань. - Мне кажется, уничтожив демоническую кровь, Шэнь Цинцю предельно ясно выразил свое отношение к Ло Бинхэ. И... я этому рад - грязное животное не заслуживает и сотой доли тех жертв, что Шэнь Цинцю принес ради него. - Предположение Юэ шисюна звучит логично, - сказал Му Цинфан. - Но, возможно, для начала все же стоит узнать мнение самого Шэнь Цинцю? - Разумеется, - кивнул Юэ Цинъюань. - Он еще на Цяньцао? - Нет. Он просил Лю Цингэ отвезти себя на Цинцзин. Юэ Цинъюань расстроенно вздохнул. - Шисюн, дай ему время, - успокаивающе проговорил Му Цинфан. - Шэнь Цинцю сейчас дома и в безопасности, уверен, Лю Цингэ его одного не оставит. Пусть отдохнет и хоть немного придет в себя. Юэ Цинъюань неохотно кивнул. С совершенно другим человеком... Как ни горько признавать, но последние пятнадцать лет его брат действительно был другим человеком. Чужим человеком. Даже изредка проявлявшиеся признаки истинной личности, что с отчаянной надеждой выискивал Юэ Цинъюань, с течением времени он замечал все реже и реже. Тогда, годы назад, Шэнь Цинцю, переживший непонятную болезнь, искалеченный, лишенный памяти, практически неузнаваемый и не узнающий, смотрел на Юэ Цинъюань как на едва знакомого постороннего человека. Видеть его таким было почти физически больно - подсознательно Юэ Цинъюань все еще считал себя ответственным за младшего брата и, хоть и понимал, что ничего не мог сделать, в душе чувствовал себя виноватым в его недуге. В далекой юности, в попытках искупить невольное предательство, Юэ Цинъюань с первого дня на Цанцюн искренне пытался оберегать и заботиться о Шэнь Цинцю, не обращая внимания на его недовольство и порой ничем не прикрытую агрессию. А после болезни, когда Шэнь Цинцю пусть не слишком охотно, но позволял ему быть рядом и не огрызался на любую попытку приблизиться, Юэ Цинъюань в какой-то момент даже обрадовался такой перемене. Лишь со временем он понял, насколько иным стал его брат, насколько отсутствие воспоминаний необратимо изменило его и разделило их сильнее былой враждебности Шэнь Цинцю. Пусть они были рядом, пусть Шэнь Цинцю был доброжелателен и дружелюбен, а Юэ Цинъюань по привычке заботился о нем, братьями они больше не были. Теперь же, после рассказа Му Цинфана, надежда, живучая тварь, вновь подняла голову. Ведь, как бы важны для него ни были собратья по школе и ученики, единственной его семьей всегда был и остается младший брат. И если он действительно вернул воспоминания, если действительно стал собой, Юэ Цинъюань сделает все, чтобы его защитить. - Му шиди, скажи, ты думаешь его память правда вернулась? Это вообще возможно? - спросил Юэ Цинъюань. - Возможно, - ответил Му Цинфан. - Судя по тому, что я видел сегодня, что-то он точно вспомнил. Да и Лю Цингэ говорил об этом весьма уверенно. - Что конкретно он говорил? - Что Шэнь Цинцю изменился, и ему нравятся эти изменения. - Вот как, - удивленно произнес Юэ Цинъюань. - Но до болезни они не ладили. - Теперь ладят, - Му Цинфан пожал плечами. - Шисюн, ты думаешь, нам стоит готовиться к войне с демонами? - после долгой паузы спросил он. - Ло Бинхэ весьма силен, а его прислужники многочисленны. - Если Шэнь Цинцю нужна защита, он ее получит, - ровным тоном ответил Юэ Цинъюань. Му Цинфан кивнул. Присутствие в их доме наглого демона было неприятно не только Лю Цингэ, просто остальные не демонстрировали это так открыто.