И разверзлись небеса

      Как и обещал Не Минцзюэ, слух о том, что он одолел великого владыку Цзюнь У, разлетелся по миру. Во всех храмах оскорблённые новостью жрецы храмов божества только и говорили об этом. Среди последователей тоже начинали ходить разные разговоры о том, что их владыка проиграл какому-то неизвестному небожителю, который установил рекорд по низвержению. Всего за пару минут его уже отправили в мир смертных, но небеса настолько к нему благосклонны, что вернули в ту же секунду и даже не наложили проклятую кангу. На данный момент Не Минцзюэ считался сильнейшим во всей Поднебесной, о котором доподлинно ничего не было известно. ─ Да кто он вообще такой?! ─ с этими словами в стену полетела фарфоровая ваза.        Слуги впервые увидели своего владыку таким взбешённым. Цзюнь У был олицетворением благоразумия и спокойствия. В его душе царило вечное умиротворение, но сейчас перед ними словно был другой человек. Бог был в гневе, крушил всё подряд и проклинал лишь одно злободневное имя ─ Не Минцзюэ. ─ Что он о себе возомнил?!        Если что-то происходило с небожителем, об этом тотчас же узнавали его жрецы и последователи. Целый день он выслушивал ото всех слова сочувствия и постоянный вопрос: «Как так могло получиться?» Ему бы и самому хотелось узнать, но ответ на этот вопрос ему мог дать лишь тот, кто по праву стоял выше. Впервые Цзюнь У был вынужден прибегнуть к совету верхних небес.       Пускай небожители считались богами в мире людей, но и их в своё время на эту должность приставил некто, кто всегда оставался там, на вершине. Незримый высший разум, общение с которым не могли позволить себе даже могущественные и древнейшие боги. Немногие божества могли настоять на разговоре с высшими силами, Цзюнь У едва ли мог попасть в эту категорию, но в конце концов он был нынешним правителем божественного пантеона, а это звание давало какую-никакую власть и полномочия. Он никогда прежде не взывал к высшим, но сейчас его положение таково, что без мудрого совета и объяснения было не обойтись.       Ритуал совершался в святейшем из мест на небесах. В полном одиночестве и на него уходили практически все духовные силы. Даже Цзюнь У, у которого их было в избытке, испытывал затруднения и на первых минутах чувствовал слабость.  ─ Почтенные Небеса, прошу вас явите мне свою мудрость. Дайте ответ на главный вопрос, почему именно он? Без роду, без племени, у него всего лишь один несчастный храм где-то на окраине страны. Ни последователей, ни добродетелей, так как он может превосходить меня в силе?       Он повторял это целую ночь, как мантру, но к рассвету практически все его силы иссякли, и он был вынужден уйти, так и не получив ответа.        В постели владыка пролежал несколько дней с сильнейшей головной болью, но даже в таком состоянии ему не давали забыть о том позорном поединке. На третий день, когда ему полегчало, во дворце Шэнь У пришлось принять целых 33 недовольных чиновника, которым накануне разнесли их дома. Конечно, таких жалоб по всей столице было навалом, но именно эта группа оказалась самой дотошной и настойчивой, раз у них хватило наглости настоять на аудиенции у владыки в его ужасном состоянии. ─ Пожалуйста, разберитесь с этим, Ваше Превосходительство!       Цзюнь У устало потёр точку между бровей. ─ Ваши храмы разбросаны по всей стране. До тех пор пока ваши дворцы не восстановят ─ поживите там. Поверьте, служащие средних небес делают всё возможное.       За то время, что он провёл в постели, успел вернуть себе некоторую ясность ума и душевное равновесие. Хоть глаза его по-прежнему и были наполнены яростью, теперь он хотя бы не срывал свой гнев на дворцовой мебели и прислуге. Как и всегда, приспособился держать всё в себе.  ─ Вы не поняли, повелитель, ─ вперёд вышел один из небожителей. ─ Мы просим вас о совершенно ином.       Цзюнь У уже не мог терпеть этих снобов, но положение обязывало спокойно и вдумчиво их выслушать. «Если бы мог ─ перебил всех к чёртовой матери!» ─ выругался он про себя и с непроницаемым лицом продолжил слушать. ─ Виновник должен быть наказан.       Цзюнь У бросил на толпу испепеляющий взгляд. Он оставался холодным и непроницаемым, но в душе у него буквально всё затрепетало от мысли, что он не один разделяет подобные мысли.       Найти. Поймать. Уничтожить. Стереть в порошок. Навсегда лишить божественной силы. Однако, всё это нельзя было совершать в открытую по одной простой причине: ─ Сожалею господа, но я не могу в открытую наказать бога войны. ─ Но он унизил Вас, разрушил столицу, оскорблял всех и…       Владыка остановил его и загадочно произнёс: ─ Уверен, ему и так воздастся.       Небожители зашептались. Цзюнь У уверил их, что рано или поздно небесная кара найдёт наглеца, и он получит по заслугам, а пока он тут бессилен. С сожалением в голосе ему пришлось отпустить 33 небесных коллег и ещё раз заверить их, что всё будет хорошо. По крайней мере в столицу Не Минцзюэ уже точно не вернётся.        Мягкая величественная улыбка Цзюнь У держалась ровно до момента, пока не закрылись ворота. На сегодня дворец Шэнь У больше не принимал посетителей.       Цзюнь У немедленно приказал принести ему перо и пергамент. Слуги повиновались. Спустя какое-то время владыка велел привести троих послов и вручил им три свитка. Один из них он велел доставить в Долину Горя, второй в Лес Отчаяния и третий в Тёмное Ущелье. На сегодня слуг он отпустил, но один из них всё же нашёл смелости спросить у него: ─ Повелитель, а для чего вам посылать что-то в места обитания сильнейших демонов?       Цзюнь У медленно, словно паря, подошёл к хилому слуге. — Чжао Су, ты ведь не глупый мальчик, ─ заговорил владыка мягко, словно обращался к собственному ребёнку, поправляя тому одежду и укладывая на плечах непослушные длинные волосы. ─ Прекрасно должен понимать, что есть вещи, о которых лучше не думать. Особенно тебе. ─ П-простите мне мою наглость, ─ голос Чжао Су утратил былую уверенность, сейчас ему стало по-настоящему страшно.        Обычно владыка Цзюнь У источал спокойную, но в тоже время величественную ауру, но сейчас что-то изменилось. Даже воздух стал другим, кругом всё обдало могильным холодом. Погасли свечи, из углов поползли тени, но небожитель пытался убедить себя, что это ему только кажется. Сейчас с ним рядом сам владыка верхних небес, если бы во дворец проникнула тёмная тварь, способная вызвать подобные перемены, он бы первый это почувствовал. Цзюнь У оставался спокоен, но воздух и аура вокруг него становились всё мрачнее. Слугу пробрало до самых костей, когда на его плечо легла рука владыки. Спустя мгновение, его плечо отдало сильным хрустом, от боли юноша скривился и упал на пол.  ─ Знаешь, мир богов очень сложен, то ли дело мир демонов, ─ голос по-прежнему принадлежал Цзюнь У, но сейчас казался таким холодным, лишь отдалённо он теперь напоминал тот мягкий и спокойный тембр.       Всё быстрее и быстрее в него словно подкрадывались холод и настоящее безумие. ─ У них как-то проще всё. Захотел убить кого-то ─ убил. Ни к чему им эти сложности, и я считаю, что небожителям они тоже ни к чему. Однако, многие убеждены, что без наших устоев и правил, мы бы давно превратились в животных.       Он курсировал вокруг скорчившегося юноши на полу, словно акула, готовая напасть в любой момент. Слуга старался слушать внимательно и впитывать каждое слово, надеясь на прощение, но чем больше владыка говорил, тем меньше Чжао Му верилось в то, что на одном сломанном плече всё закончится. Он точно не выйдет из дворца Шэнь У живым. ─ Я же думаю, даруй высшие силы возможность убивать без суда и следствия, не приходилось бы прибегать к таким сложным методам, как нанимательство демонов.       Слуга вздрогнул. ─ Так вы заказали им господина Не Минцзюэ? ─ Быстро схватываешь. Жаль, что так же быстро ты не уловил одну простую вещь: не стоит задавать лишних вопросов. ─ Вы и правда убьёте небожителя?!       Цзюнь У рассмеялся. Его голос больше не принадлежал ему. ─ Что ты, сомневаюсь, что этим идиотам вообще удастся найти его, но, эй, они хотя бы смогут привести его сюда, чтобы с ним расправился я. По доброй воле он не вернётся, а они умные демоны, надавят на нужные точки, припугнут, и он сам явится, я в этом не сомневаюсь. Может он и бог, но чувства у него человеческие, такие предсказуемые. ─ Вам не победить, ─ выпалил Чжао Су, и в ту же секунду почувствовал, как будто его выворачивает наизнанку. ─ Если буду играть честно, то да, не победить. Поэтому, когда Не Минцзюэ вернётся, я буду готов.

***

      Стояла глубокая ночь. Серебряная луна словно укладывала спать весь лес, укрывая всех и каждого под своим холодным, но в тоже время успокаивающим светом. В её тусклом свете попрощаться друг с другом были готовы два путника. ─ Что же, думаю, на этом наши пути расходятся, ─ сказал Хуа Чэн. ─ Думаю, что да, ─ сказал Не Минцзюэ. ─ Этот вечер я ещё не скоро забуду, ведь компанию за чаркой вина мне составил сам князь демонов.       По этой тропе они прошли ещё немного от той деревни, где просидели долгое время, болтая обо всём на свете. Обоим не хотелось заканчивать этот разговор, но появившаяся на их пути развилка, словно намекала, что сейчас пришла пора расстаться. ─ Было приятно познакомиться с вами, господин Не Минцзюэ, ─ сказал Хуа Чэн, протягивая небожителю руку. ─ Взаимно, Хуа Чэн, ─ ответил Не Минцзюэ и крепко сжал руку демона.       Хуа Чэн даже слегка скривился от боли, но как и всегда, не показывал своих истинных эмоций, оставаясь для нового друга непроницаемым и холодным. Однако, Не Минцзюэ видел в нём нечто иное, о чём не признавался, дабы сохранить иллюзию, созданную Собирателем цветов. Пускай думает, что ему удалось его провести.       Раскрыв свой красный зонт, хоть сейчас и не было дождя, Хуа Чэн направился по тропе, уходящей вправо. Не Минцзюэ понял, что его тропа та, что уходит налево, но прежде чем они окончательно разбежались, Хуа Чэн остановился и не оборачиваясь сказал: ─ Желаю удачи, мой друг.       Хуа Чэн ещё никогда и никого не называл так. ─ Вам того же, ─ ответил Не Минцзюэ. ─ Надеюсь, ты найдёшь то, что ищешь. Может быть ещё свидимся!       С этими словами он направился в свою сторону вновь в приподнятом настроении.       Когда массивная фигура скрылась в лесной чаще, Хуа Чэн обернулся и сказал почти неслышно ему в след: ─ Буду ждать.       В то же мгновение он обернулся роем серебристых бабочек, который растворился в ночной мгле.       Путь Не Минцзюэ предстоял неблизкий, а именно в родной Цинхэ Не. Как небожитель он обладал достаточным уровнем магических сил, чтобы перенести себя куда угодно, вот только, как правильно ими пользоваться, ему никто не объяснил. Как не старался, а активировать телепорт по маху одной руки он не мог. Не мудрено, ведь перемещаться небожитель способен только начертив особый магический круг, но к чему эти подробности, когда и своих двух было достаточно. Благо он знал эти места, от ближайшей деревни до города рукой подать, а оттуда он уже доберётся до Цинхэ.        Поскольку вход на небеса для него теперь был официально закрыт, плюс, ему не особо хотелось туда возвращаться, Не Минцзюэ решил, что нет ничего лучше родного дома. Брат то его точно поддержит и приободрит. Не в восторге, конечно, будут те идиоты, по мнению Не Минцзюэ, которые решили быть его последователями, да и старейшины будут им недовольны (всё-таки он верховного бога отпиздил), но он по-прежнему глава их ордена, к тому же ещё и бог. Пустит пару молний из рук, поорёт, как следует и всё вернётся на круги своя. Вновь и почёт, и уважение, и не придётся жить бессмертным в окружении самодовольных снобов и зануд, коих полно в столице бессмертных. Не зря он всё-таки вовремя оттуда свалил и навёл шороху, чтобы и впредь не возвращаться туда.       Дорога была практически прямой, полна следов тяжеловесных мулов и телег, которые они за собой тащили. Потеряться было трудно, к тому же и луна сегодня была такой яркой, что освещала дорогу не хуже солнца. Не Минцзюэ наблюдал за ней с благоговением и наслаждался ночной тишиной и спокойствием, которые она ему дарила. Этот свет не грел его, но зато дарил тепло в душе.       Его сопровождало стрекотание сверчков и шевеление мелких зверей в кустах и на деревьях. Они явно не ожидали незнакомца в такое время в лесу, но Не Минцзюэ был даже рад их компании. Благо он поел в таверне, а то сейчас бы устроил охоту, голодный мужчина не щадил никого. Но внезапно все вокруг стихло. Путник также резко остановился и прислушался. Лес погрузился в тишину, слышно было лишь тихое завывание ветра, в котором ему отчётливо угадывались слова какой-то песни. Кто-то пел. Из чащи доносился тихий женский голос, который напевал старую детскую колыбельную. Ветер усиливался, донося до уха небожителя эти чарующие мотивы. Песня словно приманивала к себе, заставляла идти за ней, ещё немного и он бы поддался, но вовремя одумался, когда в голову ему прилетело что-то маленькое, но травмирующее. Стоило в голову ударить крохотным предметом, как таинственная мелодия мгновенно стихла и в лес снова вернулись привычные звуки и шорохи. Не Минцзюэ потер ушибленное место, затем огляделся вокруг и заметил на земле небольшой жёлудь.  ─ Что за шутки? ─ озадаченно спросил небожитель, потирая макушку, куда и прилетел этот крохотный плод.       Недоумение вызывало то, что в этом лесу не росли подобные деревья. Мужчина вновь внимательно огляделся, ища глазами стрелявшего, но на ветках он видел только обычных птиц.       Всё это было так странно, но зацикливаться на таких пустяках Не Минцзюэ не привык, потому бросив жёлудь в кусты, небожитель отправился дальше по дороге. Город был уже совсем близко.       Яркие огни и шумные улицы будто вновь вернули его в родной Цинхэ, но всё же этот провинциальный городишко всё ещё не походил на гигантскую крепость, возведённую основателем ордена Не. Отсюда прямая дорога лежала прямо к дому, но на ночь глядя идти тоже не хотелось. Лес сегодня пусть и был пугающе спокоен, и луна светила на редкость ярко, Не Минцзюэ увидел в этом недоброе знамение. Не бывает настолько хорошо, его как будто заманивают в ловушку. Нужно дождаться утра. К тому же день и без того был достаточно длинным.       Небожителю не требуется сон и еда, его тело не знает усталости, но не мог же Не Минцзюэ провести всю ночь на улице или в баре. Нужно было найти место, где можно отсидеться до рассвета. Побродив по городу в поисках постоялого двора, ему не удалось ничего найти, что странно, ведь даже в небольших деревнях, да на тех же дорогах, один, два, но могли встретиться ночлежки для путешественников. А тут целый город, пускай и небольшой. Всё это очень странно. Он сел прямо на землю, в углу шумной улицы. Люди шли, совсем не обращая на него внимания. ─ Ищешь постоялый двор для ночлега, странник? ─ чуть ли не над ухом у него проскрипел старушечий сиплый голос.        Не Минцзюэ метнулся в сторону, выставляя перед собой саблю. ─ Не подходи! ─ воскликнул он в ужасе, но как оказалось, бояться было нечего.        Это была всего лишь немощная старушка. Небожитель сплюнул и поднялся с земли. ─ Ну и напугали же вы меня, бабушка! Так и инфаркт схватить недолго!       Бабуля была горбатой, махонькой, почти размером с пенёк. Не Минцзюэ она не выше колена. Подняв взгляд на мужчину, ему открылся не самый приятный вид на старое морщинистое лицо.        Не Минцзюэ не застал собственную бабушку при жизни, но на всех фресках и картинах она была воплощением красоты, даже в свои шестьдесят с лишним. Этой же старушке было на вид лет сто, не иначе, но для настолько древнего существа передвигалась она достаточно резво и уверенно.  ─ Ты уж прости, сынок. Я просто увидела, как ты слоняешься то туда, то сюда по городским улицам, как будто в поисках чего-то. ─ Я ищу постоялый двор. Вы не знаете часом, почему в городе с ними такой дефицит? ─ Почём мне знать? ─ захихикала старушка, но Не Минцзюэ явно не сказал ничего смешного. ─ Я спокойно держу свой маленький дворик и не ведаю о том, что с остальными на том поприще делается. Коль уж нужен ночлег тебе, то пойдём, у меня на всех места хватит.       Выглядело подозрительно, даже слишком. Чутьё подсказывало Не Минцзюэ, что что-то здесь нечисто, но с другой стороны, не он ли тот самый десятый бог войны, одолевший владыку Цзюнь У? Что ему какие-то там ловушки, подстроенные смертными, или же низшими слабыми демонами!       От старушки не исходило никакой демонической ауры, значит ─ она обычная мелкая мошенница, заманивающая клиентов в своё логово, чтобы обобрать до нитки. С Не Минцзюэ такие фокусы не пройдут. Чуть что, он сразу достанет Бася и пригрозит, может по итогу ему вообще платить за ночь не придётся. Кругом одни плюсы, так что обман обманом, а на сегодня ему нужно где-то переночевать. Он последовал за старушкой. Через переулки и задворки они добрались до постоялого двора.       Гостиница, как гостиница. Обыкновенный большой дом, как и во многих других провинциальных городах, ничего необычного. Небольшой двор с маленьким прудом по центру, открытая столовая на веранде. Из летней кухни уже доносился приятный аромат парного мяса. Пусть есть Не Минцзюэ и не хотел, но не отказался бы отведать чего-то вкусного. И это с учётом, что совсем недавно он на пару с Хуа Чэном умял практически всё, что было в той закусочной.       Старушка проводила его в комнату и сказала, что на обед он может спуститься через двадцать минут. Комната также не выделялась ничем, быть может это и в самом деле обычная старушка, держащая свой маленький бизнес?  ─ Да ладно, если бы хотела, то давно меня ограбила, а так хоть какую-то ночлежку я нашёл, ─ убедив себя, что всё хорошо Не Минцзюэ начал обустраиваться на новом месте.        Бася он положил возле кровати, а сам решил открыть створы, чтобы впустить в помещение немного холодного воздуха. Его окно выходило прямо на ветки персикового дерева, находившихся в самом цвету.        Внезапно между веток Не Минцзюэ заметил странное шевеление, словно что-то белое и маленькое проскочило мимо него и скрылось. Приглядевшись получше, небожитель заметил на одной из ближайших веток белого хорька с черной кисточкой на хвосте. Зверёк смотрел прямо на него, странно выпучив глаза, словно чего-то хотел.  ─ Так, стоп, а разве хорьки забираются так высоко на деревья? ─ спросил он вслух.       Хорёк очень быстро взобрался повыше. Перепрыгивая с ветки на ветку, он в два прыжка оказался на подоконнике Не Минцзюэ и вновь уставился на него.  ─ Чего? ─ спросил небожитель у зверя. ─ У меня нет еды.       Они ещё немного посмотрели друг на друга, как вдруг раздался стук в дверь. Послышался уже знакомый скрипучий голос хозяйки гостиницы:  ─ Дорогой гость, ужин готов! ─ Да, да, сейчас, ─ отозвался Не Минцзюэ и спрятав меч под кровать, направился к двери, но тут увидел, как хорёк спрыгнул с подоконника и полез под его кровать.       Зверёк схватился зубами за ножны и стал вытаскивать оружие, но Не Минцзюэ не дал ему этого сделать. Хорька он поймал, а меч оттолкнул обратно. ─ Ты чего это удумал? ─ грозно спросил Не Минцзюэ, сжимая тонкое тельце зверька.       Он не хотел причинять животному боль, но держал достаточно крепко, чтобы тот не смог выбраться. Зверёк начал скулить и извиваться, стараться увести Не Минцзюэ обратно к окну, всеми силами как будто пытаясь что-то сказать. ─ А, так тебе наружу охота?        Хорёк в руках небожителя стукнул лапой по своему лбу и вновь начал извиваться и указывать ему хвостом на меч. ─ Хочешь, чтобы я взял его с собой?        Животное одобрительно закивало.       Невероятно, он понимал человеческую речь. Но Не Минцзюэ не чувствовал от него ауры проклятия или присутствия тёмной сущности. Это был обычный хорёк, но судя по тому, что он только что общался с ним, всё было не так просто.       Снаружи послышался глухой удар, как будто что-то крупное отлетело прямо в дерево и чей-то, словно звериный, вскрик после, скорее похожий на рёв. Не Минцзюэ тут же метнулся к своей сабле, и схватив её за рукоять, принял боевую стойку. Белый хорёк спрыгнул с окна на стол, затем оттолкнулся и запрыгнул на плечо мужчины, оскалившись, посмотрел на дверь, за которой раздавался шум. Не Минцзюэ был готов ко всему, как и его новоприобретённый друг, но оба пока что оставались на месте, как будто выжидая. Они бы могли прямо сейчас ворваться во двор и вступить в бой (судя по шуму, именно драка происходила снаружи), но нельзя было исключать варианта, что это могла быть ловушка. К тому же в этой ситуации Не Минцзюэ посчитал разумным довериться существу на своём плече. Теперь это уже точно не обычный зверь. Именно он предупредил небожителя об опасности, а раз он не спешил выбегать, значит — ему известно, что происходит снаружи. И судя по всему, в комнате было безопаснее, раз хорёк не спешил отсюда выбегать.        Небожитель просто ждал и прислушивался, пытаясь хотя бы примерно понять и оценить ситуацию. С улицы доносились звуки борьбы. Странные звенящие звуки, словно металлом бьют о другой металл, но звон слишком чистый даже для самого идеально закованного меча, вперемешку с хрустом древесины. Земля ходила ходуном, но Не Минцзюэ стоял твёрдо на своих ногах, держа перед собой Бася. Доверившись своим ощущениям и инстинктам, он представлял, что приблизительно могло происходить за дверью. В драке участвуют двое, максимум трое. Оба необычайно ловки и быстры, учитывая, как часто звуки боя перемещались с одного конца в другой. Оба сильны настолько, что один удар способен запросто разломать прочную древесину. Видимо, все постояльцы, кроме Не Минцзюэ, уже успели сбежать. Никаких посторонних голосов и звуков не было слышно.        Спустя какое-то время шум и вовсе затих. Не Минцзюэ изо всех сил напрягал и свой обычный слух и даже воспользовался божественным ореолом, но нигде поблизости больше не раздавалось вообще никаких посторонних звуков. Лишь ветер завывал, но противники словно испарились. Не Минцзюэ напрягся только сильнее. Убедившись, что всё стихло, он сделал первый шаг к двери, как вдруг в затылок его кольнуло, словно иглой, а белый хорёк сорвался с его плеча и метнулся вперёд, к двери.        За одно мгновение Не Минцзюэ уже оказался за дверью, когда ровно в эту же секунду сверху потолок его комнаты пробило нечто. В пару прыжков Не Минцзюэ уже стоял посреди двора, который был почти полностью разрушен. Нетронутым было только то место, где находилась комната небожителя, но и её постигла печальная участь — превратиться в гору щепок. Гигантская туша пробила собой крышу и потолок, полностью обрушив второй этаж постоялого двора. Белая скрученная, словно верёвка, масса оказалась змеем. Большим пещерным змеем, который в ту же секунду, как свалился сверху, вскочил и заревел во всю глотку. Не Минцзюэ было собрался атаковать, как мимо его уха пролетел, словно молния, со свистом непонятный луч. Искра белого света летела точно в змея в следующее же мгновение всё чудище целиком было связано и начало извиваться, разрушая под собой всё больше и больше. «Вот он, идеальный момент для атаки», — было подумал Не Минцзюэ, стоило змею оказаться в ловушке, как в небе он заметил ещё одну сверкнувшую молнию.        Вновь этот звон, напоминающий удар по металлу, удар, и в воздух поднялось облако непроглядной пыли. За ней Не Минцзюэ не увидел, как постоялый двор разрушается окончательно.        Не Минцзюэ неотрывно наблюдает за местом, куда пришёлся удар белой молнии, где всё ещё должен был находиться змей. И тут из-за тумана начинает виднеться чей-то силуэт. Не Минцзюэ приготовился сделать выпад, но раньше него вновь среагировал белый хорёк, который всё это время сидел у него на плече. Зверёк спрыгнул вниз и быстро помчался в сторону силуэта, приближающегося к Не Минцзюэ.        Одним взмахом своей сабли, Не Минцзюэ рассеял пелену вокруг себя и теперь ему всё было прекрасно видно. Силуэтом оказался человек в белых монашеских одеждах, который стоял буквально в паре метров от Не Минцзюэ и от обломков здания, в которое влетел змей. Парень выглядел достаточно молодо, поэтому Не Минцзюэ не церемонясь обратился к нему, когда тот, взяв на руки подбежавшего к нему хорька, гладил зверька: — Назовись, юноша!       Тот сразу же обратил свой взгляд на небожителя, направляющего своё грозное орудие прямо на него. — Прошу простить мне мою грубость. Моё имя Се Лянь, ваше превосходительство.       Се Лянь? Звучало знакомо, но Не Минцзюэ не успел задуматься об этом больше двух секунд, как его внимание зацепилось за выглядывающий из-под обломков здания белый змеиный хвост, который замахнулся прямо на Се Ляня, стоявшего к нему спиной.