Love is not possible for everybody.

       Лука нежно целует его, но в этом поцелуе ощущается горький привкус прощания.        Элиотт хочет сказать, что ему все равно, что Лука — шизофреник, что он действительно понимает, каково это — принимать лекарства, чтобы нормально функционировать, и что ему все равно, но его останавливает мысль о том, что Луке нужен кто-то надежный. Опора. Кто-то, кто всегда будет рядом, чтобы поддержать его, кто-то, кто сможет позаботиться о нем. И это не Элиотт. Он уже выбивается из сил, пытаясь позаботиться о себе, он не сможет заботиться о Луке.        Поэтому он произносит четыре слова, от которых его тошнит:        — Мне очень жаль, Лука.        Элиотт не хочет этого говорить. Он не хочет, чтобы это были его последние слова, сказанные Луке. Он хочет спросить его, могут ли они забыть обо всем и вернуться к тем отношениям, которые у них были? Лука отступает, и в следующую секунду его уже нет.        Все кончено.        — Ты просто отпустишь его? Ты что, блять, издеваешься?        Элиотт смотрит на Идрисса, который выходит из гостиной, и вздыхает.        — Что ты здесь делаешь?        — Я не даю тебе сделать худшее дерьмо в твоей жизни, Элиотт! Но что ты здесь делаешь?        Нахмурившись, Элиотт отталкивает Идрисса.        — У нас нет совместного будущего. Что, если я потащу его за собой вниз?        — Но он не может жить без тебя, черт возьми! — говорит парень рядом с Идриссом. — Ты нужен ему, чтобы он чувствовал себя хорошо.        Элиотт хмурится и подходит к двум парням поближе.        — Ты кто?        Парень улыбается, протягивая руку.        — Янн, лучший друг Луки, рад познакомиться. А теперь беги за ним, черт побери! Беги, а то будешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.        Элиотт качает головой и смотрит на них.        — Откуда вы знаете друг друга?        Идрисс широко улыбается и похлопывает Янна по плечу.        — Я хотел позвонить Луке и рассказать, как тебе плохо, но трубку взял Янн.        — Я взял мобильник Луки, чтобы сказать, что ты ему нужен, — объясняет Янн.        — Поэтому мы решили позвать Луку сюда. Я послал ему твои рисунки, — подхватывает рассказ Идрисс. — И я сказал ему то, что ты не осмеливался ему сказать: он нужен тебе, чтобы ты чувствовал себя хорошо.        — А теперь, — говорит Янн, — ты прекратишь всю эту свою херню: «Нам нельзя быть вместе, мы только все испортим, мы слишком больны, чтобы быть счастливыми». Это полная хрень, черт возьми! Я никогда не видел Луку таким счастливым, как в последние несколько месяцев, и никогда не видел его в таком плохом состоянии, как в последние две недели. А если это не сложно? Что, если вы просто нуждаетесь друг в друге, чтобы почувствовать себя лучше?        Элиотт смотрит на них и в следующее мгновение бежит вниз по лестнице, а затем и по улице. Большинство людей, которых он встречает на своем пути, пялятся на него, вероятно, потому, что на нем только спортивные штаны. В прямом смысле. Он бежит под дождем без верха и босиком, но Элиотту все равно. Он бежит так быстро, как только может, и видит его, когда сворачивает на авеню.        Голова опущена, плечи опущены. Даже со спины Элиотт видит, что ему грустно. Он сломан.        — Лука!        Лука внезапно останавливается, но не оборачивается.        — Лука!        Создается впечатление, что Лука сейчас сломается и упадет на землю, и тогда Элиотт бежит к нему еще быстрее.        — Лука, ты мне нужен!        Лука оборачивается, и, даже если идет дождь, Элиотт знает, что капли на щеках парня не из-за дождя. Он буквально заливается слезами, когда Элиотт прижимает свои ладони к его щекам, вытирая слезы большими пальцами.        Внезапно они остаются только вдвоем. Больше никого вокруг не существует. Даже дождь больше не имеет значения. Единственное, что важно, — это что он не должен дать Луке уйти.        — Я люблю тебя, Лука, и ты мне нужен, чтобы чувствовать себя хорошо. Мне плевать на твою болезнь. У меня биполярное расстройство. Я тоже не могу нормально функционировать без лекарств, и я не знаю, как я буду завтра себя чувствовать, но я знаю, что хочу быть с тобой. Завтра и каждый последующий день.        Лука открывает рот, но Элиотт поднимает указательный палец у его губ, не давая ему сказать, что это невозможно.        — Я знаю, что это будет трудно, но я хочу, чтобы у нас все получилось. Я хочу быть достойным тебя. Я хочу, чтобы ты улыбался и был счастлив. Я знаю, что так будет не всегда, но я действительно хочу попробовать. Я никогда не был счастливее, чем когда мы вместе. Ты мне нужен, Лука.        Лука отталкивает руку Элиотта ото рта, и тот прижимается лбом к его лбу.        — Я люблю тебя, Лука. Даже без твоей маски.        Лука улыбается, поглаживая Элиотта по щеке.        — Я думал, что я ежик.        Элиотт смеется, и Лука тянет его за шею, чтобы поцеловать. Они целовались, по крайней мере, сотни раз, но этот поцелуй отличается от других. Этот поцелуй — синоним надежды.        — Я люблю тебя, Элиотт. Даже без твоей маски.        Элиотт целует его, напуганный до смерти. Он боится, что все испортит, или навредит Луке, или утащит его за собой вниз. Но он улыбается, обнимая Луку, потому что знает, что сделал правильный выбор.        Может быть, пока Лука рядом с ним и они есть друг у друга, все будет хорошо.