Самый терпеливый альфа из всех

      Я ломал голову, размышляя над планом действий. С одной стороны, было бы неплохо окружить его заботой, заполнить своим присутствием все пространство в его жизни. А с другой, я и так в его жизни уже достаточно давно. Может стоит исчезнуть ненадолго, чтобы он понял, что не мыслит своей жизни без меня? Знаете, обычно во всяких сериалах, фильмах, именно в такие моменты герои понимают, что влюблены: в моменты, когда теряют то, чего раньше не ценили.       Хотя, чего далеко ходить, я сам попался в подобную ловушку. Я ведь понял, что безумно люблю Кенму как раз тогда, когда поступил в университет, а он остался в старшей школе. Я конечно знал, что привязан к малышу, но думал, что мое отношение к нему, как к младшему брату. Первая неделя без него прошла достаточно спокойно. А потом мне стало так тоскливо… Некого было будить по утрам, чтобы не опоздать на занятия, не с кем было поиграть в видеоигры (хотя я всегда считал, что не люблю их), не было моего связующего в волейбольной команде, не было этой светлой макушки под боком, которая ходит за мной хвостиком, не с кем было спорить по всяким пустякам. Чего-то явно не хватало в моей жизни, и я понял, чего именно, когда приехал на выходные к Козуме в гости.       Когда я увидел его, клянусь, я чуть не разревелся. От переизбытка чувств, от того, какой он мне родной, от того, что я понял, как сильно скучал и как мне его не хватает, да просто от того, что он был рядом. Это уже не было похоже на братские чувства. Он нужен был мне, как кислород. Он тогда обнял меня в знак приветствия, а меня бросило в дрожь и в жар, как какого-то подростка. В штанах стало тесно. Черт, пришлось признаться самому себе, что то, чего Кенма так всегда боялся, произошло.       Я наматывал круги по парку уже второй час. Было уже далеко за полночь. Присев на лавку под тусклым фонарем, я решил написать Кенме.       От Куроо: Ой, Кенма, спишь? Не хочешь прогуляться?       Ответ пришел достаточно быстро.       От Кенма: Как раз иду в аптеку на пятой улице, можем встретиться там.       Кенма никогда не выходил из дома без особой надобности, но раз уж ночью он решил выйти — значит причина была только одна: у него началась течка, а таблетки закончились. Стоп, что? Придурок, его же любая альфа за три квартала учует!       От волнения резко стало очень жарко, кровь прилила к голове. Нужно быстро его найти. Глупый Кенма, почему он никогда не может попросить меня купить ему эти чертовы таблетки? Конечно, он слишком гордый, чтобы признаться хоть кому-то в том, что у него период течки. Но нужно признать, маскировался он достаточно хорошо. Может и в этот раз пронесет? Чего я так перепугался? Пожалуй, ускорю шаг.       Я решил набрать его по телефону, чтобы говорить с ним, пока мы не встретимся, так я буду хоть немного спокойнее. Пошел уже четвертый гудок, а трубку никто не брал. Ну давай же!       Тут я услышал знакомую мелодию из темного переулка, мимо которого проходил. Ошибки быть не могло, такой рингтон стоял у Кенмы на мой вызов. Что он там забыл? Дальше я отчетливо услышал звук удара, а мелодия прекратила играть. Руки похолодели. Я сломя голову бросился к месту, откуда донесся странный звук. То, что я увидел, повергло меня в шок.       Кенма лежал в крови, а двое ублюдков нависли прямо над ним и пытались стащить с него штаны. Что происходило дальше я помню смутно. Мной завладел такой гнев, пелена застилала глаза. Первого альфу я откинул метра на три. К его счастью, он быстро очухался и дал деру. А вот второй… Не помню, как долго избивал его, но судя по ноющим и кровоточащим костяшкам моих рук, он еще долго не сможет ни есть, ни ходить, ни видеть. Мне кажется, я мог бы его убить, если бы не услышал слабый голос, который тут же отрезвил меня.       — Куроо, хватит, — еле слышно выдавил Кенма, но эти слова прошлись по мне так, словно мне ушат холодной воды на голову вылили. Я слишком увлекся этими двумя вместо того, чтобы помочь ему… черт, какой же я мудак.       Я подскочил к Козуме и подхватил его на руки. Левая часть его лица была разбита и сильно кровоточила, бровь и губа рассечены, видимо его пытались вырубить и ударили с размаху чем-то тяжелым. На запястьях были синяки от рук. Он пытался сфокусировать взгляд, но у него это плохо получалось. Я был совершенно растерян и подавлен. Все, что я смог сказать, это дурацкое «все будет хорошо, я с тобой», после чего его тело ослабло в моих руках, и он отключился.       Я плохо помню, как добрался до больницы. Приемное отделение, Кенма, которого увезли куда-то на каталке, запах лекарств и хлорки, все как в тумане… А если бы я не написал ему, что было бы тогда? Что это, чуйка, особая связь, знак свыше, чтобы я больше его никогда не отпускал от себя ни на шаг? Сейчас я разделял взгляды Кенмы на этот мир. Наверняка на него напали только из-за течки, только из-за жажды секса. Когда слышишь этот запах, очень трудно устоять. Черт, никогда не думал, что соглашусь с ним, какие же альфы говнюки. Потом посмеемся с ним вместе. А посмеемся ли?.. Я отогнал пессимистичные мысли и стал надеяться на то, что успел вовремя, а иначе, моя жизнь закончится.