Самый терпеливый альфа из всех

      Я кое-как уложил Кенму спать. Пришлось пустить в ход успокоительное, чтобы остановить его истерику. Когда он наконец уснул, я рухнул на кровать без сил, но сон был где-то далеко. Пол ночи я ворочался и подскакивал от каждого шороха на второй половине кровати. Когда стало светать, усталость все же взяла свое, и я отрубился без задних ног.       Открыв глаза с утра, я вдруг осознал, что кровать рядом со мной пуста. Я резко подскочил и посмотрел на время. Было около восьми утра. Я подорвался как ошпаренный и выбежал в коридор, обуви Кенмы не было. Я забежал обратно в комнату и проверил шкафы. Слава богу все вещи на месте, значит, он не ушел насовсем. Может, он уже в универе? Слабо верится, но нужно проверить этот вариант в первую очередь.       Я бежал по дороге в институт, тщетно пытаясь дозвониться до Кенмы. Ну конечно, он не возьмет трубку. Бесит, когда он так делает. Забежав в его аудиторию, я судорожно начал искать светлую макушку. Его не было. Его там не было. Спокойно… Что дальше? Думай, Куроо.       Может, он сейчас, у Хинаты? Или пошел домой к родителям? Я невольно вспомнил свои шутки про то, что Кенма съедет к маме, когда выздоровеет. Тогда было смешно, сейчас не очень. Я набрал Кагеяму.       — Тобио, прости, что так рано. А Кенма, случайно, не у вас? — спросил я, молясь, чтобы ответ был положительный.       — Нет, его нет. Что-то случилось?       — Да так, повздорили слегка. А Шоё с ним не разговаривал сегодня?       — Нет, но он может попробовать с ним связаться.       — Спасибо, дай знать, если получится.       Черт, я почти на все сто был уверен, что он сейчас у Хинаты. Хотя, Шоё ведь тоже беременный… Вряд ли он бы пошел к нему, чтобы поделиться «радостной» новостью. Сейчас само слово «беременность» было для него как красная тряпка для быка.       Я дошел до места, где жили родители Кенмы. Дверь мне открыла его мать.       — Здравствуйте Минори-сан, а Кенма у вас?       — Да, он здесь, проходи, — сказала она и пустила меня в дом. Вид у нее был серьезнее некуда. Я чувствовал себя так, будто иду на расстрел.       — Что у вас случилось? — начала она, усаживаясь за стол.       — А что сказал Кенма? — я решил проверить, что она знает.       — Ничего не сказал. Забежал в дом ни свет ни заря и сразу закрылся в комнате. Разговаривать отказался… Я сразу подумала, что вы с ним поругались. Так что случилось? — она подняла на меня взволнованный взгляд.       Я не знал, как ей все объяснить. Конечно, его родители были в курсе наших, как бы это сказать, отношений. Но предугадать ее реакцию на будущих внуков я не мог. Либо меня вышвырнут отсюда, либо заставят на нем жениться. Что ж, надеюсь, что второе.       — Минори-сан, я… В общем Кенма… Он… беременный… — я стоял как вкопанный и боялся посмотреть ей в глаза. Заделать ребенка смелости хватило, а признаваться его матери было очень страшно.       — Вы теперь ненавидите меня, да? — я наконец смог поднять глаза. В первые секунды на ее лице читался шок, а потом оно просияло.       — Тецуро, присядь, — начала она, — я не ненавижу тебя, я… благодарна тебе.       Что?       Она продолжила:       — Знаешь, я всегда переживала за Кенму, за его психологическое состояние. Кому как не тебе знать, как он относится к своей принадлежности к омегам. Сначала я думала, что это просто переходный возраст. Но это не проходило… Я была очень рада, когда вы съехались, я думала, что он наконец-то принял себя. Получается, я не ошиблась? Вы решились на ребенка! Это ведь прекрасно! Я и представить не могла, что Кенма когда-нибудь придет к этому.       — Все обстоит немного сложнее… Мы совсем не планировали, это… вышло случайно, то есть… — что я несу, я только что сам подтвердил слова Кенмы о том, что это ошибка, но это ведь не так, — я хотел сказать, что я полностью беру ответственность за него и за ребенка на себя, я рад, что стану отцом, а вот Кенма… Кажется, теперь он меня ненавидит.       — Ах, дорогой… В таком случае, я тебе сочувствую… — она сразу погрустнела, — тебе предстоит нелегкий путь. Но я уверена, что ты справишься, ты единственный человек, которому он открылся. Даже я не знаю его так хорошо, хоть я и его мать, хоть я тоже омега. Ты, главное, будь с ним помягче, дай ему время. Я уверена, все наладится. Я попробую поговорить с ним.       У меня будто гора упала с плеч. Я был не один.       — Спасибо, Минори-сан. Это правда важно для меня. Он у себя? — мать Кенмы кивнула и пожелала мне взглядом удачи.       Я тихонько приоткрыл дверь комнаты Козуме. Он лежал на кровати и залипал в телефоне. Как только я вошел, он бросил на меня взгляд, от которого меня бросило в дрожь. Холодный, полный презрения взгляд.       — Кенма, пойдем домой, — как можно мягче сказал я.       — Нет, — сухо ответил он и продолжил смотреть в свой гаджет.       — Ты уходишь от меня? — я судорожно сглотнул.       — Нет, — ответил он и усмехнулся.       Господи, спасибо…       — Тогда в чем дело? Поговори со мной, пожалуйста…       — Нет.       — Если ты не пойдешь сам, я могу тебя отнести, — я сделал шаг к нему навстречу.       — Не прикасайся! — он посмотрел на меня так, будто я был в его жизни врагом номер один.       — Хорошо-хорошо, только… Скажи, как долго ты собираешься здесь оставаться?       — Поживу недельку, другую.       Я вышел из дома Козуме в диком душевном раздрае. Было очень больно… С одной стороны, я сам все испортил. Я потерял контроль над собой, за что дорого поплатился. Я будто вернулся на три года назад, в тот день, когда осознал, что жить без него больше не смогу. Но даже тогда Кенма был ближе ко мне, чем сейчас. С другой стороны, я был на грани. Неужели я не заслужил быть счастливым? Неужели, моя участь — это все время гнаться за Кенмой, но так никогда и не догнать? Каждый раз, когда я думаю, что почти сравнялся с ним, он ускользает от меня еще дальше. Теперь между нами пропасть. Как ее перепрыгнуть, я понятия не имею. Почему, все так сложно? Я не понимаю, что я делаю не так. Ведь если проанализировать события последних месяцев, то не все мои шаги ему навстречу были без ответа. Ведь это он первый поцеловал меня. Ведь он нарочно тогда не принял таблетки, чтобы… Хах, до чего я докатился, пытаюсь обвинить его во всем. Эгоист. Нет, я найду способ. Терпение на исходе, но оно осталось. Процентов двадцать в запасе еще есть. Я ведь самый терпеливый альфа из всех.       На мое удивление, Кенма вернулся домой достаточно быстро, буквально дня через четыре. Но я никак не ожидал того, что он завалится в квартиру…пьяный в стельку. Я был вне себя. Уровень терпения упал с двадцати до пяти. Но я держался из последних сил.       — Кенма, что ты делаешь… Зачем, зачем все это? Чтобы меня позлить? Чтобы что? — отчаянно спросил я. — Ты только вредишь этим… — я осекся.       — Ммм, а ты все также думаешь только о себе. Что, врежу ребенку? К черту его, а как же я? А ты вообще знаешь, как мне тяжело? — невнятно проговорил он. — Нееееет, ничего ты не знаешь.       — Пойдем спать, — устало ответил я.       — Нет, я еще не все сказал. Я ушел тогда, потому что видеть тебя не мог. Но знаешь, что? Без тебя я тоже не мог. Тебе знакомо чувство безысходности? Когда ты зол на человека настолько, что не можешь терпеть его присутствие. А без него тебе еще хуже. Пришлось нажраться, чтобы не умереть от душевной муки. Но это не помогло, ты все еще мне противен.       — Кенма, ты пьян, что ты несешь… — Я старался пропускать мимо ушей все его слова. Это все алкоголь говорит в нем, не он, алкоголь…       — Ты же хотел поговорить? Я говорю, не нравится? Могу уйти обратно, — он сделал шаг к двери и чуть не упал, я успел его удержать.       — Ну вот опять ты меня трогаешь, руки свои распускаешь. Хочешь потрахаться? А давай, уже не страшно. Все что могло случиться, уже случилось. Хорошо тебе тогда было? А мне теперь мучиться… — голос его надломился. — За что ты так со мной поступил? — он начал плакать и бить меня кулаком в грудь.       Я молчал. Мои слова сейчас были совсем ни к чему. Он просто не в себе, правда? Он ведь так не думает… Я собрал его в охапку и молча понес в кровать. Кажется, на сегодня с меня хватит.       Кенма уснул полчаса назад, а я сидел и курил уже третью сигарету подряд.       За что ты так со мной поступил?       А он хорошо поступал со мной?       На телефон пришло сообщение:       От Бокуто: Хеееей, не хочешь прогуляться? Я недалеко от твоего дома.       От Куроо: Лучше зайди ко мне, ты мне нужен.       — Привет! — крикнул Бокуто с порога, а потом застыл и шумно втянул носом воздух. — Пахнет табаком, алкоголем и… беременным омегой!? Что у тебя тут происходит?       Я рад, что он пришел. Я больше не мог держать все в себе.       — Кажется, я сломал малышу жизнь, — закончил я свой рассказ.       — Нет, подожди. В твоей истории мне не нравится, что ты везде выставляешь себя виноватым.       — Но я ведь мог этого избежать…       — Ну хорошо, ты бы избежал этого сегодня, а что было бы лет через пять, когда ты реально задумался бы о детях? Ты ведь чайлдфри никогда не был.       — Я… не знаю…       — А было бы то же самое. Ты слишком много ему позволяешь. Он просто сел тебе на шею. Ты не заслужил такого отношения. Я полностью на твоей стороне во всей этой истории, — подытожил он.       — Это замечательно, а мне то теперь что делать? Сегодня он приходит домой пьяным, а завтра…       — Попробуй поговорить с Хинатой. Насколько я знаю, он сейчас на седьмом небе от счастья от своего положения и не устает гонять Кагеяму за арбузами в два часа ночи.       — Серьезно? — я улыбнулся, представив это забавное зрелище.       — Да, встретил его как-то на улице. Я думаю, Хината сможет найти к нему подход. Он сможет ему рассказать о положительных сторонах жизни омеги. Мы с тобой мало что понимаем в этом. Ему нужен кто-то, кто побывал в его шкуре. Я бы мог попросить Акааши, но он слишком серьезен, тут нужно попасть в самый укромный уголок его души. Лучше Шоё кандидата не найти.       И правда, я бы мог и сам догадаться попросить рыжего об этом. Кажется, я начал сдавать позиции. Никогда не думал, что буду молиться на самого непоседливого парня из Карасуно, но он был последней моей надеждой.