Сон, оказавшийся воспоминанием

Проведя в деревне добрый месяц, Оуян Цзычжэнь проникнулся обычной жизнью, узнал их быт и стал его частью за короткий промежуток времени. Но одним воскресным днем ему пришло письмо из родного дома, что он покинул около двух месяцев назад. Письмо было адресовано лично ему от имени кланового лекаря с печатью клана Оуян. Вскрыв его и узнав содержание, Цзычжэнь заторопился домой, наспех распрощавшись с местными жителями, что успели принять его в свои ряды, он покинул деревню. В письме было срочное донесение о болезни отца, все сильнее усугублявшейся с каждым годом, и глава, чуя приближение смерти попросил сына вернуться, дабы узреть его лицо перед встречей с госпожой Оуян. Духовных сил Оуян Цзычжэня было недостаточно для длительного перелета на мече, потому ему часто приходилось останавливаться в дороге восстановить силы. Дорога от отдаленной деревни до озера Балин в общей сложности занимала около пяти дней, но используя меч, юноша сократил время до трех. За время пути ему нередко встречались бродячие заклинатели. Они собирались кучками и делились различными сведениями: свежие новости и слухи из самых разных мест. От чувствительного слуха юного заклинателя не смогла скрыться ни одна из новостей или слухов, обладая феноменальной памятью, Оуян Цзычжэнь запоминал все в мельчайших подробностях, хотел он того или нет. До него дошли слухи о переродившемся Вэй Усяне, ныне известном как один из опаснейших темных заклинателей, Старейшина Илин. Якобы возродившийся мужчина был приглашен в орден Гусу Лань под покровительством Ханьгуан-цзюня. А сейчас эта компания двух "благородных" мужей странствует по стране, сражаясь с нечистью. Откуда-то пошел слух, что Вэй Усянь спутник на пути совершенствования Второго Нефрита Лань, и некоторые восприняли это всерьез, поливая искусителя в лице Вэй Усяня грязью. Оуян Цзычжэнь был начитанным и образованным юношей своего поколения, усердно учась совершенствованию, он соответственно знал обо всех методах. И двойное совершенствование не было чем-то из вон выходящим, двое совершенствующих передают другу другу накопленную энергию инь и янь путем слияния их тел во время страсти. Обычно этим методом пользовались пары, не особо способных заклинателей или чье золотое ядро было слишком слабо для совершенствования путем отречения от искушений смертного мира. Юноша не видел ничего зазорного в этом, даже пускай они и были мужчинами. Немного отдохнув на постоялом дворе и послушав сплетни, Оуян Цзычжэнь продолжил свой путь домой. Солнце уже клонилось к закату, когда юноша сумел поймать на безлюдной проселочной дороге телегу. Он просил, за небольшую плату, довезти его до близлежащей густонаселенной деревни озера Балин, являющейся подконтрольной территорией клана Оуян. За два часа он наконец прибыл в деревню, и, не останавливаясь, бежал в сторону дома. Клан был расположен южнее озера Балин на холмистой местности, окружённой многовековыми деревьями, скрывающей его от посторонних глаз. Войдя в главные ворота, что на удивление были широко распахнуты, юноша, не замедляя шаг, направился в покои отца. Сердце бешено стучало, отдаваясь в ушах, от быстрого бега, и, остановившись у дверей, Оуян Цзычжэнь перевел дыхание и, открыв дверь, вошел в комнату. Его отец лежал в кровати, и хоть цвет его лица был бледен, сам он выглядел вполне нормально. Заметив сына в дверях, он с улыбкой махнул рукой, приглашая того подойти поближе. — А-Чжэнь, ты вернулся. Этот старик посмел побеспокоить тебя, он боялся, что больше не увидит свою кровь и плоть. – мужчина протянул руки к лицу юноши, присевшего на край кровати, и слегка сжал его щеки, рассматривая со всех сторон сына, – Кажется или мой мальчик вырос? Оуян Цзычжэнь скривился, и поспешно убрал руки от своего лица. Собравшись с мыслями он наконец ответил. — Этот сын торопился к отцу и смог сократить время лишь до трех дней, но если бы случилась беда, он мог и не успеть свидеться с отцом. Этот сын сожалеет, что я заставил отца ждать. – Оуян Цзычжэнь сложил руки в приветственном жесте и отдал поклон мужчине, лежавшему на кровати. — Нет нужды в извинениях, А-Чжэнь. Если бы я не дождался тебя, значит такова воля Небес, кто мы такие, чтобы оспаривать это? – оба человека, сын и отец замолчали, каждый думал о своем. Тишину прервал глава Оуян, обращаясь к сыну. – Лучше расскажи чем ты занимался все это время, где успел побывать? Оуян Цзычжэнь с замирающим от одних воспоминаний сердцем поведал во всех подробностях битву с фальшивой богиней, появлении Призрачного Генерала, слухи об возродившемся Старейшине Илин в теле какого-то сумасшедшего, что и был виновником тех ужасных звуков флейте на горе Дафань, об истребление мелких призраков-детей, умерших по случайности и просящихся вернуться домой, о своей жизни как простого жителя и о многочисленных предложениях связать жизни свадебным обрядом. Отец и сын разговаривали долгое время, и когда последний заметил усталость своего слушателя, тактично прервал свои речи и, пожелав спокойной ночи, покинул его. Сон совершенно не шел к юноше, и тот решил прогуляться на природе под лунным светом, размышляя о своем. Например об имени юноши из сна, почему тот никак не говорит ему? И почему так часто снится? И что это был за последний сон? Мысли ворохом летали в голове у Оуяна Цзычжэня оставляя его вопросы без ответа.