Тоф Бей Фонг

После того, как ученик и приятель Тоф Аанг победил Хозяина Огня Азая и тем самым прекратил войну, прошло восемь лет, и эти годы принесли множество перемен для всех. Зуко, как правитель страны, чье богатство война не тронула, был самым влиятельным лицом на совете трех правителей. Хотя он и не стремился к этому званию, но именно он на протяжении всех этих лет и по сей день исполнял обязанности властелина мира. Его слово было решающим на совете, на его деньги строились школы и больницы по всему миру, с его полей кормили разоренные деревни, ему доставались все почести и любовь народов, которую он принимал с гордостью в сердце и влагой радости на глазах. Зуко окружил себя приближенными и советниками, в число которых вошли не только люди огня, но и двух остальных стихий. То же попытались сделать и остальные правители, но их спесь и непривычка к обществу других народов помешала им в этом. Каждый год, согласно очереди, правитель народа воды, огня или земли собирал в своих дворцах послов от каждого племени, устраивали бал и большой совет. На этих мероприятиях неизменно появлялись все самые знатные семьи из всех племен, и именно там Тоф каждый год встречала своих старых друзей. Долгое время среди них она чувствовала себя неуютно. Время войн прошло, и теперь ее сила была не нужна. Приятным характером она не обладала и душой компании никогда не была, она не умела шутить и едва ли могла натянуть на лицо улыбку, когда этого требовал случай. Тоф всегда уважали за ее могущество, но никто не воспринимал ее всерьез, как личность. Как личность она была слепой девочкой, которая живет совсем в другом мире – мире звуков и вибраций. Хотя Тоф была сильнейшим магом земли, она не была приспособлена для мирской жизни и, что и говорить, ей было очень тяжело после войны. Безусловно, ее друзья любили ее и принимали такой, какая она есть. Они вежливо молчали, когда она являлась в неправильно надетом платье или с перекошенной прической. Катара, конечно, иногда порывалась помочь, но Тоф не позволяла помогать себе и с упрямством осла расхаживала, разодетая, как клоун, хотя от этого ей самой хотелось расплакаться. Но не только слепота и странность слепой девочки мешали ей нормально общаться с приятелями. Еще мешал возраст. Тоф была младшей из пятерки, ей было всего двенадцать, когда все это началось. Она даже на девушку не была похожа. Маленький, еще пухленький ребенок, способный сдвигать горы. Грубый и самоуверенный подросток. После войны эта разница стала особенно заметна. Зуко, как только в стране стало спокойнее, женился на Мэй, и через год она родила ему первенца. Зуко, который был для Тоф ровней какое-то время, стал вдруг взрослым семейным человеком и теперь, когда они встречались раз в год на балах, он жаловался на ворчливость жены, после чего любяще целовал ее в щеку, и с умилением отца рассказывал о первых нелепых словах своего сына. Аанг и Катара расстались, хотя и продолжали любить друг друга. Катара уехала к своему племени, чтобы начать обучение магов, а Аанг приступил к обязанностям Аватара. Четырнадцатилетний мальчик стал столетним мудрецом, а девочка, на год его старше, создавала впечатление бывалой воительницы с замашками матери-настоятельницы. Эти двое при встрече, если не запирались где-нибудь наедине друг с другом, обсуждали свои дела с фанатичным блеском в глазах, которого Тоф не могла даже увидеть, не то что понять. Сокка с годами не изменился. Он вернулся в свое племя и попытался быть простым охотником, но его живой ум, воспитанный войной, вскоре взвыл от простой жизни и стал грезить о политике. В итоге Сокка занял место приближенного советника Зуко и жил в богатом доме на Изумрудном острове, подаренном ему Хозяином Огня. Сокка помимо работы над законами и проектами государств занимался всем понемногу. Благоустроил свой остров, открыл школу единоборств, потом построил себе свою кузницу и ударился в изобретательство, затем увлекся серфингом, рисованием, поэзией... О, да, Сокке было, чем засорить головы своих друзей при встречах. Он мог часами рассказывать о себе и своих увлечениях. Впрочем, было время, когда Сокка переживал глубочайший кризис, и тогда уши друзей вяли не от хвастливых речей, а от нытья и стенаний убитого горем сердца. Это случилось спустя три года после конца войны... никто и не предполагал, только Тоф, ничего не смыслящая в запутанных отношениях людей, почему-то не удивилась, когда узнала, что Зуки бросила Сокку. Несчастный изобретатель был уверен, что дело идет к свадьбе, когда в один прекрасный день девушка его мечты сказала, что он не ее человек, что он навсегда останется несерьезным мальчишкой и что она не видит его своим мужчиной. Вот такими были ее друзья... а Тоф? Что Тоф? Она вернулась к родителям и стала вести прежнюю жизнь. С годами прошел ее подростковый гонор, но не изменился твердый характер. Она больше не ходила на ринг, ее и без того все признали лучшей. Родители теперь не так стесняли ее жизнь своими правилами, и, сбылась мечта слепой девочки, - они стали пытаться узнать свою дочь поближе и полюбить человека, а не беспомощное слепое создание. Теперь Тоф не скрывали от мира, теперь все царство земли знало, что в роду Летающего Кабана есть маленькая наследница, героиня и величайший маг земли. Ее приглашали на праздничные вечера самые знатные семьи царства Земли, у нее появилось множество знакомых, гордящихся дружбой с такой важной личностью. Но кроме долгожданного признания родителями ее самостоятельности Тоф не получила ничего, что могло бы сделать ее жизнь лучше. Ей было тяжело в обществе из-за простоты и твердости характера, а еще из-за лица, за мимикой которого слепой очень тяжело следить. Тоф не могла понять придворных интриг, ненавидела сплетни, и ее тошнило от приторно-сладкого запаха духов. Еще больше ее тошнило от лести и неумелых заигрываний ее ровесников-мальчишек, напрасно надеющихся отхватить себе кусочек от сердца богатой наследницы рода Летающего Кабана. Первые три года после войны были для Тоф равносильны падению в ад. Ее единственные друзья оказались за тысячи километров, а единственная обитель – спокойное и безмятежное родовое поместье, где воину можно заняться разве что борьбой с насекомыми в саду и с мышами в подвале. Какое-то время девочка пыталась бороться с миром, пыталась сдвинуть свою жизнь с мертвой точки, как огромную каменную глыбу. Но для глыбы огромного устоявшегося дворянского общества царства Земли сил надо было больше, чем для самой большой горы на свете, и этих сил не было даже у Тоф. В итоге, когда ей было пятнадцать, девочка оставила попытки изменить мир, и попыталась измениться сама... хотя бы научиться жить без войны, которой не предвиделось ближайшие десять лет. Первым и самым важным шагом для Тоф стало новое хобби. Как-то раз одна из дворянских дочерей, Шайн-ти, которая из всех дворяночек была ближе всего к своей названной подруге, предложила Тоф спор. Спор непобедимый Слепой Бандит проиграл, и Шайн-ти, по уговору, получила одно желание. Тоф ожидала чего-нибудь глупого и легкого, как вроде покричи петухом, но ее подруга оказалась совсем не такой занудой, как остальные. Уж она-то нашла, как взять от своего желания как можно больше и не обидеть подругу. В итоге Тоф было велено изготовить скульптуру из металла, в точности изображающую Шайн-ти с букетом роз. - Эмм... Если ты забыла, то напомню в сто двадцать третий раз: я слепая! Я не могу запомнить, как ты выглядишь! – разозлено крикнула Тоф и топнула ногой. Если раньше все пеклись о ней, как о калеке, то теперь все вокруг постоянно забывали о маленьком недуге разбойницы и требовали невозможного. «Тебе надо прочесть эту замечательную книгу!», «Не хочешь сходить на картинную выставку?», «Я напишу тебе!», и далее в этом же духе. - Видеть меня и запоминать не обязательно. Я буду стоять рядом во время работы и ты будешь водить по моему лицу руками, а потом придавать металлу мои черты. Глаза для этого не нужны, только руки, которые у тебя, вроде бы, растут откуда надо, - со смехом ответила Шайн-ти. Тоф ничего не ответила на это, но на глазах у нее выступили слезы радости. Наконец-то у нее будет возможность орудовать своими силами! Конечно, научиться искусству скульптуры было очень тяжело для незрячей. Хотя Тоф и могла в точности определить рост и вес человека, его лицо и фигуру она могла представить только если хорошенько его ощупает. Поначалу работа шла кое-как, хотя родители и достали для любимой дочери достаточно большой кусок чистого металла. По словам Шайн-ти, в первоначальном виде скульптура была похожа на камень с тремя дырками на округлой верхушке. Такая критика приводила Тоф в ярость, и она работала еще усердней, заставляя подругу дни и ночи стоять возле себя. Это продолжалось до тех пор, пока через год, ровно ко дню рождению Шайн-ти, не была готова прекрасная статуя, в точности отображающая каждую черту красивого молодого личика. Статую поставили в саду поместья родителей Шайн-ти, где ежедневно бывали десятки дворян. Узнав, что скульптуру изготовила слепая Тоф, многие пришли в восторг и, провозгласив в девочке талант, стали просить ее выполнить еще несколько заказов. Сначала родители Тоф возражали, говоря, что их дочь дворянка, а не ремесленница, но потом вспомнили опыт прошлого и позволили ей заниматься, чем она сама захочет. Но Тоф не стала выполнять заказы, ей было не до этого. Скульптура открыла ей новое зрение, и она с любопытством ребенка принялась познавать мир по-новому. Она стала ощупывать все вокруг, запоминать материалы на ощупь, понимать формы. Если раньше при касании она не могли отличить лепесток розы от куска ткани, то теперь могла распознать количество инородных материалов в якобы абсолютном шелке, приложив к ткани руку. Она завела в доме целый зоопарк, чтобы изучить внешность животных, но родители взбунтовались, когда чадо захотело завести в садовом пруду крокодило-льва. Из рук Тоф стали выходить скульптуры из металлов. Это были застывшие в прыжке зайцы и лисы, покрытые шкурами из тончайших металлических волосков. Это были бюсты, статуи, украшения и, в итоге, целые композиции. Тоф пыталась делать и картины, но тут у нее ничего не получилось. Хотя теперь она и могла видеть мир двумя способами - как набор звуков и вибраций и как множество расположенных рядом объемных фигур, - но двухмерное изображение было закрыто для ее понимания.