Мой учитель

            Выходные пролетели быстро. Могу сказать, что последствия весёлой пятницы дали о себе знать. Всю субботу тошнота и головная боль сопровождали меня, но хорошо, когда рядом есть добрая и заботливая соседка по комнате, которая всегда готова помочь.       Пятница уж точно была чумовой, несмотря на то, что я выпила напиток с каким — то непонятным веществом. Из моей головы до сих пор не могут выйти моменты, проведённые с профессором. Впервые, я видела его таким нежным и поняла, что у него есть добрая сторона.       Разумеется, меня всё ещё бесил его предмет и иногда сам профессор из — за своих строгих требований, касающихся знания его предмета, но теперь я посмотрела на него с другой стороны. Теперь мне не хотелось избегать его или презирать, наоборот, меня вдохновило то, как он поверил в меня и поддержал.       Учитель сказал, что верит в меня и я сделаю всё, чтобы оправдать его ожидания. Но мне хотелось не просто получить учительскую похвалу и хорошую оценку, я также хотела, чтобы он гордился мной. Я хотела заслужить его признания и ради этого готова трудиться, чтобы не разочаровать его и саму себя.       С профессором действительно было очень комфортно и мне понравилось то, как мы провели время вместе. Я бы даже не отказалась повторить этот вечер. Но не думаю, что его это особо интересует. Мы ведь учитель и ученица и можем взаимодействовать только в школе и нас должны связывать только уроки и ничего более быть не должно. Да кто вообще придумал эти правила и кому они нужны? Очевидно, что правила существуют для того, чтобы их нарушать.       Но, даже если вычеркнуть правила — нужно помнить факт, что у профессора может быть девушка и студентки его уж точно не привлекают. Стоп, зачем я вообще об этом думаю?       Надо срочно переключить тему и перестать забивать этим голову. Так, о чём ещё я могу подумать. Точно, надо найти кого — то из парней и расспросить их о том странном напитке.       До занятий оставалось ещё время и я ходила по университету в попытках отыскать кого — то из друзей. Попытка набрать их оказалась безуспешной, ведь все почему — то не отвечали. Куда они могли пропасть?       Ну, к счастью искать их пришлось не так уж и долго. Я шла по одному из коридоров и издалека смогла рассмотреть кое — что интересное. Две фигуры что — то обсуждали и кажется, дело шло к драке.       Я подошла к этим двоим, чтобы выяснить, что произошло. Подойдя ближе, я смогла рассмотреть двоих неизвестных и увидела Эрена и Жана. Они меня не заметили, потому что о чём то активно спорили. Я спряталась за угол и попыталась подслушать их разговор.        Да — да, я знаю, что подслушивать плохо, но, я просто послушаю, а потом выйду и поговорю с ними. Да и думаю, что они бы мне сами рассказали.       Мне было непривычно видеть Жана таким взбешенным и было странно, что он ругался с Эреном. Они же друзья и очень хорошо ладили. Хоть, они часто стебали друг — друга и могли подраться, но это было по — дружески и они так прикалывались, а сейчас Жан был по — настоящему зол на Эрена. Что Эрен мог такого натворить?       — Признайся, ведь это ты сделал? — строго спросил Жан и крепко держал Эрена за рубашку, заставляя смотреть в глаза.       — Жан, ты чего? Разве у тебя есть доказательства, что это я? Мне кажется, что ты просто предпочитаешь обвинять людей без всяких доказательств и слушаешь лишь свою интуицию, которая легко может подвести тебя.       — Эрен, прекрати держать нас с Конни за идиотов. Очевидно, что это был ты и прекрати притворяться. Кроме тебя, этого сделать никто не мог и ты сам выдал себя, пытаясь втянуть меня и Конни в свой бредовый план.       — Ну так докажи, что это был я, — с наглой улыбкой предложил Эрен. Было видно, что он не воспринимает ситуацию серьёзно и, замечая то, как зол Жан, он лишь провоцировал его и выводил на конфликт.       — Ну всё, ты меня достал! — Жан окончательно взбесился и уже хотел ударить Эрена в лицо, но я быстро среагировала, выбежала из своего укрытия и схватила его за запястье.       — Жан, не надо этого делать! — к счастью, мне удалось остановить его. У меня к ним было несколько вопросов. Во — первых, почему Жан злится на Эрена и что у них случилось? А во — вторых, кто вообще решает конфликты, применяя при этом насилие? Драками не один конфликт не решить, это же очевидно.        — Жан, не бей Эрена и спокойно объясни: что произошло?       — Уж тебе точно странно его защищать. Помнишь, что в пятницу тебе в напитке попалось странное вещество? — странно, что он вдруг заговорил об этом. Не думаю, что Эрен как то связан с этим или я чего — то не знаю, — так вот, это Эрен добавил наркотик в твой коктейль, желая так пошутить.       Стоп, что? Это точно был Эрен? Но я не понимаю: зачем ему это и чем он тогда думал? Я знала, что Эрен любит подобные дурацкие шутки и даже была свидетельницей того, как он подмешивал странные добавки в напитки разных людей на вечеринках, но не ожидала, что он решит разыграть такое со мной.       — Эрен, Жан говорит правду? — хотелось убедиться, что Жан ошибается и Эрен не причастен к этому. Но Эрен ничего не отрицал и предательское молчание всё объяснило за него.       — Вот видишь. Ему следует хорошенько втащить за это, — Жан все ещё хотел наказать Эрена, но, пока ничего плохого он ему не делал, ведь я попросила.       — Жан, отпусти Эрена, пожалуйста, — со вздохом я попросила Жана сделать это. Мне просто хотелось поговорить с Эреном наедине об этой ситуации.       — Ты серьёзно? Он так неуважительно поступил и рисковал твоим здоровьем, не задумываясь о твоих чувствах, а ты просто просишь его отпустить?       — Жан, спасибо, что помогаешь мне. И я благодарна, что ты помог мне прояснить эту ситуацию, но, пожалуйста, отпусти Эрена и позволь поговорить нам вдвоём.       Жану всё ещё хотелось проучить Эрена, но он был хорошим парнем и всегда уважал выбор своих друзей. С неохотой он отпустил Эрена и грубо оттолкнул его. Я попрощалась с Жаном и мы с Эреном остались наедине. Он неловко отвёл взгляд и уже думал о том, что будет мне говорить.       — Я тебя слушаю.       — А что я должен тебе сказать? Это была обычная шутка, которая чутка вышла из — под контроля, но я не планировал как — то навредить тебе, поэтому не думаю, что должен извиняться.       — Серьёзно? То есть для тебя это всего лишь обычная шутка, а для меня неизвестно как всё помогло закончиться, если бы мне тогда не помогли! — я была просто в ярости от того, что он не признаёт свою вину и делает вид, что всё нормально, — в смысле " чутка вышла из — под контроля»? Никто не мог знать, как эта штука подейсвует на меня. Я могла вообще умереть. Об этом ты не думал.       — Хорошо, извини, я об этом не подумал, но я же не хотел ничего плохого. Шутка вышла неудачной и признаю: был не прав. Давай забудем об этом и ты не будешь злиться на меня, — Эрен хотел подойти ближе, но я резко отстранилась и отошла подальше от парня. По его лицу я видела, что он не осознавал своей вины и извинения были неискренними, словно натянутыми и для галочки.       — Нет, мы это просто так не забудем! Во —первых, тебе было плевать на меня, моё мнение и здоровье. Во — вторых, ты готов был рискнуть моим состоянием ради глупой шутки. И наконец, ты с самого начала не хотел признавать свою вину и пытался делать вид, что всё хорошо, — я редко злилась, но эта ситуация вывела меня из себя и я впервые за долгое время серьёзно ругалась на него. Сейчас, я даже жалела, что не позволила Жану как следует врезать ему, — слушай, пока что я не хочу тебя видеть и говорить тоже. Мне просто нужно время.       Просто так я этого забыть не могла и простить тоже. Может, потом я всё — таки смогу помириться с ним и общаться, как раньше, но уж точно не сейчас.       — Ты уверенна? Я могу пообещать, что этого больше не повторится. Не хотелось бы ругаться с тобой из — за этой мелочи, — Эрен снова попытался положить свою руку мне на плечо, но я грубо отбросила её.       — Прекрати меня трогать! Ты до сих пор считаешь это мелочью? Ты настолько тупой или что? — Боже, я сама ему сейчас врежу, — просто не лезь ко мне ближайшее время, если не хочешь получить.       Быстрыми шагами я поспешила удалиться подальше от него. Мне самой не хотелось всего этого, но Эрен сам виноват во всей этой ситуации. Такое я просто так простить и забыть не могу. Проигнорировать это ситуацию — значит не уважать себя.       Весь этот конфликт уже в начале дня смог испортить мне настроение, но это не позволит мне отвлечься и окончательно испортить день. Постараюсь выкинуть это из головы и сосредоточиться на занятиях.       Прошел один день с нашего с Эреном последнего разговора. Мои дни стали гораздо тоскливее без его дурацких шуток и проделок, но сейчас я не хочу его видеть. И одинокой я себя не чувствую, ведь у меня есть друзья, которые рядом и могут поддержать. Да и скучать мне уж точно некогда, ведь через пару минут моё первое индивидуальное занятие с профессором Аккерманом. Интересно, как они будут проходить?       Я постучала в кабинет профессора и услышала его «входи». Я тихо зашла в кабинет, а он уже сидел за своим столом и ждал меня.       А ведь я впервые была в кабинете профессора. Кабинет был не очень большим, но хорошо был обставлен. На полках стояли учебники и книги по физике, рядом с окном находился большой стол профессора, который был аккуратно убран. В глаза сразу же бросилась идеальная убраность кабинета и не было ни одного пыльного места. Профессор очень тщательно следил за порядком и на его рабочем столе был идеальный порядок, а тетради и рабочие бумаги были ровно разложены по стопкам.       — Чего у входа застыла, проходи быстрее и не трать моё время, — в его уже привычной манере речи профессор «вежливо попросил» меня не задерживаться и я поспешила выполнить его приказ, — бери стул и ставь напротив моего стола. Сейчас будем с тобой заниматься.       — Чем будем заниматься?       — Сексом будем заниматься, — а что, так можно было? Ого, он умеет шутить. Будет забавно, если это не шутка. Ну ладно, шутка, так шутка, подыграю ему.       — Ну ладно, — я пожала плечами и начала растёгивать рубашку.       — Дура, уроки делай, а не об этом думай, — хмуро сказал профессор и несильно стукнул меня той же линейкой по голове.       — Профессор, да почему вы меня вечно бьёте? Надоели уже, — недовольно произнесла я, потирая ушибленное место.       — Заслужила, нечего было задавать тупые вопросы, — ответил профессор, пока открывал учебник.       — Начнём с основ, специально для таких учеников, как ты, — профессор положил передо мной листок и ручку, но что мне с ними делать, — напиши все формулы по физике, которые ты знаешь.       Я неуверенно взяла ручку в руки и сделала вид, что думаю, но на самом деле я ничего не знаю. В школе я не учила физику, но у нас был учитель пофигист и ставил по ней оценки просто так, поэтому у нас все имели по ней четверки и пятерки. Я забила на эти формулы и не могла вспомнить ни одной.       Прошло примерно десять минут. Я все ещё пыталась делать вид, что думаю, оттягивая этим время. Все эти десять минут профессор строго смотрел на меня и не сводил взгляд. Было страшно, но я поняла, что нет смысла тянуть и пора просто признать правду.       — Профессор, я не знаю, — честно сказала я.       — В смысле, не знаешь? Пиши уже хоть что — нибудь и не беси меня, — профессор выглядел настолько грозным, что оспорить его у меня не хватило храбрости.       Я не могла вспомнить ни одной формулы, но и сдать пустой листок означало бы подписать себе смертный приговор. Я вздохнула, снова взяла в руку ручку и склонилась над белым листком бумаги.        "Я ничего не знаю" — это единственное, что я написала, ведь это правда и больше мне на ум ничего не приходило.       С опаской я протянула листок учителю, он грубо выхватил у меня его и начал проверять.       Я уже приготовилась к тому, что он швырнёт этот листок в меня или начнёт ругаться, но учитель этого не сделал.       Профессор устало вздохнул, убрал мой листок в сторону и достал новый. Сначала, он что — то написал на нём, но я не могла разглядеть, что именно. Потом он взял его в руки и начал что — то мастерить из бумаги. Что он вообще делает?       Ещё несколько минут профессор что — то делал из бумаги и даже слова не сказал. Мне оставалось просто ничего не понимать и наблюдать.       Наконец, учитель закончил и я увидела, что он сделал шапочку из бумаги с надписью "дура" и одел мне её на голову.       — Профессор Аккерман, это совсем не смешно, — надувшись, возмущенно произнесла я.       — Было бы смешно, если бы не было правдой. Как можно не знать ни одной формулы? С тобой только работать и работать. Дааа, нам предстоит много потрудиться.       И так мы просидели несколько часов. Профессор начал объяснять мне, что такое физика и для чего она нужна. Я хоть и внимательно его слушала, но до сих пор не понимала, для чего она нужна. Учитель тщательно следил, чтобы я слушала и не отвлекалась.       — Ты всё поняла? — уже который раз он задавал мне этот вопрос.       — Немного, — честно ответила я ему. Хотелось бы, чтобы учитель был не слишком строгим и меньше издевался       — Дома ещё позанимаешься. И учти, проверять буду, — с этими словами учитель достал огромную распечатку с формулами и протянул мне, — чтобы к следующему занятию всё это знала.       Как это к следующему занятию? Тут их неделю или две учить, а он требует с меня за два дня, он нормальный вообще?       — Профессор, вам не кажется, что тут слишком много? За два дня это нереально выучить и я не смогу.       — У тебя не только два дня, но и ещё две ночи. Лучше не трать время попусту, а занимайся. На следующем нашем занятии начнём решать задачи, — договорив, профессор потихоньку начал собирать свои вещи, — это ты должна была выучить ещё в школе, поэтому старайся, чтобы догнать свою программу, а на сегодня занятие окончено.       И тогда начался настоящий ад. С первого нашего занятия прошло две недели. Свободного времени совсем не было, я днями и ночами учила и занималась. Я постоянно не высыпалась, потому что учила допоздна. Очень тяжело давалась физика я и уже успела пожалеть, что забросила её в школе.       Но я уж точно не собиралась сдаваться. Я же дала слово, что буду учиться и обязательно сдержу его. Учитель столько возится со мной, потому что сказал тогда, что верит в меня и я пообещала, что не подведу. Ради себя и его признанию я готова продолжать трудиться и не позволю нашим трудам пойти насмарку.        Сейчас я шла на очередное индивидуальное занятие. После основных уроков я успела сходить в общежитие, чтобы перекусить и сейчас спешила, чтобы не опоздать на дополнительное занятие учителя Аккермана. Несмотря на то, что у профессора сегодня не было занятий и он не появлялся в здании университета, он сказал, что занятие будет и он подойдёт.       Я шла по опустевшим коридорам и надеялась, что сегодняшнее занятие пройдёт хорошо. В здании почти никого не было, но это неудивительно, ведь занятия закончились. Учащиеся уже давно покинули универ и у многих преподавателей уже закончился рабочий день, зато я торчу тут.       Уже подойдя к кабинету профессора Аккермана, я привычно дёрнула ручку двери, но она не открылась. Тогда я постучала в дверь, но ответа не было. Куда подевался профессор и почему он ничего не сообщил? Может, попробовать позвонить ему? Хотя, ладно, подожду не много, а потом позвоню.       И прождала я так его двадцать минут. Несколько раз я уже хотела забрать сумку и уйти домой, но что — то меня останавливало. Скорее всего, осознание, что он может подойти и будет мне будет очень не сладко. Поэтому, я ждала, потому что была уверенна, что профессор подойдёт.       В тот день я очень неважно себя чувствовала. Проснулась я с головной болью и несильным кашлем, также весь день меня сопровождала слабость, но я решила проигнорировать это и подумала «само пройдёт».       Как оказалось, прождала не зря. Я услышала чьи — то быстрые шаги, обернулась и увидела профессора, который направлялся в мою сторону. Признаться, я была рада его видеть и осознавать, что простояла тут не зря. Учитель сразу подошел ко мне и спросил:       — Долго тут простояла?       — Где — то двадцать минут.       — Я немного опоздал, поэтому не будем тратить время, я открою кабинет и сразу приступим, — с этими словами профессор полез в карман за ключами, но замешкался и я поняла, что — то не так.       — Чёрт, я забыл ключ, — раздраженно бросил профессор и уже хотел уйти, но взглянул на меня, — и что мне с тобой делать? — а что со мной делать? При чем тут я? Забыл ключи и ещё что — то про меня говорит, — ладно, поедем ко мне домой за ключами.       То есть, мы поедем к нему? Неожиданно, конечно, но намного лучше, чем оставаться одной в холодном и пустом коридоре. Я кивнула, мы вышли на улицу и сели в его машину.       И я снова в машине профессора Аккермана и сейчас мы едем к нему домой. Дааа, уж такой исход событий и предсказать точно не могла. Раньше, я на дух не переносила этого человека, а сейчас чувствовала себя комфортно, находясь с ним в одной машине. Забавно даже.       Как обычно, я смотрела в окно во время поездки. Мимо нас проносились здания, люди и много разных объектов. Погода была пасмурная и на улице стоял сильный туман, скорее всего начнётся дождь. Я расстегнула ремень безопасности, чтобы дотянуться за сумкой на заднем сиденье и достать наушники.       Я снова была погружена в своих мыслях, но кое — что заставило меня резко опомниться и вернуться к реальности. Издалека, в тумане я увидела на проезжей части кошку. Она даже не собиралась никуда уходить, наоборот, легла, словно лежала на мягкой подстилке, а не на дороге, на которой её в любой момент может насмерть сбить машина.       — Профессор Аккерман, там кошка! Срочно, остановите машину! — конечно, я переживала за кошку и поспешила предупредить профессора, но он выглядел совершенным и не собирался замедлять машину. Действовать радо было быстро.       — У меня прекрасное зрение и я вижу, что там нет никакой кошки. Думаешь, я совсем слепой и не увидел бы животного? — он совсем мне не верил, но надо что — то делать, — может, ты просто пытаешься сорвать занятие и тянешь резину, как это любишь делать?       — Прошу, поверьте мне. Мне нет смысла лгать вам, но вы правда через пару секунд раздавите бедную кошку, — чёрт, этот чёртов профессор не верил мне или не мог разглядеть кошку из — за тумана. Признаю, её правда было сложно разглядеть, а взгляд профессора был сосредоточен на дороге, поэтому он не мог разглядеть её.       Я хотела спасти кошку и у меня не осталось выбора. Я приняла единственное правильное, но рискованное решение. Не задумываясь, я быстро нажала на тормоза и машина резко остановилась. Из — за того, что я не успела пристегнуться второй раз, я случайно налетела на профессора и уткнулась ему в грудь. Я подняла взгляд и столкнулась с его удивлёнными глазами. От неожиданности я вцепилась в его плечи своими руками, а его руки лежали на моей талии. По глазам профессора я поняла, что он не ожидал этого и был удивлён. Ну все, мне хана.       — Какого хрена ты творишь? Из — за тебя мы чуть не погибли, — учитель был напряжен, а его голос был более громкий, чем обычно. Я понимаю учителя, это действительно было рискованно, но он тоже виноват.       — Профессор, не надо так ругаться. Сначала, успокойтесь, — я пыталась успокоить профессора и уже потом попытаться объяснить ему, — я понимаю, это было необдуманно и опасно, но вы тоже виноваты, что не послушали меня.       — Я признаю вину, что был не прав, не послушав тебя, но ты совсем ненормальная. Рискнуть нашими жизнями ради кошки, у тебя с головой точно всё в порядке?       — Зато кошка в порядке, — я думаю, что скорее умру от рук профессора или его холодного взгляда, чем из — за аварии.       До меня дошло, что мы до сих пор оставались в том же положении и он всё ещё держал меня за талию, а я крепко держалась за его плечи. Наши лица были совсем близко, а губы разделяли всего несколько сантиметров. А вблизи он выглядит ещё сексуальнее. Мой взгляд остановился на его тонких губах. Интересно, а как он целуется?       — Почему ты так на меня смотришь? — стоп, он заметил? Надо перестать так пялиться на него и придумывать всякую похабщину.       — Оу, я как раз вспоминала формулы, которые мы с вами изучали на прошлом уроке, — я попыталась соврать, но предательски — покрасневшие щёки выдали меня.       — О формулах значит, ну хорошо, — я неловко отстранилась и села на своё место, — ну, тогда на сегодняшнем занятии мы проверим твои знания формул.       Мы остановились у большого здания. Снаружи оно выглядело роскошно и находилось в элитном районе, в котором проживал профессор. Выглядело недешево. О чём я, у него всё, мягко говоря, было недешево.       Сейчас, я вспомнила времена до побега. Тогда у меня тоже было всё дорогое и я не в чем себе не отказывала, но нет, я бы не хотела возвращаться в те времена к своим родителям, одержимым контролем и тем, как бы вырастить из меня куклу, которая готова слушать и делать только то, что они хотят. Когда — нибудь я смогу сама заработать на всё это и обеспечивать себя не хуже, чем они меня.       — Учитель, а сколько здесь этажей?       — Шестнадцать.       Я последовала за учителем, и мы зашли внутрь здания. И внутри, и снаружи оно очень напоминало дорогой отель. Мы подошли к лифту и я замерла, отказываясь заходить туда.       — Я не поеду на лифте, разве мы не можем добраться по лестнице? — мне не хотелось говорить ему, но я ещё с десяти лет боялась лифтов и заходить в них.       Точнее, с десяти лет я боялась, что могу попасть в сломанный лифт и он может резко начать падать. Тогда я начала сторониться их и стараться избегать. Но в пятнадцать лет на лестнице был ремонт и я была вынуждена поехать на лифте. И вот, к моему «счастью» лифт затормозил между четвёртым и пятым этажом. Тогда я была одна и помню, как испытала тот ужас. Я думала, что сойду с ума за те сорок минут, проведённых в том душном лифте. С тех пор я не использовала лифтов       - Я живу на шестнадцатом этаже и поеду на лифте. Можешь, конечно, прогуляться пешком, тебя никто не держит, — с этими словами профессор зашел в лифт. Хоть мне и было страшно, но я сегодня неважно себя чувствовала и уж точно бы не прошла шестнадцать этажей, да и спортсменкой я не была, поэтому поднималась бы по лестнице очень долго. Выбора не оставалось.       Я вздохнула и зашла в лифт. Учитель нажал на нужную кнопку, и мы поехали. Этот ужасный лифт поднимался очень медленно. Да уж, такое современное здание и такой дерьмовый лифт.       Секунды длились, словно минуты. Эта поездка напомнила мне тот случай четырёхлетней давности и я начала нервничать. Тяжело дыша, я забилась в угол, а ноги подкашивались. Хоть всё и было нормально, но я испытывала сильное напряжение и страх. Мне не хватало кислорода и я чуть не начала задыхаться. Профессор обратил внимание на мою странную реакцию, но кажется начал понимать, в чем дело.       — С тобой всё нормально? Ты какая — то бледная.       — Нет, не нормально! Я же говорила, что не переношу лифты и не могу в них ездить, — дрожащим голосом я ответила, хотя не хотела этого, ведь он может подумать, что я трусиха. Профессор подошел ближе и я почувствовала, как его тёплая рука взяла мою руку.       — Ничего не бойся. Я здесь, с тобой и всё будет нормально, — голос учителя стал более нежным и он слабо улыбнулся, как бы говоря мне, что всё хорошо. Этот жест успокоил меня, и я сжала его руку. Рядом с ним было не так страшно и мне стало спокойнее, а паника и напряжение ослабли.       Наконец, мы доехали и я облегченно вышла из лифта, вдохнув свежий воздух.       — Надеюсь, тебе уже лучше. Я не знал, что ты так боишься лифтов, — я всё — таки решила рассказать ему о причине моей неприязни к этим штукам.       - Да, это ещё с детства. Я всегда боялась, что буду в лифте и он начнёт падать, и вот, в пятнадцать лет я ехала на лифте и он сломался. Тогда я очень испугалась и мой страх к лифтам усилился.       — Можешь не бояться, в этом здании современные лифты и они обычно не ломаются, - да уж, современные настолько, что так медленно едут. Хотя, скорее не лифты медленные, а для меня время тянулось слишком долго, — придём и сделаю тебе чай с мятой, чтобы было проще успокоиться, — обычно такой грубый и холодный, но со мной он бывает таким заботливым и добрым. Думаю, мне нравится это. Но откуда вдруг такая забота?       Мы дошли до квартиры, учитель достал ключ и стал открывать дверь. Открыв дверь, профессор пропустил меня вперёд и в глаза сразу же бросилась идеальная чистота. Я разулась и пошла ближе осматривать квартиру. Она оказалась очень большой, и интерьер был приближен к минимализму. Не было ничего лишнего и всё было аккуратно убрано и лежало на своих местах. Было хорошо заметно, что профессор тщательно следит за порядком и регулярно убирался.       — Профессор, ваша квартира сияет. Здесь так чисто и аккуратно. Вы наверное очень часто тут убираетесь.       — Да, поэтому постарайся ничего не трогать и не запачкать, — да за кого он меня держит? Да я вообще очень аккуратная и сама слежу за порядком у себя в комнате.       — Раз уж мы всё равно приехали, ты не против позаниматься физикой здесь? — необычное предложение, но, почему бы и нет?       — Давайте, мне без разницы, где заниматься.       — Хорошо, но сначала, пошли на кухню. Я сделаю тебе чай, а потом позанимаемся в моём кабинете, — даже дома у него был рабочий кабинет. Похоже, он много работал и трудился. Неудивительно, он ведь учёный и вероятно завален огромным количеством работы.       Я села за стол и стала наблюдать за тем, как профессор будет делать чай.       Он достал две чашки и открыл шкафчик, забитый абсолютно разными коробками с заварками для чая. Серьёзно, его было очень много и такое количество я могла видеть только в чайном магазине. Даже если у него и есть девушка, то скорее всего свою чайную коллекцию он любит больше, чем её. Думаю, что где — то у него лежит куча чистящих средств.       Профессор мастерски заварил чай и налил нам два чашки чая, от которого исходил приятный аромат.       — Сколько ложек сахара тебе класть?       — Две, пожалуйста, — как я и просила, профессор насыпал мне две ложки сахара, но себе ни одной, — вы не любите сахар?       — Не совсем. Я не люблю чай с сахаром и думаю, что он перебивает весь аромат.       — А я, наоборот, никогда не могла пить чай без сахара.       Учитель поставил передо мной чашку и сел напротив. Я аккуратно взяла в руки чашку с горячей жидкостью, подула и сделала глоток. Чай оказался очень вкусным.       — Профессор Аккерман, это потрясающе. У вас очень вкусный чай — с наслаждением произнесла я и сделала ещё один глоток этого шедевра.       — Только не обожгись, — предупредил физик и сделал вид, что ему всё равно на мой комплимент, но я смогла разглядеть его довольную улыбку, которую он пытался спрятать. Атмосфера была совершенно спокойной, а обстановка умиротворённой. Мы молча пили чай и наслаждались моментом, но кое — что смогло нарушить это спокойствие.       — На днях, через знакомых я узнал кое — что интересное, — не знаю, что он там узнал, но его слова заставили меня напрячься и я внимательно подняла глаза на профессора и ожидала его дальнейших слов, — я слыхал, что у семьи известных адвокатов пропала единственная дочка, а точнее, сбежала.       Я заметно напряглась и скрыть волнение в этой ситуации у меня совсем не получалось. Неужели он догадался или уже точно знает, не просто же так он вдруг заговорил об этом.       — Ну, а мне какое дело до этого? — я вновь притворилась, что мне всё равно и я не причастна к этому, но мой взгляд и голос уже успели выдать меня. Что за ерунда? Раньше у меня получалось профессионально лгать, но только не ему. Профессор единственный, кому я не могла лгать, да и думаю не было смысла, ведь я много времени проводила с ним и он уже научился распознавать, когда я говорю правду, а когда нет.       — Ну, у этой девочки такие же имя и фамилия, да и по описанию на тебя похожа. Я думаю ты понимаешь, о чем, — профессор смотрел мне в глаза и казалось, что заглядывал в душу.       Я хотела отвести взгляд, но словно была прикована к его глазам и застыла, пытаясь придумать что — то. Неужели, всё кончено? Но в данной ситуации врать нет смысла и почему — то мне не хочется его обманывать.       Я вздохнула и, приготовившись к худшему, решила рассказать ему правду.       — Да, на самом деле это я. И я правда убежала из дома, — в моём голосе слышалось волнение и от нервов я прижала свои пальцы к стенкам стакана, отчего на них остались небольшие красные следы от ожогов.       — Вот оно как, интересно, — сделав глоток чая, произнёс учитель и продолжил, — расскажи, что у вас там случилось?       Скорее всего из — за моего выбора у меня могут появиться серьёзные проблемы, но я думаю, что я могу довериться ему и рассказать всё, как есть.       — Я расскажу вам, — пытаясь скрыть волнение, я начала свой рассказ, — с детства родители уже расписали всю мою жизнь и хотели, чтобы я во всём им подчинялась, как какая — та кукла, но я же живой человек. Наши взгляды и ценности совершенно различались. Родители никогда не дарили мне свой теплоты и любви. Они лишь хотели, чтобы я занималась тем, чем заниматься ненавижу и не желаю. Кроме вас и моей соседки по комнате, никто не заботился обо мне. Они никогда не хвалили меня, а лишь издевались и называли разочарованием или бездарностью. Я устала от такой несправедливой жизни и сбежала, чтобы заниматься, чем хочу и мечтала с детства. Неужели моё желание заниматься любимым делом — это преступление?       И зачем я ему всё это рассказала, да ещё и в таких подробностях? Не уверена, что ему нужна вся эта детальная информация. Скорее всего, потому что впервые за долгое время я смогла кому — то выговориться и вся эта информация просто повалилась из меня.       Я неловко отвела взгляд от профессора и опустила его, думая над тем, что буду делать дальше и что он теперь подумает. Возможно, это последний наш разговор и он решит выдать меня.       Рассказывая об ужасных годах со своей семьёй, эти тяжелые моменты вспыхнули в моей голове и осознание того, что я могу вернуться туда, от этого кровь застыла, сердце сжалось, а эмоции стало трудно контролировать и с моей щеки скатилась слеза.       — Чего это ты вдруг? Только не надо тут рыдать, — я быстро смахнула слезу и попыталась сделать вид, что всё нормально. По одному моему взгляду профессор всё понял и ласково накрыл мою руку своей, — мне очень жаль, что у тебя такие проблемы с семьёй. Все нормально, я совсем не собираюсь тебя сдавать, но только не надо тут плакать, — от его слов мне стало намного легче, я смогла успокоиться и выдавила из себя благодарную улыбку, по которой он всё понял и без слов.       - Сейчас, ты здесь, со мной и рядом их нет. Ты можешь не волноваться.       От его слов действительно стала легче и я была благодарна ему за поддержку. Я была очень рада, что именно он был рядом со мной в такой момент.       Наконец, я успокоилась и профессор пошел подготавливать материал для нашего занятия. Я встала и у меня сразу резко потемнело в глазах, и закружилась голова. Я весь день неважно себя чувствовала и старалась закрывать на это глаза, но моё состояние только ухудшилось. Тело словно горело и я решила скорее найти профессора, пока не отключилась.       Я нашла профессора на тот момент, когда с трудом оставалась на ногах.       — Профессор, я ужасно себя чувствую, — тогда он положил свои руки на мои плечи и лёгким и нежным движением аккуратно коснулся губами моего лба.       — Да у тебя же жар. Давно ты себя неважно чувствуешь? — мне было уже тяжело говорить. Профессор видел, в каком я слабом состоянии и еле стояла на ногах, поэтому он быстро подхватил меня и держал, не позволяя упасть, — можешь говорить? Только не теряй сознание, слышишь? — я уже очень плохо слышала его слова, а в глазах ещё сильнее потемнело. Сознание погасло и я отключилась, прямо у него на руках.       Я проснулась спустя несколько часов. Меня сопровождал ужасный жар и сильнейшая головная боль. Сколько я тут пролежала и что вообще происходит? Взглянув на постель, я увидела, что нахожусь не в своей постели, а в чьей - то другой. Я попыталась встать, но чьи — то руки остановили меня.       — Не вставай, тебе сейчас надо лежать, — я сразу же узнала этот спокойный голос и слабо обернулась. Профессор сидел на стуле напротив моей кровати и держал за плечо, заставляя лечь обратно. В голове смутно промелькнули картинки и я потихоньку начала вспоминать, что произошло.       У нас должно было быть занятие, профессор забыл ключи, взял меня с собой, произошла та жуткая и одновременно милая сцена в лифте, мы пили чай, он узнал правду, а потом моё состоянии ухудшилось и я потеряла сознание прямо у него на руках. Столько произошло в этот день и в голове не укладывалось. От всего этого голова разболелась ещё сильнее.       — Воды, — единственное, что я смогла выдавить из себя. Жажда мучила меня и больше всего я сейчас нуждалась в стакане воды. Учитель кивнул и через минуту принёс мне долгожданную воду.       — Я бы спросил, как ты себя чувствуешь, но я не слепой и вижу, что выглядишь неважно.       — Сколько сейчас времени? — с трудом я задала ему этот вопрос.       — 21:32, но тебя сейчас не это должно интересовать. Сейчас я вызову врача и он тебя осмотрит, — учитель взял телефон и хотел уйти, чтобы позвонить, но я аккуратно взяла его за край рукава, как бы останавливая.       — Профессор Аккерман, прошу, посидите со мной, — мне не хотелось, чтобы он уходил. Рядом с ним я чувствовала себя спокойнее и казалось, что когда он рядом, мне становилось немного легче.       — Я правда сейчас должен вызвать врача и потом встретить его. Давай договоримся, после осмотра я немного посижу с тобой, пока ты будешь отдыхать, — я слабо кивнула, ведь меня устраивал такой вариант. Учитель с неохотой высвободил свою руку и ушел вызывать врача.       Пока его не было, я решила не отлёживаться и с трудом попыталась встать. Непросто, но мне удалось приподняться и осмотреться. Я находилась в его спальне, которая была также хорошо обставлена и в ней присутствовал тот же минимализм.       Здесь была очень мягкая кровать, огромный телевизор, который стоил дороже меня, разные книги и дизайнерский декор. Здесь было одновременно красиво, и одновременно уютно и комфортно.       Я сразу же начала искать свой телефон и к моей удаче он лежал рядом, на тумбочке. Я быстро открыла его и увидела два пропущенных звонка от Пик и несколько сообщений. Скорее всего, она волнуется, а я ей даже не рассказала о том, где я и что делаю.       Я быстро ответила ей и сказала, что со мной всё нормально и сейчас мне неудобно говорить. Она сразу же ответила и сказала, что волновалась и что я обязательно расскажу ей о том, что происходит.       Отложив телефон, я плюхнулась обратно на подушку и начала ждать того, что будет дальше.       Дверь тихонько открылась и в комнату вошел профессор. Я подняла на него свой взгляд, а он прошел мимо кровати, осматривая меня, а потом его взгляд остановился на моей одежде.       — Мне кажется, что тебе будет неудобно в этой одежде, в которой ты весь день была, включая занятия, — точно, он прав. Джинсы и рубашка не самые подходящие и удобные вещи для этого, но я не дома и у меня совсем нет никакой одежды. Профессор понимал это и ему пришла в голову довольно — таки необычная идея.       Он залез в свой шкаф с одеждой, достал свою рубашку и протянул мне.       — Думаю, что в этом тебе будет удобнее, постарайся не смущаться, — было и вправду неловко, что я буду в его рубашке, но это было лучше, чем валяться в одежде, которая на мне сейчас была, поэтому я слабо улыбнулась ему и кивнула.       — Вы правы, спасибо, — поблагодарила я учителя и взяла рубашку.       — Если тебе будет тяжело, я могу помочь переодеться, — я понимала, что он пытается помочь, но это было бы очень неловко и с этим я уж справлюсь сама.       — Спасибо, но у меня лишь жар, а не инвалидность, поэтому переодеться я смогу сама, — после моих слов профессор освободил комнату, чтобы я смогла спокойно переодеться.       Я как можно быстрее сняла с себя его одежду и одела рубашку, которая была намного удобнее и хорошо на мне сидела. Профессор такой добрый: постоянно помогает и заботится обо мне, а я наверное только лишние хлопоты ему создаю. Всё — таки он хороший человек, хоть вредный и строгий.       У него и так много работы, а теперь ему ещё возиться с больной ученицей. Ну вот, помешала ему, как в тот раз, когда он просто отдыхал в клубе, а в конце концов пришлось возиться со мной. Но почему он помогает мне? Либо он очень добрый и со всеми так, либо только со мной. Думаю, в этом что — то есть. Обязательно как — нибудь спрошу его об этом.       Я сидела на кровати и дожидалась врача. Через полчаса в комнату постучали и ко мне зашел врач и сам профессор.       Учитель остался у входа, облокотился о стенку и наблюдал за моим осмотром. Врач подошла ко мне и села за стул, за которым сидел профессор. Сначала, она задавала мне вопросы, связанные с моим самочувствием, потом измерила температуру, осмотрела и сделала какие — то записи у себя в блокноте.       Осмотр занял около десяти минут. Врач что — то записала у себя и обратилась ко мне:       — Могу сказать, что у вас нет ничего серьёзного. Вы просто подхватили вирус, но он не сильно опасный и вы сможете вылечиться, если будете принимать лекарства, которые я вам сейчас выпишу. Также вам нужно пить больше жидкости и дольше отдыхать. У вас есть тот, кто о вас позаботится?       — Я присмотрю за ней, — с этими словами к нам подошел учитель, который хорошо слышал наш разговор.       — Извините, кем вы являетесь больной?       — Я её очень близкий друг, — не растерявшись, ответил учитель. Да уж, было бы странно, если бы он ответил, что на самом деле мой учитель и могли бы появиться лишние вопросы.       Докторша и учитель отошли и ещё о чем — то говорили, пока я лежала в кровати и от скуки смотрела в потолок.       Прошло около десяти минут, учитель вернулся ко мне и сел на стул, стоявший рядом с кроватью.       — Говори, если что — то нужно. Врач сказала, что тебе нужно отдыхать, — сейчас я чувствовала сильную усталость и отдых бы действительно не помешал, — когда ты уснёшь — я съезжу за лекарствами.       — Я хочу немного поспать. Вы можете остаться со мной ненадолго, пожалуйста, - сейчас мне было необходимо, чтобы он просто был рядом. Профессор понимающе кивнул, сел рядом и заботливо взял меня за руку.       - Отдохни, - тихо прошептал профессор. Я закрыла глаза и почти сразу погрузилась в сон.       Не знаю, сколько времени он просидел, но когда я засыпала, я почувствовала, как профессор аккуратно коснулся своими губами моего лба и нежно поцеловал. Всё - таки я счастлива, что именно он рядом и сейчас мне никто не нужен, кроме него.       С этими мыслями я погрузилась в сон.