X
3 мая 2021 г., 17:37
Следующие несколько дней после лагеря Маша прибегала в больницу и приносила тете Лене еду.
— Машенька, я после твоей стряпни превращусь в Колобка! — смеялась тетя Лена, складывая в тумбочку пирожки и яблоки.
— Тетя Лена, не говорите так. Вам нужно хорошо питаться.
Но в один из дней утром к тете Лене утром пришел Филипп. Как раз дежурил врач Симонов, который принял и зарегистрировал тетю Лену в ту ночь.
— Недолго только, — кивнул доктор, открывая дверь в палату.
Филипп принес тете Лене розочку и улыбнулся.
— Я надеюсь, вам лучше, Елена Збигневна.
— Зови меня тетей Леной. Ты ж в зятья набиваешься? — шутливо погладила она парня по плечу.
Он опустил глаза, не зная, что ответить.
— А можешь без отчества, я не обижусь! — дипломатично кивнула тетя Лена.
— Елена, я и пришел с вами поговорить о Маше. Она мне очень нравится. Она добрая, искренняя и очень хорошая. Но…
— Что?
— Ей нужна сейчас поддержка родного человека. Я знаю, что у нее непростые отношения с мамой. И Маша сказала, что вы хотели стать ее опекуном после смерти отца. Это так?
Тетя Лена выдохнула.
— Да, Катерине дочка не нужна была. Но органы опеки работали отвратительно в девяностых. Мать не валяется пьяная? Под себя не ходит? Значит, нет оснований разлучать ее с ребенком!
Тетя Лена сжала руки в кулаки, а Филипп кивнул.
— Знаете, Маша ко мне переехала пару дней назад. Не подумайте ничего плохого. Дело в том, что ее мать заявилась на съемную квартиру и начала просить денег…
Он помедлил и выложил все, что Маша ему рассказала о своем детстве. Тетя Лена внимательно выслушала Филиппа и поправила складку на одеяле.
— Ничего не изменилось. Маша была для нее просто способом не работать и иметь деньги. А мне тогда отказали, потому что я была в разводе.
— Елена, может, я и неправильно поступил, что все вам рассказал. Но я вижу, что вы любите ее. И хочу, чтобы вы были рядом. Меня на работу в Москву пригласили. Я бы забрал Машу с собой, но уезжать она не хочет, я это вижу. Она работает учительницей, любит школу, своих учеников. Но ей очень нужен близкий человек рядом.
— Я позабочусь о ней! — кивнула тетя Лена.
— Маша очень красивая, но она, мне кажется, не верит в это. Привыкла работать и падать от усталости, экономить на себе самой.
Тетя Лена ободряюще сжала руку Филиппа:
— Спасибо, что рассказал мне. Я сделаю все, чтобы Катерина больше не отравляла ей жизнь.
Филипп улыбнулся:
— Я надеюсь, что вы тоже поможете Маше понять, что в жизни должна быть радость, отдых, веселье, а не одна работа.
— Может, Катерине ты и не понравился, когда за Машеньку заступился. А вот я была бы рада такому зятю!
Филипп галантно поцеловал руку тете Лене и встал с кровати.
— И из вас будет отличная теща. Но я честно скажу, пока мне нужно немного заработать денег, встать на ноги. Я буду приезжать по возможности. Но не хочу, чтобы Маша оставалась одна.
— Она и не будет одна. А ты кем работать едешь?
Филипп опустил глаза и улыбнулся:
— Я еду со своей музыкальной группой. Нас московский продюсер берет в раскрутку.
— О! — воскликнула тетя Лена, — это интересно! На чем играешь?
— На гитаре.
— Ну, я надеюсь, что у вас все получится. И ты не зазвездишься.
— И не собирался.
— Будь с ней честным, Филипп, — серьезно сказала тетя Лена, — не обманывай ее. Моя девочка и так натерпелась в жизни. Лучше уж скажи правду, если влюбишься в какую-нибудь московскую модельку или актриску. Не морочь Маше голову.
Филипп покачал головой и вздохнул:
— Была у меня модель. Наглая, жадная и холодная. Бросила меня ради богатого. Мне хватило этого на всю жизнь.
— Я надеюсь, что Машенька не будет из-за тебя плакать, — тетя Лена заботливо погладила парня по голове, — сынок!
— Не будет.
Филипп отвернулся и попытался успокоиться. Теперь ему понятно, что Маша
похожа на тетю, а не на мать. Такая же заботливая, добродушная. Филипп невольно вспомнил свою маму и ее ласковую улыбку. Кто знает, может, эта
светловолосая женщина станет для него вторым родным человеком?
На следующий день Маша пришла в обед, и врач сообщил ей:
— Елену Збигневну выписываем сегодня. Мы выписку подготовили. Будет просто ходить в больницу на процедуры.
Тетя Лена с улыбкой вышла из палаты, держа в руках сумку с вещами.
— Машенька, поедем со мной. Посмотришь, где я живу.
— Конечно.
Женщины сели в такси и поехали в квартиру тети Лены. Через двадцать
минут они оказались на месте. Маша встала, как вкопанная перед подъездом, не решаясь идти. Квартира оказалась совсем рядом с центром города, неподалеку от метро «Достоевская».
— Это что? Центр что ли? — сказала Маша у тети. — А Филипп живет отсюда в двух станциях.
— «Технологический институт»?
— Да.
— Пригласи его в гости ко мне как-нибудь. Все-таки я твоему музыканту жизнью обязана.
— Хорошо.
Двор был закрытым, и Маша заметила, что дом, похоже, построен в начале прошлого века. С лепниной, украшениями и тройной аркой.
— Иван Сергеевич, — сказала тетя Лена, войдя во двор, — это моя племянница Мария. Будете ее пускать сюда. Ключ я ей сделаю позже.
— Понял. Фамилия у племянницы?
— Как у меня.
— Запомню, — сказал охранник, кивнув девушке.
Маша зашла вслед за тетей в квартиру и застыла в прихожей! Двухкомнатная квартира оказалась целым дворцом! Высокие потолки, лепнина, огромные окна и антикварная мебель из красного дерева!
— Тетя Лена… вы живете в… Эрмитаже? — выдавила она из себя.
Тетя рассмеялась и поправила волосы.
— Нет, конечно, солнышко! Обычный дом. Но, да. Один из старейших в Петербурге.
— Тут же центр рядом!
— Да. Филипп, кстати, говорил, что ты учительницей стала?
— Да, школа через две улицы от метро «Горьковская».
— У нас тут рядом есть школа. Пешком можно дойти. Директор — моя постоянная клиентка. Надумаешь, могу тебе помочь перейти сюда. Что ты преподаешь?
— Я учитель начальных классов. Но не волнуйтесь. Я хочу остаться в той школе.
— Малышей, значит, учишь? И нравится тебе?
— Нравится. Дети хорошие.
Маша нерешительно пошла в комнату. Паркет на полу был хоть и пыльным,
но дорогим, и, похоже, из редкого дерева. На стенах висели дорогие картины, и Маша даже боялась подумать, сколько они стоят. И у стены стояли два шкафа с книгами.
— Тетя Лена, давайте я уберусь, — робко предложила Маша.
— Ну, вот еще! Я тебя разве в служанки нанимаю? Ты моя гостья. Моя племянница единственная.
Но Маша быстро пошла в ванную, вытащила ведро и тряпку и покачала головой.
— Тетя Лена, ставьте чайник, я быстро!
Тетушка с усмешкой кивнула и позволила Маше вытереть пыль и протереть
полы. Через полчаса девушка довольно помыла руки и улыбнулась.
— Машенька, расскажи мне, как ты жила? Давно ты в Петербурге? — спросила
тетя Лена, усаживая ее за стол и наливая ей ароматного зеленого чаю.
— Ничего. Как исполнилось восемнадцать, уехала сюда. Хотела поступить на иностранный факультет, но баллов не хватило на бюджет, а на платное денег не было. Решила идти на учителя начальных классов. А после защиты диплома моя научная руководительница мне сказала, что нужен учитель в школу около «Горьковской». Я туда и устроилась. Платят немного, но вовремя. Начальство хорошее, понимающее. Так что, не жалуюсь. На жилье и еду хватает.
— Любишь детей? — улыбнулась тетя Лена, пододвигая к Маше вазочку с печеньем.
— Да, у меня хороший класс попался. И родители очень отзывчивые. Меня поддерживают во всем.
— Это хорошо. А то в школу сейчас работать мало кто хочет идти.
— Мне нравится, — сказала Маша, — хоть и бумажной бюрократии хватает.
— А где живешь?
— На Парнасе.
— Боже мой. Такую даль катаешься!
— Нет, нет. Очень удобно. Моя школа на той же ветке. Правда, идти до метро двадцать минут, но это не страшно.
— А я так поняла, что ты с Филиппом живешь где-то неподалеку, — с улыбкой сказала тетя Лена.
Рука девушки дернулась, и чай чуть не расплескался по столу. Маша поставила чашку и ссутулилась, опустив голову. Многие взрослые женщины осуждают девушек, живущих с парнями без свадьбы. А если тетя тоже будет ее ругать?
— Ну, я просто у него переночевала пару раз… чтобы потом на работу доехать побыстрее, а потом к вам успеть. Он мой друг… И… — сбивчиво забормотала Маша, мучительно краснея.
Тетя Лена встала из-за стола и погладила племянницу по голове:
— Машенька, разве я буду ругать взрослую девушку за то, что у нее появился парень? И нет ничего стыдного в том, что вы живете вместе.
Маша подняла брови, не веря своим ушам. Ее мать заорала благим матом и
навешала бы ей тумаков, узнав о том, что дочка живет с мужчиной.
— Я вернусь сегодня в квартиру, которую снимаю. Вас же выписали.
— Хочешь, чтобы мама снова приехала и закатила скандал? — холодно поддела ее тетя Лена.
— Кто вам сказал про нее? — испуганно спросила Маша. Тете Лене нельзя нервничать.
— Филипп. Но не вздумай его ругать! Он рассказал, какую твоя мать истерику закатила, выпрашивая у тебя деньги. И как он увез тебя оттуда.
Она покраснела и опустила голову.
— Тетя Лена, вы не думайте. Мама у меня хорошая. Просто мой брат Леша… вылетел из института.
— Картина ясная! — хмыкнула тетушка, поправив прядь волос на виске у племянницы, — дочку надо гонять и попрекать, зато сыновей баловать и все им разрешать. А потом удивляться, почему они бездельничают, не работают
и не учатся?
Маша смутилась. Тетя Лена со своими меткими определениями тут же поняла, как к братьям относились в ее семье. Мать и отчим баловали мальчишек донельзя, а Маше не прощали ни один промах.
— Ничего, ничего. Гене всю жизнь испортила своей ленью, думает, и ты на нее пахать будешь! Не выйдет.
— Тетя Лена, не волнуйтесь. Я сама справлюсь, — робко заявила Маша.
— Машенька, не лишай меня возможности считать тебя дочерью. У меня никого нет, кроме тебя…
Они обнялись и заплакали. Маша решила на ночь остаться у тети Лены, и отправила Филиппу сообщение, чтобы он не волновался.
Утром Маша встала, умылась и подошла к туалетному столику. У тети Лены
стояли всякие баночки с кремами, лосьонами, и лежали разные расчески.
Маша нерешительно взяла одну и обернулась, увидев тетю Лену в голубом
шелковом халате.
— Доброе утро, тетя Лена. Можно? — спросила она, показав на расческу, — я не взяла свою.
— Я тебе помогу, милая, — тетя Лена взяла расческу, усадила племянницу на табуретку и начала причесывать.
— Да не надо. Я же не маленькая! — засмеялась Маша.
— Помнишь, как я тебе бантики завязывала? — улыбнулась тетя Лена.
— Помню. А потом отец умер, и мать мне волосы обстригла. Я так плакала. Как будто меня после вшей или тифа наголо обрили.
— Ну-ка сними очки.
Маша кивнула, и тетя Лена улыбнулась:
— Ты очень красивая, моя дорогая.
Тетя Лена ловко заколола Маше волосы и пристально вгляделась ей в лицо.
— Ты чего так щуришься? Ты совсем без очков не видишь?
— Вижу очень смутно. Но скоро сделаю коррекцию. Как раз денег накопила за год.
Тетя Лена со стуком бросила расческу на туалетный столик и села рядом.
— Гена оставил тебе в наследство деньги, почему Катерина тебе глаза не вылечила?
— Какие деньги?
Елена замерла. Вот теперь все сложилось в одну картинку! Вот почему Катя вцепилась в дочь и не отдала ее тете.
— Твой отец основал один из первых банков в Калининграде.
— Да, да, это я помню.
— Очень все удачно у него складывалось, банк стал одним из лучших. И Гена положил на твой счет хорошую сумму, которая бы в случае его смерти выдавалась тебе ежемесячно. Он хотел тебе обеспечить достойную жизнь, если его не станет. В девяностые годы банкиры часто погибали от рук бандитов. Плюс еще город платил пенсию «по потере кормильца». Вот потому мать и вцепилась в тебя мертвой хваткой. Не хотела лишаться дармовых денег. Она тобой и забеременела, чтобы не работать. Знала, что Гена порядочный и положительный! Тут же сделал ей предложение.
Маша подперла голову руками. Вот почему ее называли дармоедкой после восемнадцати лет. Вот почему мать не дала ей уехать с тетей Леной. Все из-за денег… из-за денег, которые Маша не увидела. Теперь ей стало понятно, почему мать так злилась после смерти отца. Дочка не оправдала ее надежд на безбедную жизнь на шее мужа.
— Тетя Лена, не нервничайте только, — забеспокоилась Маша, усаживая тетю на диван. Затем сбегала на кухню и принесла лекарство.
— Вот, врач вам прописал по утрам. И еще сказал, мерить давление вам три раза в день.
Тетя Лена позволила племяннице принести тонометр и вздохнула.
— Я тогда хорошо начала зарабатывать, но была в разводе. И у меня был только старенький дом в деревне и комната в коммуналке. Суд счел, что я не смогу обеспечить тебе достойный уход. Маша, прости, что я не сумела тебя забрать! — тетя Лена погладила племянницу по голове.
— Я не сержусь, тетя Лена. Вы не волнуйтесь.
— Я уверена, что мать про меня гадостей наговорила.
Маша замолчала, невольно вспомнив крики матери:
«Запомни, твоя тетка — потаскуха и проститутка. Спала с мужиками за деньги. У нормальных людей семьи и дети, а она все в полюбовницах у мужчин ходила! Чему бы она тебя научила? Только ноги перед мужиками раздвигать! Нечего реветь из-за нее. Померла, как непутевая!»
— Нет. Она просто сказала, что вы умерли. И я плакала. Очень долго, — сказала Маша, дипломатично опустив все оскорбления.
Елена сжала губы и вздохнула.
— Машенька, я жива и здорова. И буду теперь тебя поддерживать во всем.
— Тетя Лена, мне ничего не нужно. Лишь бы вы не болели. Давление у вас в порядке: 110*70.
— Тогда поеду в больницу.
— А я на работу. Я потом к вам приеду. Можно?
— Приезжай, конечно. Я в четыре буду дома.
Маша отработала до обеда в лагере, потом приехала в квартиру Филиппа, приготовила ему ужин, погладила рубашки и оставила записку, что снова поедет к тете Лене.
— Давления у вас нет? — спросила Маша вместо приветствия, вбегая в комнату и снова сажая тетю на диван.
— Машенька, все хорошо, — засмеялась тетя Лена.
Но Маша быстро измерила тете давление и спросила:
— Можно, я тогда уберусь в комнате? Очень книги пыльные.
— Вот делать нечего!
— В пыли жить нельзя.
Маша стала методично вытирать переплеты и с удивлением заметила, что на
полках стоят книги на английском и, похоже, на немецком. И даже было что-то на латыни.
— Это Джек Лондон в подлиннике? — спросила Маша, сев в кожаное кресло у окна и быстро пролистав книгу.
— Да, милая.
— Я так давно искала эту книгу. Можно ее взять почитать? — спросила Маша с улыбкой.
Тетя Лена с усмешкой посмотрела на племянницу и пригладила ей волосы на виске.
— Знаешь, милая? Уедет твой Филипп в Москву, переезжай ко мне.
Маша вскочила и чуть не уронила книгу. Переехать в эту огромную квартиру в центре?
— Тетя Лена, неудобно мне как-то. Вас стеснять не хочу.
Елена усмехнулась и открыла дверь во вторую комнату.
— Места полно. И мне одной не скучно, и ты по съемным углам мыкаться не будешь. Квартира твоя будет когда-нибудь. Я хочу ее тебе завещать.
Маша вскочила с дивана и испуганно спросила:
— Что вы! Не надо! Зачем мне ваша квартира? Разве у вас нет детей?
— Маша, — тетя Лена грустно погладила ее по волосам, — не хотела тебе говорить, но только из-за первого мужа у меня выкидыш случился. Потому мы и развелись. И детей у меня больше не может быть.
Тетя помрачнела, погрузившись в печальные воспоминания и снова сев на диван.
— Я не знала… прошу вас, не нервничайте, — испуганно забормотала Маша.
— Потому и хотела тебя забрать. Думала, раз Катя второго мужа нашла, а я не могу детей иметь, я бы за тобой присматривала.
— Тетя Лена, я до сих пор помню, что вы меня читать научили, — сказала Маша, присев на корточки перед тетей и взяв ее за руки, — матери было некогда. И я детей читать учу не так, как в университете говорили, а как вы мне показали. Вы бы могли стать хорошим учителем.
— Спасибо за добрые слова, — улыбнулась тетя Лена, погладив племянницу по щеке.
— А откуда у вас книги на иностранных языках? Вы немецкий и английский знаете? — спросила Маша, увидев на полке стихи Гёте.
— У меня вторым мужем был коллекционер Роберт Шульц. Слышала о таком?
— Нет.
— Он наполовину немец. Собирал картины всю жизнь. Разделил наследство между мной и своей первой женой. Мне досталось несколько картин и эта квартира.
— Неужели?
— Три картины я продала и открыла свой салон красоты. Я же еще в советские годы парикмахером была очень хорошим. Ко мне весь район бегал стричься. А сейчас мне принадлежат три салона в центре.
— Правда?
— А еще пять картин я передала городскому музею. Не Эрмитажу, конечно, но музей был очень благодарен. В итоге администрация города выхлопотала мне налоговые льготы, как меценату и покровителю искусств.
Маша с удивлением стала рассматривать картину Левитана на стене. Неужели это подлинник? Словно в ответ на ее мысли тетя Лена стерла пыль с золоченой рамы.
— Машенька, эти репродукции дешевые, но ценные лично для меня. Мы их с Робертом вместе покупали.
— Понятно.
— У меня было два мужа, — засмеялась тетя Лена, — и поклонников было много. Я десять лет после Роберта жила с генералом-вдовцом. Хороший мужчина был, но слишком авторитарный. Звал меня замуж, да я не пошла. Да, если честно, и за Роберта я не хотела выходить. Он меня три года уговаривал. Знаешь, иногда приятнее быть любовницей, чем женой. Мужчина думает, что после свадьбы ты никуда не денешься, и начинает вредничать.
Маша задумалась. Вот почему мать так отписала тетю Лену. Просто из-за ее нежелания выходить замуж.
Она намочила тряпку в воде и продолжила вытирать пыль.
— Машенька, так что? Давай ты ко мне переедешь.
— Тетя Лена, зачем мне ваша квартира? И зачем мне жить у вас? Я и там хорошо живу. Мне не хочется стеснять вас.
— Маша, поверь, я не буду заваливать тебя домашними делами. Захочешь помочь мне, буду рада. Не захочешь, заставлять не буду. Да, я не смогла тебя забрать тогда. Но теперь я хочу быть рядом.
— Можно, я хотя бы коммунальные платежи буду оплачивать?
— Машенька, Машенька…- укоризненно покачала головой тетя Лена.
Тетя Лена встала с дивана и взяла со стола пачку сигарет, но затем бросила ее обратно.
— Нет, курить больше не буду. Не хочу умереть и оставить тебя одну.
— Тетя Лена, не говорите так…
— Подумай, Машенька. Я буду рада, если ты будешь жить со мной.
Маша обняла тетю и вздохнула.
