Спасти и сохранить

На сегодня была назначена очень важная встреча, к которой оба наши героя тщательно готовились: встали с утра пораньше, взбодрились кто как, в приподнятом настроении думали о предстоящем небольшом путешествии. Денёк выдавался суетливым, то есть его начало, то, что будет дальше таковым быть не должно, хотя ведь жизнь вещь такая непредсказуемая, как будущее не планируй, а всегда вклиниться что-то и перевернёт всю жизнь к чертям. Собственно, именно подобным образом и представлялся мир в тот холодный октябрьский день, когда Разин повстречал Савину. Тогда Виктор на неделю вперёд распланировал, что он будет делать в каждый день недели, но увидев её наипрекраснейшее и милейшее на свете лицо, её несколько запутанные и неряшливые волосы и ту сильную застенчивость, он был наповал поражён. Хотя всеми правдами и неправдами Виктор и пытается скрыть тот факт, что влюблён во внешность Савины, но, как мы уже можем убедиться, скрывает крайне плохо, мы ведь узнали. В буднях наших героев день ото дня крайне мало изменений, разве что в зависимости от времени года они то снимают, то надевают носки. И верно не стоит оставлять следующее без внимания, тем более учитывая дальнейшие события — это крайне важно: только-только наступил тёплый весенний май. Множество времени прошло, пока мы не следили за всеми теми днями обыкновенными, впрочем, не так ведь оно и надо, поскольку дружба их так практически никуда и не сдвинулась с мёртвой точки, никаких особенных событий не было, даже все хулиганы из класса практически не трогали этих двух, поразительно спокойные времена, однако по закону жанра, они всегда и везде могут быть нарушены, и даже не то, что могут, а обязательно будут. Обыкновенно ведь никакая дружба не может укрепляться, а то и продолжаться, если ни та, ни другая сторона не будет что-либо предпринимать. В этот раз, Виктор, который так сильно ждал тёплых месяцев, с удовольствием и большой улыбкой подошёл однажды пред уроком с предложением выйти прогуляться в один из выходных деньков, на что пусть и неохотно, но Савина согласилась. Герои наши в плане предпочтений погоды крайне сильно отличаются. Есть у нас Виктор, который обожает исключительно тёплую погоду, когда настолько жарко, что чуть ли с ног не падаешь, это на самом деле исключительное наслаждение для юноши. Это у него сложилось от двух главных факторов: когда тепло, наступают те самые три сладостных месяца без какой-либо учёбы и напряжение ежедневно, один лишь сплошной отдых, а также от его ненависти к холоду, он еле как удерживается от того, чтобы обычным утром февраля не застучали зубы от того, насколько он замёрз, настоящая пытка для него. У Савины всё наоборот: она прекрасно переносит холод или по крайней мере умело делает вид этого, одно известно точно – её искренняя любовь к дождю. Каким бы день ни был, какие бы эмоции и впечатления её ни принёс, а всё одно – день неправильный и неправильным останется, покуда дождь не польёт. Все прочие дни с ясным небом, да без осадков для неё – очередные паршивые времена. Сегодня путь нашего героя лежал точь-в-точь, как и при прошлой их встрече, только за парой исключений. В этот раз все трамваи отлично ходили, никакой из них не перевернулся, никакой ужасающий мужчина в вагон не заходил одним словом для Виктора – лепота. Утро складывалось, однако замечательно. Разин даже смог усмотреть прекрасную картину пляжа на фоне ярко-красного рассвета, что по предрассудкам героя сулило ему хорошие сутки. Всё те же высотные здания проносились пред взором Виктора, те же знакомые ему проулки, дорожки и даже пару знакомых лиц он увидел, что несколько повергло его в шок, никак Разин не ожидал, пусть и мельком, увидеть знакомые лица. Немного прикинем шансы на подобное: примерное население города, в котором живёт Виктор – практически тринадцать миллионов и среди всех этих людей, которые могли бы всяческими судьбами и не судьбами оказаться там, оказались именно его знакомые. Вероятность этого крайне мала. Если хорошенечко подумать, то всё вокруг нас, а также и сами мы – следствие какой-нибудь случайности, которая не была непредвиденна когда-либо, и не важно, что там за событие повлекло за собой рождение всех нас, главное, что оно так или иначе произошло и нет разницы: случайно он вышел в коридор во время урока и встретил её, влюбившись с первого взгляда, или она, решив не идти по делам, а лишь отдохнуть в парке у дома, по итогу встретила его. Вся наша жизнь – набор непредвиденных обстоятельств и случайностей, наверное, то и есть жизнь, когда не знаешь какую неожиданность подарит тебе судьба в следующий миг. Кого-то факт, что всё вокруг нас – одна огромная случайность, может пугать, а некоторых же наоборот восхитит. Люди бывают разные. А уж тем временем наш герой несколько сонный, добрался до торгового центра, где некогда уже встречался с Савиной, однако теперь его путь лежал немного дальше, вернее ниже. Сегодня, как, впрочем, и в любой другой день, у входа в метрополитен было совсем не протолкнуться, везде шум и гам. Огромная масса людей, будто, вовсе не замечая ни себя, ни других, нагло пёрлась куда глаза видят. Всем им давно наплевать на существование созданий, подобных им, то есть людей, для них всё, что нынче важно – перекусить чего повреднее, да обругать какого-то прохожего, который не только по рылу их свинячьему не сможет дать, но и в ответ чего-нибудь пискнуть. Глаз у таких подлых свиней намётан конкретно на тех людей, что были уж описаны. Неясно мне, автору, совсем ничего о нынешнем менталитете, новости и люди вокруг всегда говорили о нашем доброжелательном народе, однако такое ощущение сдаётся, будто провели все, кто так говорят, последние лет пятьдесят в коме и только вчера проснулись, поскольку общество давно изменилось, оно стало значительно более нахальным, грубым и ужасным, каким мы его сегодня и можем видеть куда ни посмотри, пусть среди всего того дёгтя и есть ложка мёду, но это всё ещё не отменяет того, что всего это дёгтя значительно больше, более скажу: оно совсем никуда не исчезает, оно вездесуще. И вот, пробираясь сквозь толпу таких нелицеприятных господ, отправился Виктор, семеня ногами, вниз по лестнице, он всё дождаться не мог того мига, когда вновь увидит свою знакомую, с которой и была назначена встреча, впрочем, упоминание этого тут однозначно лишнее. Спускался наш юноша в метрополитен не по той причине, что желает прокатиться или отправиться повидать каких-либо близких, что живут на другом конце города, вовсе нет. Его ожидала там небольшая поездка, нацеленная на то, чтобы, как можно скорее, добраться до центрального парка города, где и собирался Виктор провести весь день со своей подругой Савиной, которая, между прочим, набравшись всей своей смелости, предложила это сама. В такие моменты Виктор всё меньше узнает в этой даме, что преисполнена гордостью за себя и уверенностью, ту самую девочку, что оскорбляло и ненавидело всё её общество. И вот: шаг, ещё один и третий, Виктор спустился по лестнице и наконец, завернув за угол он уже издали приметил одинокую фигуру, что стояла напротив входа в метро, неловко поигрывая со своими короткими волосами. Эта фигура, которая скорее просто фигурка, была одета легко: тёмные джинсы, кроссовки, которые, не смотря на все предрассудки консерваторов, мол выглядят они на женщинах ужасно и в принципе женскому полу стоит носить только каблуки, смотрелись настолько прекрасно на ней, как не смотрелись бы ни на одной самой профессиональной модели из какой-нибудь Италии. Помимо того, на ней была майка размера немного больше, чем она сама, насколько известно мне, это модно нынче и даже несмотря на то, что отвратна мне всяка мода, как те, что европейские бренды задают, так и те, что зарождаются у молодёжи, Ваш достопочтенный автор никак не может понять всей тонкости и красоты подобного, однако, всё же замечу, что на Савине это выглядело поистине замечательно, есть небольшое ощущение, будто бы во что её не наряди, а она будет всё также обворожительна и привлекательна мужскому глазу, ну и пока не забыл упомянуть: одела она также и небольшую кофту. Заметила она Виктора совершенно не так быстро, как хотелось бы самому герою. Она сначала с небольшим дискомфортом, что создавался от настолько большого количества людей, подняла голову, поглядывая по сторонам. Глядя в сторону Виктора и чуть ли не на него самого, она будто бы ничего и не заметила, но в другую же секунду, как она вновь потупила взгляд на полу, она будто бы что-то осознала и резко посмотрела на Разина вновь. Осознав, что Виктор уже подходит к ней, невольно на её лице сделалась такая гримаса, которая обычно обзывается улыбкой, но нет… Это было что-то выше обыкновенной улыбки, тут было сокрыто нечто сакральное, нечто, что так сразу и не понять. И коль читатель не глупый, в чём автор не сомневается, должно быть уже и догадались, что эта улыбка – улыбка, изображающая истинное счастье. -Привет, прости, что немного опоздал, - начал Виктор, действительно поражённый фактом, что теперь он пришёл вторым, что не он ждал кого-то, а ждали его и при чём с такой обеспокоенностью, это слегка приятно осознавать, что ждут тебя на самом деле с превеликим желанием по итогу увидеть твоё лицо. А ведь действительно, Виктор практически никогда в жизни не смел куда-либо опаздывать или вовсе приходить вторым, всегда и везде ждал он, а не его. Сегодняшний день навёл небольшого хаоса в понимании Виктора, что ранее считал, что по-иному и быть-то не может, что всем и всегда наплевать на пунктуальность, что никому и вовсе не хочется выходить заранее, и не опаздывать, а тут происходит резко такое. Для Виктора это настоящий шок, никак иначе этого не выразить. -Ничего страшного, я буквально только сама пришла, - как ни погляди, а сильно очень походит на приветствие наитипичнейшей любовной парочки. Обменявшись ещё парой формальностей, герои двинулись в сторону входа в метрополитен, в котором им предстояло провести весь следующий час. Место, между прочим, шумное, не совсем уж и приятно здесь находиться, однако надо. Шум в основном от ходящих туда-сюда электропоездов, как обыкновенно и называют поезда в метро, хотя все ведь согласятся, что обзывать их обычными поездами значительно удобнее и приятнее, нежели каким-то электропоездом, что то, что это – всё одно: поезд! Станции метро практически без исключений все выделяются какой-либо своей особенностью. Та же станция «Площадь Революции» - неописуемая красота! Потолки, полы и стены украшены разнообразным гранитом, что замечательно гармонирует друг с другом и нет никакого сильного ощущения, что работа была груба, наоборот, ты понимаешь, что работал явно мастер своего дела. То тут, то там стояли статуи, посвященные людям, внёсшим значительный вклад в победу социализма в Великой Социалистической революции, впрочем, не о том работа. Каждая станция метро может считаться настоящим достоянием культуры, страшно даже подумать о том, как много проектировщиков и дизайнеров было привлечено к работе на всем этим восьмым чудом света. Наслаждаясь зрелищем отдалённо напоминающем вышесказанное, пусть и в меньшем масштабе, ведь станция была вовсе не та, что описана, Виктор и Савина встали приблизительно в центре всей станции, ожидая поезда. Привычка совершенно странная, но Разин по-другому совершенно не может, что-то вроде священного правила, которое никогда не должно нарушаться. Верно пошло это ещё от давних поездок в раннем детстве с отцом в метро и привычка отца по итогу передалась и нашему юноше. Послышался громкий, ушераздирающий визг. Не удар ли это атомной бомбы на город? Ах нет, это лишь глупые фантазии. Подобным образом подъехал к героям поезд, при чём полупустой, что является невероятной редкостью на просторах города. Ходят несколько пугающие байки, что если однажды окажешься в вагоне поезда совершенно один, то это вовсе не будет сулить чего-либо счастливого, либо тебя унесёт в некий потайной мир в метро, либо поезд увезёт тебя прямиком в ад, конечно же если его номер соответствует цифрам 410. Или эти цифры из другой легенды? Впрочем, не слишком оно важно, чтобы уделять этому ещё более внимания. Усевшись на два свободных места в самом конце вагона, Виктор и Савина начали короткий диалог, которому и не было суждено прожить очень долго, по той причине, что шумит поезд не только, когда вы снаружи, но и когда вы внутри. -Часто на метро ездишь? -Совсем нет, нет какой-либо причины спускаться сюда и ехать в другие точки города, сам ведь знаешь, что обычно я веду домашний образ жизни, не любительница я уйти на другой конец города для того, чтобы проветриться и прогуляться. -И то ведь правда. Раз так сложились обстоятельства, то позволь мне на этот день стать твоим гидом по метрополитену, я здесь крайне часто езжу, - Виктор изящно и театрально протянул руку к Савине. Она лишь еле заметно кивнула, была заметна небольшая капля смущения на её лице. Поезд двинулся, выдавая чуть ли не душераздирающие крики, которые будто так и хотели разорвать барабанные перепонки всех людей к чертям. Но, как все мы прекрасно, а может и не очень, знаем из истории или даже скорее из биологии, что человек существо такое, что сумеет приспособиться ко всему на свете, потому достаточно быстро этот ужасный скрежет колёс поезда превратился в еле слышимый стук где-то очень далеко, за пределами этого существующего мира. Хотя даже так, какая-либо беседа была абсолютно невозможна для героев, всё что им оставалось – с небольшой улыбкой на лицах переглядываться друг с другом, предвкушая то, насколько будет прекрасен день. Проехать необходимо было достаточно много: с практически окраины города N до центра. И весь тот путь практически ни единого слова и не вставить. Но, герои были счастливы и тому, что просто были рядом друг с другом. Будь это стандартная романтическая повесть, то уже бы взялись Савина и Виктор за руки, да высказали всё, что таиться глубоко в их душах. Но, до этого момента ещё долго, если он конечно наступит хоть когда-нибудь, что совершенно неизвестно: осознает ли свои истинные чувства Виктор к подруге и решиться ли хоть когда-нибудь о них заявить – всё это окутано пеленой тайны. Виктор, что давно был сильно ранен предательством давно упомянутой Дарьей, даже и подозревать не мог, что те самые тёплые чувства от общения, что возникли у него в компании Савины – нечто большее, чем простое чувство хорошей компании. Но кто же знает, обернётся это ему одним лишь несчастьем или жизнью, что до самого гроба будет наполнена превеликой радостью. В нашей действительности нередко признание своих настоящих чувств к близкой подруге вело лишь к разочарованию в жизни и потере смысла жить, поскольку человек, которого он признал самым дорогим существом у себя в жизни отказывал ему, их дружба разваливалась и, что наиболее всегда вероятно, они больше никогда в жизни не увидят друг друга. Потому исходя из всех своих переживаний быть отвергнутыми и несчастными многие скрывают эмоции, как от других, так и от себя тоже. Нельзя сказать со стопроцентной точностью какой вариант лучше. Всё стоит оценивать в рамках определённых людей, ведь у всех всё по-разному. Но Виктору важен исключительно тот момент, что проживает он здесь и сейчас. Он никогда сильно не задумывался насчёт того, что может статься и играло это очень часто ему не на руку. И это удивительно, учитывая всю ту неподдельную любовь к обмозгованию всего и вся. Сейчас Виктор абсолютно счастлив компании Савины. Она сейчас так близко, что герой, чуть повернув голову, может унюхать приятный аромат шампуня, коим по всей видимости пользовались буквально этим утром. Какая же, однако Савина умница, что ухаживает за собой. Неясно отчего, но этим днём она выглядит намного более привлекательной, чем обыкновенно, вроде как всё ровно также, как и всегда, а есть всё же ощущение, что что-то изменилось. Так, задумавшись, Виктор еле как успел понять, что они уже добрались до нужной им станции. Поспешно встав и удалившись, герои вышли на столь же красивой и очаровательной станции метрополитена, носившей имя «Китай-Город». При чём тут Китай и при чём тут город – непонятно. Одно известно – станция, имеет два перехода между ветками линий Калужско-Рижской и Таганско-Краснопресненской. Но где тут Китай и город – по-прежнему загадка, которая так и останется неразгаданной вплоть до полного истребления всего человечества. По сравнению с той станцией с которой начался путь Разина и Юлдашевой эта станция полностью заполонена людьми, но вернее будет выразиться, что это несчётная толпа. И теперь отчасти понятно, почему станция зовётся «Китай-город». Изысков во внешнем виде станции было крайне мало, что удивительно, ведь станция практически в центре города, должна ведь быть значительно более красочной, чем те, что почти на концах веток. Впрочем, глядеть тут на что-либо в любом случае не выдастся из-за вечной толкучки, которая не то, что полюбоваться помешает, а даже банально идти. Медленно продвигаясь в этой огромной массе, конца и края которой не было видно, Виктор с Савиной внимательно смотрели на указатели, висевшие сверху. Это единственный способ ориентироваться здесь, но пользоваться ими тяжело и дело конечно же в том, что нет возможности остановиться и внимательно взглянуть на знаки. Пусть те и очень информативные, пользуются ими единицы, большинство и без того знает куда им следует двигаться. Приглядываясь, Виктор наконец приметил, что идут они совершенно не к тем выходам, которые необходимы, пусть те и ведут к выходу по Таганско-Краснопресненской, однако же он ведёт совершенно на другую сторону небольшой, но крайне оживлённой дороги, которую чёрт-те как перейти, потому легче и вернее было бы отправиться к другому выходу, который и необходим. Савина же глядела на это всё задумчивыми глазками, слегка сощурив их, но вскоре сдалась понять хоть что-нибудь, наверное, не суждено ей разобраться в ориентировании по знакам метро, что собственно и удивительно, казалось бы, столь легко это понять, но доверять нашему суждению я с Виктором не стоит, по той самой по причине, что смотрим мы со стороны тех, кто обучился этому тайному искусству ориентирования. Но, когда Савина чего-то не понимает она выглядит всё также привлекательно: она немного нахмуривает лоб, глазки её начинают бегать из стороны в стороны, возможно в поиске чего-нибудь, что ответ подскажет, а нижняя губа прижимается посильнее к верхней. Странная притягивающая деталь есть во всём её внешнем виде, которая неясна никому, но все предполагают о её существовании. -Савина, нам в другую сторону оказывается надо! – но из-за шума и гама ни единое слово достаточно чётко, чтобы его понять не дошло. После третьей неудачной попытки что-то ей прокричать Виктор был уже несколько раздражен и не желая напрягать горло и дальше, он взял Савину за руку, отчего она сразу опешила и смутилась, но взгляд Разина ей громогласно заявлял: «За мной!» Не дожидаясь какой-либо ещё реакции, Виктор отправился протискиваться сквозь толпу, ведя за собой подругу. Она легко поддалась напору героя и старалась лишь поспевать за ним, что в такой толпе – необходимость. Ей было сложно на ходьбе той же сконцентрироваться, ведь все мысли её были забиты сейчас только тем, как он нагло и при этом мягко взял её за руку, это было абсолютно неожиданно, она о таком подумать могла только, если бы он решил признать свою любовь к ней и выразить всё в одном длинном монологе, тогда бы она, собрав всю имеющуюся смелость взяла бы его руку, соглашаясь, ну или отказывая, она сама так и не определилась. С невероятным трудом Разин и Савина смогли прорваться сквозь всю толпу и вклиниться в другую, которая направлялась куда идут и наши герои. Как только они перешли на спокойный шаг, Виктор именно в тот момент стал смутно понимать, что он сделал и до сих пор делает, а как понял это предельно чётко, то сразу отпустил руку своей подруги и всем своим видом стал извинятся, его щёки почти уже полыхали румянцем, а это, стоило бы уточнить, совершенно несвойственно Виктору, а вот почему – это совсем другая история, как сказал бы один прекрасный актёр, но Ваш достопочтенный автор лишь скажет, что раскроет эту тему как-нибудь в более подходящий момент, если конечно же того не забудет. Вскоре Виктор и Савина наконец сумели попасть на улицу, в отличие от метро здесь было не столь многолюдно, что было в некотором смысле удивительно и вызывало вопросы, например: «Куда делись люди, с которыми мы только что шли?». Впрочем, ладно, главное, что не придётся вновь терпеть толкучку, а уж в какие звёздные системы люди делись – не так уж и важно, будем честны. Выход на свежий воздух для героев настоящее благословение, по той причине, что на станции метро из-за количества людей было крайне душно, однако теперь, когда лёгкий освежающий весенний ветерок обдувает героев, значительно лучше, чем было, ради одних лишь таких впечатлений и стоило ехать. Погодка, однако же, замечательна: знойное солнце, лёгкий весенний бриз и безоблачное небо, на которое любоваться можно, сколько душе угодно. И вот, под такую погоду и уже приподнятое настроение герои наши решились пройти дальше по улице, где-то там должен быть вход в парк, в котором они хотели прогуляться и путь был лёгок, он действительно располагался почти там, где они и предполагали, разве что пришлось с несколько сотен метров пройти ещё и вглубь небольших дворов, которые немного нагоняли страха, но всеми судьбами и не судьбами они наконец-таки пришли ко входу. Ко входу вела несколько извилистая дорога, а после следовали небольшие столбики, что препятствовали движению машин. Дороги же внутри парка были вымощены брусчаткой, а меж тропинок были зелёные лужайки. Бегало множество радостных детей, а за ними с лавочек наблюдали их не менее счастливые родители. Всё это создавало добрую и спокойную ауру всему парку, даже проходя мимо, стоит лишь взглянуть в его сторону и не поймёшь, как это ты уже оказался в самом центре парка. Герои не преследовали какой-либо определённой цели в парке, не было желания глянуть каких-либо архитектурных сооружений или красивых дерев, всё чего они хотели от последующего времени, что будет здесь проведено – приятного и непринуждённого общения. Однако же Виктор имел скрытые мотивы. За желанием прогуляться вместе с Савиной он спрятал своё желание сделать её более открытой в беседе, более смелой и просто несколько счастливее. Путь, куда шагать, герои выбрали крайне просто, с помощью «цу-е-фа», если выигрывает Виктор, то идут налево, если Савина, то направо. Первым выиграл юноша, выбрав камень. Вторая победа была присуждена уже девочке. Третья – Разин. Четвёртая – Юлдашева. Остался один лишь раунд, чтобы решить столь серьёзный вопрос. -Цу, - в такт слов оба двигали рукой. – Е, - оба были в напряжении. Победу тут они желают не сколько от того, что желают пойти в определённую сторону, в них попросту разыгрался азарт и невероятное стремление к победе. –Фа! – На лице Савины показалась наглая ухмылка, она выбрала ножницы, в то время, как трясущаяся рука Виктора показала бумагу. Победа у него была так близко, буквально под рукой, но он упустил её, может быть и такое, что с самого начала у него не было вовсе ни единого шанса на победу, но он сражался с честью до самого конца, не сдаваясь раньше времени. Когда наконец поражение было принято Виктором, как факт. Они вместе отправились в неловком молчании направо, где следовала длинная тропинка вся прикрытая сверху кронами деревьев. Герои наши всё шли, да шли, так и не осмеливаясь заговорить. Почему же так вышло? А ведь всё по той простой причине, что Виктор – чёртов гений, что вытащил из дому Савину прогуляться и поболтать, но совершенно никаких тем для беседы он и не придумал заранее, потому сейчас в его голове была абсолютная паника, он пытался как можно скорее придумать хоть одну причину заговорить. -Эм, позволь поинтересоваться насчёт кое-чего, -внезапно молчание прервала Савина, может ли быть такое, что она, столь необщительная юная дама решила самостоятельна о чём-нибудь завести беседу? Для лучшего понимания читателя, автор желает упомянуть о том, что Савина – девушка не просто стеснительная, её смущению при разговоре нет конца и она либо решает это, принимая все слова в её так называемом «режиме холодного взгляда», который между прочим и был применён к Виктору в момент первой их беседы в тот холодный октябрьский день, либо же девушка краснеет и убегает. –Мне бы хотелось узнать твоё мнение о недавней премьере фильма, - с каждым словом пусть и совсем медленно, но Савина становилась более открытой, однако, когда автор упоминает, что это медленно, то это действительно очень медленно, без всяческих преувеличений, прошу это заметить. -Могу ли я предположить, что говоришь ты о том самом, что выходит на следующей неделе про фильм на основе книги Гоголя? -Да-да, он самый, - более энергично подтвердила Савина, радостно закивав. -Полагаю будет интересная экранизация, по крайней мере желаю на это надеяться поскольку Гоголь мне вовсе не равнодушен, пусть не все книги его прекрасны, как считаю я, но поглядеть их на большом экране и сравнивать с книгой было бы достаточно интересно, - вдруг, Виктор ахнул, удивившись одной мысли, проскочившей в голове. –Может ли быть такое, что желаешь ты позвать меня посмотреть вместе с тобой? -Всё так и есть. Книга, которую хотят показать в виде фильма, одна из моих самых любимых, но есть небольшая неловкость в том, чтобы мне идти в одиночку в кинотеатр, потому и желаю пригласить хоть кого-нибудь посмотреть вместе со мной. Однако, хотелось хоть кого-нибудь, а решила именно тебя первым пригласить, впрочем, больше и некого, но, пожалуй, опустим этот факт, - какие же всё-таки искусные комплименты, будь руки у автора свободны от написания сего, то он бы сейчас стоя аплодировал. Подобное искусство красивых благодарностей и комплиментов действительно поражает собой, как люди умело вертят словами, обращая даже некоторые оскорбительные фразы в нечто, что восхваляет собеседника, неясно лишь откуда они такому учатся и отчего зависит их умение. -Отказаться было бы слишком грубо, да и полагаю явка на это событие добровольно-принудительная? –На слова Виктора Савина слегка усмехнулась и кивнула. Под подобные беседы они прошли ещё не одну сотню метров, пока не решили присесть на одну из располагавшихся лавочек рядом, поскольку такой непростой путь, от самого вагона поезда в метро до именно этой полянки, занимает достаточно много сил. Это была поистине прекрасного вида поляна: окружена леса, так что она немного, но отстранена от людей и находиться здесь – одно удовольствие, также было прекрасное освещение солнцем, которое жарило, нет, вернее пекло с такой невероятной силой, что если сейчас на дорожку из брусчатки, по которой герои шли, разбить яйцо и вылить желток, то практически в момент будет готова яичница, правда чёрт его знает насколько она пригодна в пищу и чёрт знает на кой ляд было упомянуто вовсе. Герои наши решили расположиться несколько поодаль от выхода к тропинке, чтобы даже людей мимолётом не видеть и провести небольшую передышку в отстранении. -Как ты считаешь, такая погода хороша? Я вот её очень люблю, в отличии от снегопадов и дождей, – ради обыкновенного приличия, чтобы не молчать, решил поинтересоваться Виктор. -Я же, однако не соглашусь с тобой, - резко возразила Савина. Это даже порадовало Виктор, что она не чурается высказывать своё мнение, видно уже и без того неплохая работа над её социализацией проведена, но Виктор того попросту не приметил. –Мне более предпочтительна как раз-таки дождливая погода, а насчёт снегопадов я абсолютно соглашусь с тобой. Жара она не так уж и плоха на самом деле, но всё же не сильно мне она симпатизирует, кому-то она может нравится, а кому может и не нравится, вполне логично, я полагаю, - когда она общается, не стесняясь совсем ничего, то она кажется действительно тем человеком, что совершенно уверен в себе и в том, что говорит. Взгляд Виктора места себе найти не мог и бегал туда-сюда, пока не остановился на руках подруги. Сегодня ведь он как раз рассуждал сам с собой о ценности рук. -Савина, сражу прошу прощения, если для тебя эта тема для тебя слишком личная, но я не собираюсь расспрашивать против твоей воли о причине, всё что хочу сказать – будь аккуратнее со своими руками, прошу. Я ведь знаю насколько они у тебя талантливы, ведь потому и прошу, негоже если руки твои будут в таком состоянии. Ещё раз прошу, будь с ними аккуратнее, нет более на свете таких прекрасных и талантливых рук, хорошо? Ответа Савина долго не давала, а лицо её и вовсе побледнело, взгляд помрачнел, в глазах виделся ужас. Виктору вовсе неизвестны те зверства, что творят её родители дома, но даже ему стало понятно о том, насколько неприятна эта тема девушке. –Хорошо, - всё, что сказала она с небольшой улыбкой, отображающей радость, будто она и ждала чего-то подобного, что подтолкнуло бы её больше заботиться о себе. Эмоции девушек вовсе не ясны мужскому полу, вы, женщины – настоящая загадка без решения. Никогда не понять нам о чём думаете вы, чем живёте и чем дышите, пока сами всё в мельчайших подробностях нам не опишите, но и так сохраняется вероятность, что мы ни черта не поймём. Лёжа средь травы, два молодых создания под палящим солнцем мило переглядывались друг с другом. Кто о чём думал – полнейшая загадка, можно было лишь догадываться по выражениям их лиц, например, Савина изредка неловко отводила взгляд от своего друга о чём-то шепча, а Виктор лишь с той улыбкой, какая обычно бывает у родителей, когда они смотрят на то, как их чадо добивается чего-то, что достойно их гордости, не отрывая глаз смотрел на лицо подруги, кое считал божественным посланием ему с небес, пускай и вовсе не верит ни в какие сверхъестественные силы, однако, уже почти готов уверовать, ведь только из рая мог взяться человек с такой ангельской внешностью. Подумать только, насколько же они изменились за всё это время. Виктор действительно благодарен Савине за то, что она тогда не посчитала его сумасшедшим и не убежала прочь в тот самый октябрьский день, а Савина в свою очередь благодарна, что он вовсе решил с ней заговорить и ей действительно стыдно, что сначала хотела его проигнорировать. Видно подумав об одном и том же и поняв это, они переглянулись и усмехнулись. «Спасибо, Савина», - подумал в голове Виктор, прикрыв глаза. «Спасибо, Витя», - в свою очередь подумала Савина, улыбнувшись.