Спасти и сохранить

Ах эта чудная школьная пора, верно? Каждый наверняка хотел бы в неё вернуться, вновь почувствовать эту беззаботность и удовольствие от выходных, лёгкость в жизни, неимение каких-либо проблем. А теперь всех дорогих читателей я попрошу забыть обо всём этом. Всё вышеперечисленное – искаженное представление о вашей школьной жизни. Несомненно, проблемы школьника не сумеют сравниться с проблемами взрослого человека, но всё соответствует возрасту. Одной, наверное, из самых главных проблем является ссора с близким товарищем. Что бы не происходило с вами, как бы сильно вы не дружили, а разногласия, что приведут к взаимной обиде, всегда остаются, даже если вы помогаете человеку в его социализации. То был не совсем обыкновенный день. С на удивление плохим настроением Виктор шагал в школу: ноги его еле-еле плелись, руки похолодели, лоб вспотел, а глаза застыли в недовольном положении. Погода дню лишь потакает своими тёмными дождливыми облаками и холодным ветром. Отвратительная погода, отвратительный день, отвратительное настроение – составляющее этого, казалось бы, очередного учебного дня. Такое ощущение вовсе создалось, что сейчас облака развернуться и пойдёт дождь. Но всё это было лишь цветочками по сравнению с контрольной работой по физике в школе, которая предстояла, собственно от неё и было столь ужасно. Даже на первом самом этаже царила суровая атмосфера среди всех учеников того же года обучения, что и герой. Видно день отвратный сегодня не только у героя. Однако даже не глядя на явную неприязнь к тому, что произойдёт, герой наш готов проявить смекалку, хитрость и скрытность, чтобы написать всё, что необходимо. План злобного гения созрел в голове нашего невзрачного Виктора, ещё немного и его неудержимое чувство чёрной гордости за себя вырвется наружу в виде танца злобного гения, но подавать вида нельзя, ведь как говорит старая поговорка: «Учительница физики всегда чувствует уверенность и будет пытаться сломить её», потому эмоции необходимо подавлять. Но так или иначе Виктор ни глядя ни на что собирается следовать своему плану, чтобы написать эту сложную проверочную работу по физике на не самый худший балл, вот на что рассчитывает герой. Ситуация в классе однако же не была настолько однотонная, какой её представлял себе герой: хулиганы, сбившись в две небольшие группы громко смеялись на весь класс над всякой бессмысленной и абсолютно идиотской чертовщиной, впрочем, как и всегда, их будто бы совершенно не волновало испытание сегодняшнее, немного поодаль вразнобой сидели одноклассницы и одноклассницы, что уже как раз были обеспокоены надвигающейся бурей, они рьяно повторяли всё что могли, держа в руках учебник по физике, а также была небольшая группа из всего лишь трёх людей: Яна, Катя и… Савина. Да, спустя небольшое время после тех самых слов Виктора о необходимости завести друзей Савина пусть и с невероятным трудом, но пошла и познакомилась с ними. Девчонки оказались вовсе не такими, какими их себе представляла героиня. У них оказалось действительно много общего и быстро они стали одной монолитной компанией. Видение результата долгого периода общения с ней и попыток наладить её социальную жизнь очень радовало Виктора, где-то глубоко в душе он даже пустил скупую мужскую слезу. Но одновременно с этим невероятными темпами пошло её развитие уверенности в себе и даже несколько наглости, что сегодня и сыграет свою роль. Первыми двумя уроками шли самые обычные русский язык и алгебра. Не самое приятное начало дня и далеко не самое приятное продолжение в виде важной контрольной работы по физике. Стоит верно упомянуть, что Виктор – совершенный гуманитарий. Все науки, что хоть как-то завязаны на цифрах – слабость героя, сродни дня чёрного солнца для народа огня, но как только дело начинает касаться гуманитарных наук, в частности истории и литературы, так словно начинается лето. Каждый миг Виктор переживал насчёт своего плана, но всё же в глубине души был явно уверен, что всё должно пойти, как он и рассчитывает. Покуда идут несильно интересные нам моменты, давайте отвлечёмся на подробное описание плана Виктора и так нечего делать, хоть займёмся чем-нибудь более-менее полезным: Виктор отлично знает их учительницу физики, которую не просто так зовут «глухо-слепая кашелка». Все не только уверены, но и на практике знают, что даже если сидя на первой парте нагло достать учебник и списывать с него, то она ничего и не заподозрит. Но, Виктор, не доверяющий всем подобным слухам, решил на всякий случай перестраховаться и сесть в середине третьего ряда, где учительница точно никак не сумеет заметить за списыванием нашего героя. План был донельзя прост: сесть, затаить учебник у ножки стула, где его не будет видно, а потом, прикрываясь за спиной товарища спереди, спокойно переписать правильные ответы, после чего в благодарность ещё и помочь этому самому другу впереди, которым будет выступать сегодня Борис. План прост в исполнении, но крайне эффективен. Навряд ли что-то с ним может пойти сегодня не так. И пусть насчёт плана Виктор был прав, он не может испортиться, то вот себя он не учёл, что может из-за какого-нибудь события потерять какую-либо мотивацию делать что-либо, вернее он о таком совершенно не думал, даже мельком этой мысли не было. Это стало критическим просчётом в плане его удовлетворённости результатом. День нагнетал обстановку всё сильнее: полил дождь, а небо только значительно сильнее затянулось чёрными тучами, уже бы никто не удивился бы даже если пошла бы сейчас разъярённая гроза. И вот, пока мы тут вели совсем небольшую беседу успел пролететь один урок, шла подготовка к математике. Виктор от нечего делать решился подойти и включится в беседу с Савиной. Юноша сам по себе был неплохой составляющей беседы этих девчонок, так что ничего бы плохо не было реши он так внедриться в их разговор. Они уже как раз сидели, беседуя о чём-то. -И вот тогда он… - вдруг запнулась Савина, увидев подошедшего Виктора, замялась и замолчала, будто разговаривала тут о чём-то, что явно не понравилось бы юноше. -О чём беседуем? –поинтересовался Виктор, присаживаясь к девчонкам. -Беседуем о ваших с Борей отношениях, - вдруг с несколько похотливым выражением лица сказала Яна. Сама девочка Яна не была сильно красива собою: худее всех в классе, совершенно неспортивная и далеко не самая привлекательная, но при этом действительно самая умная в точных науках, как алгебра, геометрия, физика ну и им подобные. Её улыбка, преисполненная звенящей пошлостью, была также далеко не самая приятная из-за её неприятных потрескавшихся губ и в принципе худого лица, что не по духу ни Виктору, ни вашему достопочтенному автору. Хотя всё же будет невероятно грубым не заметить, что даже так её очень ценят, ведь главное, что человек она замечательный. Виктора подобный ответ смутил. Он сколько себя помнит, никогда не проявлял подобных наклонностей в ориентации. Пожалуй, автор удержит себя ото всяческих нелицеприятных выражений, потому скажем просто: он не по мальчикам, а по девочкам и исключения здесь быть не может. И когда Виктора обвиняют в том, что он один из таких, то это начинает его достаточно сильно раздражать и выводить из себя. Не то, чтобы он был против людей нетрадиционных ориентаций, он был к ним того же отношения, что и к любым другим людям, но терпеть того, что его относят к ним – неприемлемо. –Я не совсем понимаю, ничего ведь такого и нет между нами, - выражая непонимание всем своим лицом, возразил Виктор. -Можешь не скрывать, всё мы это знаем, - скромно вставила своё словцо Катя. Эта девочка была более приятна внешностью, но не столько характером, хотя так думает лишь автор, Виктор же и какие-либо другие люди могут посчитать её личность крайне привлекательной. Выглядит она, как самая обычная девочка с приятными чертами лица, но по характеру она ещё та плакса. Ей палец в рот не клади – лишь дай причину, и она сразу же заплачет и не важен ей свой же собственный возраст. В том видел беспредельную красоту Виктор, однако автор никак уж не может разделить его со своим же собственным героем. -Прошу, не говорите так, совершенно неприятно слушать настолько наглое враньё про себя, - Виктор пытался обрубить это всё на корню, но видно девушки уже вошли в кураж со своими грязными похабными мыслями и их уж не остановить, как не пытайся. -Он просто из тех, кто пассивно себя ведёт, вот и пытается скрыть, - будто бы намеренно прошептала Яна с такой громкостью, что Виктор спокойно мог всё услышать, не напрягая уши. На слова Яны Катя откликнулась кивками с неприятной улыбкой. -Я повторюсь: не надо так шутить, - уже более серьёзным тоном сказал Виктор, ещё немного и его мини ядерная бомба в голове взорвётся и девчонкам будет несдобровать. «А вообще какого такого чёрта они вдруг об это заговорили? Всегда были вроде бы адекватными и приятными в общении, а тут такая резкая перемена! В чём же может быть причина?» - в глазах Виктора отразилась Савина, смущённо опустившая голову. Она тяжело вдыхала и выдыхала, будто набираясь смелости сказать что-то. Что бы там ни было, но юноше стало очевидно, что причина – она. Зла он держать однозначно не собирался, если бы они просто прекратили, даже извинений он никаких не требовал, просто желал прекратить это, однако Яна и Катя не переставали шептаться друг с дружкой, украдкой поглядывая на Витю, сомневаться даже не было нужды в том, что продолжают они эту же самую тему. -Я просто прошу вас понять, что неприятно мне подобное… - и он бы продолжил, если бы не раздавшийся звонок на урок. Учитывая напористость девчонок в обсуждении этого, то они навряд ли прекратят, потому продолжить он точно сумеет. Несмотря на то, что он услышал лишь пару фраз из всего, что сказали девчонки, это сильно его задело. Виктор - человек обидчивый, его легко задеть, и он долго терпеть не будет. Однако уже осадок на душе остался. Виктор на самом деле не понимал с чего это его вообще считают одним из таких? Это попросту грубо такое в лицо человеку говорить, тем более зная, что он любит именно женский пол. Если углубиться в вопрос, то действительно: что выступает причиной предположений о нетрадиционной ориентации Виктора? Выглядит он совершенно, как обычный парень его возраста, правда он в отличии от них несколько смугловат цветом кожи, но это же никак не может быть причиной! Волосы, лицо, очки, поведение, само тело и то, как одевается Виктор – всё, как у всех. Совершенно неясно – настоящая загадка. Да, иногда из его собственных уст выходят шутки насчёт нетрадиционной ориентации, но то, как было изначально шуткой, так ею и остаётся, а девчонки не так уж и глупы, чтобы сразу же поверить в их истинность, хотя, если люди хотят во что-то верить, то им и причины не нужны, ведь так? Неужели на бедного Виктора за просто так накинулись? И тем более кто же это начал! Сама Савина! От этого более неприятно герою на душе. Но где-то глубоко внутри он верит в тот факт, что это может быть недопонимание с его стороны и она точно также, как обычно и он, пошутила про него и влюблённость в других мальчиков, а девочки, считая Савину всезнайкой по части Виктора, приняли шутку за чистую монету. «Лишь бы оно оказалось именно таковым» - молился внутри юноша. Учительница математики дала классу задание, а сама удалилась невесть куда. На удивление тишина сохранилась мёртвая, ни единого писка, лишь один из одноклассников, что простудился, изредка покашливал. Единственным постоянным звуком, оставшимся в кабинете, были настенные часы, тикающие без остановки, это несколько ухудшало моральное состояние Виктора, ведь это в сочетании с сильным дождём ослабевало юношу. Вскоре прозвенел звонок с урока, на удивление быстро. Впереди ждал тот самый урок, что и ждал Виктор весь день, по той причине, что он самый сложный и пережить его поскорее будет настоящим благословением. Ключевым словом стоит выделить: «Пережить». Стоит расслабится и получить плохую оценку, как возможности её исправить не будет, и она будет бесповоротно ухудшена или вовсе на самое дно забита. Что же, Виктор, вновь не знающий, чем бы заняться до урока и осуществления своего плана, подошёл к компании девчонок. Несмотря на небольшое недовольство героя Яной и Катей их компания всё ещё остаётся очень приятной, но кто же знал, что это мнение будет вмиг убито их действиями. После всего того, что на прошлой перемене им высказал Виктор они никак не могли угомониться, а что ещё более страшное – Савина, набравшись смелости, подключилась к этому делу. Из их уст лились самые ужасные слова и фантазии о которых Виктор в жизни своей и подумать не мог. Почему он недовольный попросту не ушёл? Он был невероятно поражен тем фактом, что Савина всё же не просто пошутила, а была самой, что ни на есть зачинщицей всего этого действия. Виктора настолько сильно поразил этот факт, что он ни то, что сдвинуться, он и говорить-то не мог. И было бы так ещё долго, может быть и весь день, если бы он не собрал всё своё раздражение в кулак, пусть он и не собирался их бить, он наконец вставил своё слово: -Довольно! Я не из таких, хватит этой лжи! – с неподдельной обидой и долей злости уверенным тоном проговорил Виктор, вероятно первый раз за последние несколько лет, когда он был вынужден так агрессивно реагировать на своих же друзей. -Да что тебе не нравится? Мы же просто шутим! –Возразила тут же Савина. -А я говорю вам, что мне неприятны такие шутки про меня! -Если не нравится – проваливай и не слушай нас больше! – такому резкому предложению Виктор был несомненно поражен, что какая-то там возможность шутить и выставлять юношу в не лучшем свете для неё важнее, чем сам друг и при чём какой друг! Виктор, в котором рвала и метала целая буря эмоций, разозлённый этим ещё больше действительно развернулся и ушёл прочь от них, вернувшись за свою парту. –К чёрту вас, дуры! –напоследок сказал он. Ситуация, когда ссорятся друзья – поистине ужасна, ведь не должно быть так на свете, чтобы люди, связанные столь крепкими узами дружбы, пытались их разрывать из-за каких-то глупостей, вроде той, что была описана. Но, что главное – никогда нет одного виновного, виноваты всегда оба. Если бы они на самом деле прекратили, то ничего не было бы, но и если бы он имел больше самоиронии, то не посылал бы их по итогу к чёрту. И кто же теперь знает, удастся ли им помириться после такой нелепой ситуации? Было бы на самом деле крайне нехорошо, если бы они больше никогда и не думали бы о восстановлении общения хоть когда-нибудь. Теперь, когда моральный дух Виктора окончательно упал, он был в абсолютном не настроении активно работать на уроке. Он еле как выполнил свой план, завершив контрольную работу настолько позже, насколько и не предполагал, он даже не смог помочь Борису, банально времени не хватило на всё это дело. Виктор на протяжении урока еле-еле ручку удерживал в руках, внутри его раздирала боль от тех слов, произнесённых Савиной. Он чувствовал себя как отец, которого собственная дочь послала на три весёлых буквы самым грубым образом. Неизвестно каким образом Разин сумел скрыть слёзы, как он ни единой не пролил, известно точно, что было это невероятно сложно. Виктор совершенно поник к концу урока, хотя первые пять минут он было в гневе. В его голове проносились одна за другой мысли: «Да лучше бы я тогда с ней вообще не начинал дружить, а просто бы бросил её на произвол судьбы!», «Да сдалась она мне такая, «благодарная», но чем дальше он думал, тем более рациональным его мышление становилось вновь и уже спустя всего каких-то минуты две он стал испытывать невероятный стыд за слова, что посмел он произнести, пусть и только в своей голове. Неважно, поссорились они или нет, она всё ещё остаётся тем самым человеком, что привлёк его внешне и внутренне, он просто не мог позволить себе говорить такие оскорбления в её адрес. Но всё же, Виктор никак не понимал: «Почему же она так ответила? Может ли быть оттого, что я сам грубо начал? Впрочем, я до этого очень вежливо просил о том, чтобы прекращали, но может быть им что-то показалось оскорбительным, да настолько, что они решили продолжить, так ещё и с Савиной?» Будь сейчас Виктор в одиночестве, так он бы и вовсе расплакался, как маленькая девочка. Он этого никогда не показывает на людях и никому не рассказывает, но он действительно очень ранимый и любитель пустить слезу после хоть сколько-нибудь неприятного слова, а сейчас это слово мало того, что было, так ещё и было-то от человека, которого он безмерно ценил. Ему хотелось на уроке ни один раз отпросится в туалет и тихо поплакать там, где его бы никто не увидел. Виктор может и действительно не самый приятный человек, да и далёк от понятия идеального собеседника, но он всегда искренен, не прячет чувств, за исключением его плаксивости конечно же, он не старается обманывать, задевать души людей, делать им больно словами, но не стремится к этому, может и получается изредка, но, что точно можно сказать, так это, что он не намерен был того делать. И всё же для него может быть навечно останется открытым вопрос – почему же Савина ему так нагрубила? Мысли у него самые разные насчёт этого и конечно он склоняется к тому, что из-за того, что сам он начал далеко не вежливо. Весь абсолютно оставшийся день, что в школе, что дома, он не был ни весел, ни счастлив, он был сегодня совершенно никакой. Лицо Виктора источало исключительно печаль и ничего другого: опушенные брови, уставший взгляд всегда направленный куда-то вниз, немного красные глаза (таковыми стали после возвращения домой), опустившиеся уголки рта и просто его аура источала депрессивные нотки. Для него ссора со столь близким человеком сродни крупной катастрофе где-нибудь в крупном городе в которую попал он сам, вернее хотел бы сейчас попасть, лишь бы избавиться от тех чувств и эмоций, сдавливающих его сердце, перехватывающих дыхание. День его кончился совершенно никак: он ни ел, ни пил, ни читал, ни гладил даже собственного кота, коего так сильно любил, что души в нём не чаял, пусть тот даже и лежал под боком у Виктора. Не было сделано даже то же самое домашнее задание, не был собран на завтрашний учебный день рюкзак. Разин в принципе всерьёз подумывал о том, чтобы полностью проигнорировать завтрашний день и остаться дома, обдумывая всё произошедшее ещё сотни и сотни раз без единой передышки. Так, находясь в сильном подавленном состоянии, не чувствуя более стремления и смысла жить в таком мире, где нет её, он уснул. Было бы нехорошо, не проясни автор ситуацию и с другой стороны, верно? Потому предлагаю вам прочитать, как ссора выглядела по мнению Савины. Она всерьёз считала Виктора виноватым в том, что они разругались, только первые десять минут, после чего уже стала винить себя, видите ли всё же и она не так, как следует ответила ему, тем более он и до этого уже просил вежливо закончить. Из-за этой казусной ситуации контрольная работа для Савины прошла немного в более отвратном виде, чем у юноши. Сердце Савины сдавливала боль и горечь от ссоры, ей было совершенно неприятно осознавать, что всё-таки это произошло и мнение Виктора о ней могло настолько сильно упасть, что он больше никогда в жизни своей не захочет её видеть и слышать. Савина с превеликим трудом водила ручкой по листу тетради. Её мысли совсем не могли сконцентрироваться на этой важной работе, она отдала приоритет анализу ситуации. Так как Савина сидела несколькими партами позади героя, ей не пришлось сдерживать себя в слезах, пусть она и не заревела на весь класс, а попросту тихо лила одну слезу за другой, никто этого не услышал, никому до этого не было и дела, никому не было дела и до неё самой. В голове таилась отвратительная мысль, хотя это скорее предположение, что теперь, когда она потеряла хорошее отношение Виктора к себе, то более никогда не найдёт себе того, с кем можно будет настолько приятно пообщаться, да и ей было известно, что он действительно неравнодушен к ней, собственно, как и она к нему. И если его эмоции до конца не были известны героини, то свои она могла точно понять: она невероятно сильно ценит Виктора, как первого и самого близкого друга. Только он пришёл к ней на помощь в один самых тяжелых моментов в жизни, именно он стал тем, кого Савина хотела бы видеть рядом всегда. Но теперь, после ссоры она, по сравнению с героем, испытывала куда большее чувство стыда, ведь она не только резко отвергла слова Виктора, так ещё и сама начала весь этот конфликт: Она мирно сидела с девчонками из компании: Яной и Катей, ведя спокойную беседу, обсуждая то сё, не задерживаясь на какой-либо вещи дольше пяти минут. Они веселились, негромко смеялись и были в душе глубоко признательны друг дружке за то, что они просто есть. А тут внезапно они начали обсуждать отношения в классе, Савина и понять не успела, как Яна и Катя стали обсуждать тех, кто вероятнее всего мог быть в отношениях с кем-то другим из нашего класса. -Ты не замечала, что Буйнов часто слишком поглядывает на Косынину? Явно ведь что-то думает о ней такого взрослого! –словно змея хитро прошептала Катя. -Так оно и есть! Тут и думать-то нечего! Буйнов с Косыниной, Стеклянин с Дубовой, а… -хотела было продолжить свой предполагаемый список, как её перебила Савина. -А Разин с Жуковым, - в шутку, чтобы поддержать беседу высказала Савина. Она не была такой же натуры, как девчонки, с удовольствием заниматься рассуждением кто с кем и когда там что делал, ей было это не по духу, но она совершенно не желала, чтобы её новые подруги прогоняли её из своей компании за то, что она совершенно не разделяет с ними их интересы. Это в конце концов первый её опыт общения с кем-нибудь, кто не Виктор, так ещё и продолжительностью более нескольких минут, ей было совершенно неизвестно как правильно вести себя в разговоре, как на неё из-за каких-нибудь слов отреагировать и всё тому подобное. Она действительно и не думала, что такая глупая шутка может повлечь за собой то, что её воспримут за чистую правду и начнут этим ещё и самого Виктора терроризировать. Когда сам Витя подошёл с ними вновь побеседовать на какие-либо темы, то лицо Савины вспыхнуло румянцем, и она поникла головою, предчувствуя всё то, что могут сейчас наговорить девчонки, которые, поскольку им никто не говорил ничего отрицательного насчёт этой шутки, накрепко уверили себя в истинности этих слов и даже когда Виктор стал самостоятельно опровергать это и вежливо просить их перестать они ему не поверили и здесь Савина почувствовала себя виноватой, она слышала насколько ему неприятно было это слышать про себя, но всё равно молчала, не поддержала его и весь урок алгебры она думала: «Правильно ли я поступила?» Её стыд немного ушёл, когда она вновь побеседовала с девчонками, она всё же решила занять их позицию, поскольку боялась сильно потерять их из-за того, что не согласится с ними и станет защищать объект нападок. «Да и не будет же ведь так злиться Виктор от этого, верно?» - Савина вовсе не понимала, что и какие действия могут за собой повлечь какие-либо последствия. Когда девчонки вновь стали при Викторе рассуждать про его нетрадиционную ориентацию, Савина пусть и чувствовала себя немного смущённой, но поддержала их, она тоже стала немного подшучивать. Однако всё пошло совсем не так, как она полагала: Виктор крайне быстро перешёл на жесткий тон. Савина почувствовала неловкость, появившуюся у Яны и Кати, но сама она желала показаться им в ещё более ярком свету, потому в ответ огрызнулась на слова друга и в итоге потеряла этого самого друга, по крайней мере она и предполагать не смела, что они вновь возобновят общение, она думала, что после всего сказанного Витя больше и видеть её не захочет. Оставшийся день после школы у Савины прошёл совершенно ужасно, она чувствовала себя самым ужасным человеком, хуже человека 1933. Ничего у неё не ладилось, ничего не могла сделать как необходимо, руки с трудом огромным сжимали что-либо, не было сил ничего держать. Сообщив родителям, что чувствует себя ужасно, она удалилась в свою комнату. Она плотно закрыла дверь, зашторила окна, погасила весь свет, устало легла в кровать и, почувствовав наконец себя расслаблено, слёзы хлынули из её глаз. Тихое одинокое хныканье раздавалось по всей комнате, изредка шмыганье носом. Савина честно хотела сдерживаться, но чем больше старалась, тем хуже ей становилось, она уткнулась носом в подушку, зарыдав с новой силой. Она так сильно жалась к подушке, будто хотела саму себя задушить, впрочем, не сказать, что у неё не было совершенно таких мыслей. Голова её была полна всеми воспоминаниями о Викторе и о том, что он успел сделать для неё, она вспоминала о том: как Виктор впервые заговорил с ней, как решился и подошёл ещё раз, как взял под своё крыло от хулиганов, пусть и сам получал, как в конце концов назвал её руки прекрасными. Все её мысли действовали только, ухудшая её состояние. Она плакала и вертелась в кровати более часу, покуда не была выжата окончательно, как лимон. Голова её была пуста, но даже так невероятно сильно болела, подушка чуть ли не насквозь промокла в слезах Савины. Сегодня она ложилась спать с душой, полной ненависти к самой себе. На следующий и последующий день никто из них не пришёл. Они чувствовали себя слишком нехорошо после этого, не могли и встать, не могли и рукой пошевелить, их души были истощены, а вместе с ними и тела. Но рано или поздно грядёт день примирения, и они вернуться в своё обычное состояние.