всё, что я хотел, было так близко

2 года спустя.

                    — Goodbye! Have a nice day!       — Thank you! Have a nice day too! — Арсений улыбается миловидным стюардессам в синих юбках и шагает дальше по рукаву.       — Thank you, goodbye! — следом за ним из самолёта выходит Антон.       — Блин, Питер такой милый — встречает солнышком.       — Агааа.       Они на удивление быстро проходят паспортный контроль и, когда подходят к ленте багажа, их чемоданы уже ждут их.       Арсений забирает с ленты свой большой и бирюзовый в наклейках, и улыбается немного забытому, но всё ещё родному Пулково.       — Поз уже ждёт, — поднимая голову от телефона, говорит Антон. Он удобнее перехватывает ручку своего ярко-жёлтого чемодана и убирает телефон в карман.       — Хорошо, — кивает Арс.       Они выходят в зал, осматривают встречающих и оба улыбаются, смотря на Диму с табличкой «Шастуны».       — А чё не Поповы? — Арсений протягивает ему ладонь и Дима обнимает его.       — Мне показалось, что твоему имени больше подойдёт Антохина фамилия, — Дима похлопывает его по плечу и отстраняется, — ты только представь — известный бренд-дизайнер Арсений Шастун… звучит же!       — Звучит, звучит, — всё так же лучезарно улыбаясь, кивает Антон и тоже обнимает Диму.       — Как долетели?       — Да всё хорошо.       — Отлично, поехали, вас там заждались уже все.              Они едут по родным улочкам и Арсений высовывает лицо в окно, довольно жмурясь от питерского солнца. Они не были в Питере полгода. Он скучал.       Антон оборачивается к нему с переднего сиденья, ловит его взгляд, просто улыбается, ничего не говоря и отворачивается обратно. Арс знает — он тоже скучал.

***

             Арсений выходит из душа, на ходу надевает свежую футболку, заходит в их комнату и снова улыбается — Антон лежит на диване, рассматривая плакаты на стене.       — Ты чего тут?       — А? Да так, — Антон поворачивается к нему, — думаю, надо их всё же, наконец-то снять.       — Уверен?       — Ну да, они вон выцвели все окончательно.       — И бесповоротно?       — И бесповоротно. Иди сюда?       — Я думал, мы после душа сразу стартуем к ребятам.       — Стартуем, но давай полежим немного.       Арсений ложится рядом, обнимает Антона, притягивая его к себе, прижимается щекой к его лопатке и поглаживает ладонью Антону живот. Антон ловит его ладонь своей и переплетает их пальцы. Арсений оглядывает комнату, которая видела так много, в которой, по сути, всё началось. Арсений вспоминает тот самый первый вечер у Антона. Вспоминает, как он отчего-то волновался, как он сделал несколько глубоких вдохов, прежде, чем нажать на дверной звонок. Сейчас Арсений думает, что волновался он тогда, кажется, не просто потому что ему нужно было как-то работать с Антоном Шастуном, с которым они почти не контачили эти полтора года, а потому что Антон ему понравился сразу. Ещё тогда, когда он впервые увидел Антона на школьных ступеньках. В футболке с котом и надписью «hug life», потёртых Вансах и кучей колец на пальцах.              — Привет, ты Антон?       — Да. А ты Арсений?       — Да, пошли, покажу, покажу тебе тут всё.              Арсений тогда был не очень воодушевлён просьбой Марины Леонидовны провести экскурсию по школе их новому однокласснику, у него было много и своих дел, но отказать ей он не мог. Но, проведя с Антоном полтора часа, он уже не жалел о том, что забил на свои дела и согласился.       Это не была никакая любовь с первого взгляда, нет. И даже не симпатия. Антон понравился ему как человек. Такой прикольный, лёгкий, располагающий к себе. Он тогда даже подумал, что можно попробовать пригласить его в их компанию, но Антон стал общаться с Зинченко и Журавлёвым, и Арсений как-то… расстроился. Он предпринимал ещё несколько попыток к Антону приблизиться, но тот был не особо настроен с ним общаться.       Он вспоминает, как на Антона иногда поглядывал, убеждаясь, что в нём гораздо больше того, что он показывает. Антон всегда был ему интересен.       Он вспоминает тот урок физики, когда Воля объявил о конкурсе. Помнит, как он запаниковал. Он как-то не был готов. Морозился, как дурак. А Антон уже тогда принял его.       Он вспоминает, как с каждым днём Антон всё больше и больше раскапывал его сердце, аккуратно забирая в свои ладони.       Он вспоминает, как он сдался. Просто сдался Антону и будь, что будет.       И в итоге было, и будет многое.              После отъезда Арса в позапрошлом августе они были на связи каждый день — сообщения, Фэйстаймы, звонки. Они делились всем: рассказами об универе и одногруппниках, работе и коллегах, заваливали друг друга фотками, Арсений проводил видео-экскурсии по Лахти. Арсений, как и обещал, приезжал в выходные каждые пару недель, а потом приехал на все первые каникулы. Новый Год они тоже встретили вместе — у Антона дома, в компании Димы, Кати, Серёжи, Оксаны, Марины и Жени. Было очень тепло и по-семейному. Пасхальные каникулы Арс тоже провёл с Антоном. А на майские праздники приехал Антон и они гуляли по Хельсинки, впервые взявшись за руки на публике, Антон сказал тогда «я не верю, что можно».       Он вспоминает, как, когда Антона не было рядом, ему постоянно не хватало тепла. Тепла именно Антона. Чтобы он подошёл и обнял, крепко прижал к себе, погладил лопатки, поясницу, поцеловал в шею. Не хватало его поцелуев. Не хватало секса с ним. Вообще всего его не хватало.       Иногда Арсений злился — почему судьба такая мразь? Зачем она свела их, чтобы потом разделить? Зачем вообще существовал этот ебучий конкурс по физике? Почему Воля поставил в пару именно их? Почему Арсений влюбился тогда, когда вообще не собирался это делать?       Однажды он поделился этими мыслями со своим приятелем Максом, на что тот сказал, что вообще не понимает этого прикола отношений на расстоянии, не понимает, почему Арс не может найти себе кого-то тут, рядом, а не через чёртов Финский залив. Арсений оскорбился до глубины души и больше с Максом не разговаривал.       Арсу очень нравился его универ, в нём действительно интересно и классно, он подружился со многими ребятами, и он бы без раздумий назвал себя счастливым человеком, если бы самая главная составляющая его счастья не была в трёхстах километрах от него. Поэтому он с нетерпением ждал лета. Его универские приятели предлагали ему вместе с ними поехать в трип по Финляндии, но какая вообще может быть Финляндия, когда в Питере его ждал Антон. И они вместе ждали результатов его экзаменов.       Он вспоминает, как Антон сказал простое «я поступил». И они оба смогли нормально дышать.       В июле Антон взял отпуск и они поехали в Воронеж, в гости к Илье и его девушке, потом поехали в Петрозаводск, провели несколько дней на Ладоге и вернулись в Питер, в квартиру Антона. Вера Александровна была совершенно не против, наоборот, была рада, что парни вместе и что у них всё получается. Антон вернулся на работу, а в свободное время бегал между уроками английского, финского, который начал изучать зимой, и сборами документов для визы, а Арсений устроился в фирму к своему отцу на неполный день, чтобы подкопить побольше денег к новому учебному году.       А в августе, перед самым их отъездом Арсений рассказал обо всём отцу. Он даже почти не волновался — мнение папы не то, чтобы что-то изменило бы, просто хотелось, чтоб он знал. Арсений просто пришёл и сказал «ты знаешь, мы с Антоном полтора года встречаемся». Он вспоминает звон упавшей на плиточный пол ложки, которую уронила мама. Вспоминает её прижатые к губам руки. Отец долго молчал, буравя его взглядом. Арсений глаза не прятал, смотрел прямо, вздёрнув подбородок вверх.              — Что ж, Арсений… Арс. Ты всегда был необычным мальчиком. Всегда и во всём. И как бы мы с матерью не старались тебя переделать, ты не отступал от своего. Надеюсь, сейчас ты доволен своей выбранной жизнью и тем, что в ней происходит.       — Доволен.       — Хорошо.              В первые дни приезда в Лахти Арсений знакомил Антона со своими универскими приятелями, довольно говоря «это Антон, мой парень», Антон смущённо-радостно улыбался и пожимал руки ребятам. Даже Максу — тот посмотрел на Антона буквально как жёлтая эмэндэмсинка на Санта Клауса в новогодней рекламе.       А в первые выходные сентября они поехали в Хельсинки на прайд-парад. Арсений оделся во всё чёрное, но Антон нарисовал ему радугу на щеке и себе нарисовал такую же.       Арсений вспоминает, как он просто не верил в происходящее, что он действительно там, что рядом Антон, который крепко держит его за руку. Антон, который изменил жизнь ради него, них, и Арсений никогда не сможет полностью выразить свою благодарность за это. Антон, который просто принимает его таким, какой он есть, со всеми нюансами.       Антон, который просто любит его.       Антон, которого он всецело любит в ответ.       Антон, с которым он хочет быть всю свою жизнь.       Обнимать, целовать, встречать с работы, путешествовать, танцевать, пить пиво на их балконе, валяться на полу, заплетать кудряшки в косички, готовить завтрак, гладить коленки, целовать бёдра, фотографировать, дарить цветы, завести собаку, держать за руку.       Арс вспоминает, как смотрел на Антона — тот глазами, полными восторга рассматривал людей рядом, Арсений крепче сжал его ладонь и Антон посмотрел на него в ответ. Улыбнулся, как всегда он улыбается Арсу, а потом остановился и посмотрел серьёзно. Арсений не успел ничего понять, как Антон положил ладонь ему на шею, притянул к себе и крепко поцеловал. Арс сразу же поцеловал в ответ, сжал талию Антона и закрыл глаза, чувствуя себя самым счастливым, наверно, за всю свою жизнь.       А в октябре Арсений впервые выложил их совместное с Антоном фото. Ничего особенного, просто одно из многих их сэлфи — Антон довольно улыбается, щуря от солнца глаза, а Арс, прикрыв глаза и умиротворённо улыбаясь, прижимается лбом к его виску.       Арсений не сделал никаких подписей и хэштэгов, лишь жёлтое сердечко, которое он называет банановым.       «Мы вас очень любим!» — первой оставила комментарий Марина. Дальше присоединился Дима и его «Вы такие классные))», и Серёжа с парой простых красных сердечек. Потом ребята из универа с «Вы крутые!», «Вы супер», «Молодцы! Счастья вам))», «Beautiful couple!)», «You’re sooo cute», и бывшие одноклассники, в основном, с «Огооо!» и «Да ладно?! Круто, поздравляю». И к удивлению Арса, даже Ира Кузнецова. «Рада за вас!». Сначала Арс подумал, «надеюсь, искренне», а потом — что ему, в общем-то, если честно, абсолютно всё равно. А через пару дней ему в личку написал Павел Алексеевич. «Хмм… а не я ли приложил руку к созданию такой прекрасной пары?)) А если серьёзно, ребята, очень рад за вас! Будьте счастливы!», и через несколько минут — «Жду приглашения на свадьбу!))»       Они с Антоном сняли недалеко от универа маленькую квартирку-студию у русской женщины Ольги. В ней поместились только матрас вместо кровати, шкаф, рабочая-обеденная барная стойка, два стула с цветными подушками на них, кресло-мешок, несколько кухонных шкафов, раковина и холодильник, да комод с периодически барахлящим маленьким телевизором на нём.       Арсений вспоминает вечер, когда они въехали, Антон носился между шкафом и комодом, пытаясь уместить всю их одежду, Арсений старался помочь, но в один момент просто сел на матрас, посмотрел на Антона, закусившего губу и сведущего брови, прикидывая, поместится ли на полку ещё одна Арсова толстовка, и почувствовал, как тёплой волной его накрывает счастье.       Он подвинулся ближе к Антону, поймал его за лодыжку и прижался лбом к его бедру.              — Ты чего?       — Ничего.              Он отпустил Антона, а тот улыбнулся и взлохматил его чёлку.       Антон, как всегда, понял его без слов.       К зиме они купили новые шторы, несколько цветов в разноцветных горшках, мягкий ковёр, новую посуду, гирлянду, которую повесили на стене над матрасом, между фотографиями.       Конечно, иногда было сложно, они оба уставали в универе, иногда проводя там почти весь день, оба старались учиться, чтобы получать стипендию. Иногда они встречались дома только вечером. Иногда они спорили и даже ругались.       Арсений вспоминает, как однажды они поругались из-за какой-то ерунды совсем, потом молча поужинали, молча помыли посуду, Арсений молча пошёл в душ, а Антон свернулся калачиком на постели, притянув к себе плюшевую акулу — да, её они взяли с собой из Питера, а позже купили ещё одну, Антон сказал — «ей тоже нужна пара». Арсений стоял под душем, закрыв глаза и позволяя воде просто стекать по телу, смывая прошедший день и ссору с Антоном, думал о том, что ему ругаться с Антоном совершенно абсолютно точно не нравится. Он уже собрался выключить воду, чтобы пойти с Антоном поговорить, но тут Антон зашёл к нему, мягко обнял со спины, просто прижался грудью к лопаткам, поцеловал в шею, подставляя своё лицо тёплым струям воды. Арсений сжал его ладони в своих.       — Я так тебя люблю.       — Я тебя тоже. Давай выйдем и поговорим нормально?       Антон кивнул и уткнулся лбом Арсу в плечо, и Арс подумал о том, что вся его усталость, все споры, все недовольства, все решения правильные и неправильные стоят их жизни здесь. И он будет дальше работать и стараться, чтобы обеспечить им комфортное будущее. Совместное, обязательно совместное, потому что иначе он просто не хочет. Дальше хочет только с Антоном.       На их вторую годовщину Арсений заказал им колечки — простые серебряные ободки с гравировкой «не случайно ты и я» внутри. Он сказал:              — Не обручальные… пока что.              Но Антон надел своё на правый безымянный. И Арсений надел тоже.       На Новый Год они купили себе билеты в Португалию и в мае они полетели в Лиссабон. Пару дней гуляли по столице, а потом поехали на Азорские острова. Они смотрели на прекрасных китов, проплывающих совсем рядом, Арсений даже пустил слезу, Антон смахнул её с щеки Арса и обнял его, прижимаясь виском к его макушке.       А в июне им написала Марина с приглашением на их с Женей свадьбу.       И вот сейчас, в последние выходные июля, они здесь — в Питере. Завтра они идут к ребятам на торжество, а сегодня — встречаются с Димой и Серёжей.       — Ну что, пойдём потихонечку?       — Да, пойдём, — Антон смотрит на часы, — за 20 минут успеем?       — Должны, — Арсений тянется к телефону и открывает Яндекс.Такси.       

***

             — Горько! Горько! Горько! — кричит Арсений вместе со всеми, смотря на счастливых Марину и Женю.       Раздаются аплодисменты, звенят бокалы, Арсений сжимает ладонь Антона в своей. Арсению очень нравится формат, который выбрали ребята — без всяких там выкупов невесты, колец на машине, хлеба-соли, дурацких конкурсов с перекатыванием мандаринов под одеждой, лишь роспись вдвоём, а вечером вечеринка с друзьями за городом. Арсений думает, что и свою свадьбу хотел бы такую же.       Ведущий приглашает всех на танцпол, Арсений оказывается первым в очереди на танец с невестой, Марина — сегодня по-особенному красивая, такая нежная и хрупкая, с мягкими кудряшками, в пышном белом платье, с влюблённым румянцем на щеках — улыбается и протягивает ему свою ладонь.       — Я так рад за вас, Марин, вы такие невероятные.       — Спасибо, Арс, — снова улыбается подруга и прижимается щекой к его груди, — ты бы знал, сколько мы выслушали за это время. В основном, конечно, что мы слишком торопимся, слишком рано, не о том думаем, слишком молоды для семьи и долго не продержимся.       — Серьёзно?!       — И я думала, ну охуеть просто! Вы же все знаете наши отношения лучше, куда уж нам! Моя тётя вообще сказала, что мы ребёнка сейчас не поднимем. И мы такие — эээ, то, что мы захотели пожениться не означает, что завтра мы родим ребёнка.       — Знаешь… процитирую одну песню, «they can say anything they want cause they don't know us»*, и пусть идут нахуй все те, кто имеет что-то против. Главное — что вы хотите и вы счастливы.       — Вот и я так думаю, — кивает Марина и крепко обнимает его.       Арсений обнимает её в ответ и находит глазами Антона — тот танцует с Оксаной и они о чём-то разговаривают, улыбаясь. Антон поднимает голову и встречает взгляд Арса. Мягко улыбается ему и Арсений улыбается в ответ.              Кое-что из традиций Марина с Женей всё же оставили, например, кидать букет и подвязку.       Женя кидает первым. Он подмигивает вышедшим парням, поворачивается спиной, подкидывает подвязку в воздух и… она летит прямо в руки Арсению. Он сжимает её пальцами, поворачивается к Антону, стоящему рядом и многозначительно поднимает брови. Антон хохочет, притягивает его к себе и целует в висок. А потом берёт его лицо в свои ладони, смотрит так серьёзно, что у Арса начинает гулко стучат о рёбра сердце.       — Я. Тебя. Очень сильно. Люблю.**       И Арсений ловит его губы своими.       

      

      все мысли об одном - что мы с тобой вдвоём, и лучше не будет сюжета***