Праздник Морских Фонарей

— Ты взяла надо мной верх сейчас, но мы ещё посмотрим, какой исход будет в следующий раз, Путешественница, — Чайлд смотрел на неё из-под маски с азартом, будучи уверенным, что встреча в золотой палате для них далеко не последняя. Однако, сражаться с девушкой он больше не хотел, боялся ненароком доставить непоправимый ущерб, ведь в бою он совсем теряет контроль над своими силами, как котёнок, который будучи взрослым большим котом, заигравшись, случайно может оставить царапины. — Я сделаю это столько раз, сколько шансов мне подвернётся, Тарталья, не сомневайся, — отчеканила Люмин, не задумываясь над смыслом диалога. Она безумно устала в битве с сильным соперником, а теперь ей нужно бежать дальше, раскрывая тайну смерти Моракса и исчезновения сердца бога.       Молодой Предвестник Фатуи и отважная Путешественница обменялись горящими взглядами и, ухмыльнувшись, разошлись в разные стороны, не представляя, сколько событий им придётся пережить в дальнейшем, пока с последней встречи в Банке Северной столицы не пройдет практически год, когда они снова увидят друг друга на Драконьем Хребте и проведут вместе долгую ночь около костра, бесконечно свободно болтая о своих приключениях и бок о бок сражаясь с мелкими хиличурлами, совершающими набеги на их укрытие.       В Ли Юэ снова наступила череда подготовки к Празднику морских фонарей. И без того яркий шумный торговый город-порт заиграл новыми красками различных одежд, наполнился бесконечным количеством людских голосов и вкусных запахов традиционных блюд. Спустя год обстановка в городе наконец сменилась, люди перестали шептаться, обсуждая давнишние происшествия, купцы наладили торговлю, а настроение простых горожан заметно изменилось в лучшую сторону. Теперь их безопасности ничто не угрожает.       В Постоялом дворе Ваншу дела шли также прекрасно. Хуай Ань с помощью искателей приключений смог полностью укрепить несчастную лестницу, которая то и дело норовила развалиться в самый неподходящий момент. Деревья перед зданием снова были украшены яркими фонарями, которые, как и в прошлый раз, оставила там Люмин. Когда она прибыла на постоялый двор, все приготовления уже подходили к концу, и помощь девушки почти не требовалась.       Главной целью её прибытия была встреча с хорошим старым другом, который не раз спасал её из сложных и опасных ситуаций, — адептом Сяо. Снова звать юношу в город она не планировала, но хотела устроить ему праздник и вновь попросить сопроводить её к Ли Юэ. Люмин помнила, что адепт не любит шум и многолюдность, поэтому приготовила несколько порций миндального тофу и, поднявшись на верхний этаж, поздравила близкого друга с Праздником фонарей, договорившись утром вместе отправиться в Ли Юэ.       Праздник предыдущего года, несмотря на обилие красок, огней и счастливых людей вокруг, отдавался вяжущей пустотой, ведь единственный самый близкий для неё человек пропал без вести. Спустя почти двенадцать месяцев её сердце наполнено спокойствием и теплотой, ведь прямо сейчас она прогуливается с сопровождении хорошего друга, пока Итэр заканчивает какие-то свои дела в Монштадте, а уже через несколько часов она спустя долгое время встретится со своим возлюбленным, об которого раньше была готова разве что заточить меч.       На рассказ девушки о её любовном избраннике Сяо громко хмыкает, в привычном жесте складывает руки на груди и уверенно отвечает: — Здесь нечем гордиться, Люмин. Я действительно удивлён, как такая потрясающая девушка, почётный рыцарь, могла связаться с этим… чудиком из Снежной, — он отводит взгляд в сторону города, задерживая внимание на многочисленных огоньках, но вскоре разворачивается к девушке, собираясь извиниться за непрошенное осуждение, но обнаруживает, что она в точности повторяет его позу. — Говоря честно, я сама не ожидала, что так получится. Но кто бы говорил, Сяо, тебе же нравится мой брат, — она широко улыбается, предвкушая реакцию адепта. — Он, кстати, должен приехать на постоялый двор через несколько дней. — Как ты?.. а, впрочем, неважно, — охотник на демонов опускает голову и, кажется, немного улыбается. — Умеешь же ты поставить собеседника на место. Надеюсь, ты будешь счастлива с ним.       Крепко обнявшись, друзья пожелали друг другу счастливого праздника и разошлись. У ворот Ли Юэ Путешественницу уже ждал молодой Предвестник Фатуи. Одарив девушку лучезарной улыбкой, он тепло обнял её и, взяв за руку, сквозь узкие торговые улочки повёл в забронированный домик, располагающийся на горе близ порта. — Уже успел обустроиться? — спрашивает Люмин, подмечая отсутствие чужих домов вокруг, большую кровать, засланную шелковой простыней цвета слоновой кости, и пару удобных подушек. На тумбочке рядом с кроватью в небольшой искусной вазе стоит букет цветов цинсинь, а рядом — крохотный сосуд с неизвестным содержимым. — Чжун Ли показал мне это место, — Чайлд выныривает откуда-то из глубин дома, держа в руках чашку ароматного мятного чая с долькой лимона. — Ты, должно быть, устала с дороги. Я нагрел воду, ты можешь сходить помыться. — Мне нужно будет поблагодарить его за столь хороший подарок, — девушка берёт чашку из рук Чайлда и отпивает немного, довольно щурясь от приятного горячего напитка. — Подарок? — он не успевает договорить, потому что Люмин ставит чай на столик и, вставая на носочки, за воротник пиджака притягивает к себе Аякса, накрывая его губы своими. Проходит минута, прежде чем Предвестник и Путешественница отстраняются друг от друга, тяжело дыша. — Так сильно соскучилась? — с довольной улыбкой спрашивает Чайлд, пока его уши своим красным свечением затмевают все огни Ли Юэ. — Красивый букет, — Люмин указывает взглядом в сторону тумбочки, — но самый красивый распустившийся цветок сейчас стоит прямо передо мной, — девушка снова тянется вверх, оставляя на губах возлюбленного лёгкий поцелуй. — О ч-чём ты говоришь, Люмин? — от этих слов Чайлд на мгновение теряется, но девушка интригующей интонацией быстро вырывает его из мыслей. — Я скажу тебе об этом позже, Аякс. Спасибо за чай. Должно быть, в Снежной его часто пьют? Очень вкусно! — девушка разговаривает с парнем уже на ходу, снимая запылившиеся от долгого пути элементы одежды: длинные перчатки с наручами, лёгкий платок и чулки. — Принесёшь мне полотенце? — Конечно, родная.       Тарталья относит Люмин полотенце, свою белую рубашку и возвращается в спальню, чтобы сложить её вещи и отнести завтра в местную прачечную. Он привёз ей несколько нарядов ручной работы: удобный брючный костюм, высокие кожаные сапоги, пару новых перчаток, босоножки на невысоком каблуке и лёгкий сарафан для прогулок в жаркую погоду. Позже он обязательно пригласит девушку прогуляться по торговым улочкам днём, чтобы она могла выбрать себе всё, что захочет — Чайлд обязательно купит ей это.       Он не раз представлял этот вечер с уверенностью в том, что придёт, увидит и победит, то есть будет самым галантным, сексуальным и уверенным в себе. Сейчас же в голове Аякса раз за разом прокручивается поцелуй Люмин. Он сильно взволнован. Эта уверенная сильная девушка давно успела затронуть сердце Предвестника и теперь из раза в раз продолжает удивлять его. До сегодняшнего дня они не виделись несколько месяцев: у каждого были свои срочные дела. Теперь же впереди долгие праздничные дни и остаётся лишь надеяться, что на Ли Юэ не свалится очередная беда. «Какая беда может неожиданно свалиться на Ли Юэ, если я уже здесь?» — звонко рассмеялся Чайлд и пересказал свои мысли вернувшейся в комнату Люмин. Путешественница тоже рассмеялась в голос, соглашаясь с тем, что главная беда уже сидит в городе и замышляет что-то коварное. Рубашка Чайлда выглядит на ней как необычное свободное короткое платье. Он задыхается от чувств, разглядывая Люмин, пока та не спеша направляется к нему. Наклоняясь совсем близко к лицу Тартальи и нежно обхватывая ладонями его лицо, девушка мурлычет ему прямо в губы: — С праздником фонарей, Аякс, — и целует. Страстно, глубоко, и всё же немного волнуясь. Она катастрофически сильно скучала по любовнику, с которым не имела возможности увидеться и выйти на связь, а сейчас он стремительно тает под её тёплыми руками. Чайлд отвечает ей с теми же чувствами, теряет равновесие, и они вдвоём падают на кровать. Люмин оказывается сверху и тут же поудобнее садится на бёдра парня, продолжая отрывисто целовать его. Губы обоих уже раскраснелись, припухли и начали немного саднить, поэтому путешественница отстраняется и спускается ниже, целуя подбородок, подрагивающую шею, ключицы, оставляя на светлой коже влажные дорожки. Тарталья закусывает нижнюю губу и шумно выдыхает, чувствуя накатывающее возбуждение. Пока Люмин была в душе, он успел переодеться, поэтому сейчас лежал перед ней в одних трусах-боксерах, через которые начало проступать небольшое влажное пятно. Девушка огладила его крепкую грудь, нарочно задевая подушечками пальцев горошины сосков, вызывая новые стоны. Чайлд достаточно худой, и при первом взгляде на него может показаться, что Одиннадцатый Предвестник Фатуи слабый, но его тело с юных лет закалено в боях и это хорошо видно, когда он остается без одежды. Люмин мягко оглаживает и целует каждый его шрам, который замечает. Опустившись к паху, девушка поднимает голову и встречается взглядом с Аяксом, который смотрит на неё с трепетом, любовью и возбуждением. — Можно мне?.. — Люмин слегка надавливает на возбужденный член и ожидает ответ, который не заставляет себя долго ждать. — Ах, Люмин, ты потрясающая, — негромко стонет Чайлд, не разрывая зрительный контакт. — Ты можешь делать всё, что захочешь, — он задумывается на секунду. — Делай всё, что захочешь. — Я хочу тебя, Аякс, — улыбается Люмин, замечая в свете лампы, как пылают щеки её партнёра. Она и сама была уже вся красная то ли из-за жары, то ли из-за возбуждения.       Чайлд помог девушке снять трусы и отбросил их куда-то на пол. Теперь он находится перед ней полностью без одежды, пока она всё ещё сидит на нём в его рубашке. Люмин ещё несколько секунд рассматривает красивое мужское тело, прежде чем продолжить. Она размазывает выступивший предэякулят сначала по головке, а затем и по всему стволу, осторожно двигая рукой вверх вниз и боясь сделать что-то не так. Одной рукой Чайлд кладет свою ладонь поверх руки девушки и направляет её, понимая чужую осторожность, а другой — притягивает Люмин к себе и целует её, бесстыдно настанывая прямо в губы. В такт движениям рук он начинает подаваться тазом вперед и чувствует, что разрядка совсем близко, но Люмин, заметив учащенное дыхание партнёра, убирает его руку, а своей несильно зажимает член у основания, вырывая из Чайлда громкий стон. Тарталья прогибается в пояснице и смотрит на девушку своими большими синими глазами, затуманенными пеленой возбуждения. Прильнув к его губам, Люмин, переждав некоторое время, снова опустилась к паху, но почему-то медлила с действиями. — Всё хорошо, Люмин? Ты можешь не делать, чего не хочешь, я… — не успевает он договорить мысль, как девушка тянется за бутыльком, стоящем на тумбочке. — Я хочу попробовать это, — путешественница подносит руку к губам Чайлда и легко проталкивает ему в рот указательный палец, чуть оттягивая нижнюю губу, — с тобой. Можно? Я прекращу, если ты против. — Ещё бы ты хотела попробовать это с кем-то другим, — усмехается Чайлд, шепеляво произнося фразу с пальцем во рту. Он и представить себе не мог, что эта девушка, почетный рыцарь Ордо Фавониус, спасительница Ли Юэ и гроза всех монстров мира, которую он безумно любит, предложит ему подобную практику. Люмин почувствовала, как член в её руке дрогнул. Сначала ей показалось, что Чайлд сейчас откажет ей, но это движение и следующая фраза, произнесенная подрагивающим голосом, заставили её сердце трепетать с новой силой. — Почту за честь быть со столь очаровательной девушкой. Ранее я сказал, что ты можешь делать всё, что захочешь. Я доверяю тебе, — Чайлд широко улыбается, пытаясь скрыть необъятное смущение и спрашивает, — мне стоит лечь на живот? — Нет, оставайся так, — она слезает с него, пристраивается рядом и продолжает, — только приподними ноги, обхвати их под коленями и подержи так некоторое время.       Смущенный донельзя Аякс прямо сейчас хочет положить на лицо подушку, закрыться руками, сделать хоть что-нибудь, чтобы его положение стало менее открытым, но он действительно доверяет девушке и, если она хочет видеть его, он не станет закрываться. Пока Люмин выливает на ладонь небольшое количество масла, Чайлд послушно принимает нужную позу, всё-таки закрыв глаза. Девушка устраивается между его ног и, растерев масло между ягодиц, медленно вводит средний палец в анус. Ощущения пока что кажутся Чайлду странными и непривычными, но Люмин делает всё аккуратно и использует достаточное количество масла, поэтому никакого дискомфорта не ощущается. — Всё в порядке? — взволнованно произносит девушка, не решаясь продолжить. — Ах, Люмин, да, ты можешь продолжать, — шумно выдыхает Чайлд, судорожно поджимая пальцы ног. — Скажи мне, если станет больно или неприятно, — она начинает не спеша двигать пальцем внутри, растягивая и массируя стенки ануса, внимательно вглядываясь в пунцовое лицо с выражением явного удовольствия и наслаждения процессом. Вскоре девушка добавляет второй палец и начинает двигать ими внутри уже увереннее, то сгибая фаланги, то разводя пальцы в стороны. Чайлд подаётся вперёд, начиная самостоятельно насаживаться на изящные пальцы, доставляющие ему неимоверное удовольствие. Он часто отрывисто дышит, сминая простынь под собой, чем вызывает у Люмин огромные накаты возбуждения, которое доходит до самых кончиков пальцев. — Аякс. — Д-да? — Посмотри на меня, — от этого приказного, но мягкого тона, парень вдруг чувствует себя очень уязвимым. Зажмурившись ещё сильнее на одно мгновение, он всё-таки открывает глаза и смотрит на Люмин именно тогда, когда она возобновляет движение и надавливает на простату.       Чайлд протяжно громко стонет, спеша прикрыть рот ладонью, а в Люмин просыпается азарт. Она целует его в губы, ловя несколько сорвавшихся вновь стонов, затем несколько раз плавно проводит по члену рукой, прежде чем обхватить губами головку. Она делает минет впервые в жизни, поэтому считает благоразумным начать с малого, ведь впереди у них ещё много праздничных дней. Чайлд вздрагивает от неожиданности и чуть ли не задыхается от количества приятных ощущений, рефлекторно хватаясь за простынку. Девушка берёт член немного глубже, проводя по нему языком, и Чайлд чувствует, что вот-вот кончит, поэтому предупреждает об этом Люмин. — Люмин, п-пожалуйста, — задыхается Аякс, судорожно углубляя прогиб в пояснице, когда разрядка подступает совсем близко, но катастрофически резко обрывается. — «Пожалуйста» что, малыш? — тихо мурлычет девушка, вошедшая во вкус, склоняясь к припухшим губам Предвестника и оставляя на них невесомый поцелуй. Чайлд чувствует, как она улыбается, по-кошачьи хитро и довольно. Как охотница, ловко поймавшая лакомую добычу в свои маленькие, но сильные и ловкие лапы. Она снова берёт головку члена в рот и делает несколько широких мажущих движений языком вдоль ствола, одной рукой уверенно трахая возлюбленного, а другой массируя яички. Тарталья резко подаётся тазом вперёд и тут же отстраняет от себя девушку. — Прости, просто это было очень приятно, — Чайлд решил, что случайно доставил девушке дискомфорт и волнением взглянул на неё. — Тебе нравится это, Тарталья? — облизываясь, спрашивает Люмин. — Ннравится, очень, — честно отвечает партнёр. — А мне нравишься ты, — с этими словами девушка вновь надавливает на простату подушечками пальцев, от чего парень снова стонет в голос, подаваясь ей навстречу всем телом. — Я люблю тебя, Люмин. Мне сейчас правда очень хорошо, — наконец признаётся Предвестник, чувствуя себя неимоверно счастливым.       Вместо словесного ответа, девушка тянется вперёд и целует его, стараясь вложить в этот поцелуй максимум имеющихся у неё чувств. Чайлд чувствует на языке вкус собственного предэякулята и ощущает новую волну возбуждения. Его безумно заводят действия Люмин, из-за которых кончики пальцев периодически немеют. Аякс кладет руку на член и начинает надрачивать себе, постепенно ускоряя темп, чтобы подстроиться под ритм пальцев, трахающих его. Он снова закусывает губу, пытаясь заглушить собственные стоны. — Не закрывайся, я хочу слышать тебя, рыжик. Либо мне придется целовать тебя, пока ты не кончишь, чтобы ты мог смыкать свои губы только на моих. — Родная, мне нравится целовать все твои места, — серьёзно отвечает Чайлд, целуя руку дамы своего сердца.       От подобной открытости Люмин заливается краской сильнее обычного и решает подарить своему мужчине долгожданную разрядку. Она целует его, продолжая массировать простату и быстрыми движениями водить по стволу, пока в её губах не скрывается громкий протяжный стон, а в руке не оказывается сперма. Чайлд делает ещё несколько толчков в её ладонь и окончательно обмякает, мелко дрожа всем телом. Люмин вынимает из него пальцы и довольно смотрит на результат своих стараний.       Девушка помогает Тарталье вытереть торс и вновь садится на его бедра, складывая рубашку на тумбочку и оставаясь совершенно нагая. — Ты выглядишь потрясающе, моя героиня. Каждый сантиметр твоего сильного, красивого тела, я хочу и буду целовать, — Чайлд сжимает пальцы на её бедрах и мягко целует шею, ключицы, грудь, изредка оставляя на светлой коже красноватые пятнышки. Парень оглаживает крепкую спину и чувствует чужую мелкую дрожь, когда обхватывает сосок губами и проводит по нему кончиком языка, чуть посасывая. Люмин шумно выдыхает и отклоняется назад, крепко обхватывая бёдрами талию партнёра, а руками — его спину. Она берёт Предвестника за мягкие рыжие волосы на затылке и немного оттягивает их назад, заставляя его оторваться от её груди. Они встречаются взглядами всего лишь на мгновение, и девушка, склонившись вперёд, страстно и глубоко целует любимого. — Ты снова победила меня, уважаемый рыцарь, — шепчет Тарталья в приоткрытые губы и улыбается широко-широко, словно мартовский кот, готовый замурлыкать и начать петь серенады в любую секунду. — Разве ты ощущаешь себя проигравшим, Аякс? — Люмин улыбается ему в ответ, вопросительно приподнимая бровь. — Нет, совершенно нет. Рядом с тобой я чувствую себя живым. По правде говоря, раньше это было возможно только в жестоких схватках, — Чайлд шумно выдыхает, ощущая некоторую неловкость и вину за негативные воспоминания в столь интимный момент, поэтому обхватывает лицо Люмин ладонями и мягко оглаживает раскрасневшиеся щёки, заправляя за уши выбившиеся пряди белокурых волос. — Я выиграл нечто более ценное, чем ощущение триумфа и превосходства, Люмин. Я смог заслужить твоё доверие и твою любовь. — Я люблю тебя, — отвечает девушка, целуя парня в макушку, — озорной огонёк Аякс. — в последнюю фразу девушка вносит описание своих ощущений, которые вызывает человек перед ней. Его стихия — вода, а в насыщенно синих глазах действительно можно утонуть, но молодой Предвестник из Снежной будто олицетворяет собой тёплое лето, когда ты лежишь на песчаном берегу, усыпанном ракушками, и вглядываешься в озорные волны, то и дело разбивающиеся об сушу. Уши Чайлда в мгновение вновь становятся пунцовыми, он несколько секунд смотрит на девушку удивлённым взглядом, ведь его никогда не называли так, после чего начинает громко смеяться, крепко обнимая её. — И я люблю тебя, сладкая. Ну что, теперь моя очередь?