Звезды и подсолнухи

Утром Чехова проснулась от того, что ей стало слишком холодно. В распахнутое окно тянуло сыростью, косой дождь поливал окрестности Хогвартса, шумно стучал по крыше башни. Поискав одеяло рукой, она вздрогнула. Словно в кровати кроме нее должен был лежать еще кто-то, но он внезапно исчез, испарился. Пальцы касались лишь холодных простыней, смятой подушки. Разум ее внезапно озарили события минувшей ночи, вспышками расцветающие перед глазами. Признание, поцелуй, разговоры. Вскочив, осмотревшись по сторонам, девушка не обнаружила Джорджа. Только небольшой клочок пергамента, сложенный вдвое, лежал на тумбочке. Раскрыв его, русская обнаружила не слишком аккуратно нарисованный букет цветов. Ниже были выведены несколько строк: «Если ты это читаешь, значит я в большом зале, занял нам места и жду тебя на завтрак. С любовью, Джордж». Это было лучшее утро в ее жизни. Приняв душ, ведьма оделась в форму и отправилась на завтрак. Зайдя в зал, Мария почувствовала себя звездой кинофильмов — со всех сторон на нее смотрели люди, изумленно раскрывая рты. Из конца зала, словно в замедленной съемке, к ней бежали Фред, Анджелина и Джинни. Все они, настигнув подругу, обняли ее с разных сторон, принялись прыгать, радостно кричать и смеяться. Когда же дикий восторг спал, они дали дорогу главному герою этого фильма — Джорджу. Тот, подойдя к Чеховой максимально близко, откинул ее назад, придерживая под спину, и поцеловал так, что волосы зашевелились на ее голове, а глаза непроизвольно закрылись — ей хотелось прочувствовать каждую секунду этого касания, запомнить его на всю жизнь. По залу прокатился удивленный вздох. Оторвавшись от ее губ, парень вернул свою девушку в вертикальное положение. Сзади она услышала писк «группы поддержки». Джинни и Фред ожесточенно спорили о том, кто узнал об их чувствах раньше, а Энджи просто визжала и хлопала в ладоши. Проведя Марию до стола, младший близнец сел рядом, максимально близко, так, чтобы была возможность касаться ее все время: руками ли, коленями — не важно. Фред, Джинни и Анджелина уселись напротив и следили за каждым их жестом, за каждым взглядом, словно новоиспеченные хозяева за только что купленным котенком.  — С добрым утром, Джордж, — шепнула девушка ему на ухо, густо краснея от повышенного внимания к собственной персоне.  — И правда, с добрым, — ответил он, укладывая на ее тарелку поджаренные сосиски.  — Они такие милашки, Энджи, — сказал Фред, театрально смахивая слезы с глаз рукой.

***

После длинных, скучных, тянущихся вечность уроков трансфигурации близнецы отправились на тренировку по трансгрессии в Хогсмид, а Маша осталась в замке. Вначале ей хотелось рассесться у камина с очередным увлекательным романом, побродить по пустым коридорам или вообще улечься на дневной сон, но ее планы были нарушены, когда первокурсник-гриффиндорец передал ей, что ее филин сидит в совятне и не может дотащить посылку дальше — слишком тяжелая ноша. Одевшись потеплее, девушка радостно выбежала на улицу. «Должно быть, посылка от папы. Как вовремя, день рождения парней уже завтра…» — думала Маша, поспешно спускаясь по склону. Мокрая, рыхлая земля чвакала под подошвами ее ботинок. Дождь, прекративший лить пару часов назад, развел самую настоящую слякоть. У самого низа башни Чехова увидела компанию слизеринцев. Они о чем-то оживленно беседовали но, завидев русскую, прекратили разговор, мерзко заулюлюкали.  — Посмотрите, кто идет! Это же звезда сегодняшнего дня. Позор. Чистокровная, связалась с этими… — надменно задрала нос Паркинсон, обхватывая руку Драко. Тот, согласно кивнув, рассмеялся:  — Да, как он тебе в постели, Че…? Блондина вновь вырвало кровью и черноволосая девушка, задергавшись, буквально принялась разъедать подошедшую ближе Марию взглядом.  — Это ты сделала, тварь? Вся школа шепчется, что ты без палочки колдуешь.  — Да, это она! — застонал Малфой, утирая с губ кровь.  — Что думаешь, потрахалась с этим нищим уродом, все можно? Взрослая? Подойдя к гриффиндорке максимально близко, она толкнула ее в грудь. Мария, пролетев с полметра назад, остановилась, удержав равновесие. Вначале ей хотелось отделаться парой колких фраз, но теперь, когда слизеринка дотронулась до нее, ведьма была готова к бою.  — На своего дохлика посмотри. Фамилию мою сказать силенок нет? Еще слово про Джорджа, Паркинсон, и я… — сказала было Чехова, но девушка, размахнувшись, ударила ее кулаком в лицо. Нос хрустнул, низу лица стало тепло — губы в мгновение окрасились красным, во рту появился металлический привкус. Мария, не дожидаясь нового удара, залепила ей пощечину, хлопок разрезал тишину, кожу Пэнси тут же защипало — красный след небольшой руки красовался на ее щеке. Разъяренная девушка вновь толкнула русскую в грудь, на этот раз, прилагая большие усилия, прикладывая всю силу своего веса, и два тела повалились в весеннюю грязь, закрутились в попытках пнуть друг друга. Паркинсон имела очевидное преимущество — она была больше Марии, а драки в ее жизни были не так уж и редки. Чехова же при нападении на нее совершенно терялась, не знала, что делать. Развернув тело русской, сев на ее спину и схватив гриффиндорку за волосы, Пэнси принялась окунать ее в грязь лицом. Мария пыталась скинуть ее с себя, извивалась, размахивала ногами, но все было тщетно. Кровь из разбитого носа тут же смешалась с бурой землей. Драко и его друга ситуация, кажется, радовала. Они задорно смеялись и подначивали подругу, выкрикивали гадости в сторону поверженной. На счастье Маши, из башни неторопливо вышел профессор Флитвик. Увидев возящихся среди луж девушек, он вскрикнул и, достав волшебную палочку, разделил их невидимой стеной.  — Чехова и Паркинсон! Сегодня вечером — к своим деканам за наказаниями. Малфой, Гойл, помогите мне отвести их в больничное крыло. Маша расселась на земле, пытаясь отдышаться, сплюнула вязкую кровь, текущую по задней стенке горла. Высокий и крепкий парень, приблизившись, с омерзением поднял ее, потащил за собой в сторону замка. Ему не нужно было прилагать усилий, чтобы она следовала за ним, однако тот словно упивался своим физическим превосходством, сильно дергал девушку за руку, до боли сжимал пальцы на ее запястье. Мадам Помфри, увидев лица студенток, всплеснула руками.  — Паркинсон? Чехова, снова ты?!  — Да… Профессор-полугоблин произнес несколько очищающих заклинаний, и девушки вновь стали похожи на себя. Лицо Марии тут же перемазалось — кровь не прекращала течь, а, казалось, лишь усиливалась. Пока медик осматривала слизеринку на предмет травм, Флитвик принялся отчитывать русскую:  — Почему каждый раз, когда происходит какой-то конфликт, подкрепляемый физической расправой, ты становишься его непосредственным участником, Чехова? Она растерянно пожала плечами.  — Не снаю, пгофесог, самой интегесно… Помфри отпустила Пэнси в комнату, отдав ей немного мази от синяков. Флитвик, благодарно кивнув женщине, вызвался проводить ученицу до комнаты, чтобы та не нашла по дороге новых приключений. Мария же, безрадостно вздохнув, села на койку для осмотра. Проведя пальпацию, медик огорченно покачала головой.  — Сломан, да еще и со смещением. Придется остаться на ночь и сращивать. Девушка печально заткнула ноздри данным ей ватным тампоном.  — Как только кровь остановится, выпьешь костеростного зелья. Я разбавлю его водой, потому что нужно всего-то срастить. Хочешь чаю? Я заварила облепиховый, помнится, ты любила его… Маша улыбнулась — женщина вызывала в ней исключительно добрые чувства.

***

Вечером, когда Чехова улеглась на уже застеленную бельем койку, собираясь отдохнуть, в больничное крыло без стука ворвались близнецы.  — Конфета! — закричал Фред, срываясь с места.  — Мария! — оттолкнув брата, Джордж упал на колени возле ее кровати, обеспокоенно осмотрел опухшее лицо ведьмы. Костерост делал свое дело — крылья носа отекли, под глазами залегли плотные желтоватые синяки. В казенной ночнушке, растрепанная, с ссадинами на лбу — она выглядела не лучшим образом.  — Нам только что Макгонагалл сказала. Мы прибежали так быстро, как смогли, — сказал Фред, пытаясь отдышаться. — Почему тебя ни на секунду нельзя оставить одну? Почему ты притягиваешь к себе проблемы? Нам что, за тобой по пятам теперь ходить? Русская растерянно пожала плечами. Джордж просто держал ее руку и целовал каждую кость на ней, с особым трепетом касаясь сбитых костяшек, шершавых, горящих, вымазанных в запекшейся крови.  — Чего вы не поделили с Паркинсон? Что стоило сломанного носа? — спросил он, заглядывая Чеховой в глаза. Она весело улыбнулась, стараясь успокоить друзей.  — Ты стоил, Джордж. Она про тебя гадости стала говорить, потом я ответила и она ударила. Ну, и я дала сдачи.  — Я убью эту слизеринскую подстилку… — прошептал Фред, брат кивнул ему.  — Не надо, вам проблемы ни к чему. Не хочу вмешивать в этот конфликт кого-то еще. Ободряюще улыбнувшись девушке, младший лег головой на ее грудь.  — Когда тебя выпустят, Мэри? — спросил Фред, сердито хмуря брови. Кажется, волна ярости все еще застилала его глаза. Мария безразлично махнула рукой.  — Всего ерунда, завтра утром буду как новенькая. Только вот…  — Что? — спросили парни одновременно.  — Мне на завтра после уроков назначили отработку. А у кое-кого день рождения. Погрустнев, парни опустили головы.

***

День начался совершенно безрадостно. Выпив костерост, девушка попрощалась с врачом, собрала вещи и двинулась в сторону факультетской гостиной. Народу внутри набилось столько, что яблоку некуда было упасть — все спускались на завтрак, встречались с друзьями, чтобы обсудить последние новости. Пробравшись сквозь поток студентов, Чехова двинулась к спальням девушек. В комнате она переоделась в форму, умылась, сложила книги в сумку — сдвоенное с Рейвенкло прорицание обещало пройти быстро, профессор Трелони находилась в недельном запое, поэтому долго уроки вести не могла. У окна Мария заметила сложенные ровной стопкой посылки, завернутые в серую бумагу — видимо, Плюша все же донес их, а Лея сложила здесь. Приподняв пальцем один слой упаковки, Маша радостно запрыгала — папа сделал все точно так, как она и хотела. Взяв свои пожитки, она поднялась к близнецам и Ли, без стука втекла в дверной проем. В их комнате стояла мертвая тишина, парни спали, зарыв рыжие головы в подушки, посапывая. Джордан спал, полностью накрывшись одеялом — видимо, близнецы, любящие спать в холоде, заморозили бедного теплолюбивого друга. Положив подарок Фреда возле его кровати, Мария нырнула под одеяло к Джорджу. Она не решилась сразу будить его — слишком сладко он дремал. Его красивый нос был покрыт задорными веснушками, пушистые коричневые ресницы подрагивали на глазах, рот был приоткрыт. Слегка потрескавшиеся розоватые губы выглядели привлекательно. Тело его было таким теплым, что ее руки, мягко коснувшиеся торса, показались парню просто ледяными. Нервно подскочив, он сонно сощурился, пытаясь понять, кто находится перед ним. Узнав свою девушку, рыжий улыбнулся, притянул ее к себе.  — Мария, ты чего тут? Уже выписали? — спросил он, целуя в макушку, зарываясь носом в ее волосы. Она кивнула, нетерпеливо завозилась в его объятиях.  — С днем рождения! — улыбнувшись, ведьма залезла рукой под кровать, достала его подарок.  — О, это мне? — спросил Джордж, счастливо растягивая губы и зевая. Кажется, своими разговорами они разбудили Фреда.  — Мариа, с добрым утром. Где мой днерожденческий кофе в постель? — поинтересовался старший, потягиваясь и глупо хихикая, потирая заспанные глаза.  — Кофе не принесла, но твой подарок около кровати. Младший близнец встал, с интересом закрутил сверток в руках, принялся разрывать слои бумаги. Вскоре его пальцы наткнулись на черный пластик.  — Что там, Джорджи? — спросил Фред, наклоняясь за своей долей.  — Это то, что я хотел! — воскликнул он, рассматривая лежащий в его руках фотоаппарат.  — Он должен делать колдографии. Мой отец лично попросил твоего о разрешении трансформации магловской фотокамеры, так что теперь он с лицензией. Вон, посмотри под ним, это картриджи. Их вставляют в это отверстие, а вылезают они отсюда. Ну, как на полароидах. Картриджей должно хватить на полгода, — принялась объяснять ведьма. Парень, быстро сориентировавшись, вставил бумагу и, прижав глаз к окошку, запечатлел открывающего подарок Фреда. Проявившееся фото получилось очень живым, утренним и милым. Старший близнец, оторвав обертку, нашел небольшой чемоданчик. На нем была вырезана большая буква «W».  — Открывай, Фред. Посмотришь, — подначивала его подруга. Откинув крышку, он увидел огромное пространство.  — С невидимым расширением?! Чехова гордо кивнула.  — Чтобы прятать ваши штуки от миссис Уизли. Там также есть двойное дно, посмотри сбоку. Именинник, пошарив пальцами, нашел рычажок, раскрывающий обманное второе дно.  — Спасибо, милая, — поцеловав девушку, Джордж встал и принялся одеваться.  — Да, конфета, спасибо за подарки. Чехова, откинувшись на кровати, завела руки за голову.  — Не хочу никуда идти… Сначала прорицания, потом Снейп…— застонала Маша, смотря за тем, как шустро Фред напяливает штаны.  — Ты о чем? — спросил Ли, разбуженный громкими разговорами.  — Мало того, что поставили два никчемных урока прорицания, так я еще и угодила на отработку в день рождения близнецов. Самое отстойное, что могло случиться… Перевернувшись, русская зарылась лицом в подушку. Сверху ее тут же придавили два тела.  — А ты скажи ему, что мы разрешили тебе не ходить, — предложил Фред.  — Вечером будет что-то типа посиделок с алкоголем здесь. Приглашены только избранные, будет обидно, если ты все пропустишь, — продолжил Джордж, пробегаясь ладонями по ее талии. Выкарабкавшись из их лап, девушка встала.  — Если бы все было так просто, мальчики. Снейп ни за что меня не отпустит, а если не явлюсь — только хуже станет. Так что, ждите меня к утру… Ли, уже полностью одетый, смерил девушку насмешливым взглядом.  — Драка с Паркинсон, а отработка у ее декана? Она пожала плечами.  — Видимо, у него накопилось много нечищеных котлов. Ладно еще, если бы отправили меня одну, а тут — вместе с этой, — угодив взглядом в часы, Мария заторопилась. — Побегу, а то и так уже завтрак пропустила. Правильно понимаю, что вас сегодня на уроках можно не ждать?  — Ага, — хором ответили трое друзей. Послав именинникам воздушные поцелуи, Маша вышла из комнаты, направилась в Северную башню, в класс профессора Трелони.

***

Снейп и его грязные котлы приняли Чехову с распростертыми объятиями. Сонно шкрябая металлической губкой по днищам, она успела передумать все мысли, роящиеся в ее голове. Провозившись добрую часть дня в кладовой, студентка вышла в классную комнату и принялась раскладывать по ящичкам ингредиенты, необходимые для проведения уроков. Под вечер в кабинет вошла Паркинсон. Все мышцы на ее лице напряженно подрагивали, взгляд был прямой и яростный — что-то вывело ее из себя.  — Причина опоздания? — строго спросил Снейп.  — Задержалась у профессора Хагрида, извините, — ответила она, испепеляя взглядом русскую. Маше же было абсолютно все равно — ей так хотелось побыстрее разделаться с наказанием и уйти на праздник, что она была готова терпеть кого угодно. Профессор, на удивление, сегодня был в довольно хорошем расположении духа, поэтому наказания для ученицы его факультета не последовало — он просто отправил ее в дальний угол комнаты, назначил на довольно неприятную работу — сливать в сточные отверстия ненужные зелья было мерзко, некоторые из них не получились совсем, жирно булькали и издавали тошнотворные ароматы. Однако, были среди них и приятные экземпляры, например, идеально вываренное противоангинное зелье, пахнущее мятными пастилками и медом. Сам же мужчина переставлял с места на место весы для измерения граммовок ингредиентов, потом с головой зарылся в сушеные травы, перебирая их, отделяя цветки от листьев и кореньев. Молчание, казалось, совсем не напрягало его, поэтому Чехова подпрыгнула от неожиданности, когда он неожиданно встал, нарушил его, скрипнув ножками стула по каменному полу, направился в кладовую за новыми травами. Сзади тут же послышалось недовольное шипение Пэнси:  — Ну спасибо тебе, дрянь, из-за тебя я проведу остаток вечера здесь… Маша недоуменно приподняла бровь, оглянулась.  — Из-за меня? Мне кажется, это ты вчера набросилась на меня с кулаками.  — Конечно из-за тебя! Если бы ты так не вопила, старикан не увидел бы нас.  — Я просто не верю, что ты это говоришь… — растерянно ответила Чехова, откладывая вязанки лаванды в отдельную стопку.  — А я не верю, что ты действительно считаешь себя невинной овечкой. Знаешь что я скажу тебе? Ты еще мало получила, если бы не…  — Ты ничего не умеешь, только угрожаешь. Думаешь, было больно? Нос сросся за пару часов, это пустяки… Выйдя из себя, Паркинсон вскочила с места, перевернула над Чеховой котел с бледным розоватым варевом. Одежда тут же промокла, а волосы неприятно налипли на лицо. Взвизгнув от неожиданности, ведьма оттолкнула котелок рукой, и тот, выпрыгнув из рук слизеринки, упал ей на ногу. Пэнси запрыгала, зажимая пальцами ушиб. Мария втянула воздух носом. В кабинете тут же запахло, словно кто-то сварил глинтвейн — вишней и специями, корицей. Снейп, вылетевший из каморки пулей, растерянно осмотрел студенток. Дернув носом, он недовольно зашипел:  — Минус пять очков Слизерину за то, что искупали Чехову в Амортенции. А теперь — за дело, Паркинсон, вас ожидают горы грязных мензурок, — сочувственно посмотрев на Машу, он еле заметно махнул ей рукой. — А вы, Чехова, можете быть свободны. Ту нелепую драку вы отработали сполна. И советую хорошенько вымыться — люди могут реагировать на вас слегка… Хм, слегка неадекватно. Вскочив из-за стола, девушка рассыпалась в благодарностях, живо вылетела из мрачных подземелий.  — Лучше бы запретили в Хогсмид ходить, чем весь день потратить на эти дрянные котлы и эту дуру… Взбежав по лестницам, ведьма озвучила пароль и, преодолев гостиную в три прыжка, вновь застучала ногами по ступеням. Быстрый душ, новая одежда, и вот она уже стучит в дверь близнецов. За ней послышался громкий гогот. В комнате было довольно людно. Там, набившись, сидели Ли, Анджелина, Гарри, Рон, Гермиона, Джинни, и сами виновники торжества. Воздух был душным, пахло подростковым потом, девичьими духами и спиртом.  — Вы здесь пили все это время? — спросила Маша, рассмеявшись от их раскрасневшихся лиц. Фред, повернувшись к подруге, вдруг упал на матрас, захныкал.  — Мэри-и-и … — простонал он. — Они дали мне задание, я должен буду спеть завтра во время завтрака! Ведьма, рассмеявшись, прыгнула к нему, кровать скрипнула под их весом. Обняв парня за плечи, девушка ласково погладила его по голове.  — Ничего, я спою вместе с тобой. А что за задание? Только сейчас она обратила внимание на нечто, лежащее на полу в окружении десятка опустошенных бутылок. Небольшая коробка настольной игры светилась, лежащие на ней кости слегка подрагивали, издавая противный звук, напоминающий звук дрожащего скелета из мультфильмов. В середине сияло небольшое оконце, в котором желтыми буквами было расписано: «Задание для игрока — спеть прилюдно».  — Что это, ребят? — спросила русская, отбрасывая в сторону кровати Джорджа свою сумку. Ее парень приблизился к ней и, смачно икнув, плюхнулся на колени.  — Солнышко, вернулась… Достав из-за спины камеру, Джорджи щелкнул Марию, фотография, вылезшая из отверстия, не привела ее в восторг — ракурс «снизу» был не лучшим выбором для съемки.  — Это магическая игра «Каверзы», я подарила ее близнецам, — улыбнулась Гермиона. Чехова показала ей большой палец, одобряя подарок.  — Работает по принципу «Правда или действие», только ты не выбираешь, — стал просвещать новенькую Поттер.  — Кидаешь кубики, если выпадает два четных или нечетных — вопрос, если разные — действие, — перебил его Рон, пьяно привалившийся спиной к кровати младшего близнеца. Угольная печь была холодной, поэтому у нее, опершись, заседала Джинни, скучающе покатывая в стакане огневиски.  — Ты в игре, Мэри? — спросила Энджи, похлопывая по полу рядом с собой. Маша, отстранив почти уснувшего на ее бедрах Джорджа, села рядом с подругой. Взяв кости, перемешала их в руке, кинула. Дно коробки завибрировало, точки на гранях выпали в два — четыре.  — Вопрос! — воскликнул Фред откуда-то сверху. Все насторожили уши, вслушиваясь в каждый звук. Слова на экранчике медленно стали проявляться, заставляя русскую смущенно укрыть лицо в ладонях.  — Общее количество половых партнеров? Серьезно? Герми, игра точно от тебя? Грейнджер, расхохотавшись, раскраснелась лицом.  — В этом и суть. Каверзы — значит каверзные вопросы и действия.  — Если бы она подарила им шахматы, они бы в тот же вечер их взорвали, а так — интересно всем, — ухмыльнувшись, младшая Уизли протянула подруге только что налитый стакан. Отхлебнув для храбрости, ведьма рассмеялась:  — Ноль, я вас ничем порадовать не могу. По комнате прокатился огорченный вздох.  — А что вы ожидали? Я скромная девушка, до свадьбы никаких половых партнеров! — сказав это, она ударила себя кулаком в грудь, показывая, как тверды ее принципы. Компания расхохоталась.  — Мэри, я тебя умоляю, — всклокоченный Фред, потрепал подругу по голове. — Джордж своего не упустит, поспорю с кем угодно на галлеон, что переспите в течение полугода. Гарри, махнув другу рукой, протянул ладонь.  — Рон, разбей. Я ставлю на пару недель. Чехова, отхлебнув еще, наигранно обиделась.  — Не думала, Гарри, что ты такого мнения обо мне. Какой позор, теперь мне не отмыться… Все собравшиеся загоготали, Джордж, перебравшийся на кровать, с интересом наблюдал за происходящим.  — Дело не в тебе, просто… Ну, это нормально, спать с тем, кто тебе нравится. Разве нет? Я бы не медлил, если бы у меня кто-то был, — стал оправдываться избранный. Джинни закусила губу, видимо, огневиски делало его еще привлекательнее в ее глазах.  — Джордж, что скажешь? — спросил его близнец, обнимающий сидящую Джонсон так, что у бедной гриффиндорки захрустели кости. Младший пьяно улыбнулся.  — Мой ход? — спросил он, пытаясь встать с кровати.  — Нет же, дубина, он спрашивает, когда ты трахнешь Мэри… — сказал ему Рон, Джинни захихикала от его слов. Герми возмущенно посмотрела на него, предупреждающе коснулась рукой его ладони.  — Рональд, как грубо! Я считаю, что желание сохранить невинность до свадьбы — вполне… Маша замахала руками, покрываясь красными пятнами от стыда.  — Ребят, я просто пошутила, а вы на полном серьезе кинулись обсуждать мою половую жизнь. Хватит, следующий! Ли Джордан, встав, налил себе еще стакан виски и, приблизившись к игре, кинул кости. Выпало два — один.  — Действие! — взвизгнула Анджелина так, что у сидящей сбоку Мэри зазвенело в ухе. Алкоголь зарумянил кожу Чеховой, и та оглянулась по сторонам, стремясь понять, насколько она пьяна. Окна, обрамленные бордовыми шторами, закачались. Джордж, лежащий на кровати уже полностью, над чем-то громко засмеялся. «Сними всю одежду до нижнего белья», — провозгласила надпись. Ни капли не смутившись, Ли вышел в центр комнаты и устроил стриптиз. Близнецы синхронно завопили, оглушая друзей аплодисментами. Избавившись от майки и штанов, Ли остался в темно-синих трусах. Его фигура не была идеальной, но он был вполне симпатичным — широкие плечи, мощные, крепкие икры, округлые покатые мышцы обтягивала темная кожа.  — Дамы, держите себя в руках, — сказал он, проводя рукой от ключиц до паха.  — Боже, Ли, сядь уже, задание выполнено, — сказала Энджи, зарываясь лицом в плечо Уизли. Фред и Джинни расхохотались, Джордан, улыбаясь, двинулся в сторону.  — Теперь твоя очередь, Рон, — сказал Гарри, указывая на игру. Рыжеволосый кинул кубик, ему выпало поцеловать в шею ближайшего соседа слева. Им оказался сам Гарри. По комнате прокатился неловкий смешок. Поттер откинул голову назад, упрощая Рону его задачу. Парень быстро коснулся его кожи рваным, быстрым и звонким поцелуем, темноволосый волшебник рассмеялся, дернувшись. Следующей была Гермиона.  — Эм, «мой эротический сон»? Что?! Я не стану на это отвечать! — сказав это, она вновь опустилась рядом с Роном.  — Грейнджер, не честно! Ты сама подарила эту игру! — возмутилась младшая Уизли, похлопывая Чехову по бедру, ища поддержки. Мария закивала.  — Я даже не знаю, что можно считать таким сном, — сказала Гермиона, скрещивая руки на груди.  — Просто придумай какую-то ерунду, мы же не станем это проверять, Герми… — сказала Маша, допивая карамельного цвета жидкость. Фред довольно засмеялся:  — В этом вся суть игры — обмануть невозможно!  — Хорошо, я проиграла, довольны? — воскликнула Гермиона. На руке девушки тут же проступило слово «Ханжа». Всех окружающих это безумно развеселило, а волшебница смутилась, раскатывая рукава кофты, чтобы спрятать надпись.  — Смоется только через неделю, верно? — спросила Анджелина и проигравшая огорченно кивнула. Фред, чуть наклонившись, кинул кубик.  — Мои фетиши, интересно… Знали бы вы, ребята, как я люблю разговоры разного характера… Верно говорю, Энджи? — ответил он, обхватывая ладонями бедра сидящей рядом подруги. Она смущенно захихикала.  — Фу, — скривилась Джинни, укладывая голову на плечо Чеховой. — Я бы не хотела это знать.  — Еще у нас где-то веревки завалялись…  — Нет, Фред, пожалуйста! — его сестра закрыла уши ладонями, затрясла головой.  — Это игра, сестренка, — пожал плечами резко вскочивший с кровати Джордж. — Мой ход.  — Спасибо за честность, — сказал Гарри Фреду, приподнимая за него очередной стакан. Размашисто кинув кости, Джордж промахнулся мимо доски.  — Уфхм… — запыхтел он, стараясь сосредоточить взгляд на пределах игрового поля. Он казался самым пьяным из всех присутствующих. Попробовав еще раз, рыжий выбил ответ на вопрос.  — Да что же это, опять про эротические сны! — задохнулась от возмущения Грейнджер.  — От тебя вопрос ему перешел, — предположил Рон. Все засмеялись и заулюлюкали, а Маша вновь спрятала горящее лицо в ладонях.  — Снилось ли мне, как мы трахаемся? Разумеется, блять, и не раз!  — Джордж, хватит! — засмеялась Джинни. — Я слишком много знаю про вас, Мерлин! Джордж, сметая со своего пути пустые бутылки, подполз к своей девушке и, оттянув от ее глаз руки, поцеловал. Его губы были влажными и алкогольными, а дыхание хриплым.  — Все-все, голубки, кыш с игрового поля! — возмутился Рональд, пиная брата под зад. Именинник, с трудом поднявшись с пола, взял Чехову за руку и потянув на себя с силой, потащил на кровать. Усевшись рядом с ней, он хотел вновь поцеловать, но она увернулась.  — Потом… — тихо сказала ему на ухо, опаляя раковину теплом дыхания. На руках парня тут же забегали крупные мурашки. Гарри, видимо, успел сделать ход.  — Самое неловкое, что произошло со мной за последний год? — прочитал он, нагнувшись над игрой.  — Наконец-то вопрос не про секс, — буркнула Герми, отхлебывая. Парень, почесав голову, посмотрел наверх — видимо, перебирал все неловкости, коих в его жизни было много.  — Наверное, когда пригласил на бал Чжоу, а она отказалась. Это было очень неловко… Сказав это, он схватился руками за щеки, а Джинни, пробормотав что-то неразборчивое, резко встала. Ее тело качнуло, но она удержалась на ногах.  — Пойду, что-то мне не хорошо… — процедила она, злобно смотря на Поттера.  — Сестренка, все нормально? — спросил Фред, но девушка уже скрылась за дверью.  — Ревнует, мелкая, — шепнул Чеховой на ухо Джордж, пробираясь рукой под свитер, пробегаясь неожиданно ловкими для в стельку пьяного пальцами по ребрам. — Чем от тебя пахнет? Ты меня с ума сводишь. Русская хихикнула, откинувшись на его грудь спиной. Анджелина сделала ход и, прочитав что-то на доске, подползла к Рону, отодвинув его майку, присосалась к плечу.  — Наслаждайся, пока можешь, братец. Потом всем однокурсникам похвалишься, что тебя девушка трогала, — рассмеялся Фред. Лицо Рона стало таким пунцовым, что Маша испугалась, что тот скоро взорвется. Гермиона следила за действиями Джонсон, нахмурив брови. Когда девушка отлепилась от младшего Уизли, она вернулась к своей паре.  — Все, нам пора, ребята! — сказала Грейнджер, поднимаясь на ноги слишком лихо для ее состояния. Мария недоуменно повернулась к ней.  — Все в порядке? — спросила она, но Герми лишь зло кивнула на будильник.  — Десять вечера! Всем пора по кроватям. Ли, вон, уже спит… Ведьма оглянулась на соседнюю кровать. На ней, и правда, широко раскинув руки, дремал гриффиндорец.  — Да, ребят, мы пойдем. С днем рождения еще раз! — сказал Гарри, пьяно улыбаясь близнецам, и, встав, последовал к двери за подругой. Рональду ничего не оставалось, как поплестись за ними. Как только их фигуры скрылись в проеме, Фред обхватил талию Энджи, и, упав на нее сверху, страстно поцеловал. Чехова почувствовала смущение, смешанное с алкогольным весельем. «Он точно также целовал меня этим летом», — подумалось ей, но она отогнала эти мысли, потрясая головой, словно мокрая собака.  — Мария… — прошептал ей в шею Джордж, проводя пальцами по талии более настойчиво. — Почему от тебя пахнет так классно? Вспомнив об Амортенции, пропитавшей ее волосы и кожу, девушка нервно отстранилась от парня. Ее друзья, лежащие на полу, кажется, зашли слишком далеко. Их сбитое дыхание наполняло комнату.  — Эм, ребят, ничего, что мы здесь? — спросила Мария, хихкая, когда Фред потянул с тела своей подруги хлопковую майку. Он, словно очнувшись, посмотрел на нее затуманенным взглядом.  — М-м-м, ничего. Хочешь — присоединяйся, — прохрипел Уизли, и Джонсон стукнула его по плечу ладонью, довольно смеясь от его поцелуев, покрывающих шею.  — Тут вообще-то еще и Ли… — возразила Чехова, надеясь вразумить друга, но тот лишь отмахнулся.  — Он не услышит, даже если начнется война, — сказав это, рыжий попытался раздеть уже себя. Вздохнув, Маша попыталась оценить ситуацию не совсем трезвым взглядом. «Эти двое неудержимы — они сделают это, хотим мы того, или нет. Остается единственный вариант — увести Джорджа к себе и молиться, чтобы Ловвет была у парня», — кивнув собственным мыслям, она поднялась на ноги. Джордж, схватив фотоаппарат, заснял поцелуй пары. Чехова, отняв и отложив подарок в сторону, потянула близнеца к себе.  — Зайка, мы куда? — спросил он, доверчиво следуя за ней сквозь завалы стеклянных бутылок.  — Ко мне, Джорджи. Поспишь там, — выдохнув от тяжести его тела, девушка вновь пустилась в путь. Кое-как дойдя до спальни, она заглянула в нее. На их удачу, соседки не было. Усадив пьяное тело на свою кровать, она захлопнула дверь, попыталась выровнять дыхание.  — Мария, солнышко … — прошептал Джордж, протягивая к девушке руки. — Ты красивая. Она рассмеялась, подходя к нему и звонко целуя в губы. Он выглядел умиленным — брови обосновались на верху лба, щеки растянулись в широкой улыбке.  — Ты тоже красивый, Джордж. Мягко рассмеявшись, парень потянул ее на себя, усадил на бедра.  — Люблю тебя, слышишь?  — Слышу. Я тоже люблю тебя. Чехова снова потянулась к нему за еще одним поцелуем. Он, открыв рот, рвано выдохнул, опустил руку на ее поясницу и сильнее притянул к себе. Сквозь ткань брюк девушка почувствовала его возбуждение, он же, кажется, совершенно этого не смущался. То ли алкоголь, прогуливающийся по ее венам, то ли заданный вечером тон так влиял на нее, но Марии захотелось поиграть с Уизли. Встав с него, она направилась к шкафу, стягивая с себя свитер.  — Что ты… — захрипел парень, увидев оголившуюся спину. Ведьма, расстегнув пуговицы на джинсах, потянула их вниз. Теперь он видел ее в одном белье. Как только джинсы отправились в шкаф, парень вскочил, медленно, словно охотящаяся кошка, стал приближаться к ней, разглядывать. Русская же, взяв с нижней полки широкую ночную рубашку, надела ее.  — А теперь фокус… — сказала, повернувшись к рыжему. Он смотрел на нее завороженно. Закинув руки за спину, девушка щелкнула застежкой бюстгальтера и, просунув руки в лямки, вытащила его через горловину. Грудь, чуть провисшая от исчезновения поддержки, заныла и зачесалась.  — Мария… — вновь захрипел Джордж, прихватывая в поцелуе ее губы. Чехова на ощупь закрыла дверцы шкафа, и провела его до кровати.  — Время спать, — сказала, усаживаясь поверх одеяла. Джордж был не согласен. Он упал на нее сверху, поглаживая обнаженные бедра руками, сжимая и проводя выше, практически до кромки трусов.  — Мерлин, Чехова, от тебя пахнет, словно тебя окунули в сливочную карамель… — сказал он на ухо, проводя носом по шее. — Хочу тебя. Девушка стала понимать, что все заходит слишком далеко и попыталась выбраться из его объятий. Парень же пробрался ладонями под рубашку, захотел дотронуться до груди, но получил ласковый, но ощутимый толчок в грудную клетку.  — Джордж, нет! — воскликнула она, отползая на безопасное расстояние. Он выглядел недоуменным и распаленным. На щеках гулял румянец, длинные волосы взлохматились, штаны характерно приподнялись горбом в районе ширинки.  — Почему нет? — он подполз, усаживаясь возле нее на коленки и дергая мешающую ему одежду наверх. Мария схватилась за края, останавливая. Взяв волшебную палочку из стоящей рядом с кроватью сумки, она потушила свет и забралась под одеяло, отвернулась к стенке. Послышалось копошение, визг молнии, бряцанье ремня, вскоре к ней придвинулся полностью обнаженный Джордж. Чехова явно почувствовала, как он коснулся ее бедра членом, обнимая сзади.  — Джордж, нет, оденься… — шепотом попросила она, прикладывая холодные руки к раскрасневшимся щекам. Он отстранился, вскоре Мария ощутила, как тот нависает над ней, вглядывается в скрытое во мраке ночи лицо.  — Почему я должен остановиться? Тебе страшно? Я обещаю, что буду самым аккуратным. Ты ничего не почувствуешь. Жар прокатился по ее телу, но она лишь сильнее сжала бедра, представляя, какую сцену ей устроят родители, если она не проведет ритуал.  — Всегда мечтала в первый раз ничего не почувствовать… Джордж, всё. Ложись и спи, это не шутки.  — Почему ты не хочешь заняться сексом со мной?  — Потому что мы встречаемся три дня.  — Это проблема? Я давно люблю тебя.  — Джордж, нет. Мне важно, чтобы это не было спонтанным действием…  — Это не спонтанно! Я думаю о тебе каждый день, и… Она замотала головой.  — Ты пьян настолько, что ничего не вспомнишь завтра. Я не хочу, чтобы мой первый раз был таким. Наспех. Тяжело вздохнув, парень перекатился в сторону, завозился.  — В душе есть полотенце? — спросил он.  — Да, если нужно — возьми красное, оно мое. Матрас разогнулся, парень прошлепал по каменному полу в ванную. Когда в ней зажегся свет, девушка увидела очертания его обнаженного тела в дверном проеме. Закусив губу, Мария дождалась, пока из комнаты зазвучит звук текущей воды. Попыталась уснуть, но из-за стенки послышался хриплый, бесстыдный стон. Побагровев до кончиков ушей, Чехова взяла палочку и, взглянув в лист, который заботливо приклеила к стене Ловвет, произнесла заглушающее звук заклинание. Спать расхотелось совсем, сердце металось по грудной клетке, раззадоренное адреналином, но, как только девушка укрылась одеялом и приняла удобную позу, разум настигла пелена дремоты. Через некоторое время, сквозь неглубокий сон она услышала, как Уизли вышел, пролез под одеяло и прижал ее к себе.  — Сладких снов, Чехова… — прошептал парень, устраиваясь рядом, закрывая горящие от усталости глаза.