Звезды и подсолнухи

Спустя неделю после того самого дня, они втроем сидели на берегу реки, грелись под палящим летним солнцем, смеялись над рассказом Фреда о том, как Живоглот сожрал единственный прототип удлинителя ушей. Течение воды успокаивало друзей, толкало на размышления о прошлом, настоящем и будущем. Мария лежала головой на бедрах младшего близнеца, рассматривала облака, лениво плывущие на голубом небе. Джордж перебирал ее темные волнистые волосы пальцами, переплетал их в какие-то замысловатые косы. Фред же бросал в реку камушки, которые находил под своими ладонями.  — И что же, все? Вы не сможете больше такой сделать? Братья одновременно хмыкнули и переглянулись.  — Кое-кто нас недооценивает, Джорджи.  — Мы все можем, Маша. Младший нагнулся и мягко поцеловал ее в шею, девушка сморщила нос от щекотки. Фред скривил лицо, хихикая.  — Вам когда-нибудь надоест нежничать друг с другом?  — Нет, — одновременно со смехом ответили они, и старший близнец, сощурившийся от яркого солнца, расхохотался вместе с ними.  — Все ясно. Чехова, как там наше зелье добрых сновидений поживает? Ведьма привстала, чтобы посмотреть в его глаза.  — Я делаю что могу, Фред. Сраная полынь все портит. Я бы могла ее убрать, но, боюсь, что эффект будет не тот. Мне надо покопаться в библиотеке Хогвартса, посмотреть, зачем вообще эта полынь нужна. Может у Снейпа спрошу… Парни одновременно рассмеялись.  — Конечно-конечно, ты же его любимая ученица!  — Которая приходит в его кабинет в пять утра и миленько беседует с ним… — подхватил издевательский тон брата Джордж. Маша еле ощутимо хлопнула его по руке.  — Приходит, чтобы двое воришек обокрали его запасничек. Воспоминания того года хлынули на нее неудержимым потоком. Горе и радость, любовь и ненависть. Уютная факультетская гостиная, в которой она зависали с близнецами и Энджи, большой зал, в котором всегда было чуть прохладно и ветрено, теплые и влажные теплицы, полные зеленых растений. Легкая, добрая тоска и меланхолия накрыли девушку. Все же, там с ней случались замечательные моменты, с ней знакомились замечательные люди. Чеховой хотелось вернуться и пережить это вновь. Даже нервный срыв с последующим «пролеживанием костей» в больничном крыле не казались теперь такими уж страшными. Все текло, все менялось. Внезапно, ее голову стали одолевать мысли о том, как все изменится будет теперь. Что случится в этом году? Не пойдет ли на спад их с Джорджем роман? Измениться что-то должно было точно — возвращение «того самого волшебника», последний курс, суд над Поттером…  — Кстати, что там с Гарри? — спросила русская, осматривая братьев. Они тут же словно посерели, их улыбки сжались, превратились в унылые мины.  — Слушание назначено. Посмотрим, что из этого выйдет, — ответил ей Джордж, укладывая ее голову обратно к себе на колени. Он словно не хотел продолжать разговор на эту тему, собирался перевести его в другое русло, но девушка не позволила.  — Что за небылицы? Дементоры? Просто разгуливали по пригороду? — спросила Маша, вновь поднимая голову, рассматривая лица близнецов. Фред покачал головой.  — Я бы тоже не поверил, если бы это не был Гарри. Он никогда бы не сочинил такого просто так. Тем более, ты знаешь, как его худосочная задница любит встревать во всякие заварушки. Тот, кого нельзя называть, дементоры… Мы уже привыкли, он так с первого курса чудит. Джордж рассмеялся словам брата, ласково, но настойчиво возвращая голову Марии на свои бедра. Его пальцы ловко и еле ощутимо пробежались по макушке, кудрям, спустились на шею и плечи.  — Прекрати об этом думать, милая. С ним все будет хорошо. Это слушание — недоразумение, они со всем разберутся… Фред снова покачал головой, словно удивляясь доверчивости и оптимизму брата.  — Ну, или его палочку сломают надвое, а он, если повезет, выкрадет ее и будет как Хагрид, колдовать на уровне второго курса, вызывать огонь зонтиком. Джордж, хмуро посмотрел на брата.  — Перестань, Фред. Все будет нормально. Папа сказал, что в дело Дамблдор решил вмешаться. Так что — не накручивайте себя заранее.  — Скажи это Поттеру, Джорджи. Ходит по штабу Ордена, как приведение. Разве что не воет. Хотя, учитывая, как наша мама за него взялась — скоро начнет. Чехова улыбнулась, вспоминая чудесные десанты чистоты, когда те самые докси, которых они с парнями так усердно доили, пали смертью храбрых из-за какой-то химической гадости, которую миссис Уизли заставила своих детей распылять.  — Не думаю, что она так уж хочет целыми днями перестирывать шторы, ковры, отскребать гнезда птиц с высоты. Может, за этим что-то стоит? Может, ей занять себя нечем, пока все обсуждают, как уговорить кентавров встать на сторону добра? — спросила Мария. Они пожали плечами.  — Может и так.  — А может ей не хочется, чтобы мы толкались в холле, подслушивали собрания, — предположил Фред, подползающий ближе к паре. Он лег головой на ноги брата рядом с подругой, прижался к ней горячим телом. Джордж вынул одну руку из кудрей ведьмы и запустил ее старшему в волосы. Фред в последнее время стал совсем уж тактильным — все время хотел обниматься, касаться Чеховой и своего близнеца. Они не понимали таких перемен, но не возражали, давали ему все необходимое — ласку и тепло тел. Его приступы в последнее время усилились, минимум раз в день он запирался в комнате и пытался пережить боль, скручивающую его тело от спины и до колен. Порой, трансгрессировал в комнату Маши ночью, валился на кровать и кричал: «Чехова, сделай что-нибудь, я не могу». Обезболивающее зелье, согревающие касания рук — и он, пытаясь выровнять дыхание, проваливался в беспокойный сон прямо на ее постели. Через некоторое время трансгрессировал волнующийся за брата Джордж. Влюбленные много разговаривали, прислушивались к сопению Фреда, а затем и сами укладывались спать рядом — так прошла почти половина недели. Наверное, им проще было бы совсем переехать в дом Чеховых, но парни, почему-то, жутко стеснялись родителей Маши, особенно — немногословную и тихую маму.  — Ну, так что, Джорджи, позовем ее? — рыжеволосый парень выдернул Марию из мыслей, откидывая прядки с ее лица, чтобы те не лезли в глаза. Младший кивнул и повторил его жест, собирая шоколадные волосы в хвост.  — Конфет, у нас тут к тебе предложение…  — Деловое, разумеется, — серьезно продолжил за братом Джордж.  — Мы нашли… Точнее отец Ли нашел…  — Да, он у него риэлтор.  — Нашел нам пару хорошеньких мест в Косом переулке. Ведьма удивленно распахнула глаза, вставая с ног парня.  — Вы что, собираетесь позвать меня туда, чтобы посмотреть помещения для магазина? Парни гордо кивнули. Кажется, они были очень довольны ее реакцией на предложение, и теперь впитывали каждую эмоцию, вглядывались в ее лицо блестящими на солнце, жадными глазами.  — Что скажешь, Чехова? — спросил Фред, также вставая с Джорджа. Маша лишь кивнула, Уизли переглянулись.  — Встреча запланирована на завтра, поэтому трансгрессируем к тебе сразу, с утра. Будь готова, — сказал Джордж, но девушка помотала головой.  — Родители сегодня снова к вам. Не хотите с ночевкой остаться? Парни снова переглянулись.  — Да, так будет даже удобнее, если накроет среди ночи, — вздохнул Фред. Чехова нахмурила брови, показывая им свое недовольство.  — Фредди, — мягко начал младший. — Может, все-таки, как Маша и сказала… Ну, в больницу? Русская закивала, хватая его за руку. Парень сморщился, отрицательно затряс головой.  — Не хочу, мне и так нормально.  — Как?! Кричать, чтобы я спасла тебя, потому что тебе больно?! — девушка чуть не задохнулась от возмущения.  — Ну, ты же хотела стать целителем, Мэри. Вот, даю тебе шанс попрактиковаться. Ей захотелось треснуть его, схватить за плечи и потрясти, только бы он пришел в себя, начал соображать.  — Мне надоело это, Фред. Я скажу маме, чтобы она записала тебя на этой неделе.  — Нет, — попытался он возразить, но чувствовал, что подруга не отстанет.  — Еще как да, Уизли. В ближайшие дни, чтобы ты не успел сбежать.

***

Поужинав любимым русским блюдом парней — пельменями, компания уселась в комнате девушки. Они слушали шум ветра, стук косого дождя в оконное стекло, шорох раскачивающихся деревьев. Там, снаружи, было так темно, холодно и сыро, что даже смотреть в сторону улицы им не хотелось. Фред кутался в теплый плед, слегка подрагивая от нечастых раскатов грома. Джордж, усевшийся с другой стороны на кровати, крепко сжал Чехову в объятиях, положив одеяло на их плечи. Казалось, он совсем не боялся разбушевавшейся непогоды, но мелкие импульсы, пролетавшие по его телу во время наиболее сильного грохота, выдавали его с потрохами. Кто бы мог подумать, что знаменитые своей храбростью гриффиндорцы, братья Уизли, боятся обыкновенной бури? Как бы ни было там, за окном, внутри дома было очень тепло, мягко и уютно. Словно имение Чеховых было островком спокойствия среди всего сумасшествия этого мира. Бра освещали комнату мягким, приглушенным светом. Плюша спал в клетке, втянув ушастую голову в пышное тулово.  — Чехова, твоя очередь, — отвлек Машу от мыслей Фред. Он взял с прикроватной тумбы чашку чая, громко отхлебнул.  — Расскажи самый страшный случай из своей жизни, — предложил идею для рассказа Джордж. Почему-то близнецам очень нравились игры, в которых нужно было рассказывать о своем прошлом. «Правда или действие», «Я никогда не», «Каверзы» — все это было у них в чести, поэтому предложение сыграть в «Сто историй» они восприняли с энтузиазмом.  — Думаю, самое страшное — видеть, как умирал мой дедушка. Он был самым дорогим для меня человеком. В один день он посерел, стал совсем неразговорчивым. Как потом оказалось — злой дух пожирал его изнутри. Он пытался вытравить его разными зельями, но не вышло. Он высосал из него всю жизнь. Последние дни он лежал в больнице, где работала мама. Мы еще не знали, что дух уже в бабушке, поэтому он был под специальным куполом. Ссохшийся, худой, с синей кожей и постоянной мукой на лице. Его фамильяр сидел прямо на нем, пытался спасти. Но не вышло, я увидела, как он вдохнул последний раз, сжался, словно от сильной боли и замер. По ее спине пробежали мурашки от воспоминаний, парни же выглядели виновато и огорченно.  — Раз такое дело, давай мы тоже расскажем… — предложил Фред, касаясь ее стопы ладонью. Ведьма кивнула, протягивая руку к его руке. Друзья сплели пальцы. Его кожа была горячей и чуть влажной, а Машина — слишком сухой и холодной.  — Мой самый страшный случай… Тогда нам было лет по пять. Отец много работал, ночевал в министерстве, мама много времени не спала — Джинни исполнилось два, и она закатывала такие истерики, что не спала вся Нора. В одну из ночей была страшная гроза, мы с Джорджем очень боялись грома, прятались под столом и обнимали друг друга. Тут в дверь постучали, я вскочил и побежал открывать — думал, что папа пришел. За ней оказался какой-то сумасшедший маньяк, сбежавший из-под надзора. Он стал метать авадами направо и налево, по ступеням сбежала мама, держащая Джинни на руках. Она разделалась с ним в два счета — мало кто знает, но она была одной из лучших учениц дуэльного клуба в молодости. Фред сжал ее руку чуть сильнее, видимо, его одолевали воспоминания.  — С тех пор мы стали еще сильнее боятся гроз, а родители оградили дом всеми возможными заклинаниями защиты. Это было жутко.  — А мой самый страшный случай — когда Фреда во время одного из первых матчей по квиддичу сбил бладжер по моей вине. Он упал и совсем не кричал — сразу потерял сознание. Пришел в себя только в медпункте, а я все это время плакал, потому что думал, что он умер… — тихо сказал Джордж, прижимаясь к девушке лицом. Мария положила руку ему на бедро, поглаживая, стараясь утешить. Он повторил этот жест, сжимая пальцами оголившуюся из-под шорт кожу.  — Ладно, давайте в другое русло, а то что-то мы загрузились… — усмехнулся Фред, вновь отпивая чай. Чехова кивнула, рассматривая пространство перед собой.  — Хорошо, вам двоим тема — ваш первый поцелуй. Парни рассмеялись, переглядываясь. Фред подмигнул подруге, а Джордж сильнее сжал ее ногу пальцами.  — Ох, как ты, из огня да в полымя. От грустного к таким романтичным историям. Ревновать меня не будешь, Чехова? — спросил старший, но русская не обратила на его слова никакого внимания.  — Фред был первый, так что пусть первый и рассказывает, — сказал младший, утыкаясь холодным кончиком носа в сгиб ее шеи. Видимо, он смущался вопроса. Его брат же о смущении, кажется, и не слышал. Наоборот, его лицо выражало гордость.  — Это было в тринадцать лет.  — В тринадцать лет?! — удивленно переспросила Мария, и он кивнул, посмеиваясь.  — А чего ты так удивляешься? Бывает и раньше! В общем, одна девочка из деревни дружила с нами. Мы втроем проводили много времени вместе: бегали по полям, собирали жучков, придумывали разные истории. Ее звали Энни. Я думал, что ей нравился Джордж, потому что она часто хотела остаться с ним один на один. В тот день было необычно холодно, Джордж попался маме с какой-то очередной шалостью, и она наказала его, заставила травить гусениц. Я же пошел к Энни домой, она была там одна — родители уехали в Лондон. Все случилось очень неожиданно, она поцеловала меня, когда мы забрались в ее игрушечный шалаш. Не думаю, что это был лучший поцелуй в ее жизни, ведь я разволновался и просто обслюнявил ее. Джордж рассмеялся, чуть сильнее сжимая пальцы на девичьем плече под одеялом.  — Вот и весь первый поцелуй. Было ужасно неловко, но прикольно. Ну, раз я не остановился на этом, значит понравилось. Было стыдно рассказывать Джорджу, но он, как выяснилось, ничего к Энни не чувствовал.  — А где она сейчас? — спросила Мария, отбирая у него кружку и отпивая немного сладкого напитка.  — Она переехала в Австралию когда нам было по четырнадцать. Но мы не особо тосковали, наше общение стало сходить на нет, как только это случилось. Не знаю, в чем была причина, но я не захотел больше с ней тусоваться. Словно это было чем-то запретным и неправильным, понимаешь? Типа, какие поцелуи? Мы же друзья! И только потом я понял, в чем суть. Чехова пожала плечами, отдавая чашку назад.  — Джордж, а ты? — спросила, чуть поворачиваясь в сторону, чтобы лучше его видеть. Щеки парня запылали, а рука медленно опустилась с ее плеча на живот, чуть выпирающий после плотного ужина.  — Эм, я сделал это чуть позже. Это было на четвертом курсе, после одного из матчей я познакомился с девчонкой с Рейвенкло, Дианой Хилл. Она была заучкой, типа Грейнджер…  — Или тебя, — добавил хохочущий Фред, за что получил мощный пинок в лодыжку от Маши.  — В общем, она мало с кем общалась, а тут подошла после игры прямо в раздевалку, стала говорить о чем-то. Фред сразу понял, что к чему, быстренько слинял, а мы пообщались побольше. Ну, и стали встречаться. Она была на два курса старше меня, так что это было на руку в плане поцелуев — она все знала, поэтому я просто отпустил ситуацию и делал так, как она скажет. Парень посмотрел на свою девушку, оценивая реакцию.  — Поняла, Мария? За все ваши крышесносные поцелуи должна лично поблагодарить Диану Хилл, — рассмеялся Фред. — Кстати, Джорджи, где она сейчас? Парень пожал плечами.  — Вроде бы, она хотела работать в министерстве, но ты же помнишь… Старший близнец закивал, дернул Марию за руку, обращая внимание на себя.  — Они расстались очень плохо. Через месяц Джордж бросил ее, потому что она настучала на нас Флитвику. Это был скандал века. Ведьма вспомнила, как он расставался с Шелли в том году и рассмеялась:  — Ты что, со всеми устраиваешь ссоры во время расставаний? Джордж пожал плечами, смущенно опуская взгляд.  — Если есть проблема — почему я должен молчать? Фред согласно кивнул, допивая чай. Он хищно посмотрел на девушку, отпуская ее ладонь.  — Теперь твоя очередь. Раз мы тут о романтике заговорили… Хм, первый поцелуй твой мы знаем, все непосредственно участвовали… — он хитро растянул губы. — Рассказывай про первую любовь. Ее сердце заколотилось от воспоминаний, в комнате вдруг стало слишком жарко.  — Только если Джордж не будет ревновать.  — Обещаю.  — Ох, ладно. Это было еще в России. Мы давно дружили с ним.  — Как его звали? — тут же отреагировал Джордж.  — Басманов. Михаил Басманов. Воспоминания закрутились, возвращая ее в те времена. Промозглая осень, голые деревья, холод на улице и душный жар внутри их родового особняка. Его темные густые волосы, красивое лицо, голубые кошачьи глаза, злая ухмылка.  — Он из одной из самых известных волшебных семей России. Круче них, наверное, только Распутины и Ягвинские. Мы были знакомы с детства. Нас была целая компания там — Миша, я, Ася Подлунная, и Илья Калинов. Илья не был из «знати», поэтому его родители были счастливы, что он вписался в нашу команду. Мы часто шутили над старшими братьями и сестрами ребят, много времени проводили у Миши в саду, договаривались как-то раз подложить его сестре Алене конфеты, якобы от Ягвинского, накачанные слабительным. Фред хохотнул, тряхнул головой, видимо, беря этот метод на заметку.  — Думаю, его заставили родители, но он стал проявлять знаки внимания — дарил цветы, приглашал гулять. Ну, это вызвало во мне эмоции. Но они не нашли выхода — мы переехали.  — Оу, получается, я — твоя вторая любовь? — спросил Джордж и девушка кивнула.  — Хорошо, кто из нас следующий? — спросил Фред, переминаясь, словно в нетерпении. Джордж указал на брата, и Мария повернулась к нему.  — Расскажи, что подумал, когда мы с тобой встретились в первый раз. Парень выдохнул, посмотрел наверх, словно вспоминая тот самый день.  — Ну, когда ко мне прибежал Джордж и сказал, что дочь папиного друга оказалась красоткой — он не ошибся. Ее щеки схватил пышный румянец.  — Да, ты понравилась мне внешне, не больше. Подумал, что ты — хорошенькая куколка, которую было бы неплохо взять в оборот на пару ночей. Так я считал ровно до того момента, пока ты не заставила нас пойти и переодеться после тех девушек. Не знаю, как я понял, что ты классная, но я буквально почувствовал это. Почувствовал вину за то, что был с кем-то, в то время как ты помогала моей маме. Потом мы так сблизились во время варки кровавых конфет, что я просто не мог игнорировать то, какая ты веселая, умная, живая… Русская замахала рукой.  — Все-все, ты меня захвалил. Джордж развернул ее лицо к себе и поцеловал.  — Да, а еще ты была такой скромной и тихой, что и подумать было сложно, что ты так нам подходишь, — сказал он, отрываясь от губ девушки с тяжелым вздохом. Его брат кивнул.  — А ты что подумала о нас, Мэри? Ведьма дернула плечом.  — Я подумала, что вы очень агрессивно оказываете мне внимание. Джинни сразу предупредила, что вы кидаетесь на всех более-менее не страшненьких девочек, поэтому я ожидала этого. А потом, как начали просиживать ночи над котелками — я стала видеть в вас чуть больше, чем симпатичных парней. Вы стали как-то… Раскрываться, что ли… Кто бы знал, что вы окажетесь такими солнышками? Они одновременно кивнули, находя пальцами ее пальцы.  — Вот нам урок на всю жизнь. Не суди по обложке, — улыбнулся Джордж. Чехова вдруг почувствовала, как рука Фреда дернулась, он вцепился в нее короткими ногтями.  — Фред, опять?! — воскликнула девушка, оборачиваясь. Он закусил губу, тяжело дышал.  — Да, пожалуйста, зелье… Маша вскочила, подбежала к шкафчику, стала копаться в недавно сваренных зельях, но все было не то — обезболивающего среди них не было. Тогда девушка нагнулась, открыла ящик стола и стала перебирать пальцами пузырьки с экспериментальными снадобьями. Ее внимание вдруг привлек пузырек обезболивающего зелья, смешанного с ингредиентами зелья облегчения последствий проклятий — она разрабатывала его около полугода. Вынув полную склянку сине-фиолетового снадобья из ящика, она передала его другу, и тот жадно выпил все до последней капли, на его лбу проступил холодный пот. Перевернув его, Мария уселась на его поясницу и надавила руками между лопаток.  — Мерлин, Чехова, что бы я без тебя делал… Как же… Он выдохнул, и тогда Чехова растерла его руками, чтобы согреть.  — Чш-ш, Фред, тише. Попробуй расслабиться. Давай, мой хороший, головой на подушку. Ведьма встала. Он прополз пару сантиметров и свалился, часто задышал — уснул, измученный болью. Мария, удивленная таким эффектом, подошла ближе, приложила палец к его веснушчатому носу. Дыхание было ровным и сильным. Джордж поднял на нее глаза, слабо улыбнулся. Поднялся, схватил за руку, оттащил в прачечную, в которой достирывалась очередная порция белья.  — Спасибо, что помогаешь ему.  — Пообещай мне одну вещь, Джордж.  — Что угодно.  — Я попрошу мою мать назначить ему на послезавтра. Ты должен помочь мне, схватить его за шиворот и притащить в Мунго. У меня есть некоторые подозрения. Парень нахмурился.  — Поподробнее.  — Я не думаю, что это просто нервное. Если бы это было нервное, ваша мама бы в два счета справилась своей успокаивающей настойкой. Джордж кивнул.  — Но она, все же, не лучший целитель. Даже ты варишь обезболивающие зелья лучше в десятки раз. Ведьма улыбнулась, ей была приятна его похвала.  — В этом то и проблема. То зелье, которое я дала ему сегодня, помогает не только от болей, но еще и… И от симптомов проклятий. Парень обхватил ее лицо ладонями и заглянул в глаза.  — Ты что, считаешь, что его прокляли? Хоть уверенность в версии проклятия прочно обосновалась в ее голове, но девушке пришлось пожать плечами — догадки и предположения не должны были стать поводом для волнений.  — Для этого и нужно обследование. Я очень волнуюсь за него. Парень усмехнулся, целуя ее лицо.  — Мне, может, тоже чем-то заболеть, чтобы ты так за меня волновалась, м? Мария улыбнулась и еле ощутимо пристукнула его ладонью по лбу.  — Дурак, не говори так. Хоть ты будь здоров. Ладно, пойдем к твоему брату. А то вдруг снова проснется и будет кричать.

***

Утро выдалось холодным. В светлом, розоватом небе метались птицы, трава была насквозь мокрой от прошедшего ночью дождя. Фред выглядел бодрым и радостным, его веселило то, что они, совсем как взрослые, шли покупать им собственность. Джордж же сонно ежился, зевал и тер глаза — всю ночь он возился в постели, обнимал свою девушку то так, то эдак, не мог уснуть. Подав подруге и брату руку, Фред трансгрессировал на площадь Гриммо, чтобы взять из зачарованного чемоданчика деньги. Дальше — хлопок, кручения, выворот внутренностей и их возвращение в прежнее состояние. Перед друзьями предстал полупустой Косой переулок. Маша и Джордж резко выдохнули, стараясь унять боль в полупустом желудке.  — Мистер Джордан должен быть здесь с минуту на минуту… Джордж, Мэри, только давайте без побегов в кафе-мороженое и «Дырявый котел». Мы тут не на свидании, а по делу. Девушка ответственно кивнула, а Джордж рассмеялся, обнимая ее, кладя подбородок на макушку.  — После покупки зайдем еще в аптеку. Маше хотелось пополнить запасы. Ответить брату Фред не смог — хлопок трансгрессии отвлек их. Перед друзьями предстал высокий, плотный темнокожий мужчина. Он улыбнулся и стал так похож на Ли, что сомнений не осталось — это его отец.  — Мистер Джордан, добрый день, рады видеть вас, — подал ему руку старший. Младший молча последовал его примеру.  — Мистеры Уизли, и…  — Мисс Чехова, — улыбнулась русская. Мужчина кивнул, подал руку и ей, крепко пожал.  — Прекрасный день, молодые люди, чтобы осмотреть пару помещений, не так ли? Братья кивнули и схватили подругу за руки с двух сторон, потянули за удаляющимся вдаль риэлтором. Он шел, доставая из небольшого портфельчика бумаги, осматривая что-то, переворачивая листы. Изредка компании попадались пешеходы, торговцы только-только открывали свои лавки. Воздух буквально звенел, был прозрачным и чистым.  — Я предложу вам вначале ознакомиться с местом… Там раньше была звериная лавка, торговали пауками. Близнецы кивнули, сворачивая за шустрым мужчиной в небольшой проулок. Мария не успевала за быстрым темпом ходьбы, так что ей пришлось бежать, чтобы угнаться за волшебниками. Вскоре показалась небольшая лачуга, крепкая и сбитая, но не слишком чистая.  — Два этажа, стоимость снижена из-за того, что в доме умерла его хозяйка… Ребята зашли вслед за ним, осмотрелись. На полу был огромный слой то ли белого пепла, то ли пыли. По углам висела сизая паутина, временами по потолку пробегало что-то черное с большим количеством лап.  — Убраться, сделать ремонтик, и будет ничего, а? — спросил мистер Джордан, но Джордж скривил лицо.  — Нет, слишком тесно, — словно понял мысли брата Фред.  — Насколько вам нужно просторнее? — спросил мужчина.  — Намного просторнее. Это будет грандиозный проект.  — Да! И место не примечательное. Хорошо бы на главной аллее, — кивнул младший.  — И этих пауков мы вряд ли отсюда сможем вывести. У них там, сверху, похоже, гнездо, — сказала Чехова, дергаясь от очередной тени на потолке. Джордан зашуршал листами.  — Так, есть два варианта. Но дороже, чем вы озвучивали максимальную сумму. Рука Джорджа чуть сильнее сжала девичью.  — Насколько? — спросил он неуверенно.  — Достаточно… Фред махнул рукой.  — Хорошо, пойдемте. Нужно доплатить — доплатим. Компания двинулась дальше, вздрагивая от свежести улицы. Народу чуть прибавилось — из банка выходила группа смеющихся ведьм, пара столиков кафе-мороженого оказалась занята.  — Фред, с ума сошел? Как нам тогда делать ремонт, облицовку? — спросил недовольный Джордж, когда Джордан отошел чуть дальше и не мог услышать его ворчания. Старший хмыкнул:  — Подкопим, развернем рекламу среди младших курсов. Не думаю, что это будет проблемой. В крайнем случае — возьмем в руки краски, молотки, сделаем все магловским методом. Чехова восторженно выдохнула, понимая, к какому дому ведет их риелтор. Это было высокое, трехэтажное, полное окон и стекол здание.  — Косой переулок 93, чудесное помещение, осталось после восхитительной ведьмы — торговала приспособлениями для алхимии и астрономии. Пройдемте, молодые люди. Дверь с несильным скрипом отворилась, звякнул колокольчик. Мария почувствовала, как по ее рукам побежали мурашки. Все поверхности кругом блестели от лака, обилие окон создавало чудесный эффект — все было освещено мягким, направленным точечно светом, в его лучах кружились комки пыли. Большая винтовая лестница вела наверх.  — Осматриваем дальше, господа? — спросил Джордан и друзья одновременно кивнули. У них троих сперло дыхание от увиденного, словно они думали одну и ту же мысль.  — Лучше не найдем, — шепнула Маша и братья почти синхронно прошептали: «Да».  — Здесь, на первом этаже, есть три помещения, два яруса — второй открыт, его ограждают резные дубовые перила. Эта комната — основная, также есть одна потайная и одна служила малым залом. Осмотрев их, ребята поднялись по лестнице. Перед ними предстала небольшая двухэтажная квартирка. На первом этаже находилась гостиная, совмещенная с кухней и столовой, ванная и туалет, небольшая комнатка. На втором — четыре достаточно просторных комнаты. Парни уже не раздумывали, лишь ждали, пока мистер Джордан предложит им заключить сделку.  — Так что, мистеры Уизли, мисс Чехова? Следующее здание? Уизли замотали головами.  — Это абсолютно устраивает, мы готовы купить его. Какова цена? Мужчина написал на бумажке сумму и показал Джорджу, Фреду. Джордж поднял брови в изумлении, Фред же, не думая, расстегнул сумку, достал довольно крупный мешок, полный монет.  — Давайте присядем, подпишем договор, а я пока что пересчитаю сумму… Спустя полчаса договор о покупке недвижимости был заключен, полная сумма оплачена, а мистер Джордан, задорно посмеиваясь, передал парням ключи с мощным рукопожатием. Джордж и Фред, запирая двери, наложили на здание пару заклятий — запирающее, отвлекающее внимание, усиливающее.  — Ребята, мы должны напиться, это великий день, — улыбнулся Фред, поводя бровями, когда они отходили от их нового магазина. Маша и Джордж также были в приподнятом, праздничном настроении, однако, помнили о неотложном деле, которое было нужно сделать завтра.  — Не сегодня, Фредди, — младший приобнял брата за плечи. — Нужно держать это в секрете от всех, даже от Рона и Джинни. А то еще сболтнут кому… Ну, сам понимаешь. Ведьма кивнула, обвивая его талию с другого боку:  — Лучше потом, как откроетесь. Глаза Фреда вдруг забегали по улице.  — Мэри, ты же разбираешься в ингредиентах, верно? Видишь того мужчину? Это Наземникус, он состоит в Ордене, познакомился с ним в штабе в прошлую пятницу, и вот, какая неожиданность — он здесь. Этот парень нелегально может поставлять нам животные ингредиенты. Посмотришь — ерунда или хорошие? Русская вновь кивнула, неуверенно осматривая приземистого, кривоногого, вороватого на вид мужчину, одетого в несуразный цветастый костюм.  — Как скажешь, Фред… Для тебя — что угодно.