притяжение

Итэр притягивает. Венти заметил за собой то, что всё чаще его мысли посещает друг, который на время вернулся в Мондштадт. И как бы он ни старался не думать о юном Путешественнике — всё равно не мог сосредоточиться на чем-то ином. — О, бродяжка! Ты чего это тут? — слышится знакомый голос спутницы Итэра, и вот она уже с любопытством заглядывает Барбатосу в глаза. Венти только издает хихиканье, ища взглядом блондина, что должен быть где-то поблизости. Он действительно находился совсем недалеко: срывал ветряные астры около статуи семи Архонтов. — Ох, — Итэр замечает мальчика не сразу, лишь когда Архонт начинает махать ему рукой. Юноша тут же, будто покорная собачка, убирает цветы в рюкзак, с легкой неуверенностью подходя к брюнету. — Привет, Венти. Зеленоглазый мило улыбается, приглашающе похлопав по месту рядом с ним. — Я слышал, Архонт Ли Юэ погиб, — парнишка вздыхает, перебирая струны на своей лире. — Ты видел его смерть? Итэр мнется и кусает нижнюю губу. Что-то скрывает? Или чего-то стесняется? — Он не мертв, — произносит Путешественник. А Паймон, прилёгшая отдохнуть, возмущенно дуётся. — Моракс работает в ритуальном бюро «Ван Шэн» консультантом под именем Чжун Ли. — Действительно? — Венти удивленно склоняет голову в бок. — Неужели Моракс подстроил собственную смерть? Он что, устал исполнять обязанности? — бард негромко засмеялся, в то время как Итэр выглядел озадаченным. Забавный. — Господин Чжун Ли много сделал для города. Теперь Ли Юэ находится под защитой Адептов. — забурчала Паймон. Она, кажется, была недовольна тем, что Венти посмеялся над бывшим Гео Архонтом. — Я и не спорю, Паймон, — с той же беззаботностью тянет зеленоглазый. — Просто странно это. Итэр жмет плечами, затеребив свою золотистую косу. То ли от неловкости, то ли от смущенности, но мальчишечка краснеет, а внутри Венти все приятно трепещет, и дыхание прерывается. Милашка. — Вот что, Путешественник, — внезапно брюнет перестает перебирать струны на лире, и протягивает её блондину. — Хочешь попробовать сыграть? Не волнуйся, я буду помогать, если у тебя не будет получаться. Паренек смотрит на него с недоумением, и пробегается изящными пальчиками по узорам на лире. Кажется, он смятён и колеблется. — Я уверен, у тебя получится! — Барбатос ползет проворными руками к талии юноши, а тот, видимо, слишком уйдя в себя, и не замечает, как его утягивают на колени. — Э… Э? — Итэр растерянно хлопает глазами, заерзав на Венти. — Эй, мы так не договаривались. — Путешественник хмурит светлые брови и собирается слезть с бёдер барда, однако его удерживают крепко, и ему приходится бросить эту затею. Архонт ощущает, как к щекам приливает кровь из-за столь интимной близости, старается выдохнуть совсем тихо, чтобы Итэр не услышал, а затем накрывает ладошки мальчика своими. — Не волнуйся ты так, не на экзамене же, хе-хе! — брюнет издает слегка нервное хихиканье и сглатывает. Итэр молчит, но играть на лире все же начинает. Поначалу выходит нескладно, однако с поддержкой Венти, что поглаживает горячими подушечками пальцев тыльную сторону ладошек, набирается большей уверенности. По долине ветров разносится медовая трель, и уже трудно сказать, что Путешественник играет на инструменте в первый раз. Блондин сосредоточен на движении своих пальцев, поэтому забывает и о Барбатосе, и о Паймон, что оставила их двоих. Обо всём забывает. У Архонта в грудной клетке всё так волнительно покалывает, он специально задерживает дыхание, чтобы не побеспокоить Итэра. Сердце тоже сжимается от теплых чувств, наполняющих Венти, которые пускают по телу приятный мандраж вплоть до пальцев ног. — Венти…? — Путешественник окликивает его со смущенным выражением лица. — Отпусти меня. Бард отпускает, но тут же, сам не давая отчета своим действиям, валит мальчика в густую траву. — Что ты делаешь? — возмущенно спрашивает юноша, на деле не выглядя ничуть обеспокоенным столь странным поведением божества. Может, он сам хочет того же, что и Барбатос? — Пожалуйста, Путешественник, — брюнет снимает берет с головы, позволив шаловливому ветерку взъерошить волосы. — Разреши мне поцеловать тебя. Итэр дергается, изумленно вытягиваясь в лице. Он обескуражен, потому опускает глаза на траву, и долго молчит, не решаясь сказать «нет», но и разрешения не даёт. Блондин краснеет пуще прежнего, дав Венти возможность увидеть его прелестно подрагивающие от стеснения хрупкие плечи. Мальчишка испускает дрожащий вздох. — Я… Я не против. — в этот же миг золотистоглазый скромно опускает голову, стыдясь смотреть на Барбатоса. Он так смущён. Архонт, ласково приподнимая подбородок мальчишки, тыкается мягкими губами в искусанные до крови, а после, не встретив никакого отторжения, проникает языком в рот Путешественника. — Мфхм… — звучит мычание со стороны мондштадского героя, мальчонка расслабляется, обмякает в руках Барбатоса, самостоятельно обвивая конечностями шею божества. Зеленоглазый гладит талию Итэра, щекочет пальцами плоский живот и чуть надавливает на мягкую кожу, царапая её короткими ногтями. Приходится отстраниться друг от друга, поскольку у блондина воздух кончается и ему нужно прийти в себя после долгого поцелуя. — Ты как? — Архонт нежно гладит бархатную щеку партнера большим пальцем, оставив невесомый поцелуй на виске друга. — Я хочу ещё, — Итэру стыдно за свои желания и реакцию тела на легкие прикосновения юноши.  — Пожалуйста. Венти мягко улыбается. Он безмолвно стягивает с приятеля топ-нагрудник вместе с сапогами и штанами, открывая себе вид на безупречное хрупкое тело, словно светящееся на солнце. Путешественник разомлел от ласк, поэтому ничего не говорит, только смотрит затуманенным взглядом и сводит ноги вместе, стесняясь своей наготы. Архонт распускает длинные волосы младшего, вдыхая сладковатый запах ветряных астр. — Я буду нежен, — шепчет Барбатос, протолкнув свои пальцы в рот мальчика, а тот послушно вылизывает их горячим языком, громко причмокивая и шумно вздыхая. — Тебе будет приятно, Путешественник. Итэр всхлипывает, пряча лицо в траве и шелковых волосах, разметавшихся по земле. Первый палец входит в анус друга безболезненно, удивившийся этим Барбатос кидает вопросительный взгляд на блондина. — Я-я, — он так мило заикается, будто чего-то боится. — Растягивал себя. П-поэтому… Можешь не уделять этому слишком много времени. Венти лишь отвечает милой улыбкой, неожиданно вгоняя три пальца в нутро Путешественника. — Ааа-АаАх! — юноша выгибается и хнычет, стараясь насадиться на пальцы сам, однако рука божества удерживает крепко и не позволяет своевольничать. — Пожалуйста, пожалуйста, протолкни их глубже…! Архонт игнорирует просьбу Итэра, нарочно почти полностью вытаскивая их из блондина. Паренек дразнит Путешественника, дабы лишний раз поглядеть на заплаканное личико героя Мондштадта. Тот мечется на земле от удовольствия, которое становится уже болезненным из-за невозможности кончить. Капельки слёз, собравшиеся в уголках золотых глаз парнишки, становятся причиной пожара в груди Венти. — Ах… — Итэр ахает, когда его переворачивают на живот, вынимая пальцы. Брюнет спускает с себя шорты и чулки до щиколоток, стягивая и мешающее нижнее бельё, высвобождая член. Он тихо выдыхает, скользя руками по спине Путешественника, вынуждая партнера вжаться животом в землю. Блондин скулит, сжимая руки в кулаки, виляет бедрами, умоляя своими действиями поскорее вставить. — Прошу, Барбатос… — сипло шепчет юноша, пытаясь потереться о траву головкой возбужденного члена, но Венти неожиданно приподнимает его бедра, те едва ли не разъезжаются от сильного напряжения, и вгоняет свой орган по основание. — А-ааа-А…Ха-ах… — у Итэра из глаз брызнули слёзы острого удовольствия, мальчик сладостно застонал, выгибаясь в спинке до хруста. Архонт гладит руками грудь друга, сжимая пальцами розовые соски и тут же заглушая новый громкий стон мягким поцелуем. — Венти, — бормочет любовно золотистоглазый, не сопротивляющийся от слова совсем, да и зачем ему сопротивляться, если нравится? Зеленоглазый аккуратно переворачивает младшего обратно на спину, толкаясь более плавно, чем в прошлый раз, позволяя изящным пальчикам Итэра впиться ногтями в его лопатки и зацарапать, словно коготки игривого котёнка. — Венти, я- — Тш-ш, ничего не говори. Скажешь мне потом, ладно? — Барбатос хихикает, повторно целуя Путешественника в губы, посасывая кончик языка второго нежно и размеренно. А Итэр замычал от восторга, и задрожал в преддверии оргазма. Он выгибается, вжимаясь тельцем в грудь Венти, и кончает с протяжным стоном себе на живот, сразу же захлебываясь вскриком из-за того, что Барбатос начинает вбиваться нещадно и глубоко, снова и снова попадая по простате. Это наслаждение почти болезненное, но мальчик не смеет жаловаться, да и вряд ли бы сейчас он смог сказать что-то вообще. Архонт низко мычит, впиваясь пальцами в мягкие бедра, сотрясаясь в ярком оргазме. Итэр затихает, замерев с широко раскрытыми глазами: горячая сперма брюнета заполняет его, вызывая ощущение наслаждения наивысшей степени. Они оба еще несколько секунд не двигаются, слушая шумное дыхание друг друга. Венти покрывает влажную спину приятеля мягкими поцелуями, осторожно покидая обессиленное тело. — Мм-м… — жалобно скулит блондин и жмурится, недовольный тем, что больше он не ощущает себя заполненным. Бард одевается, стирая с мальчишки разводы спермы, ласково одевает и его, а после сажает к себе на колени. Итэр до сих пор не может выдавить ни слова, но, судя по тому, что Венти молчит, сейчас разговоров и не требуется. Мондштадтский герой утыкается в плечо божества, стискивая ткань шелковой одежды пальчиками, тихо вздыхая. Зеленоглазый парёнек напевает песенку, одновременно перебирая волосы Путешественника с влюбленной улыбкой на устах, которую второй, конечно же, не видит. «Я люблю тебя» хочет сказать Венти, но поспешно останавливает себя. Сейчас ему достаточно и того, что Итэр просто рядом с ним.