Плетение судеб

                  

Арт Музей Тэгу.

      Одно из самых известных мест посещения туристов и гостей города.       Музей даёт возможность людям расслабиться и приобщиться к искусству. Абсолютно каждый посетитель найдёт что-то интересное для себя. И никто никогда не уходил оттуда без эмоций.

«Кто не был в Художественном Музее тот не был в Тэгу».

      Именно так говорят об этом месте.       Огромные залы, удивительные инсталляции мастеров, замысловатые объекты творчества. Скульптуры, картины, фрески, изделия из драгметаллов. И это всего лишь малый перечень того, что можно здесь увидеть.       Многие говорят, что невозможно запомнить и десятую часть всего, что есть в этом уникальном месте. Помимо этого, на территории музея есть большое количество кафе и ресторанов, где можно отдохнуть и вкусно покушать.       Юджина с Чонгуком подъехали к зданию и вышли из машины. Взгляд едва мог охватить такие масштабы и парень присвистнул от восторга. И действительно. Музей располагался вдали от города, в шикарном районе и занимал огромное пространство, растянувшееся на многие гектары.       Даже не заходя вовнутрь, можно восхищаться умопомрачительной архитектурой и задумкой автора. И именно в это место пригласила Юджина своего друга.       И вот, уже несколько часов, как они ходят по огромным залам. Юджина увлечена и поглощена полностью. Она так внимательно рассматривает экспонаты и восхищается, как маленькая девочка. И всё время говорит что-то, говорит и говорит...       В пустоту только говорит.       Чонгук же, в отличии от неё, всё время пытается сосредоточиться. Юджина ему рассказывает удивительные истории о сотворении этого места, или того или иного экспоната, о котором когда-то читала, а он постоянно теряет нить рассказа, и потом ему так неловко переспрашивать и этим самым показывать ей своё невнимание, и часто повторял одну и ту же фразу.       — Да, это действительно прекрасно, — и смотрел потерянными глазами, в которых и интереса-то и не было.       Только какая-то усталость в них сквозила и нервозность. Он так часто трогал губы, которые почему-то зудели с самого утра и казалось, что ещё немного и он их совсем в кровь раздерëт.       А потом надолго замирал на одном месте и смотрел куда-то сквозь стены и сквозь людей и много раз натыкался на взор женщины, что просто не могла не видеть, что мальчик чем-то встревожен.       Юджина удивлëнно поднимала на него глаза и молчала в непонимании. А Чонгук, столкнувшись с ней взглядом, лишь мычал вопросительно и вскидывал брови, а потом краснел безбожно, что его опять она поймала на горячем.       И вот, опять, он её не слушает, пока она пытается вовлечь его в историю, о которой здесь так много говорят. И как-то сдувается, пыл пропадает и она даже не смеет на него злиться.       А ведь она так мечтала показать ему то, от чего сама была в восторге, но по-видимому вкусы у разного поколения не всегда совпадают. Или скорее всего не совпадают совсем. Да конечно, разница в возрасте даёт о себе знать.       Хотя...       Она никогда не замечала, чтобы Чонгук был рассеян. Он всегда собран, умён и сообразителен. Но именно сегодня, мальчик, словно не в своей тарелке. Он какой-то рассеяный, будто день вчерашний потерял.       Звонок телефона отвлёк её всего лишь на несколько минут. Женщина, извинившись, отошла в сторону, показывая ему на свой телефон и ответила на звонок.       — Ты знаешь, а я проголодалась, — её звонкий голос прервал его размышления и Чонгук невольно вздрогнул, когда она появилась перед ним так неожиданно, — Давай мы с тобой немного отдохнем, а то у меня, да и у тебя, наверняка, рябит в глазах от всего. Да?       — А?.. Вы что-то сказали?.. — и снова он краснеет и понимает, что опять, в который раз, попал в просак.       Ну что за день сегодня??? Чонгук не понимает, что с ним происходит.       С самого утра какое-то непонятное волнение. Оно мешает, сбивает с толку, раздражает и не даёт расслабиться.       Конечно, он был наслышан о знаменитом Музее, планировал когда-нибудь посетить его. Может быть, когда-нибудь, когда у него появится время или желание сбежать от всех и вся.       И вот сейчас есть эта возможность, хватай, бери, получай удовольствие и отдыхай!       Но нет...       Нет терпения сегодня. Что-то словно его подгоняет. Гонит отсюда. Гонит туда, откуда пришёл. А может быть просто так ему кажется?       Или просто тоска по нему выкручивает его внутренности, ломает кости изнутри, рвёт на части и душит, душит, душит… Надышаться не даёт.       И зудит, и свербит, и убивает!       Они зашли в небольшой ресторан, который был занят только наполовину и сели за свободный столик у окна. Официант принял заказ и удалился. Юджина положила свои руки поверх его и внимательно заглянула в глаза.       — Друг мой... — начала она нежно глядя на него, — Я не буду ходить вокруг до около и спрошу тебя прямо.        Он подготовился к очередному допросу…       — Что с тобой происходит? С тобой всё хорошо? Ты словно не здесь...       Чонгук посмотрел на неё и понял, что нет смысла опираться.       — Я не знаю... Но что-то меня не пускает... Я не знаю... Я словно жду чего-то...       — А может ты ждешь «кого-то»? — на это «кого-то» щёки парня дико покраснели и он опустил голову и рвано выдохнул.       Она взяла его за руку и сжала в своей руке крепко и обнадëживающе.       — Послушай, что я тебе скажу. Только пожалуйста, не перебивай меня, хорошо? — он приготовился слушать нотации взрослых, типа, всё будет хорошо, ты ещё найдешь свою любовь, а сейчас нужно расслабиться и бла-бла-бла…       Но...       — Если тебе нужно уйти, а здесь ты со мной только из вежливости, а ты очень вежливый мальчик, то иди, слышишь? Иди! — она говорила и её глаза были очень серьёзными, ни одного намёка на шутку в них не было и Чонгук, честно, хотел уже встать и бежать без оглядки, сломя голову бежать!!!       Он посмотрел на неё и снова понял, что эта женщина особенная. Но не смог так просто сделать то, что она просит. Хотя просто встать и уйти... Разве сложно? Так легко сказать и так сложно сделать. Они приехали вместе и уехать должны тоже, вместе.       — Меня никто не ждёт...— он потупил свой взгляд и его подбородок задрожал и в глазах несносно запекло, но он изо всех сил сдержался, чтобы не превратиться в размазню перед женщиной.       — Ну-ну, мальчик мой... — она положила руки ему на плечи и нежно, по-матерински обняла, — Не расстраивайся... Послушай, может быть тебе нужно просто отдохнуть. Ведь завтра у тебя важное совещание. Твоё первое совещание… — напоминая ему, она кивала головой, — И тебе не мешало бы отдохнуть и пройти по всем пунктам ещё раз. И поспишь заодно.       — Но как же я уйду? Мы же вместе приехали! И как я оставлю Вас одну? — она видела, как он начал сдаваться под её натиском.       Чонгук понимал, что она права. Он не сможет находиться здесь и через силу улыбаться. Уж лучше сказать так, как есть, чем врать и притворяться.       — Оставить меня одну? А кто сказал, что я буду одна? Посмотри! — и она разводит руками и смотрит по сторонам, — Здесь полно народу! И я более, чем уверена, что скучно мне не будет! — она так уверенно смотрит на него, улыбается и кивает головой, — Чонгук-и, тебе нужно отдохнуть. Правда, я согласна, я наверное перегнула палку и слишком много взвалила на тебя ответственности. Прости! Как-нибудь в другой раз мы обязательно сюда приедем! А теперь иди. Иди-иди!       Он не стал больше тянуть резину и оттягивать расставание, встал, поклонился и поцеловал ей руку.       — Я обязательно отдохну. И... Спасибо, — сказал он на прощание и пошёл к выходу.       — Ну наконец-то!!. Фу-ух… Вот же упëртый, а?? — выдыхает она и берёт в руки телефон, — И снова здравствуйте, юноша! — весело поприветствовала абонента на другом конце провода, — Да-да, всё хорошо… Едва выпроводила… Ох и упëртый малый! — она громко засмеялась в трубку, — Джуни, а твой брат уже приехал? Мм... Отлично... Не волнуйся! Всё будет хорошо… Пока-пока!                         Flashback       Юджина смотрела на Чонгука и понимала, что он смотрит в одну точку, но совсем не на картину. Он замкнутый и так не похож на себя. Звонок отвлекает её и она извиняется перед парнем и, показав пальцем на телефон, отходит в сторону и отвечает на звонок.       — Алло?       — Добрый день, Юджина! Как у вас дела? Как там наш общий друг?       — Здравствуй, мой дорогой. Всё хорошо. Мы как раз на выставке. Не даю скучать ему… А как у вас дела?       — Ну, как сказать…       — Что случилось? Джуни, ты меня пугаешь! — на лице женщины появилось волнение…       — Тут такое дело... Тэхён, мой брат, полетел к нему. Там история такая...— Намджун на том конце замешкался и прокашлявшись, продолжил, — Неполадили они... Как подростки. Мучаются и молчат, как два упëртых барана. И уже сейчас Тэхён в отеле. Ждёт его... Я звонил уже, узнавал на рецепшене. Сказали, что он уже там.       — Так, — она уже подготовилась к предстоящей авантюре, — И что от меня требуется?       — Вы не могли бы этих оболтусов столкнуть лбами? Пусть хоть морды набьют друг другу, только бы не молчали. Невозможно смотреть на них... Идиоты...       — Положись на меня!       — Только я прошу Вас...       — Никому… — улыбается женщина и ищет глазами Чонгука.       — Ты знаешь, а я проголодалась!                         Flashback       Чонгук шёл к отелю.       Ноги туда его сами вели и он чуть ли не бежал. Боковым зрением он заметил небольшой магазин и резко свернул в сторону и заскочил на минуту лишь, чтобы купить печенье.       Выйдя оттуда, он сразу открыл пачку и кинул одно в рот тщательно разжëвывая. Как-то странно, но любимое печенье не принесло удовольствия. Он закрыл пачку, сунул её подмышку и поспешил дальше. Повернув за угол, он заметил отель и перебежал дорогу, под нервные сигналы водителей.       Подошёл ко входу и швейцар, как обычно, открыл перед ним дверь и Чонгук сразу прошёл к лифту, никого не заметив за стойкой регистрации.       Лифт выпустил его на своём этаже и он пошёл к номеру, доставая ключ-карту и буквально на ходу открыл дверь. Разулся и прошёл в прихожую, ощущая непонятный тремор рук и открыл шкаф и потянулся рукой к вешалке и...        Что это..???       Он открыл вторую створку шкафа и уставился на пальто. Приподнял рукав и поднëс его к носу...       Запах...       Это его запах...       Сердце забилось как бешеное... И руки затряслись... Что это такое? Глаза стали огромные. Чонгук вспомнил слова бармена.

«Ждите гостей. Примета такая.»

      Он сдвинул брови и посмотрел на дверь спальни. Адреналин взбесился.

«Не может быть… Не может!»

      Он, на негнущихся ногах, идёт туда. Подходит и медленно открывает дверь. И закрывает рот рукой, сдерживая стон.       Слёзы сами потекли.       Такие жгучие и солёные. И наверное долгожданные.. Будто весь яд, что так долго его отравлял, потёк из него, освобождая раненую душу от боли.       Чонгук прислонился к стене и ноги предательски подкосились и он неслышно сполз вниз, шурша одеждой. Его мальчик... Его Тэхён...       Он спал, как ребёнок.       Укутавшись в одеяло, обнимая подушку. Чонгук неслышно плачет и улыбается и смотрит. Он здесь...он рядом...такой родной и любимый...       Рукавом вытирает слёзы, встаёт и берёт стул, очень тихо ставит его рядом с кроватью и садится, не спуская с него глаз. Поставил локти на колени, руки сложил вместе и уперся в них подбородком.       Как можно им налюбоваться??? Невозможно…       Они больше суток не виделись, а ему кажется, что они не виделись больше жизни. Словно целая вечность прошла с момента, когда они так нехорошо расстались. Нет-нет. Он не будет вспоминать о плохом. Только не сейчас, когда он рядом. Он сидит и просто смотрит на него. Обида исчезла, и поджав куцый хвост, удалилась в тени́..       И только любовь. Любовь к этому необычному человечку. Его человек... Его маленький хëн...       Тэхён начинает ворочаться и хмуриться, тихонько мычать и плямкать губами. А Чонгук улыбается и пересаживается на кровать, поближе к нему и убирает светлую прядь со лба. Тэхён поворачивает голову в другую сторону, тихо стонет и начинает потягиваться, вытягивая руки над головой. Чонгук кладёт свою ладонь ему на щёку, гладит его, проводит рукой по уху и чувствует такую нежную кожу.       Пальцем проводит по губам и Тэхён машинально накрывает своей рукой чужую и открывает глаза. Фокусирует свой взгляд почему-то долго и его брови взлетают вверх, а ресницы хлопают так часто, как мотыльки у свечи. Слёзы тут же появляются на глазах. Подбородок начинает дрожать!       — Гук-и… Гуки-и… Прости... Прости меня пожалуйста… Прости меня… — он приподнимается и Чонгук без слов прижимает его к себе, а Тэхён и не пытается отстраниться и плач не сдерживает совсем.       Чонгук так крепко обнимает его, прижимает к себе и вдыхает такой любимый запах.       — Пожалуйста...пожалуйста прости меня, — сквозь рыдания слышатся его слова и Чонгук не в силах сказать хотя бы одно слово и просто целует его.       Целует его лоб и мокрые глаза, целует его солëные щёки и нос. Каждый сантиметр его красивого лица был исцелован его губами.       Они словно два магнита. И невозможно разорвать их. Губы соприкасаются и их током прошибает. Они, будто страждущие путники пустыни, видят друг в друге живительную влагу. Впиваются в родные уста и забывают обо всём на свете.       И пусть весь мир подождет.       Языки сплетаются, жадно облизывая, губы поглощают губы, до последнего миллиметра.       Сладко...вкусно...нежно...жадно...       Наконец-то!       Все вопросы потом!       Сильные руки обнимают хрупкое мужское тело, изящные руки зарываются в чёрные волосы. Они падают на кровать и прижимаются телами, Тэхён обнимает ногами талию Чонгука и крепко прижимает к себе, как можно ближе. А Чонгук лишь смотрит на него и слегка, на мгновение, хмуриться. Он впускает его???       Со стоном они прижимаются ещё ближе, их горячие тела соприкасаются бёдрами, в том самом месте, где огнём всё полыхает. Стон блондина музыкой разносится по спальне. И Чонгук смело прижимается своим членом к его и чувствует его твёрдую плоть. Чувствует его тело, что так жаждет чего-то нового. И оторваться от него нет никаких сил и прекратить такие горячие прикосновения смерти подобно. Их обоюдное возбуждение переходит все границы дозволенного. Тэхён рвано стонет и руками крепче прижимает Гука и отпускать его не собирается. Только закидывает голову и издаёт такой стон, от которого у Чона триггеры в голове срывает.       Брюнет отодвигает ворот его свитера и жадно и голодно целует шею, от дикого желания не сдерживается и оставляет засос во впадине ключицы, опошляя кожу красным пятном. А Тэхён дрожит, тает в его руках и ещё просит.       Чонгук приподнимается и стягивает с него свитер, открывая для себя бо́льшую территорию для поцелуев.       Тэхён смотрит на него, потемневшими от желания глазами и переводит взгляд на промежность Чона, краснея как мальчишка. Губы его распухли, а желание туманит сознание. И ему так мало этого. Так мало. Желание познать неизвестное мутит рассудок и топит в себе. Чонгук видит его состояние и понимает, что сам стоит у края пропасти. Один только шаг и он не сможет устоять, он полетит, он сорвëтся и тормоза откажут.       Огромным усилием воли он заставляет себя остановиться и совсем немного отстраниться от соблазна.       — Малыш... пожалуйста... не своди меня с ума... прошу тебя, — но глубокий и хриплый голос не дал ему договорить.       — Я хочу тебя, — шепчет ему Тэхён на ухо и Чонгук ясно услышал, как стучат его зубы от волнения, будто от холода и щёки покрываются ярким румянцем.       — Мальчик мой, — всё, что может выдавить из себя Гук и его просто несёт в нирвану, вместе с ним.       Он встаёт и наспех снимает с себя всю одежду, кидая её на пол и остаётся только в боксёрах. Тэхён гулко сглатывает слюну, когда пялится на мощное тело и ползёт липким взглядом по нему, не упуская ни одного сантиметра.       Дрожащими руками Тэхён растегивает свой ремень, звеня бляхой, а Чонгук стягивает с него брюки вместе с нижним бельём, оставляя его совершенно обнажённым.       Такой вид с ума сводит и Чон издаёт звук, так напоминающий сладостный рык и снова тянется к нему, врываясь в его объятия, наконец-то чувствуя тепло его тела под собой. Рукой спускается к его возбуждению и сжимает в руке твёрдый орган. И Тэхён протяжно стонет, разводя ноги шире.       Чонгук спускается ниже, сантиметр за сантиметром выцеловывая его теплую и ароматную кожу, словно он обмазан шоколадом. И лижет его жадно, длинными мазками проходит по груди и цепляет кончиком языка сосок. Рваное дыхание исходит из уст Тэхёна, пока он вбирает губами отвердевшее основание и проводит языком по ореолу…       Тэхён вздрагивает от каждого прикосновения к соскам, и Чонгук не скупи́тся на ласки, обрушивая их на парня. Он зажимает в пальцах мокрый сосок и мнëт его, пока играет со вторым.       Перекидывает через него ногу и становится над ним, приподнимая его корпус к себе. А Тэхён, подобно лебедю, выгибает спину и грудью тянется к нему и Чон сильными руками придерживает его снизу. Картина на миллион!       Поцелуями он спускается к животу и затрагивает его пупок, глубоко ныряя в него языком. Громкий рваный стон выходит из горла и Чонгук понимает, как нравится это его мальчику.       Ложится между его ног и наконец-то кладёт его ноги себе на плечи, пока Тэхёну срывает последние барьеры стыда.       Он широко сам ноги расставляет и предвкушает, какое сказочное удовольствие получит и не ошибается, когда чувствует, горячий и мокрый язык между ягодиц, что так мучительно медленно поднимается к мошонке и далее по члену, до самой головки.       Он откидывает голову назад с рычанием, от которого у Гука мурашки по спине проходят. Тэхён чувствует, как его крайняя плоть натянута, чувствительная головка открыта и как горячий язык танцует по уздечке, зализывая уретру и обводя языком по натянутой коже.       — Я не дам тебе быстро кончить... слышишь меня? Не дам… Я так сильно по тебе соскучился, я тебя замучаю до слёз… слышишь?        Тэхён хватает Чона за голову и в глазах у него плывёт, когда он смотрит на него, слегка кивая головой и выдавая из себя низкие стоны, пока Чонгук, не отводя глаз, лижет его член от основания и губами захватывает головку.       — Тогда остановись,— дрожащим голосом шепчет ему Тэ,  — Я не выдержу, — и Чонгук отступил, давая ему секунды, чтобы остыть, переводя губы на внутреннюю сторну бедра, где кожа тонкая и нежная, где его паховые сухожилия дрожат, как струны... где мышцы ног натянуты, словно канаты.       Он аккуратно переворачивает его на живот и, подобно змее, трëтся о него своим телом, добираясь губами до шеи.       Прижимается к нему со спины и целует плечи у основания роста волос, смотрит, как толпы мурашек оккупируют тело, а потом кусает его за загривок и слушает музыку для ушей, когда Тэхён рычит от услады, что топит его всего.       Рука Чона спускается к его ноге и он сгибает её в колене, открывая для себя доступ к телу. И понимает, что Тэхён ему подчиняется, подстраивается и так хорошо слушает его порывы.       Его член мучительно медленно проходит между ягодиц блондина, задевая вход и скользит дальше, по яичкам, перемещаясь вперёд, касаясь головкой члена его ствола и наконец-то соединяя их вместе…       Тэхён воет в подушку и сжимает простыню. Такое он никогда не чувствовал. И это по-настоящему вышибает мозг напрочь и всё, что ему хочется, это чтобы Чонгук никогда не останавливался.       Такое сладострастное мучение он испытывает впервые…       Гук сильнее покусывает его за шею и оставляет свой след от зубов, зацеловывая и его.       Он понемногу спускается вниз, проходя языком по позвоночнику и останавливается возле округлых ягодиц.       Губами исследует его поясницу и кусает в ямочки над попкой. Тэхён не сбавляет стонов, они уже медленно переходят в монотонное и сладкое звучание.       Чонгук ниже спустился и провёл языком по впадинке между ягодицами. Тело дрогнуло, как и голос его, срываясь на высокие ноты. Чонгук медленно вылизывал дорожку, спускаясь языком всë ниже и ниже. Потом Тэхён, к своему огромному стыду, почувствовал, как он раздвигает его ягодицы и как его горячее дыхание ощущается на входе.       — Боже, — услышал Чонгук и улыбка озарила его лицо.       Он вдохнул такой тёплый и терпкий запах его тела и прикрыл глаза в удовольствии. Горячий язык прошёл по сжатой дырочке и Тэхён вскрикнул, утопая лицом в подушку.       Его вход сжался ещё сильнее, превращаясь в маленькую звëздочку.       Чонгук прошёлся языком ещё раз, а потом ещё, а потом снова и снова.       С каждым новым мазком Тэхён вздрагивал и приподнимал таз, вопреки своему стыду. Чонгук разошёлся во всю и не щадил больше его, вылизывая сокровенное место и слушая глухие, приглушëнные подушкой, крики.       От новых ощущений Тэхён дрожал как осиновый лист, его вход расслаблялся, принимая сладкое удовольствие и Чонгук мог понемногу входить в него языком, ощущая тугие и нетронутые стеночки.       Только он их тронет, только ему позволено. Чонгук намочил палец слюной и очень медленно ввёл его, совсем чуть-чуть и Тэхён снова вскинул бёдрами навстречу. Палец вошёл глубже и Тэхён замер, громко дыша, прислушиваясь к своим ощущениям.       — Ещё, — тихое мычание и Чонгук высунул палец почти полностью введя его обратно до самого конца. Рваный крик раздался снова.       — Ещё...— снова палец утонул в нём и Чонгук перешёл на медленный темп.       А Тэхён сорвался. Он сам приподнимал попку навстречу его пальцу и рычал от удовольствия.       Не вынимая пальца, Чонгук дал понять Тэхёну, чтобы тот развернулся. Говорить ничего не пришлось.       Он понял и сам перекинул ногу через него. В таком диком положении, с раскинутыми ногами, полностью открытый перед Чонгуком, он лежал и принимал уже два его пальца и крепко держался за простынь.       Он стонал так громко, что в одно мгновение Чонгук подумал, что они взбудоражат весь отель.       Его пальцы свободно входили в него, пока рот наполнялся членом до самого конца. Двойной кайф настигал его с бешеной скоростью. Голова Гука ходила вверх-вниз, пальцы туда-сюда, а мозги пеклись как зефир на костре.       Неожиданно для него, пальцы Чонгука поменяли угол проникновения и они ударили куда-то, глубоко, вовнутрь.       Тэхён дрогнул и выгнул спину… Потом ещё… ещё... и ещё...       Он не понимал, что делал с ним Чонгук, но хотел ещё. А Чон не выпускал член изо рта, поглощая его глубже, плотнее и жарче.       — Господи… господи... что это??— только и бормотал Тэхён, пока Чонгук распалился не на шутку.       И вогнал пальцы максимально глубоко, массируя возбуждëнную простату, наблюдая за Тэхёном, выпустив его член со рта. Уже не было необходимости. Головка покраснела, член настолько окаменел и яйца налились тяжестью и поддались.       И только пальцы продолжали возбуждать простату, доводя его до пика.       — Подожди... подожди… — слова утонули и перешли в крик, когда сперма выстрелила на край кровати и грузными каплями шлëпнулась на простынь.       Тэхён застыл в одной позе и только член его жил своей жизнью и выпускал из себя всё до последней капли, поднимаясь и падая вновь…       Он схватился за голову и стонал словно от боли. А Чонгук не выпускал из него пальцы и слушал. Прислушивался к каждому стону, к каждому хрипу, к тому, как сильно пульсировал его анус, крепко зажав пальцы внутри.       Чонгук аккуратно вытащил их и пополз к изголовью, где едва дышал Тэхён и крепко держал свою голову в руках.       — Я не закончил, — тихо прошептал ему в губы Чонгук и утонул языком в его открытый рот.       — Ты сумасшедший, — едва слышно прохрипел Тэхён и сразу отозвался на его поцелуй.       Он только руки перекинул со своей головы на его и крепко прижал, чтобы тот даже не подумал отодвинуться.       Поцелуй углубился так сильно, что казалось, они достают до гланд друг друга. Чонгук аккуратно улëгся между его ног и прервал поцелуй. Тэхён открыл глаза и заглянул в этот космос.       — Малыш...Ты позволишь мне? — он снова коснулся его губ и Тэхён утащил его язык в свой рот, — Тэхён...       — Я так хочу тебя, — прошептал Тэхён ему в самые губы и снова утонул в его губах.       — Малыш… Пожалуйста… Если ты не готов, я пойму… Просто если я начну, то уже не смогу остановиться.       — Нет… Не надо. Пожалуйста,только не останавливайся, — захныкал Тэхён, как маленький и снова вкусно поцеловал Чонгука, — Пожалуйста, — шептал как в бреду, — Гукии, пожалуйста… Сделай меня своим… Я так давно хочу этого…       Чонгук встаёт перед ним на колени и спускает боксёры, зацепив резинкой свой член. А тот оттянулся вниз и снова вскочил, ударившись о живот.       Тэхён только привстал, чтобы посмотреть на его достоинство и сглотнул слюну. И это сейчас войдёт в него? От этой мысли его жаром пронзило и стало страшно, но и желанно.       И он снова тянется за поцелуем, пока Чонгук ложиться между его ног. Слюной очень обильно смазал свой член и глядя в глаза Тэхёну надавил на вход. Тугие стеночки раскрывались перед большой головкой и Тэхён ухватился за руки Чонгука, неосознанно пытался его оттолкнуть.        Страх и боль появились в его глазах и он замер в напряжении.       — Больно… больно…— шептал и крепко ногтями впивался в бицепсы.       — Чш-ш… Ты просто расслабься, просто расслабься и впусти меня,— жарким поцелуем он отвлекал его от боли, пока медленно входил в него по самое основание.       Тэхён жалобно скулил и так крепко держал его руки, что кожа покраснела в локтевый сгибах.       — Мальчик мой, милый мой, родной, — шептал он в его губы, громко и пошло причмокивая его губы, — Вот так хорошо... так хорошо… я не спешу… так хорошо… ты мне сам скажи, когда нужно… я не спешу...— горячий шёпот в ушах и сладкий язык во рту медленно делали своё дело.       Тэхён расслаблялся и сам приподнимал бёдра навстречу. Чонгук это почувствовал.       — Маленький мой... можно? Мне можно?       Тэхён весь дрожал и зубы цокотели, словно от холода. Потом он посмотрел ему в глаза и кивнул, тут же хватаясь руками за его спину.       Член медленно вышел, только наполовину и сразу вернулся. И этого хватило, чтобы он взвыл и закинул голову Чонгук губами впился в его кадык и сосал его медленно и сладко, пока аккуратно раскачивался на горячем теле.       Руки Тэхёна перешли на его ягодицы и плотно прижали к себе.       Потом также медленно отодвинули его и снова прижали. Чонгук позволил ему руководить, пока тот не привыкнет.       Фрикции становились смелее, звуки громче, а поцелуи слаще.       Тэхён приподнял таз выше и крепко обнял Чонгука за спину. А Чонгук понял и отпустил свои бёдра в полёте. Сначала медленно. Он выходил из него почти полностью, возвращаясь обратно целиком. Тэхён подавал себя навстречу и руки его перешли на шею.       Движения были настолько слаженными, что это выглядело так, словно на чьи-то слова была наложена музыка и сочетались они, как одно творение.       Движения становились быстрее, проход плотно обжимал член тугими мышцами. И даже кровать, совсем едва слышно, подпевала им в такт. Перед глазами всё пылало и горело. Стоны обоих не держались внутри и они в унисон звучали. Губы не переставали жадно целоваться, а тела пустились вскач. Фрикции становились ещё быстрее и Чонгук уже не мог удерживать себя. Его бёдра звонко шлепали по попке Тэхёна, звуки будоражили и его член каждый раз бил точно по простате.       Царапины на спине появлялись снова и снова. Ритм ускорился до сумасшедшего и Тэхён начал дрожать всем телом.       Мурашками покрывались его ноги и Чонгук чувствовал их своей кожей Член Тэхёна был зажат между их животами и сила трения была просто нестерпимой.       Мозг уносило в нирвану и в ушах свистело. Тэхён уже не владел своим телом. Он полностью отдался во власть и сласть Чонгука. А тот только смотрит и запоминает его. Запоминает, как брови ломаются, как рот открывается, как слёзы текут из глаз и пальцы трясутся, а ноги сильнее охватывают торс.       Мурашки не покидают его кожу ни на минуту…       — Смотри мне в глаза… смотри на меня... Смотри!       Тэхён вздрагивает и фокусирует взгляд и видит смазанное лицо и его чёрные глаза.       И яркая вспышка, как метеорит, пролетела из его тела, брызнула горячей спермой, пачкая их животы.       Хриплый стон, подобно лучшей музыке звучал непрерывно. Его анус так крепко сжимал и пульсировал по члену Чонгука, что тому хватило всего лишь пару движений, чтобы последовать за ним.       Он отпустил горло и закричал.       Сперма тугими толчками наполняла его изнутри и он так долго кончал в своего мальчика.       И только спустя несколько секунд Чонгук понимает, что Тэхён придерживает его голову и смотрит, как тот кончает. Так красиво кончает. Так трепетно и жарко.       Последний толчок и он просто падает на Тэхёна, в его объятия. И его обнимают нежно и так горячо. Целуют его в макушку и зарываются пальцами в волосах.       Дыхания сорваны и голоса по-видимому тоже. Чонгук лежит на его груди и щекой ощущает, как сильно его сердце бьётся.       Тела дрожат и пульсация тел не уходит.       Только через несколько минут он очень аккуратно выходит из него и чувствует, как крепко его обнимает Тэхён и как дрожит его грудная клетка.       Тэхён совсем не ожидал такого. Буря эмоций захлестнула его в свой водоворот.       Как он ждал и боялся этого. Как часто он представлял. С того самого момента представлял, когда впервые увидел его фотографию. Так стыдился мыслей своих и прятал их глубоко, в недрах сознания. Но действительность оказалась намного ярче его фантазий. И сейчас, лёжа в его объятиях, он счастлив. Настолько счастлив, что становится страшно.       Бесконечно.       Чонгук открывает глаза и к нему, словно через слой ваты, доходят тихие всхлипы.       Он открывает глаза и прислушивается. Поднимает на него глаза и млеет.       Тэхён, приложив плотно руку ко рту, тихо плачет. Его дыхание дрожит и слёзы катятся из глаз.       — Эй… ты чего? Маленький мой,— рукой вытирает его лицо и целует, — Прости меня, если тебе было больно,— он привстал на руки и обнял его как ребёнка, — Прости меня…       Тэхён только отрицательно покачал головой.       — Ты на меня злишься? — а в ответ «нет».       — Тебе было больно… — а в ответ снова «нет».       — Скажи мне, что случилось?— тихо спрашивает Чонгук и целует ему глаза, потом мокрые щёки, потом сладкие губы.       — Спасибо, — хриплым голосом отвечает Тэхён и прячется в его объятиях. — Это тебе спасибо... И... Здравствуй, мой тайный гость... — теперь настала очередь Тэхёна удивляться, — Как ты себя чувствуешь? — а Тэхён улыбается и прячет пунцовые щёки.       Чонгук спокойно вздыхает и ложится на спину, переворачивает его на себя и закрывает глаза.       Пять минут в небытие. Как в облаках.       — Гук-и, — Тэхён первым нарушил тишину.       — М-м-м..? — отозвался Чон и открыл слипшиеся глаза.       — Я кушать хочу... — вот так, непосредственно он выдаёт своё желание.       Чонгук улыбается.       — Я тоже...— и в этот момент он слышит, как урчит желудок.       Он снова меняет их положение и склоняется над ним, глядя в эти глаза, нежно целует в носик, потом протягивает ему мизинчик и шепчет.       — Давай больше никогда не будем ругаться.       Тэхён протягивает ему свой и, они с улыбками на лицах, скрепившись мизинчиками, мирятся.       — А теперь в душ и пойдем кушать.       Чонгук встаёт во весь рост и потягивается, а Тэхён смотрит на его спину и влюбляется ещё больше.       — Ты идёшь? — он развернулся к нему лицом и Тэхён сразу покраснел, рассматривая его с такого ракурса.       — Ах... какой стесняшка...       Он резко скидывает с него одеяло, которым тот уже успел прикрыться и поднимает его на руки.       — Я же тяжёлый, — куксится Тэхён и дует губы, хотя глаза говорят об обратном.       — Не тяжелее характера, — запросто отвечает Чонгук и уносит его в ванную комнату, закрывая за ними двери.       Шум воды и смех наполняют номер. И пусть ничто не нарушит эту гармонию…