Отдельный от стаи

Гермиона продолжала вопросительно смотреть на Драко. —Но это не значит, что я не хочу знать, что здесь произошло. Зачем ты… —НЕ прошу прощения, Грейнджер. Ни за то, ни за другое. Отвянь,—Драко, резко оттолкнув Гермиону, мягко запрыгнув на перила и съехав по ним вниз, очутился окружённый суетливой толпой, которая до сих пор стояла вокруг пострадавшего Рона, пытаясь утешить и выслушать его. Пользуясь моментом, блондин аккуратно протиснулся через плотное кольцо из людей, буквально выпорхнув в коридор. Ему казалось что он может не успеть, не застать, не найти там того, по кому он начинал сходить с ума. В голове сумрачно металась мысль о подозрительности этих событий — он не мог понять, какую выгоду Панс, будучи всё ещё его девушкой, могла найти в том чтобы поспособствовать попаданию самого Гарри Поттера в его комнату. Он был уверен, что кроме неё, больше никто не мог ему в этом помочь. Парень быстро назвал пароль, прошёл коридор, лестницу, ведущую в гостиную, а затем и саму гостиную, направляясь в спальню Слизерина. На этом моменте его резко охватило странное предчувствие: оказавшись в гостиной, он почувствовал странный запах, отдалённо напоминавший смесь амортенции с корнем мандрагоры. Можно было понять, что это какое-то зелье, влияющее на сознание или разум человека — запах одурманивал и как будто обволакивал все мысли, убирая их куда-то далеко, где их уже невозможно было бы разыскать. В воздухе висела мягкая тишина, как будто она была специально подстроена кем-то в ожидании чего-то очень важного.

***

Три часа назад Лекция зельеварения подходила к концу. Казалось, Макгонагалл окончательно забыла о двух вышедших учениках, увлёкшись рассказом о сочетании аконита с беладонной. —В данной паре эти два вещества имеют необыкновенное действие: человек может оставаться в сознании и при этом не в силах совладать со своей речью и эмоциями…—В класс тихо зашла Паркинсон: она вышла пятнадцать минут назад, под предлогом забытых в спальне запасных чернил. —Где носит этих двоих?—Гермиона настороженно бросила взгляд на дверь; из-за надобности совместить два факультета на одном уроке, она была вынуждена сесть с Панси, так как это была единственная более-менее не агрессивная девушка со Слизерина. —Я не знаю, но ваш Поттер наверняка что-то опять натворил,—Презрительно фыркнув, Панс всё-таки достаточно охотно решила поддержать диалог, сев на своё место. —О, хочешь сказать, что Малфой тут по-твоему уже и не виноват, да? В любом случае, очевидно что они не вернутся к концу урока, а возни за дверью уже не слышно,—Гермиона нервно водила краешком пера по столу,—Тебе разве не кажется это подозрительным? —Ох, ладно. Хорошо, Грейнджер, я помогу тебе найти твоего блядского Поттера, только оставь меня в покое,—Ответ прозвучал ожидаемо от представителя зелёного факультета: его студенты никогда не отличались вежливостью. В голосе девушки была заметна нервозность: она волновалась за своего возлюбленного не меньше, чем Миона за своего друга. Дождавшись окончательного завершения лекции, девушки быстро собрали сумки и вышли из класса. —Куда ты идёшь?—Надменно наклонив голову и уставившись на торопившуюся девушку, спросила черноволосая. —Как куда? В зал. Логично вроде,—Шатенка нетерпеливо обернулась,—Пойдем уже, если конечно не передумала. —Пф, ты действительно думаешь, что они пошли бы в зал? Начнём с того, что нужды искать Драко мне нет: я и так знаю его местоположение, где бы он прятался. Мне очевидно, что они не пошли бы вместе, что бы тут не происходило. А твой Гарри, кстати, тоже не идиот: в закрытый зал ломиться не станет. —Что? Он закрыт? —Да. Лучше слушать надо — было сказано, что идёт подготовка к какому-то мероприятию или гранд уборка… Да не важно уже. Короче говоря: внимательнее будь. Гермиона залилась румянцем чувствуя вину перед собой за то, что в этот раз допустила оплошность. —И в чём же тогда заключается твоя идея? Шастать по мужским туалетам? —О Мерлин, Драко был прав: умом ты блещешь только когда дело касается учёбы. Я проведу тебя в спальню нашего факультета, где этот «Герой» сейчас и сидит. —Позволь тогда узнать, каким же образом он мог туда попасть?—Гермиона с подозрением оглядела Слизеринку. —Когда я вышла, он подошёл кое-что спросить. Видок у него был не из лучших, вот я и предложила ему пересидеть у меня. И не смотри на меня так: это всего лишь женская солидарность и понимание,—Черноволосая наигранно смахнула невидимую слезу. —Пересидеть не у тебя, а у Малфоя? —Верно,—Девушка хитро улыбнулась,—И я надеюсь, что ты не думаешь о том, как вытащить его оттуда просто так. —И что же ты хочешь.? —Видишь ли, мне тут нужно приготовить одно зелье конкретного назначения, но проблемка тут в том, что рецепт составить сама я не могу. Поможешь наварить — выпущу твоего Гарри к тебе. —Хорошо, только давай как можно быстрее, мне нужно знать что с ним. —Тогда идём в лабораторию?—Вместо ответа Гермиона просто повернула в нужную сторону. Торопливо шагая по направлению к кабинету, ей было трудно предположить, что даже в этом ей придётся действовать вовсе не по своему плану: за её спиной неторопливо шла черноволосая, спокойно продумывающая дальнейшие действия шатенки, являющейся марионеткой в её руках. Открыв дверь, Гермиона подошла к столику рядом с кафедрой и закинула сумку на ближайший стол. Оглядевшись по сторонам, она, нетерпеливо вздёрнув брови, обратила вопросительный взгляд на помощницу. Улыбнувшись в ответ, Панси подошла к книжному шкафу и окинула его оценивающим взглядом. —Та-а-ак… Посмотрим-посмотрим… Что тут у нас? Ах, точно, Веритасерум… Ты меня слушаешь, фея знаний?—Пренебрежительно усмехнувшись, девушка обернулась на шатенку. Мне нужна сыворотка правды, вводящая в дурман и заставляющая человека действовать, подчиняясь только личным желаниям, пренебрегая какими либо остатками разума, но при этом оставаясь в сознании. Не смотри на меня так и приступай к поиску ингредиентов, у нас не особо много времени. —Хочешь успеть к ужину?—Гермиона нехотя подавила все свои вопросы, упрёки и учения: всё-таки на кону стоял её друг. —Да. И желательно минут на пятнадцать пораньше, я занесу Дракоше покушать: он же вряд-ли выйдет на ужин,—Повисла небольшая пауза, пока Миона искала книги в другом шкафу,—Эй, Грейнджер, не думала, что твой Поттер тоже не выйдет, а? Неужели даже не побеспокоишься о своём дружочке? —Тц. Да что тебе от меня нужно? Отвяжись и ищи книги,—Черноволосая хитро улыбнулась, но ничего не ответила: её задача была проста — посеять ещё большее волнение за товарища в шатенке. Гермиона неверно закусила губу,—Хорошо, сварим что ты хотела, после чего ты доведёшь меня до спальни как можно скорей. У меня как раз есть бутерброд с завтрака,—Вытащив тяжёлую книгу, Герми взвалила её на кафедру,—Начнём. Ты знаешь что нужно для Веритасерума, ведь так? —Да. Мне нужно было просто что-то для свойств, которые я тебе перечислила. —Хорошо. Понадобятся две щепотки дурмана… Доставай побыстрее то, что я называю. Корень цикуты… О! Макгонагалл нам говорила же — беладонна и аконит! Они должны быть где то… Да, вон там, неси эту банку и прихвати ложку,—Девушка старательно отделила все дополнительные ингредиенты в нужных дозировках, пока вторая помешивала основной состав сыворотки правды в котелке,—Так… Теперь вот это кладём сюда, а потом уже корень сверху… Размешивай тщательнее, тут не должно быть сгустков. Ах, кстати, позволь узнать, кому ты этт преподнести хочешь? —Это не самая нужная для тебя информация, Герми. Мы же просто хотим не быть взаимосвязанными, ведь так?—Девушка улыбнулась так, как будто говорила саморазумающиеся и понятное,—Так что, давай покончим с этим без лишних разговоров,—Оставшееся время варки прошло в тишине, изредка сопровождающееся комментариями шатенки в сторону Паркинсон. —Наконец-то. Давай, переливай куда хотела, а я пока уберу всё обратно,—Гермиона собрала остатки листьев и корешков в банку и отнесла на полку в шкаф. Пока она составляла использованные для зелья книги, Панси бесшумно подняла сумку Гермионы и положила на стол. Открыв свою сумку, она начала искать что-то походящее на ярко-алый цвет зелья. Под руку попались две бутылочки морса, взятые с завтрака для себя и Драко. Одна из них была пустой — девушка успела выпить её до урока. Достав обе баночки, она аккуратно перелила содержимое в пустующую ёмкость половничком, а вторую так и оставила на видном месте, на столе. Взяв наполненную зельем банку, она как ни в чём не бывало поставила её в сумку к Гермионе, рядом с лежавшим там бутербродом. —Ладно, Миона, мне пора спешить, ты там закончила?—Демонстративно потряхивая баночкой с морсом, девушка подошла к шатенка. —Да, как раз убрала последнюю книгу. А… Зачем ты налила это в бутылку из-под морса? —Для маскировки, так сказать… И я кажется просила без вопросов. Гермиона закатила глаза и тяжело вздохнула. Ничего не заподозрив, она подошла к кафедре и взяла сумку: она была слишком взволнована и хотела как можно быстрее встретиться с другом, чтобы подробно помнить куда именно она клала свои вещи. —Идём? —Ага. У дверей в спальню девушки остановились, а точнее остановилась Панс. —Дальше ты сама, мне нужно идти к Драко. Первая дверь прямо и налево,—Дружелюбно улыбнувшись, она была спокойна: оставшуюся часть задумки Гермиона сделает сама, её лишь стоило направить на верный путь. Ровными спокойными шагами черноволосая удалилась — ей не нужно было ни к кому заходить, всё должно было разрешиться само. Гермиона же дошла до нужной двери и робко постучалась. —Малфой, это опять ты? Девушка открыла дверь: Гарри сидел на кровати с крайне подавленным видом. —Ох, Гарри! Ты можешь мне рассказать что произошло? Я жутко волновалась и не знала куда себя деть, мне пришлось даже просить помощи у Паркинсон, чтобы сюда добраться! Я принесла тебе немного покушать, если найдёшь, там может есть немного воды. Ты придёшь на ужин?—Парень тяжело качнул головой. —Нет. Я расскажу всё позже, ладно? Я просто устал да и вообще…—Было видно что слова найти ему было трудно. Шатенка понимающе кивнула и протянула сумку другу. —Вот, возьми. Ты точно цел? Не нужно к мадам помфри или Макгонагалл? Ты же знаешь, если что-то… —Да, всё точно в порядке. Это просто глупые замашки Малфоя, не больше. Он истеричка, ты же знаешь. Глупые замашки. На душе невольно становилось пусто от осознания того, что всё произошедшее было не больше чем желанием поиздеваться и отомстить. —Хорошо. Я рада что ты в порядке и всё хорошо, но Рон и Джинни наверняка уже потеряли меня. Я могу сказать им, где ты был? —Не стоит,—Гарри резко вздрогнул, словно испугавшись чего то. —Хорошо. Ещё раз прошу, поешь. Надеюсь, ты придёшь в норму и мы всё спокойно… —Да не бойся ты так за меня. Я не ребёнок, Герм, ничего страшного не произойдет,—Парень успокаивающе посмотрел на взволнованную подругу, уже отходившую к двери,—Ты можешь спокойно идти. Девушка улыбнулась в ответ и поспешила выйти из спальни, надеясь что хоть тут её никто не заметил: ей не хотелось попасть в новую неприятность, да ещё и объясняться перед кем-то. Гарри открыл сумку, заглянув внутрь: там лежали несколько потрёпанных учебников, сшитые вместе листы пергамента, запасные фирменные чернила с Гроу-стрита, бутерброд с поджаренной ветчиной, оставшийся с завтрака, и бутылочка морса. Ловко достав бутерброд, он вынул его из пакетика и положил на прикроватную тумбочку и сразу же забыл за него: больше его интересовала другая деталь — морс. Парень прекрасно помнил, что Гермиона очень боялась пролить что-то и испачкать сумку — из напитков с завтрака она могла взять только воду. Даже упоминая возможность того, что она принесла попить, девушка также назвала только воду, а это значит, что о нахождении морса в её сумке она точно не знала. При этом Паркинсон наоборот пила только морс, но опять же, учитывая её характер и принадлежность к зелёному факультету — что обозначало наличие определённых качеств — она не могла по простой доброте душевной дать Гермионе какую-либо еду — простое проявление надменности, присущей всем слизеринцам. Из всего этого можно было вынести только один вывод: в бутылке был явно не морс. По видимому это было какое-то зелье, с примесями чего-то ещё, что давало ему дополнительные свойства — это можно было определить по алому цвету, немного отливающим мутным зелёным и характерному для Веритасерума или Амортенции. Оставался один вопрос: зачем Панси Паркинсон нужно было подсовывать для Гарри Амортенцию или Веритасерум? Сама абсурдность ситуации не давала мозгу последние надежды попытаться разобраться в происходящем: сейчас он находился в слизеринской спальне и без зазрений совести собирался есть еду, часть которой была вообще подложена с неизвестными целями. Нет, такой расклад Поттеру явно не нравился. Вздохнув и медленно приподнявшись с кровати, он подошёл к двери и вышел. Максимально бесшумно пройдя гостиную Слизерина и лестницу, он пошёл по коридору, ведущему к знаменитому туалету Плаксы Миртл — единственному месту, где он более-менее мог безопасно спрятаться, ведь здесь редко кто появлялся. Где-то снизу, со стороны зала, были слышны приглушённые восклицания Рона и его сестры, что означало: идти вниз было не лучшим вариантом. Вероятнее всего его лучший друг успел влезть в очередную переделку с неугомонным Малфоем, обрёвшим в последнее время странную привычку прижимать людей к разнообразным горизонтальным поверхностям. Оставалось надеяться, что Рон не испытал тоже самое на себе и не заразился. Судя по восклицаниям, его младшая сестра как всегда находилась в состоянии истерики: она всегда была не из спокойных или терпеливых. Сегодня зал должны были готовить к празднованию восьмого марта — событие будет уже завтра, а это значило, что брюнету снова придётся с кем-то танцевать и вынужденно дарить розы, а этим вечным «кем-то» всегда являлась Джинни, изо всех сил пытающаяся возродить какие-то чувства Гарри к себе. Вечные уходы от ответа на надоедливые вопросы и приставания, стеснение открыто признать отсутствие чего-либо к рыжей, были скорее вынужденными мерами, чтобы не разочаровывать добродушных друзей, которые ещё надеялись и сохраняли веру в возможность отношений шатена и Уизли младшей. Да, вечные споры и драки с Драко приносили Поттеру бо҆́льшую радость, чем ухаживания приставшей девушки, от которой было практически невозможно отвязаться. На протяжении всего обучения в Хогвартсе, Гарри видел в Малфое единственного достойного соперника: он был тем, кто, казалось, полностью являлся тёмным зеркалом брюнета. Ведь если задуматься, все ли «подвиги» героя были добровольными, а не вынужденными от ощущения себя должником и единственной надеждой перед всеми? Ему далеко не всегда хотелось спасать кого-то, держать за руку при болезни и, буквально рискуя жизнью, защищать людей. Он был более сдержан, чем Драко, и это было его плюсом, поэтому парень всегда был так аккуратен в любых подарках от друзей — что бы не произошло, он не мог допустить чтобы из-за какой-то оплошности вся душа великого мальчика-который-выжил-и-всегда-так-чист вылилась наружу. Ему не редко хотелось взъерошить так раздражающие, приглаженные волосы блондина, дать хорошенько сдачи и притянуть к себе его настолько близко, чтобы можно было разглядеть эти еле заметные тонкие ноты голубого в его кристально светлых глазах. Он ни к кому не испытывал настолько сильных чувств как к этому недоразумению. Его ненависть не была отвращением, он не хотел отпихнуть его, он не хотел не видеть, скорее наоборот — он хотел буквально заставить его быть рядом, любыми путями. Чем ближе он прижимал его во время драк, тем лучше становилось на душе. Он не хотел, чтобы это когда-либо заканчивалось. Да и кому врать, били они друг друга не прилагая особых усилий. Всё это было так запретно и сложно, что хотелось запереть это внутри себя на замок и выкинуть ключ с самим сундучком далеко-далеко, туда, где это невозможно было бы найти. В раздумьях парень добрёл до туалета. Зайдя в помещение, он приготовился к долгим расспросам от приведения, ведь это было неизбежно если ты хотел пересидеть у Миртл. В разговорах с девушкой нужно было быть максимально осторожным — всё, что было рассказано ей, разлеталось по школе со стремительной скоростью.