Злая мачеха

Чтобы не привлекать лишнего внимания, мы разработали легенду. Чуть поправили новоприбывшим имена – Корделия стала Коринной, Кельвин – Кевином. Рейвен превратился в Рейнарда Эрвина, торговца корабельным деревом. Его склады сгорели, сам Рейнард балансировал на грани разорения и был вынужден отправить жену и ребёнка к дальним родственникам. Легенда, конечно, так себе, но вполне правдоподобная. Жёсткая конкуренция среди торговцев периодически перерастала в локальные войны, склады горели, соперники разорялись… За месяц, прошедший со времени отъезда Рейвена, Корделия не то чтобы расцвела, но несколько оттаяла, перестала пугаться каждого шороха, и кое-что рассказала о своём житье-бытье… Кстати, на Рейвена этот ребёнок буквально молился. И неудивительно – Рейвен был первым, кто отнёсся к ней, как к живому человеку. А теперь ещё и мы добавились. Когда папа впервые обратился к ней: «Кори, доченька…», Корделия разрыдалась, и мы добрых полчаса не могли её успокоить. - Д-дядя н-ни разу не н-назвал меня по им-мени, - всхлипывала она. – Только «Ты должна!» и никак иначе… Дядя, сиречь опекун, воспитывал Корделию с малолетства, но уделял ей самый минимум внимания, а к себе призывал, только чтобы бесстрастным тоном выдать очередные ценные указания. Наипервейшими обязанностями Корделии было: а – слушаться дядю и бэ – выйти замуж как можно выгоднее. Выгоднее для дядюшки, разумеется, выгода для самой Корделии даже не рассматривалась. Таким образом её и впихнули Рейвену в невесты. Дядя решил, что это выгоднее некуда. Кстати, первое, что сделал Рейвен, набрав силу – обвинил дядю в пренебрежении опекунским долгом и присвоении капиталов подопечной. В результате дядя чудом отвертелся от плахи, но столицу был вынужден покинуть и сейчас прозябал где-то на севере, в единственном оставшемся у него поместье. Корделия была отмщена, но не злорадствовала. Только тихо радовалась, что дядю и кузин больше не увидит. Вообще, она оказалась славной девчонкой, только больно уж робкой. Ей нравилось играть с детьми – вот с ними она расцветала. Райдо и Араминта тоже быстро привязались и к ней, и к Кельвину. Я строго-настрого запретила близнецам втягивать Кельвина в опасные эскапады, и они добросовестно слушались. Для нас с Кори это стало сигналом: если мелкий одиноко шуршит в детской, значит, нужно срочно бежать отлавливать близнецов, пока они во что-нибудь не вляпались. Ещё Кори избавила меня от тягостной повинности – придумывать письма тётушке. Она как-то лучше меня чувствовала, что будет интересно почтенной старой деве. Поэтому я либо строчила очередную цидулю под диктовку Кори, либо она писала сама, а мне оставалось только перебелить своим почерком. *** А тем временем закончился апрель, отгремел грозами май… Наступило лето, море стало тёплым, близнецы не вылезали из воды, даже малыш Кельвин окреп, загорел и научился плавать. Пришли первые вести «с фронта». Солнефотский флот явился под стены твердыни Отца моря с ультиматумом: немедленно выдать семью узурпатора, а не то… Я уж не знаю, на что там солнефотцы рассчитывали. Практически все помещения морского храма расположены в катакомбах под крепостью, а стены сложены из гранитных блоков. Это вам не ракушечник – который, кстати, тоже парой ядер не пробьёшь. Короче, пушки не успели даже толком пристреляться. Одно ядро угодило в сушильню для рыбы, она была деревянная, так что вяленой треской, говорят, весь двор засыпало. А потом из моря вылез кракен размером в ползалива и перещёлкал солнефотские корабли, как орешки. Народу спаслось немного, но среди них оказался наследный принц Хмебор, так что у Рейвена появился хороший козырь против Витурода. *** С приездом Араминты наша светская жизнь претерпела некоторые изменения. Дражайший супруг перед падчерицей робел и благоговел. Карты и выпивка отодвинулись на второй план, муж вёл себя тихо, чинно и ни в какие эскапады не ввязывался. Амалию и Бальбину от старшей сестры впору было отдирать клещами. Араминту они обожали, слушались беспрекословно, и ради редкого счастья побыть рядом забросили все интрижки и всех кавалеров. Надо сказать, предприимчивых юнцов Араминта распугивала одним взглядом. Что тут скажешь? Адмирал! Короче говоря, я наконец-то смогла перевести дух, упорядочить мозги и как следует обдумать происходящее.