Поезд из Киото

Я не узнаю себя. Кто этот человек, смотрящий на меня сквозь зеркало? Кем я был всю жизнь? Когда появилась эта нелепая серьга в ухе и с каких пор я начал уделять внешнему столько внимания? Шрамы на теле остаются явным напоминанием о прожитом, но можно ли это назвать жизнью? Мой вечно идеальный, продуманный до мельчайших чертовых деталей образ рассказывает лишь о внутренней пустоте. В какой момент я решил, что мне нужен весь этот фарс? Можно было бы попытаться вспомнить, если бы это сейчас имело значение. Я вынул серьгу, положив ее на комод перед зеркалом, и решил не делать сегодня свою фирменную укладку, оставляя волосы растрепанными. А может, я никогда и не знал себя вовсе?.. Хорошо, что не сегодня мне придется ему рассказывать о том, что я подозревал его в шпионаже и использовал свое положение для слежки за ним. Я уже предвижу его реакцию. Мне так не хочется видеть разочарование на этом добродушном лице. Но, похоже, это моя судьба — являться разочарованием для людей. Я даже бедного Тензо впутал в это дело, надо будет все же попросить у него прощения. Хм, думаю, какое-нибудь растение в горшке отлично подойдет в качестве извинений. Спрошу об этом у Ируки — учитель наверняка разбирается в комнатных растениях. Ведь на изучение этой темы у меня нет ни времени, ни, признаться, желания. …В моей голове все опять звучит логично, но, если честно, я устал от самообмана. Никогда до этого момента я еще не обдумывал заранее темы для будущего разговора. Общение с людьми, несмотря на недостаток практики, никогда не вызывало у меня проблем. У меня есть еще три часа. Время летит слишком медленно. Наверное, это потому, что я не могу сосредоточиться ни на каком деле. Сегодня я не сделал ничего из того, что планирую обычно на выходные. Признаться, меня до крайней степени раздражает подобное состояние недееспособности. А понимание того, с чем оно связано, даже злит. Я уже был готов выходить из дома, так как собрался еще несколько часов назад. Хотя собирался в этот раз я дольше обычного. Вначале я по привычке надел костюм, свой неизменный дресс-код для похода в подобные заведения, но потом до меня дошло, как глупо я буду выглядеть, ведь Ирука наверняка придет в нормальной одежде. Поэтому я переоделся в белую футболку и джинсы, несмотря на то, что долго не мог найти ничего приличного в своем гардеробе. И если б хозяин ресторана не знал, кем является их постоянный гость, возможно, меня бы не пустили внутрь, но я могу заявиться к ним хоть в трусах и без зазрения совести продолжу пользоваться своим положением. Невозможно громкий стук настенных часов скоро привел бы меня в ярость, поэтому я просто вышел подышать свежим воздухом. И никотином. Достав на улице пачку «Пис», я вспомнил наш смешной поучительный разговор о вреде курения и невольно улыбнулся. Ощущение, будто это было сто лет назад. Хотя, с нашей первой встречи прошло ровно три недели. Как быстро летит время… Обычно. Но не сегодня, не сегодня. Докурив вторую, мне захотелось достать третью, но я сдержался. Легкий ветерок подул мне в лицо, принеся с собой запахи надвигающегося дождя. Это напомнило мне, как будоражащий морозный ветер ворвался ночью в распахнутое окно поезда, но встретившись с теплом одного упертого сенсея, не смог ему противостоять и пронесся мимо, смешавшись с ароматом мускуса и полевых цветов. Прекрасная погода. Теперь я и вовсе не хочу идти в этот ресторан. Кажется, в парке нам было бы даже комфортней. Но уже поздно менять планы. Что ж, пора ехать. Я забрал-таки свою китаянку из сервиса, поэтому сегодня поеду на ней. Думаю, по метро я не буду скучать, ибо слишком ценю комфорт и практичность. Но, справедливости ради, стоит отметить, что это место имеет какую-то особую атмосферу, с разнообразием человеческих историй, словно какая-то единая живая система. Доехал быстро. Так бы до дома с работы добираться… Припарковался. Начал осматриваться. Посмотрел на часы — оставалось полтора часа. Осматриваться, конечно, нет смысла. Я прекрасно помню о «пунктуальности» учителя и уверен, что он не пришел бы за полтора часа до встречи. К тому же, наверняка у него сегодня много дел, которые он, в отличии от меня, будет делать, так что, скорее всего, опоздает. Прошел внутрь. Меня узнали с трудом — я и сам себя не узнал бы. Не важно. Столик, естественно, я зарезервировал заранее, и все уже было готово. Сев за него, я открыл винную карту, чтобы выбрать напиток, наиболее подходящий для случая. Что-нибудь изысканное, но не вычурное, с превосходным терпким насыщенным вкусом, играющим послевкусием и ярким ягодным ароматом. Выбор занял у меня, как оказалось, довольно много времени, чему я рад. В итоге я остановился на красном полусладком. Выбор еды я уже давно обдумал, еще когда мы были в «Ичираку», и теперь знаю, что нужно предложить Ируке попробовать. Прошел еще час. Я отвернулся к большому панорамному окну, за которым было видно, как сгущаются тучи. Надеюсь, сенсей не попадет под дождь. Надо было все же заехать за ним домой. И почему я об этом раньше не додумался? Заодно узнал бы, где и как он живет. В следующий раз так и сделаю. Вдруг я услышал, как кто-то позади меня прочистил горло, явно для того, чтобы привлечь внимание. Резко обернувшись, я увидел… Открывшееся зрелище ненадолго поразило меня, из-за чего мысль о моем идиотизме пришла ко мне с запозданием. Темно-синий костюм сидел на нем идеально, подчеркивая высокую шею, широкие плечи, талию, гибкость и упругость молодого подтянутого тела. Белая рубашка была слегка распахнута, обнажая часть груди, на которой висел замысловатый кулон, что в общем добавляло солидному образу бунтарства и небрежности, присущие этому молодому человеку. Волосы были собраны на голове в пучок, из которого как всегда выбивалось несколько непослушных прядей. Ирука растерянно улыбался, и мое молчание не добавляло ему уверенности. — Ты… выглядишь… эгхм… соответственно случаю, — начал я, скрывая свое волнение за уверенной улыбкой. — В отличии от меня, — я указал на свой вид и усмехнулся. Сенсей засмущался. Видимо, мои слова все же прозвучали как комплимент. — Ну что вы, Какаши, мне кажется, вы в любой одежде и с любой прической, — тут он акцентировал внимание взглядом на моих волосах, — выглядите… ну… э-э… достойно. Чувствую, что под этим подразумевается что-то вроде «претенциозно» и «напыщенно». Ну да ладно, обсудим это позже. — Можно уже на ты, Ирука. Как никак, мы знакомы уже целую неделю, — саркастично подметил я. А кажется, что уже три года. — Хорошо, Какаши, — он произнес мое имя на выдохе, и его блуждающий взгляд случайно на секунду встретился с моим. — Отлично. Не хочу, чтобы ты чувствовал себя неловко. Ну, раз я пригласил тебя поесть, давай выберем что-нибудь? — сразу предложил я, как человек дела. Сенсей молча кивнул и открыл меню. Он недолго его пролистывал со скучающим видом, после чего закрыл. — Ну что? Выбрал что-нибудь? — Как я и предполагал — обычная еда, только в уменьшенных порциях и по баснословным ценам. — Цены здесь и правда относительно высокие, но не суди, пока не попробуешь, — я подмигнул Ируке, сделав небольшую паузу: — Тут работают отменные повара высочайшего класса, они могут приготовить привычный продукт так, что ты раскроешь его вкус для себя по-новому. Вот, к примеру, советую попробовать суши, которые готовятся по классическому рецепту периода Эдо. — За рис и кусок рыбы платить 8000 йен? Уму непостижимо! Я молча улыбнулся и посмотрел на него снисходительно, отчего он смягчился. — Ну ладно, если ты настаиваешь… Тут не подают рамен? — он взглянул на меня с надеждой. — Нет, но есть великолепный черепаший суп из префектуры Мияги. Его лицо скривилось на мгновение, после чего он вновь приступил к пролистыванию меню. — Думаю, тебе точно понравится удон с копченым угрем, овощами и тофу. Просто и довольно вкусно. — Да, похоже, тут больше нечего брать — удон так удон! — Ирука с улыбкой и уверенностью отложил меню в сторону. А я в это время жестом подозвал официанта, озвучил ему заказ и попросил разлить по бокалам вино. — Вижу, ты никак не можешь расслабиться. Бокал красного тебе поможет. — Какаши, — начал все еще смущаясь сенсей, — мне кажется… мы выглядим… немного странно. Ну, понимаешь, двое мужчин сидят за одним столиком в дорогом ресторане, пьют вино из бокалов… — Так, и? — я правда не понял, к чему он клонит. — Мне кажется, что мы выглядим как странноватые коллеги по бизнесу. Ты, например, как слишком молодой директор какого-нибудь строительного холдинга, а я — как твой незадачливый подчиненный. Учитель смотрел на меня какое-то время, сощурившись и слегка улыбаясь, а его зрачки бегали по моему лицу. После этого он вздохнул, пожал плечами и взял свой бокал. Я поднял свой. Я ожидал, когда Ирука сделает глоток, чтобы проследить за его реакцией. Но ему вначале захотелось произнести речь. Ох уж эти учителя… — Ну что ж… Ты не против выпить за нашу встречу? Мне все еще кажется это каким-то чудесным провиденьем. — Конечно. За нас! — немногословно отрапортовал я, учитывая, что с тостом был абсолютно согласен. Наши бокалы встретились, а пальцы случайно соприкоснулись. Наверное, я наблюдал слишком пристально, так как заметил смущение на лице сенсея. Или, быть может, я просто откровенно пялился, так как помню, что не глядел никуда больше. Ирука сделал пару глубоких глотков с наслаждением, почти опустошив бокал. Видимо, я угадал с напитком. Или парня просто мучила сильная жажда. Я тоже пригубил напиток, а затем потянулся за бутылкой, чтобы долить сенсею. — Это ваш хитроумный план? Опоить меня? — улыбаясь, подметил Ирука, — Должен предупредить, что пьянею я очень быстро. — Что ты, у меня и в мыслях не было, — честно и серьезно ответил я. — Это приличный напиток, после него ты не будешь чувствовать себя плохо, — я наполнил бокал наполовину. — Хорошо, Какаши, — это было произнесено так по-доброму, с присущей Ируке открытостью и доверчивостью, что у меня как-то сразу потеплело на душе. Затем он взял со стола салфетки и начал обмахиваться ими. — Тут жарковато, не находишь? На лице сенсея и правда проступил румянец. — К сожалению, тут нет окна, которое можно было бы приоткрыть, — я театрально изобразил досаду, сделав небольшую отсылку к его поведению в тот вечер в поезде. — Но мы можем выйти на свежий воздух как только доедим. Согласен? Ирука мечтательно улыбнулся, видимо, вспоминая освежающую прохладу сегодняшней погоды. — С удовольствием! Но, вот незадача — когда я шел сюда, уже начинало моросить, боюсь, скоро польет как из ведра. — Не страшно. Можно будет укрыться где-нибудь под навесом и понаблюдать за дождем. — Это было бы потрясающе! — воодушевился Ирука. — Тебе нравится запах дождя? Мне вот — очень! — Надеюсь узнать ответ на этот вопрос сегодня, — я отпил из бокала и наконец перевел взгляд в поисках официанта. Последнего не было в поле зрения, и пока еда была в процессе приготовления, я решил расспросить Ируку о волнующем меня обстоятельстве. — Сенсей. Мне вот интересно… Как тебе в голову могла прийти мысль о том, что я хочу тебя опоить? — Нуу… Ты же такой весь из себя недоверчивый… Я подумал, может господин следователь подозревает меня в чем-то. А когда я напьюсь, я становлюсь о-о-очень разговорчивым. Как ты мог, наверное, догадаться, — Ирука сделал еще пару глубоких глотков. Я смотрел на него молча. — Так ты думаешь, что я из-за этого пригласил тебя сюда? — не меняя тон голоса и выражения лица, спросил я. — Нуу… Был у меня такой вариант тоже. Я не глупец, Какаши, — добродушно улыбаясь, заметил сенсей, — Все эти случайные встречи, внезапные визиты, приглашения в дорогие рестораны… Ты слишком… занятой человек, чтобы тратить время на простую болтовню со школьным учителем. — Я никогда не считал тебя глупцом. — И все же?.. — Я хотел оставить этот разговор для следующей встречи, но, видимо, придется поговорить об этом сейчас. Я наблюдал за Ирукой, внимательно следил за его эмоциями и видел, как печаль во взгляде смешивается с волнением, которое он тщательно старается скрыть за улыбкой. Наконец нам подали еду. На столе в миг оказалась изысканная и искусно украшенная композиция из баклажана во фритюре, поданного с пюре из бамии и дайкона, темпуры из корня лотоса с желе из бобов, салата из свежих овощей с фруктами и сахарным горошком с заправкой из саке, соевого соуса и цветков цуюкуса, мисо-супа с тунцом бонито и водорослями вакамэ и… миски лапши. Ирука поднял взгляд на меня, и в нем читалось саркастичное непонимание и удивление. Я в ответ только улыбнулся и развел руками. Сенсей вздохнул и приступил к поеданию лапши. А я, в свою очередь, принялся за баклажаны. Помню, мама всегда их готовила дома по особому случаю, и сейчас мне это сравнение показалось вполне уместным. — Ну, так что? Я слушаю, — начал он, набивая рот. — Я… Говоря откровенно, по-началу я заметил в тебе что-то странное и подозрительное. Но в итоге решил, что странный и подозрительный я. А тебя мне хочется узнать поближе, — я признался сенсею в свойственной мне манере, коротко, не выражая особых эмоций, хотя заметил за собой толику волнения. Учитель немного поперхнулся и тут же запил еду вином. — И с чем же связан такой интерес к моей персоне, позволь поинтересоваться? — «невозмутимо» продолжил он. — Поверь, мне и самому интересно. — Чувствую, ты мне что-то не договариваешь, — не унимался сенсей, тянясь за бутылкой вина. — А я чувствую, что ты скоро напьешься и не будешь помнить ничего из сегодняшнего разговора. Поэтому предлагаю перенести его на следующую встречу, как и было задумано. — Ну уж нет, господин следователь. Выкладывайте, — Ирука наполнил свой бокал и заодно дополнил мой. — Может, следующей встречи вообще не будет. Наступило непродолжительное молчание. — Ну а вдруг, метеорит упадет, а? Или… тебе придется уехать по рабочим делам, что более вероятно. — Нет, командировок в ближайшие полгода не будет. — Так уверенно?.. — Как всегда. — Ах, ну да, точно. Учитель доел лапшу и отложил блюдо в сторону. — Ну как? — спросил я, совсем не для того, чтобы перевести тему. — Вполне сносно. Но, как по мне, специй маловато. — Хм, не замечал этого никогда. — Надо пригласить сюда Теучи-сана, чтобы он преподал этим зазнайкам парочку уроков. Я улыбнулся. — Будешь пробовать? — я на долю секунды отвел взгляд от сенсея, чтобы указать на оставшиеся угощения. Ирука еще раз оглядел ломящийся от яств стол и выдал неуверенно: — А тут можно упаковать еду с собой?.. Я подозвал официанта, и через десять минут мы с учителем уже стояли под крышей заведения с искусно упакованной едой и недопитой бутылкой вина, прислушиваясь к барабанной дроби дождя. — Поехали… к озеру? — предложил я. Ирука молча посмотрел мне в глаза так, что ответ стал ясен. Мы пробежались немного под дождем и сели в машину. До озера Бива было полчаса езды, без учета пробок. Сенсей почти всю дорогу наблюдал за меняющимся пейзажем за окном, украдкой поглядывая в мою сторону. — Если ты думаешь, что я забыл или забуду о нашем разговоре, то даже не надейся. Я все еще жду ответа, да. — Хорошо, как доедем, я тебе все расскажу, если ты этого хочешь. Ирука удовлетворенно хмыкнул и вновь отвернулся. Остаток пути мы молчали. Прошло около получаса, прежде чем мы оказались на месте. Конечно же, у меня в машине был зонт, так как я не выхожу из дома, не изучив прогноз погоды как минимум на ближайшие двенадцать часов. Но… только в единственном экземпляре. Поэтому мы, шагая под зонтом, добрались до парка у озера и уселись на скамейке под деревянной перголой. Учитель разложил еду и тут же отпил из бутылки, после чего протянул бутылку мне. Бокалов у нас не было, поэтому я последовал его примеру. Сенсей бесцеремонно снял с себя пиджак, под которыми были жилет и рубашка, и перекинул ногу за ногу. Видимо, ему до сих пор было жарко. — Вид, конечно, потрясающий, — начал он, уставившись на озеро, в легкой дымке тумана и в окружении раскидистых кленов, которые роняли последние рубиновые листья на водную гладь. — Так это природа. Естественно. — Люди — тоже часть природы, — не поворачивая головы, подметил Ирука. — Давно уже нет. И я согласен с Макиавелли в том, что люди дурны по своей природе. Сенсей закатил глаза, не желая продолжать спор. Разумное решение. — И… поэтому я здесь. Ирука внезапно повернулся ко мне, выражая крайнюю внимательность и заинтересованность. — Вначале я подозревал тебя в шпионаже. Это так смешно… — я ухмыльнулся. — Потому что ты не похож на других. Ты спрашивал, как я узнал твое имя… Ну, это довольно просто для того, кто работает в бюро расследований. Я ожидал реакцию гнева и обиды, но этого не произошло. Вместо этого сенсей вновь одарил меня снисходительным взглядом и теплой улыбкой понимания, которую выказывают нашкодившему малышу. — Хм. Зачем же тебе понадобилось узнавать мое имя? — голос его, как и выражение лица, все еще были спокойными и дружелюбными. — Не только имя… Я изучил все данные о тебе. Из любопытства. — Если ты узнал все, что тебе нужно, что ты здесь делаешь? — Пью вино, наслаждаюсь видами и хорошей компанией. — Тогда, может, нам следует помолчать? — игриво намекнул Ирука, выхватывая бутыль из моей руки. — Я тебе уже предлагал это, но ты слишком любопытен. — Не так, как ты, — подмигнул сенсей. Дождь постепенно ослабевал, а из-за туч начало проглядывать солнце, озаряя тусклыми лучами поверхность озера. Мне почему-то вдруг стало так легко и хорошо. Давно я не испытывал подобного чувства внутреннего удовлетворения, покоя и свободы. Как оказалось, зря я опасался реакции сенсея. Моя пресловутая проницательность нынче совсем ни к черту. Ирука с аппетитом уплетал еду, не церемонясь с приборами и игнорируя правила этикета. Смотря на него, любой захочет есть. — Тебе оставить? — спросил он с набитым ртом. — Нет, спасибо, доедай, — в ответ мне пожали плечами. — Становится холодно. — М? — Ты замерзнешь. Советую тебе одеться. Я услышал надменное фырканье. После того, как учитель доел и вычистил пальцы излюбленным способом — тщательно облизав их, — он все же накинул пиджак, застегнув на единственную пуговицу. — Какаши… — М? — Ты узнал ответ на вопрос? — Какой именно? – о да, многое прояснилось за последние дни. — Нравится ли тебе запах дождя. — Узнал. Ответ положительный, – а что? Мой чувствительный нюх ищейки восприимчив к разного рода ароматам, особенно к тем, что оставляют яркий след в памяти. — Хм… А может быть ты любишь запах дождя? — Это уже другой вопрос, и для ответа на него мне нужно время, а возможно, еще несколько прогулок. — Тебе повезло — сейчас как раз дождливый сезон. — Составишь мне компанию? — На тех выходных? — Угу. — С удовольствием. Только давай в следующий раз обойдемся без вареного риса за 8000 йен, ладно? — Ничего не обещаю, но постараюсь.