10 важных вещей

– Ты уверен? – Ланга отодвинулся ещё немного, пытаясь в темноте разглядеть выражение лица не-друга. – Прямо сейчас? Ты готов? – Нуу, вообще-то не особо, – нервно сглотнул Рэки. – Я это… чтобы ты знал, что всё есть. И что я, ну… – Подготовился. – Угу. Ланга вновь лёг сверху, ощущая, как бешено колотится сердце Рэки. Наконец-то смог оформить ту ускользающую важную мысль: Рэки купил презервативы и смазку заранее. Сам. То есть, во-первых, позаботился о защите – а подобная тщательность была свойственна Рэки только в самых важных для него вопросах. Во-вторых: он, чёрт побери, думал о том, что у них может быть секс, и судя по покупкам, был готов к этому. «Вау», – подумал Ланга. И со всей нежностью, на которую был способен, прошептал куда-то в шею Рэки: – Спасибо. – Пожалуйста! Ты-то небось и не подумал о защите, ага? – Да. Не ожидал, что всё будет так быстро. – Ну, эмм, насчёт быстро, – Рэки замялся, – нам необязательно делать это сегодня. Я не знаю… правда, блин… мы ж не торопимся? – Я понял. Необязательно. Конечно, не торопимся. – Ланга ощутил, как расслабился напрягшийся от всего этого разговора Рэки, и заодно почувствовал, что должен делать дальше. Например, целовать шею Рэки. Аккуратно и часто, вызывая у него стаи мурашек по всему телу. А потом – гладить по груди и рукам. И целоваться, конечно: долго, с упоением, возбуждающе, но в меру – они же решили, что необязательно, значит, всё и так хорошо. И ещё – обниматься, крепко-крепко, словно давая обещание, что никто никого никуда не пустит. – Рэки, – через некоторое время подал голос Ланга. – А? – Ты невероятный. – С-спасибо... – С тобой очень хорошо. – С тобой – тоже! – Я очень рад, что наши отношения оказались не только дружескими. – И я… я боялся, что ты и послать меня можешь, с такими предложениями… – Рэки. Я тоже боялся. И я никогда тебя не пошлю. Будем спать? – Угу… ммм… – ещё один поцелуй вместо «Спокойной ночи», и вскоре они оба уснули. Очень счастливые и в обнимку. = Следующая неделя тоже была счастливой – и совершенно невыносимой одновременно. Пришло время для очередной важной вещи, которую на собственном опыте прочувствовал Ланга: абсолютно невозможно не думать о Рэки всё время. Не желать поцелуев, прикосновений и близости каждую секунду. И Ланга точно знал, чувствовал, что это взаимно. Во взгляде Рэки, во всех его действиях и жестах читалось такое же жгучее и нетерпеливое желание. Они наконец-то дорвались друг до друга. Но совместного времени наедине у них было не так много, и его приходилось выцарапывать. Особенно тяжело было в школе: сидеть, переглядываться и мечтать о звонке на перемену, когда они сорвутся и побегут на крышу – причём никого это не удивляет, потому что они делали так и раньше. Но до этого они обсуждали скейтбординг, смотрели видео и даже катались – а теперь Ланга и Рэки искали укромные уголки, чтобы целоваться и обниматься. Тем же они занимались в подсобке магазинчика, в перерывах между тренировками и заездами, дома по вечерам у Рэки, где Ланга пропадал всё чаще. Выходных ждали, как праздника. Нет, даже сильнее. Вечера субботы дождаться было невозможно до дрожи. Но они справились. Стоило двери в комнату закрыться, Рэки прижал Лангу к ней же. Губы к губам – и вперёд, дрожать от того, как невероятно сладко и маняще переплетаются их языки, наступать и давать место, исследовать и доставлять удовольствие. Не разрывая поцелуй, Рэки начал расстёгивать пуговицы рубашки Ланги. Никаких, совершенно никаких сил терпеть уже не было – остались только они и их напряжение, требующее большего. Полного единения. Совместного гула ликующих сердец. Одежда – торопливо снята, два обнажённых тела – под одеялом. Продолжают доставлять удовольствие и изучать друг друга. Их общая, полная страстной нежности бесконечность начиналась прямо сейчас. – Ланга, – Рэки оторвался от выцеловывания ключиц возлюбленного, – я знаю, чего бы мне сейчас хотелось. – М-м-м? – Я готов. Давай сделаем это. Если бы кто-то включил свет, он бы увидел, каким неземным огнём загорелись глаза Ланги.