Второй шанс

      Pov Клэйтон       Господи, что за бред мне снится постоянно? Еще пару лет назад я начал задумываться о том, что схожу с ума. Как может парню снится то, что он был когда-то девушкой? Блин… а вдруг это, как по телевизору говорили… якобы моя прошла жизнь. Я был девушкой? Интересно, что тогда произошло со мной? Ладно, не буду об этом думать. Больше похоже на бред. Я поднялся по будильнику, умылся, позавтракал, уложил свои волосы, привёл себя в порядок, надел джинсы и черную футболку. Наконец-то свобода. Как же мне хорошо и комфортно в ней.       Курт настолько пунктуальный, что в самом деле приехал ровно в девять, а я уже стоял около дома со спортивной сумкой, где и находятся мои вещи. Он вышел из машины. — Привет, — улыбнулся я.       Он как-то странно осмотрел меня с ног до головы, что мне стало даже не по себе. — Ч-что? — я немного смутился. — Какой же ты геморрой, — он схватил сумку, закинул в машину, после чего взял меня за запястье и повел назад в дом. — Э-эй, ты чего?       Мы вошли внутрь, у входа ещё стояла мама, ведь она провожала меня. — Здравствуйте, мисс Шарлиз, — вежливо поздоровался Курт. — Здравствуйте, Курт, — недоумевала мама. — Где твоя комната? — покосился он на меня. — Наверху… — все еще не понимал я в чем дело.       Мы поднялись ко мне, он хлопнул за нами дверью, отпустил меня и нагло полез в мой шкаф. — Эм… это мой шкаф, ты в курсе? — Похоже, что я слепой? Снимай футболку. — Что? Нет. — Я сказал живо снимай футболку или останешься здесь. — Но…       Он достал вешалку, на которой висела рубашка, и кинул её в меня. — Да блин… — Это тоже работа, так что будь добр одеваться, как следует. — Мне неудобно в рубашках… — проворчал я, одновременно снимая с себя футболку. — Быстро переодевайся. Из-за тебя мы опоздаем. — Как велика разница… — с сарказмом тихо произнес я уже надевая на себя рубашку. — Ты что-то вякнул? — Нет…       Когда я переоделся, мы еще раз попрощались с мамой и поехали. Как же неудобно в этой рубашке. И как Курт только носит их постоянно? Даже сейчас, сидя за рулём, он в рубашке. Да и неужели не жарко? Конечно, рукава короткие, но все же это не лёгкая футболка… — У тебя шило в одном месте? — Да мне неудобно в рубашках! — все возмущался я, ерзая от неудобства, — Я мог хотя бы поехать в футболке… — Мы по приезду сразу же встретимся с тем самым человеком, с которым мне нужно заключить договор. — Да блин… я думал, мы сначала отдохнем. — Вечером отдохнешь. Ты сам захотел ехать, я тебя не заставлял. Теперь не ной. — Я и не ныл, — хмыкнул я. — Вот и отлично.       Мне показалось, или он улыбнулся? Курт включил музыку. — А сколько по времени ехать до города? — Пару часов. Немного. — Ужас. — Потерпишь. — Да-да…       Бесит. Может, мне удастся поспать? — Могу я поспать в дороге? — Спи, если сможешь. — Хорошо. — Музыку выключить? — Нет, не надо. Я без неё не могу спать…       Я пытался удобнее лечь, опрокинув немного сиденье. — Не можешь спать без музыки? — не понял парень. — Долгая история. Потом, может, объясню, если интересно, ладно? — Ладно. Спи.       Надеюсь, на этот раз мне не приснится никакой подобный сон. Хотя он и не закончился до конца. Такое ощущение, что я так и не узнал чего-то самого главного. А может лучше и не знать? Ладно, нужно постараться уснуть…

***

      Я чувствую, как кто-то с осторожностью расталкивает меня у левого плеча. Медленно открыв глаза, я понял, что это Курт. А я думал, что он может разбудить меня только выкинув из машины, или еще что похуже… — Мы уже приехали? — спросонья не понимал я. — Да, ты всю дорогу проспал. — И как у меня это только вышло… — я начал протирать глаза.       Мне ничего не приснилось, и я этому рад. — Пошли, сейчас подойдет директор и его секретарь. — Какой директор? — Я приехал заключать договор с директором, но с ним и секретарь приехал. — А что за директор? — Директор одной фабрики мебели. Мне вообще уже надоело, что ты задаешь так много вопросов. Раньше надо было все узнавать, а сейчас пошли. Если не выйдешь, я тебя выпину. — Все, понял-понял.       Я отстегнул ремень безопасности и вышел из машины, потянулся, подошел к Курту. Мы находимся около какого-то здания, уже в другом городе. Мои глаза бегали из стороны в сторону, разглядывая все вокруг. Я даже не заметил, как к нам подошел какой-то мужчина лет тридцати. — Здравствуйте! Я секретарь директора, меня зовут Джеймс Николсон. Он просил передать, что в данный момент неважно себя чувствует, и просит перенести вашу встречу на вечер, на восемь часов, — попросил мужчина. — Ладно, куда нам вечером подъехать? — спросил Курт. — Сказал, что в качестве извинения хочет, чтобы Вы приехали к ресторану Pastabilities, все за его счет. — Хорошо, мы приедем. — Вдвоем? — он посмотрел на меня. — Да. — Хорошо. До встречи. — До встречи.       И мужчина ушел обратно в здание. — Мог заранее позвонить, — раздраженно произнес Курт. — А что мы будем делать до восьми? — Поедем в отель, что еще делать. Я еще не спал. — А, хорошо, — вспомнил я.       Мы снова сели в машину и куда-то поехали. Теперь же я по пути смотрел все время в окно, разглядывая каждый уголок той или иной улицы. Этот город явно отличается от нашего. Ну, еще бы. Наш считается центром, а это просто небольшой городок недалеко от Нью-Йорка. Кстати, мне нравится мой город. Хоть я и не прочь посмотреть и на то, как живут люди в других городах, но Нью-Йорк все-таки — это мой родной город. Блин… голова разболелась. Мы приехали к какому-то отелю. Я еще никогда не был в таких местах. Шел следом за Куртом. Он снял нам один номер с раздельными кроватями. Девушка даже сначала спросила: «Вам номер на двоих?». Так забавно, что я не сдержал ухмылку. Мы поднялись на десятый этаж, вошли в наш номер. — Вау, тут так здорово, — у меня опять глаза разбегались.       Выглядит так богато. — Не знаю, обычно, — пожал плечами Курт.       Конечно, не удивлюсь, если у него дома все из золота сделано. Богатенький парень. Хотя мне ли, сыну директора крупной компании по производству мебели, попрекать его? Нет. — Ладно, я спать, меня отрубает. Если разбудишь — я за себя не отвечаю. — Хорошо, — я опять поджал губы.       И он пошел в спальню. И что мне теперь делать? Может, тоже поспать? Я ведь все ещё не выспался… а вдруг мне опять приснится тот странный сон? Но с другой стороны, что мне теперь не спать совсем? Ладно, попробую уснуть… теперь я даже спать боюсь. Хотя, наверное, больше меня ничего, в общем-то, и не пугает. Я улегся поудобнее на диване, так как не хочу разбудить Курта. Вдруг, когда я войду, что-нибудь уроню? Он же тогда убьет меня. Лучше уж на диване у телевизора. Я воткнул в уши наушники и старался уснуть.

***

      Меня опять разбудил Курт. — М-м… — нехотя я поднял тяжёлые веки. — Скоро поедем на встречу. Хватит спать. Я заказал еду в номер, давай есть. — Ну блин… — я потер глаза. — Поднимай задницу с дивана, бегом к столу. — Но мы ведь будем в ресторане есть… — ворчал я. — Я не ем, заключая сделки. — А я ем… — Если я не ем, то ты тоже. Не поешь сейчас, значит следующий раз будет только завтра. — Ладно-ладно, чего ты такой злой вечно… — Ты что-то сказал? — вслед спросил он, уходя к столу. — Нет…       Какой же он «деловой». Я сел за стол, на котором уже стояла еда. Видимо, её завезли к нам. Я начал кушать. Все очень вкусное. Думаю, что не жалею о том, что не поем в ресторане. Хотя там я тоже никогда не был еще. — И что это за мужик такой, с которым будет сделка? — Не видел его, не встречался лично, но он важная шишка. — А как зовут? — Мне его не представляли. Только его секретаря. — Вот как… — задумался я.       И почему даже имени этого мужчины не сказали? Он настолько влиятелен или что? Жаль, я ничего не смыслю в мире договоров и сделок. Когда мы поели, то сели оба на диван. Это так необычно, учитывая, что видел я его лишь на работе и общался с ним только в рабочее время. Хочется поговорить с ним о чем-нибудь. Спросить. Но о чем? Блин… Курт засел в своём телефоне, а я ощущал какую-то неловкость. — Ты… эм… — я замялся, кажется, даже вспотел. — Что? — он перевёл на меня взгляд, от чего отвел свой. — Ну… как… ты ко мне относишься? — Не понял? — Ну… знаешь… просто сначала ты был ко мне строг, а сейчас даже позвал с собой…       Боже, он не отводил своего взгляда. Ощущение, что прожигает во мне дыру. И почему мне так неловко? — Сначала о тебе ходили всякие слухи. Думаю, ты и сам о них слышал. Потом я понял, что это все вранье и все. — А как понял? — Ты такой недотепа, тугодум, еще неуклюжий, слишком любознательный и вообще ребёнок. — Ясно… — я обиженно покосился на него, поджав губы. Лучше бы не спрашивал… — А ты давно работаешь тут? — Года четыре. — Ого… понятно. А ты один живёшь? — Да. А что? — Ну просто спросил… А личная жизнь? — У меня нет девушки, если ты об этом. — А почему? — Ты и правда постоянно суешь нос не в свои дела, — улыбнулся краем губ он.       Он сейчас правда нормально улыбнулся, а не с намерением убить меня или же испытать на мне все пытки мира? Такое бывает? От чего-то по моему телу прошлись мурашки. — Ну и ладно… — я надулся и отвернулся от него. — Просто я ещё не встречал таких, которые были бы мне по душе, — все же ответил Курт. — Понятно, — я повернулся к нему. — А ты? — А что я? — У тебя же тоже нет никого. Почему? Раз зашла такая тема, то жду и от тебя ответа. — Ну… наверное, у меня та же причина, — пожал плечами я, — Но ты отказал Веронике, почему? — Веронике? Откуда ты знаешь? — А… эм… ну… я это…       Вот идиот! Надо же так спалиться! Просто придурок! — Ты читал записку? — Ну… — Как не хорошо читать чужие записки, — ухмыльнулся Курт, — Все же твоё любопытство даже здесь одолело тебя. — Как-то… само…       Как же неудобно! — Она мне не нравится. Зачем тогда соглашаться на встречи и давать ложные надежды? — Ну да… — Ладно, поехали. Нам уже пора. И накинь что-нибудь на себя. Уже прохладно. — Не хочу. — Значит, никуда не поедешь. — Но это несправедливо! — возмутился я. — Это жизнь.       Бесит! Я надел джинсовку, а Курт лёгкую кожаную куртку. Какого черта он вообще решил вдруг «заботиться» обо мне?! Мы спустились на первый этаж и вышли из отеля, сели в машину, что стояла тут на парковке в двух шагах, и отправились в ресторан. — Курт. — Что? — А раньше у тебя были девушки?       И чего меня заклинило на этом? — Мне двадцать пять лет. Да, у меня были девушки. — А сколько? — Две. С чего такой интерес моей личной жизни? — Ну… так, просто, — отвернулся в окно. — А у тебя? — А… эм… о, смотри! Это… — вашу Машу, даже указать не на что! — О, памятник!       Ура, мы проехали какой-то памятник! — Значит, не было, — ухмыльнулся Курт.       Черт… — Теперь понятно. — Что понятно? — недоумевал я. — Да так.       Да блин! Всю оставшуюся дорогу я пытался успокоить сердце, которое начало быстро биться от волнения, а ещё покрасневшее лицо. Правда охладиться нечем. — Приехали, — сказал парень, когда припарковался у какого-то ресторана.       Мы вышли из машины и вошли внутрь здания. Первым мы увидели того секретаря, он и проводил нас в специально арендованную комнату, где и находится тот мужчина. Пришлось подняться на второй этаж. Выглядит все так здорово, так роскошно. Когда мы вошли в нужную дверь, то Курт как-то переменился, увидев директора. Вроде обычный мужчина в элегантном костюме, с причёской, немного в весе, выглядит лет на сорок. — Ну здравствуйте, — улыбнулся он, — Меня зовут Мэтью Рэй. — Здравствуйте, — сразу поздоровался я.       А, погодите… Рэй? Мэтью Рэй? Это же фамилия Курта? Я посмотрел на парня. — Да, здравствуйте, — он был раздражен. — Присаживайтесь, — мужчина указал на стулья рядом с собой.       Мы прошли и присели на них. Это и правда отец Курта? Я ничего не понимаю… я тугодум, как сказал Курт, но… даже тут смог сложить два и два. — Значит, с Вами я должен заключить договор, — ухмыльнулся Курт.       Это не обычная его ухмылка, а какая-то злая. — Точно. Рад снова видеть тебя, сын. — Не понимаю, о чем вы, я пришел сюда лишь заключать договор. — Конечно, скоро тебя повысят, ты и нос задрал? — Вы будете подписывать бумаги или нет? — Курт начал доставать документы из рюкзака. — Да. Теперь мне еще больше захотелось подписать их.       Я будто нахожусь между двух огней или молний, что вот-вот вспыхнут. Обстановка напряжённая. Мэтью Рэй начал подписывать документы. Если присмотреться, они не очень и похожи. Видимо, Курт пошел в маму. — Что на счет твоей личной жизни? — Вас это не должно интересовать. От Вас требуется лишь согласие или несогласие на заключение договора. Завтра я передам Вашему секретарю копии, когда сделаю их, и нужно обсудить ещё некоторые детали. Внимательно читайте все условия. — Какой важный.       Никогда не думал, что Курт не ладит с отцом. Я думал, что у него богатенькая семья, и он кто-то вроде мажора. Оказывается, все намного сложнее… он почти подписал все бумаги. — Я планирую объявить о том, что ты мой сын, — ухмыльнулся мужчина. — То есть, как пошли слухи о том, что меня хотят повысить, ты решил сразу объявить о таком?       Курт перешёл на «ты». Похоже, отец все же разозлил его. — Да. — Не советую. — Почему? — Не хочу, чтобы за моей жизнью начали следить, да еще и все узнают о моем парне, — похотливо улыбнулся Курт.       Ч-что?! Парне?! Он ведь сказал… сказал… погодите. Я сразу с удивлением посмотрел на него, а он смотрел на меня таким взглядом, будто раздевает глазами. Ч-чего?! Я?! — Он?! — тоже удивился отец Курта, смотря на меня.       Эй! Я… я не подписывался на это! — Ну да, — Курт приобнял меня за спиной, оставив руку на талии.       О Господи, я сейчас умру! Кажется, я совсем перестал дышать. Курт так близко. — Если не подыграешь, будешь ночевать на улице, — тихо проговорил он мне на ухо, делая вид, что целует.       Я от волнения сглотнул, и даже не мог ничего сказать. Так он решил разыграть перед отцом сцену? — Вы правда вместе? — смотрит на меня Мэтью Рэй. — Да… — еле сказал я и неловко улыбнулся.       Как я ещё живу, находясь так близко к Курту? И почему я вообще испытываю такие ощущения? Я правда умираю?! — Какой позор… — немного разозлился мужчина, — Мда… такой сын мне не нужен. А ещё деньги отсылал ради твоего существования. Договор в силе, но я надеюсь, что ты оставишь это все в тайне. Объявлять ни о чем не буду. Это не влияет на то, что я хочу сотрудничать с вашей компанией. — Идет, — ухмыльнулся Курт.       Он немного сильнее сжал руку на моей талии. Блин, сердце сейчас действительно выскочит из груди! — Тогда мы пойдём, спасибо за согласие, с вами приятно иметь дело, — сказал Курт, сложил бумаги назад в рюкзак, схватил меня так же приобнимая за спиной, встал со мной из-за стола, и мы покинули эту комнату. — Курт… — хотелось что-то сказать ему, но нужные слова не шли.       Он проигнорировал меня, отпустил и пошел на выход. Я поспешил за ним. Мы сели в машину, но даже по дороге в отель Курт молчал. А я и не знал, что сказать. Точнее… да, у меня много вопросов, но именно сейчас даже я понимаю, что нужно помолчать. Мы приехали к нашему отелю, поднялись на нужный этаж, вошли в номер… и Курт со всей силы пнул стул, что он отлетел в стену. — Курт! — я сразу подскочил к нему.       Никогда не видел его таким. Обычно он очень спокойный, а сейчас… — Курт…       Он пнул комод, запустил в стену вазу, что стояла на нем. Она разбилась. — Курт, успокойся, — я схватил его сначала за одну руку, потом за другую, встал перед ним, посмотрел в глаза.       Он отвел взгляд и действительно пытался успокоиться. — Курт, присядь… — я повел его к дивану, он сел на него, а я присел рядом, все еще не отпуская его руки.       Блин, что теперь? Я не мастер поддерживать или успокаивать, но мне хочется что-то сделать для него… — Отпусти, — внезапно сказал он. — И ты уйдёшь? — Я хочу в душ. — Но… — Что?       Я не хочу оставлять его одного в такой ситуации. Что же делать? — Хочешь со мной? — ухмыльнулся он.       От его ухмылки мне стало немного легче. — Курт… — я отвел взгляд. — Так что? Я все равно пойду в душ. — Могу я посидеть там где-нибудь? Я отвернусь. — Да мне все равно, я просто хочу в душ. Пошли. — Угу…       И я отпустил этого парня, он взял чистые вещи, и мы зашли в ванну. Я присел на мягкую крышку от унитаза, а Курт сразу начал снимать с себя рубашку. От смущения я отводил глаза, и уже достал телефон, чтобы хоть куда-то их деть. И все же… любопытство в очередной раз пересилило меня. У него так выделяется пресс… какая обалденная фигура… я почувствовал, как стало жарко и сразу отвел глаза. Нет. Блин и что это? Я начинаю нервничать. Кажется, мои ладони вспотели. Я совсем отвернулся, так как он начал полностью обнажаться.       Когда Курт залез в ванну, я с облегчением вздохнул, ведь теперь он за шторкой, и я точно не увижу его. Но… я так переживаю за этого парня. Первый раз увидел его таким раздраженным; увидел, как его вывели из себя. Это неприятно… Хоть я и думал о том, чтобы вывести его, это было всего лишь безобидной мыслью, которая не подразумевала такого… А сейчас, когда я увидел его таким злым, мне хотелось как-то успокоить его.       Пока он мылся, я пытался придумать, как поддержать его, но в голову ничего так и не пришло. Неужели я бесполезен в такие моменты? Курт вышел из ванны, вытерся полотенцем, надел шорты и футболку. Мне тоже не помешает переодеться, кстати. Я ведь до сих пор в рубашке сижу. Даже и забыл про неё совсем, окунувшись полностью в недавнее происшествие. Мы вернулись в зал, я достал из своей сумки бриджи и футболку, переоделся. Мне показалось, что Курт смотрел на меня в это время. — Я думал, ты совсем дохляк, — ухмыльнулся он. — Да иди ты.       Когда переоделся, то сел рядом с этим парнем. Он о чем-то задумался, откинувшись на спинку дивана. Я ведь не могу доставать его вопросами, да? Не хочу напоминать ему о случившемся. Очень хочется узнать, но лучше помолчу. — Даже не будешь доставать меня вопросами? — будто прочитав мои мысли, спросил он. — Ну… нет. — Он ушёл еще в детстве. Я жил без отца, он только деньги отсылал и все, — решил рассказать Курт, — До совершеннолетия жил с мамой, потом устроился на какую-то работу, где платили гроши. Но на съем квартиры хватало, на еду, да и позже ещё ходил, подрабатывал постоянно. И так случилось, что повезло устроиться в эту компанию.       Я внимательно слушал. — Стал получать нормальную зарплату и зажил куда лучше. А отец до сих пор посылает деньги, только они приходят моей маме, и я их не забираю. Я теперь хорошо получаю, поэтому мне вполне хватает. Собственно, все. — Понятно… я тоже жил без отца. — Да? — Ага, но живу с мамой, она не гонит, и нам повезло тем, что мама — директор. Отца я никогда не видел и ничего о нем не слышал. Но меня особо и не интересует, — улыбнулся я. — Ну да, лучше бы его вообще не было, чем так. — Значит, ты устроил перед ним ту сцену, чтобы он не объявлял о вашем родстве? — догадался я. — Да. Сдался он мне. Отец… одно название. — Понятно. А не боишься, что теперь все будут говорить о нас? — Нет, мне все равно, — ухмыльнулся Курт. — А то, что мы оба парни? — Плевать. — Ты же натурал? — Я разве так говорил? — Но… у тебя были только девушки. — И? Я не разделял никогда никого. — Вот как, — задумался я. — А ты? — А я… больше смотрю на парней… — как же неудобно признаваться… — Вообще-то я никому не говорил… даже маме вчера лишь признался.       Я сейчас умру от стыда. — М-м… понятно. — Но ты… — я робко смотрел на него. — Я не расскажу, если ты об этом. Мы взрослые люди, я не страдаю желанием распространять слухи и сплетни. — Ну хорошо.       Курт поднялся и пошел на балкон. Я немного посидел и посмотрел, что он собрался там делать. Двери стеклянные, поэтому все прекрасно видно. Откуда-то он достал сигареты и зажигалку. Я сразу поднялся из-за стола и пошёл к нему. — Раньше я никогда не видел, чтобы ты курил. — Я редко курю. — Только когда сильно нервничаешь?       Он промолчал и просто поджёг сигарету, поднес к губам и затянулся… я встал рядом с ним у такой же стеклянной стены, что огорождала балкон. — Это же вредно? — Иногда можно. — И правда успокаивает? — Немного. — А можно попробовать? — Нет, — ухмыльнулся Курт. — Почему? — Потому что я не хочу портить ребёнка. — Я не ребёнок! — возмутился я. — Ребенок. — Нет! И я сам могу себе купить. — Узнаю, что ты курил, получишь. — Ты мне не мама. — Я хуже, — он потушил сигарету и вернулся в номер.       Что значит «я хуже»?