Опухоль системы (Ассимиляция)

      Громыхнули железные двери лифта. Кабины давно не было: скорее всего, застряла где-то на другом этаже, а, может, и вовсе больше не существовала. Эта нерабочая шахта лифта была единственным доступным спуском на другие этажи станции.       Шенер стал собственностью Даллана около недели назад и знал, что должен выполнять определённые обязанности, а именно: исполнять любые поручения Даллана (или Прима), держать свою комнату в чистоте, отправляться на другие этажи и сосуществовать с остальными обитателями комнат. Последний пункт представлял проблему, если речь шла о Приме. Впрочем, не один Шенер считал это проблемой, так что в целом его всё устраивало.       Вылазки делились на два вида: первый — спуск в подвалы за мозгами бездушных; второй — охота на смотрителей. За ходом первого почти не следили, а второй проходил под строгим контролем учёных, потому что был намного сложнее и опаснее. По одному за смотрителями никого не пускали: это было бы настоящим безумием. Более того, охоту планировали заранее, а проводили только вечером, после возвращения Даллана и Прима из научного центра. Побочным в обязательном порядке выдавали рацию с микрофоном на ухо, ножи и очки ночного виденья со встроенными камерами. Изображение транслировалось на экраны мониторов в кабинете Прима, и в любой момент учёные могли озвучить новые указания по рации.       Сегодня предстоял долгий спуск вниз на целых семь этажей, но Шенеру не привыкать, да и не так уж это долго в сравнении со спуском в подвалы за бездушными. А в подвалах каждый успел побывать.       Вниз вела одинокая узкая лесенка, состоящая из тонких перекладин. Первым спускался Фоо с болтающейся на шее ключ-картой, следом — Шенер, а замыкал Иси. Время от времени под ногами скрежетал металл, и практически от каждого такого звука Иси вздрагивал, будто боялся, что перекладина отвалится или он сам рухнет на голову Шенеру.       Миновав очередной этаж, Фоо вдруг подвис и громко возмутился, когда Шенер случайно пнул его ногой.       — Ну чего? — не понял Шенер.       — Стой. Прибыли, — процедил Фоо.       — Так прыгай!       Холод перекладин ещё на предыдущем этаже начинал пробираться сквозь перчатки и неприятно обжигал кожу. Будь Шенер один или первым, то давно бы спустился, но Фоо тащился так долго, словно на прогулку выперся. Пальцы постепенно немели, потому терпение исчезало. Шенер снова пнул Фоо ногой, на этот раз специально.       — Отвали, а то вниз полетишь, — огрызнулся в ответ Фоо, медленно переползая на соседнюю стену по кривому выступу.       — Не переживай, я крепко держусь — не упаду.       — А я тебе помогу.       — Спасибо, ты отличный товарищ.       Фоо наконец добрался до более-менее широкой платформы и приставными шагами направился к панели. Она была запасной, предназначалась для управления дверьми в случае поломки кабины. Фоо ловко сковырнул проржавевший замочек ножом, открыл панель и прислонил к экрану ключ-карту. Секунда, и послышался надрывный скрежет, будто старые механизмы порывались прокашляться. Двери устало разъехались, и мрак пригласил войти, растопырив свои чёрные объятья. Фоо, Иси и Шенер по очереди запрыгнули внутрь.       На четвёртом этаже располагались производственные цехи. Из живых там никого не бывало, этаж населяли роботы: погрузчики, различные рабочие, чистильщики и, разумеется, смотрители. Смотрители — глаза владельцев станции — шныряли всюду, на каждом этаже. Они и были основной целью Даллана и Прима.       Глухо зазвучали шаги непрошеных гостей. В нос ударил запах пыли и железа, смешанный с чем-то неприятным кисловатым. Никто запах не обсуждал, но все периодически принюхивались. Здесь было прохладно, почти как в подвалах. Свет на этаже не горел, ведь роботы в нём не нуждались.       Шенеру казалось, что всё вокруг шевелилось и дрожало, уши закладывало от шороха и шелеста. Коридоры вздыхали громадными лёгкими и терялись в темноте. Они притворялись спящими. Миротворными. Необитаемыми. И это почти правда. Для Шенера станция была разумным организмом, который взращивал в своём чреве слабых, ничего не подозревающих людишек. Коридоры переговаривались водой в трубах, копошением в стенах. Они дышали, ощущали и прислушивались. Станция не могла быть чем-то меньшим. Она жила.       Иси подрагивал и ёжился в зеленоватых контурах ночного визора. Настороженно прислушивался, вертел головой, как волчок. Он боялся. Да, точно, боялся! А чего? Внезапного нападения? Шенер ничего не чувствовал, за исключением привычного стона стен. Фоо тоже, иначе дал бы знать, что кто-то рядом. Он шагал сосредоточенный и настороженный, лишь изредка одёргивал Шенера, когда тот начинал торопиться или принимался скакать. Нет, ну а что делать, если все вокруг такие ссыкливые и напряжённые? Да ещё до одури хочется приключений, движухи хоть какой-то. Куда себя деть? Под кожей всё горело и полыхало, и Шенер чувствовал, что если срочно куда-нибудь не выплеснет энергию, то расплавится на месте.       Он всё надеялся встретить тех самых загадочных обитателей, которые нападали на Фоо и Иси. Их появление бы значило, что станция не так проста и скучна, как представлял Шенер. Они бы пробудили живой интерес и веру в то, что станция кишит тайнами.       Время, как назло, замирало. Коридоры тянулись и тянулись, смыкаясь в черноте. Какой-то жуткий металлический скрежет доносился из глубины или из труб — не разобрать. Во тьме все звуки одновременно далеки и близки.       «Как долго идти?»       В нетерпении Шенер поглаживал ножи. Ощущал успокаивающий холодок их лезвий сквозь ткань перчаток. Пальцы едва касались острия, обхватывали рукоять и перескакивали на соседний нож.       «Сколько ещё тащиться?!»       Он был готов ускориться, скакануть вперёд, выхватить нож, крикнуть, запеть, но держался. Если Шенер выйдет из-под контроля, Даллан его больше никуда не выпустит; ни за смотрителями, ни за бездушными, а вылазки — единственная отдушина. Очищение. Перезапуск.       Вдруг Фоо на мгновение замер, затем резко прижался к стене и присел. Приближался робот. Теперь и Шенер это почувствовал. Они не видели его и ещё не успели услышать, но уловили плавное монотонное движение. Шенер бы описал это как невидимый радар в голове. Радар с движущимися маячками. Такой эффект называли чутьём. Обладали им не все типы. Например, Иси понятие не имел, на что похоже чутьё, он полагался на Фоо и Шенера. Вот и сейчас он притих и, следуя их примеру, прислонился к стене.       Раздались пощёлкивания, звук маленьких колёсиков. Значит, обычный рабочий — бесполезный, неторопливый робот, который не запрограммирован оказывать сопротивление, зато может врубить сигнал тревоги, поэтому действовать нужно быстро.       Не сговариваясь, Фоо и Шенер выскочили из-за поворота, молниеносно ворвались в зону действия датчиков робота и со всего маху запустили его в стену. Фоо выхватил тесак, вонзил лезвие в тонкое покрытие робота по самую рукоять. Напоследок динамик издал непонятный писк, и Шенер повторно лупанул железяку об стену. Грохот отразился эхом, к счастью, поблизости других роботов не оказалось.       Фоо продолжил вести вперёд. Скоро лабиринты стали закольцовываться, затягивать к центру, подобно раковине улитки из живого уголка. За новым поворотом расположился длиннющий коридор с кучей одинаковых дверей. Все металлические, монолитные, лишённые каких-либо опознавательных знаков и надписей. Шенер опешил, глянул на Фоо, ожидая увидеть растерянность в его позе.       — Ты точно знаешь, куда ведёшь?       Фоо не ответил. Шикнул и прибавил шаг.       За дверями… нет, дальше, где-то в глубине шастали десятки роботов. Сама собой растянулась улыбка на лице Шенера, он едва не выпрыгнул из кожи вон от желания действовать.       — Кудрявый, стелс-режим, — скомандовал Фоо, видимо заметил, как изменилась походка.       — Я понял, понял.       ED-картой Фоо открыл дверь, кивком дал знак входить. Помещение оказалось хранилищем. Стройные ряды полок с контейнерами возвышались над головами, тянуло пластиком и таким знакомым запахом, который вдыхаешь, когда распаковываешь новую вещь.       Фоо с Иси заторопились, Шенер направился вслед за ними, вертя головой, гадая, что же упаковано во всех этих контейнерах.       «Вряд ли еда, тогда бы пахло вкусно. Возможно, техника или одежда. Да, похоже на то, как пахла новая форма, которую выдавали военным».       — Шен, сосредоточься, — прорезался механический голос Даллана. Шенер вздрогнул: он до сих пор не привык к рации учёных и временами забывал о камере. — Живей, ты отстаёшь.       Расстояние между рядами было настолько маленьким, что побочные едва ли не боком лавировали между ними, а на поворотах кто-нибудь обязательно задевал угол контейнера либо врезался в соседний ряд. Ко всему прочему неудобств добавлял гладкий пол, начищенный для лучшего скольжения колёс роботов. Очень некстати скользила и подошва.       Чутьё предупреждало, что впереди гораздо больше объектов. Они должны были вот-вот столкнуться с рабочими. Фоо благоразумно притормозил. С этого момента начался настоящий стелс-режим — самая нервная часть охоты.       Толпой пытаться избегать датчиков роботов глупо. Парни разделились: Фоо направился к их старой цели, до которой они так и не добрались на прошлой вылазке, Иси околачивался поблизости, а Шенеру пришлось следовать навигации Прима.       — Теперь направо разворачивайся. Вот так. Шуруй до конца, — бурчал в ухо его противный голос.       Роботы шныряли между рядами, порой Шенер замечал их передвигающимися по специальным рельсам прямо на полках. Они перемещались чётко по заданным маршрутам, переставляли контейнеры, привозили новые и забирали старые. Шенеру приходилось двигаться осторожно, отслеживать каждого ближайшего робота, используя все доступные чувства. То и дело проскальзывали мелкие чистильщики. Бесполезные железяки — только путали и напрягали.       — Ойхё, перестань так резко вертеть башкой, — взвился Прим. — Я так нихрена не понимаю, где ты ходишь.       «Ну обалдеть можно. Сам бы попробовал тут побегать полубоком от миллиарда роботов. Я бы посмотрел на это».       — Скоро впереди будет длинный ряд, убедись, что поблизости нет рабочих.       Шенер пригнулся, проскочил под несколькими машинами, зависшими на рельсах, добрался до развилки и, не сдержавшись, прошептал:       — Ах ты, кусок помидора…       Он терпеть не мог длинные пути: пробегать их было опасней всего, ведь если чуть зазеваешься, не рассчитаешь, то рискуешь оказаться зажатым роботами. А тут…       — Вы ведь тоже видите этот коридор?       — Разумеется, — вопрос был риторическим, но Даллан решил, что ответ необходим.       — Как я должен его преодолеть? Это не ряд, а кишка чудовища.       Шенер продолжал пялиться в заворачивающийся, казалось бы, бесконечный тоннель. Пусть они тоже его хорошенько рассмотрят.       — В той стороне хранятся чистые ED-карты, — продолжил Даллан сдержанно и настойчиво.       — А обойти никак?       — К сожалению, с другой стороны ты их не достанешь.       Шенер сокрушённо вздохнул, обратился к внутреннему чутью и, лишь убедившись, что впереди совершенно точно никого нет, ломанулся вперёд. Мурашки бежали табунами, под кожей зудело. Одна ошибка может запороть всю охоту.       — Ты не переживай, — мягко проговорил Даллан, словно успокаивал ребёнка. — Этот коридор тупиковый, так что спереди на тебя никто не выйдет.       «Ничего себе новости!»       Сердце бухнуло о рёбра, и Шенер машинально обернулся. Ситуация с громадным тоннелем, оканчивающимся тупиком, намного хуже, ведь второго выхода нет. У него был только один путь, и никаких вторых шансов. Он прибавил скорости. Кровь закипела, кончики пальцев задрожали, но это была приятная дрожь.       Рация вещала переговоры Фоо с Иси. Из-за того, что они шептали, Шенер почти не различал их голоса.       — Стоять, куда прёшь?       — А я знаю? Там рабочий проехал, двигай.       — Куда? Впереди тоже что-то есть.       — Ты ведёшь, Фоо, вот и думай, куда нам.       — Я думаю. Но, когда ты мне мешаешь думать, я думаю хуже.       Шенер едва сдержался, чтобы не рассмеяться. Прим полностью переключился на них, вклинился в переговоры, стал что-то рассказывать и направлять. Оставалось надеяться, что за Шенером продолжает наблюдать Даллан.       Дорожка резко завернула полуовалом, и Шенер сбил с полок пару контейнеров. Грохот эхом отразился от рядов, фонтан из металлических пластин оглушительной волной приземлился на пол. Наверняка это безобразие услышали даже Иси с Фоо из другого конца хранилища. Благо на обычных рабочих не устанавливали датчики, улавливающие звуки. Смотрители — совсем другое дело. Шенер надеялся, что ни один из них его не услышал.       — Блестящая работа, криворукий, — саркастически подметили по рации. Он мог бы поспорить, что это Фоо.       — Шенер, поторапливайся, сигнала тревоги нет, — заверил Даллан.       Контейнеры выглядели идентично, на них отсутствовали подписи и видимые метки, как и на всём этаже. Шенер схватил первый попавшийся ящик, заглянул внутрь и раздосадованный продолжил проверять один за другим. Разговоры по рации возобновились. По контексту стало ясно, что ресурсы Фоо и Иси нашли. Прим объявил о начале охоты на смотрителя. Должно быть, сейчас типы быстренько выследят злополучную цель вдвоём, а Шенер застрянет тут, перебирая контейнеры, как дурак.       Стоило ему о том подумать, как вдруг чутьё забило тревогу. Объект позади. Он был крупнее безмозглых рабочих раза в три, двигался отрывисто, чуть медленнее остальных, будто нарочно. Шенер вытянул ещё один контейнер, второй, третий. Со стороны послышались пощёлкивания знакомые с детства.       «Наконец!» — мысленно похвалил себя Шенер, обнаружив чёртовы болванки. Он торопливо сгрёб несколько штук, набил ими карманы, развернулся и застыл. На миг он перестал дышать, стиснул зубы. Перед ним возникло аккуратное металлическое лицо на длинном гладком теле, стилизованном под облегающую одежду. Ледяная жуткая фигура ровно такая же, как на всех этажах станции. Маленький Шенер таких подсознательно опасался, и остальные ровесники побаивались. Да что уж там, даже сейчас машина навевала противоречивые чувства.       Импровизированные глаза робота засветились, а это означало, что сигнал тревоги был только что послан всем роботам, находившимся на четвёртом. Шенер накинулся на машину, повалил на пол. С ними рухнула пара контейнеров, выплеснув своё содержимое. Без промедлений парень ухватился за металлическую голову и хорошенько приложил несколько раз о пол, пока погнувшееся покрытие не разошлось. Затем он вырвал кучу плат и проводов.       — Отлично, ты его отключил, — оживился Прим. — Теперь ножом вскрой панель у основания шеи. Нет, у основания. Это там, где… Да, аккуратно перережь провода. Все режь. Вот самую тёмную штуковину вытащи. Да осторожней, ойхё!       Шенер послушно выполнял указания Прима и радовался, как младенец. Наконец, началась движуха! Что-то подобное он и хотел получить от охоты. Он вообразил себя героем, когда достал проклятый чип смотрителя.       — Что не так с роботами?! — заголосил Иси.       Даллан велел возвращаться. Послышались звуки выстрелов. Шенер бросил чип в карман с болванками и пустился обратно по длиннющему коридору.       — Да что случилось? Как нас засекли? — не унимался Фоо.       Его бас дублировался: звучал и по рации, и откуда-то сбоку, но самого не было видно за высоченными полками под потолок.       Ликующий Шенер хотел, чтобы Фоо и Иси услышали его живой голос, а не механический, поэтому проорал во всю глотку:       — Я завалил смотрителя!       Он нёсся меж рядов, неуклюже сносил локтями контейнеры. Запчасти разлетались, звенели, ударяясь об пол, но на это уже было всё равно. Сердце прыгало. Он и сам подскочил пару раз от перевозбуждения.       — Поздравляю, — сухо отозвался Фоо.       — Спасибо! Я сам за себя рад! — Шенер даже не обратил внимания на холодный оттенок в голосе седьмого.       Звучали выстрелы, щелчки смотрителей. В стороне бахались контейнеры — это парни тоже торопились.       — Ты там не выйдешь, Шен. Налево, — направлял Даллан.       Скоро полки закончились, показались развилки и двери. Иси замахал руками у открытого выхода. В коридоре ожидал Фоо, держащий ED-карту у сканера наготове.