Прозрение

Прогулки стали регулярными: по часу – два в день. Продолжались и неспешные беседы, постепенно подтачивающие уверенность Долгохвоста в родном племени… Пока уходящий в патруль Коготь не бросил светло-серому коту с глумливой усмешкой: - Ну, что – наш пленный становится добрее? Действует твой способ? И ушел, гулко расхохотавшись. А Долгохвост с содроганием глянул на Хвостолома, и его буквально приморозило к месту. Плоская морда пленника исказилась от безумного бешенства, за которым пряталось огромное разочарование. Воитель осознал, что как никогда близок к мучительной смерти… Внезапно слепой кот обрел пугающее спокойствие. Все эмоции исчезли, он стал холодным и равнодушным. Долгохвост понял, что разговаривать с ним сейчас бесполезно – любые попытки оправдаться будут пропущены мимо ушей. Пленник поднялся и, ориентируясь по запахам и памяти, вернулся в пещеру целительницы. Больше в тот день он не произнес ни слова. «Разоткровенничался, выдал тайны! Проклятье, я размяк… Но это дорого обойдется тебе и твоему никчемному племени!» ********** Через несколько дней Долгохвост пришел в отчаяние – Хвостолом не реагировал на его попытки завязать разговор. Как будто все вернулось к началу… «Правильно он зовет меня мышеголовым! Надо же было так все загубить! Он только начал раскрываться – и что?!» Кот чуть не застонал от безысходности. Как втолковать Хвостолому, что он всего лишь хотел помочь?! Пленник уверен, что ему ни от кого не нужна помощь или – того хуже! – жалость. Но воитель во внезапной вспышке прозрения почувствовал в нем того маленького жаждущего любви и уважения котенка, который живет в душе бурого кота. И он решился… Долгохвост сел рядом с неподвижно лежащим Хвостоломом и стал рассказывать ему о своей жизни с детства до Посвящения в воители. Детский игры, первые шаги по поляне, уроки Частокола, возня с другими оруженосцами… И Посвящение – самый счастливый момент своей жизни. Его рассказ был полон тепла, любви, нежности, веселого смеха – всего того, чего не хватало Хвостолому. А тот, вынужденный слушать, отчаянно пытался не верить коту. «Сказки для маленьких котят! Так не бывает! Это всего лишь иллюзии, а в жизни все по-другому. Или… Нет! Нет, это невозможно!..» Хвостолом поймал себя на безумной надежде на искренность Долгохвоста и жгучей, но поразительно беззлобной зависти к нему. Впервые доброта и мягкость не показались бывшему предводителю досадными недостатками. И избавиться от этого ощущения он уже не мог… «Неужели так бывает?.. Неужели я всю жизнь…» Пленник резко сел, вырываясь из этих неприятных мыслей. - В чем ты пытаешься меня убедить? - Убедить? Нет. Я рассказываю тебе, что бывают и другие отношения между котами, не основанные на ненависти и жажде власти, - мягко произнес Долгохвост, интуитивно уловив перемену в собеседнике. - А эти прогулки? Я должен стать… хорошим? – с издевкой спросил пленный, не желая сдаваться новым ощущениям. - Я предположил, что тебя это развлечет. Прости, что ошибся, - спокойно отозвался светло-серый. И Хвостолом не выдержал: - Ладно, мышеголовый! Мне плевать на твои фантазии, но прогулки меня устраивают. Правда, иногда немного раздражает твоя наивная болтовня, но это мелочи… Так когда мы пойдем? – резко сменил он тему. - Куда? – не успел за его мыслью воитель. - Гулять, мышеголовый. Гулять и пугать твоих соплеменничков, - с мечтательной улыбкой промурлыкал бурый кот. Долгохвост радостно рассмеялся, сбросив горечь последних дней, и с удовольствием вывел Хвостолома прогуляться.