Воскрешение

      Я не мог перестать думать об этом, но оставаться в этом стремном месте не вариант. Глаза бегали по всему, что предстало передо мной. Атмосфера в подворотне гораздо хуже, чем на оживленной улице через стенку. Я хотел выйти на свет, чтобы попытаться успокоиться, но продолжал сидеть на корточках, обнимая колени.       Как только я собрался силами и встал на ноги, услышал шорох, затем знакомые приближающиеся шаги. Данна пришел ко мне. Его глаза сверкнули чем-то ярким. На мне это сработало как сигнал опустить голову. Чувство стыда съедало заживо. — Не злитесь. Мне давно нравился Сасори-сан, но я не могу позволить себе сказать ему это. Не смогу. — Почему я должен злиться? — удивился тот, подойдя ко мне еще ближе. — Вам приходится терпеть меня. И вы тянете меня за собой, как маленького ребенка, который… уже перешел все границы.       Наступило молчание. Я чувствовал, как быстро и как сильно стучит сердце. Казалось, мне с каждой секундой становилось все хуже, но это лишь иллюзия. Я ведь сам себя накручиваю. Постоянно. Просто потому что люблю… но совершаю ошибки всякий раз. И сейчас, наверное, он просто развернется и уйдет. И это будет правильным решением. Ведь я… я чувствую, что его сердце закрыто для такого, как я. И просто так тратить дни, проживая их рядом со мной — ошибка. Я не должен был делать этот выбор тогда. Наверное, уже сейчас я бы окончательно исчез из того сосуда, что держал меня двадцать лет. Но раз уж я решил по-другому, то мне всего лишь остается дать шанс и отпустить Сасори-сана жить дальше. Жить так, как он хочет. Просто… без меня.       Его глаза… такие красивые, сверкающие чем-то потусторонним, что делает его загадочным и очень привлекательным. Я в очередной раз замер, изучая каждый миллиметр, рассматривая каждую ресничку. — Я голоден.       Слова человека напротив вернули меня в настоящее время. Хоть все это время я смотрел прямо на него, сейчас он оказался гораздо ближе. Настолько близко, что чувствовал его глубокое дыхание на своей коже. — Мы еще не завтракали. Ты покормишь меня?       Я не смог ответить Акасуне отказом, поэтому мы просто пошли в кафе, где я выбрал для нас завтрак. Мы оба молчали, ожидая, когда принесут еду. А за соседним столом в это время разместилась милая парочка — мама с ребенком.       Чуть позже, услышав свое имя, я повернулся к маленькой девочке. Да, та самая, что увидела меня в лесу в первый день, как раз в том месте, на котором я однажды погиб. Брюнетка с голубыми глазами улыбалась мне, а я сидел, не зная, что сказать на это Сасори. Но как только повернулся в сторону старшего, тот беседовал с подошедшей к нему девушкой. Как оказалось, и ее я видел не в первые. В данном городе мы всего третий день, но уже несколько раз за это время сталкивались с молодой особой, которая, поправляя прическу, все время улыбалась Акасуне. Я безмолвно следил за ними, пока до моих ушей не дошли слова красноволосого, сказанные ей: — Сегодня я ухожу из этого места, поэтому даже не думай на что-то рассчитывать, — проговорил четко и, судя по лицу девушки — довольно грубо.       Через минуту нам принесли заказ. Я, как по традиции, взял палочки и начал кормить Сасори. С тех пор, как он отвлекся от той девушки, теперь не сводил глаз с меня. Я чувствовал, как тщательно он пытается разглядеть каждую линию на моем лице, поэтому я невольно повернул взгляд в сторону окна, удивившись резкой смене погоды. Похоже, на улицах города царил настоящий ураган. В моем сердце что-то похожее. Я ведь до сих пор не могу успокоиться, но всеми силами пытаюсь держать себя в руках. — Почему вы отказали ей? — поинтересовался я, освежив горло холодным напитком, — разве она недостаточно хороша для вас? — К чему ты это говоришь? — Я не хочу, чтоб вы тратили свое время на меня, — произнес ещё тише, выдавливая каждое слово с неохотой, но я вынужден сделать это, иначе нам обоим будет только хуже, — Сасори-сан, вы должны жить так, как мечтали. Помните? Жить мирной жизнью. Пусть наши желания совпадают в этом, но я только… мешаю… вам, — последние слова я произнес, оборачиваясь вокруг себя.       Все в один миг стало черным. Я видел лишь стоящего перед собой Акасуну. Это одна из его техник, которую он использовал, когда проникал в сознание жертвы. Я знал об этом, но никогда, до сегодняшнего дня, не испытывал это на себе. Мы остались совершенно одни. И вокруг нет ничего, даже посторонних звуков. Глухая тишина. — Мы уже не напарники. Акасуна хотел что-то сказать, но я перебил его. — Вы возитесь со мной «по привычке». Как долго это будет продолжаться? Может, еще и жить будем вместе? Найдем жилье, устроимся на работу… будем… продолжать проводить друг с другом время каждый день?.. — Я хочу жить именно так. С тобой. — Что?.. Я поражен его ответом и впал в ступор, с трудом продолжив: — Этого не может быть… вы ведь найдете себе пару, с которой будете счастливы, а я буду только мешать. Лучше мне уйти… сразу, — проговорил чуть тише.       Я отошел от Сасори, пытаясь сдержать слезы, но темнота вновь поставила меня перед создателем. Мое лицо предстало перед ним такое смущенное, красное. — Вчера… вы посмотрели на меня совсем по-другому. И я не смог сдержаться… заставил целовать меня и… и… — Алкоголь выдал мои чувства. Ты не должен извиняться за это. — Какие еще чувства? Вы были пьяны, а я был… я был не собой. Я был девушкой, которая привлекла вас.       Сасори резко приблизился ко мне, схватив за руки. Он заставил смотреть в свои глаза так же, как смотрел в мои, глубоко проникая в глубину души. — Несмотря на этот внешний вид, я видел перед собой только тебя, — прошептал Сасори. — И поцеловал тебя, потому что хотел. Уже давно.       Стуки сердца были слышны отчетливее, как и появляющиеся звуки со всех сторон. Когда я заметил это, то тут же увидел, что сижу в кафе на том же самом месте перед Акасуной. Он вернул меня в реальность, следя за моими движениями тем же проницательным взглядом.       Я сидел тихонько, вспоминая прошлые разговоры с красноволосым. Сасори не собирался покидать меня, строя планы на каждый день, в котором было место и для меня. Мы уже много знакомились с тем, что построило человечество после нашей смерти. И скоро должен был наступить день, который станет следующим этапом, когда мы должны решить остаться в одном из тех мест, что посетили. А каким будет это место — решать мне. Сасори-сан хотел этого. Он и правда собирался жить вместе со мной?.. Теперь я понимаю его. И главное — буду продолжать следовать за ним. — Уже давно… — повторил я за ним, еле заметно кивая. — Я тоже… давно.       Бледная рука дотянулась до моих пальцев, переплетая их со своими. Я завороженно смотрел на это, но ничтожно мало. Ветер усилился не на шутку, каким-то образом разбивая все окна и лампы, что находились вокруг нас. В порыве ветра с молниеносной скоростью в мою сторону полетел большой осколок зеркала, в последнюю секунду в котором я смог разглядеть Сасори, хватающего меня. Он успел перенести меня на безопасное расстояние от разбитых вещей, за угол бетонной стены. — С тобой все хорошо? — Д-да, — ответил я, потихоньку осознавая, что стихия ветра могла убить меня. — Папа! — закричала та же девочка, когда оказалась в руках мужчины с плащом, на котором виднелась эмблема со знаком Хокаге.       Мои глаза расширились, когда я смог разглядеть его лицо. Неужели, это тот самый мальчишка из Конохи, который хотел отнять у меня носителя однохвостого?.. Его взгляд надолго засел в моей памяти, тем более именно в этот день я потерял Сасори. А теперь… я не могу допустить, чтобы он пострадал. Я схватил Акасуну за руку и вывел на улицу, создав большую глиняную птицу. — Что ты собираешься делать? — Мы полетим над этим ветром.       Поднимаясь вверх со стремительной силой, в последнюю секунду я увидел чужой взгляд. Снизу. Голубые глаза нового Хокаге смотрели прямо на меня, будто… вспоминая.