Союз или борьба

      После завтрака, состоявшего из блинчиков с лососем и сливочным сыром и сэндвичей, У Сянь вытер рот, наблюдая за тем, как Ван Цзи педантично протирает салфетками немного испачканный стол.              — Лань Чжань, может, наши отношения смогут выйти на новый уровень сегодня?              — М-м? — немного непонимающе вскинул брови альфа, поднимая взгляд на омегу, что даже без косметики выглядел божественно, особенно в свете утреннего солнца.              — Думаешь, мы поспешим, если займёмся сексом прямо сейчас?              Ван Цзи распахнул глаза, не ожидая такого. Вэй Ин предлагал себя, блистая так ярко, что Лань Чжань ничего не мог сказать, настолько ему казались невозможными слова Вэй Ина. Однако он всё же еле заметно качнул головой в сторону, отрицая.              — Значит, тогда мы можем это сделать?              Вэй Ин коснулся голой ступнёй колена Ван Цзи, открыто флиртуя после своего спонтанного и уверенного предложения. Пожалуй, Ван Цзи ещё никогда так активно не соблазняли. И ведь у этого был превосходный эффект — у него, чёрт возьми, уже встал.              Лань Чжань резко поднялся из-за стола, отчего омега крупно вздрогнул, беспокоясь, что разозлил мужчину своим развязным поведением. Всё же, если подумать, Вэй Ин вёл себя излишне извращённо. Возможно, на месте альфы он бы тоже отказался.              — Прости, забудь, что я сказал. Лань Чжань, не злись, — быстро затараторил омега, в очередной раз вздрагивая, когда на его плечи опустились тяжёлые руки, ласково и трепетно сжимая их.              — Я не злюсь, — донёсся до правого уха тихий баритон — низкий, обволакивающий и соблазнительный голос. Самый сексуальный и красивый из всех, которые У Сяню вообще доводилось слышать.              Убрав одну руку с плеча Вэй Ина, Ван Цзи положил ладонь на его щёку, немного надавливая, заставляя повернуть голову в сторону. Лань Чжань, заглянув в серебряные глаза, наклонился, прикасаясь к губам Вэй Ина своими.              Это было приятно. Омегу обволакивал запах Ван Цзи, немного тягучий и вязкий из-за непривычной, самой настоящей близости. Руки мужчины сместились на талию, одаривая теплом и лаской — он не просто их сложил, а гладил, надавливал подушечками пальцев на ребра, касался сосков и опускал руки ниже, к тазовым косточкам и паху.              Внизу живота У Сяня разлилось горячее возбуждение, и оно усилилось, когда чужой мягкий и влажный язык проскользнул внутрь рта. Боже. Боже! Что Лань Чжань с ним творил?              Вэй Ин задрожал, раскрывая рот сильнее, чтобы его собственный язык тоже смог протиснуться в чужой рот. Лань Чжань замедлил движения и вскоре полностью отстранился, позволяя длинным нитям слюны порваться. Мужчина некоторое время не двигался, восхищённо рассматривая Вэй Ина.              Лицо омеги было красным, рот соблазнительно приоткрыт; губы из-за долгого поцелуя заалели, чуть припухли, но их хотелось терзать снова и снова, зацеловать до вишнёвого цвета, возможно, даже покусать до крови; глаза Вэй Ина блестели сильнее, чем обычно, а взгляд казался немного поплывшим; голос тоже полностью изменился — стал хриплым, томным, немного глухим.              — Лань Чжань, почему ты остановился?              Ван Цзи выпрямился и, взявшись за спинку стула, отодвинул омегу от стола.              — Потому что нужно продолжить в кровати.              У Сянь горячо выдохнул, видя, как Ван Цзи встает сбоку и наклоняется, чтобы взять его на руки.       

***

      Вэй Ин смутно понимал, что с ним происходит. Лань Чжань оказался слишком опытным любовником, настолько, что У Сянь был готов поступиться собственными принципами и гордостью и умолять его не останавливаться.              Благо, что делать этого не пришлось, потому что Ван Цзи самому не терпелось заняться сексом. Странным, спонтанным, утренним первым сексом.              Вэй Ин лежал на алых простынях голый. Он даже не мог точно сказать, где его чёрный халат и трусы. В один момент они на нём есть, в другой — уже нет. Возможно, дело в очень сильном феромоне Ван Цзи, из-за которого сознание У Сяня помутилось.              Омега взвыл от прикосновения большой руки к члену. Зажмурившись, он развёл ноги сильнее, чувствуя себя слишком влажным и до неприятного незаполненным. Лань Чжань намёк понял и немедленно подставил пальцы другой руки ко входу, несколько секунд просто поглаживая по кругу, а потом легко проникая сразу двумя на всю длину. Вэй Ина от такого протащило вверх по кровати, и он чуть ли не задохнулся в беззвучном полувсхлипе-полустоне.              Ван Цзи, не чувствуя сопротивления, добавил третий палец. Оттянув крайнюю плоть вниз, он тут же задвигал пальцами внутри, растопыривая их.              — Лань Чжань… Пожалуйста, не останавливайся, ещё, ещё… — чуть ли не плача, проговорил Вэй Ин, цепляясь двумя руками за плечи мужчины. Ван Цзи принялся аккуратно надрачивать член омеги и при этом, поддерживая заданный темп, ласкать омегу пальцами, которые были достаточно длинными, чтобы всецело удовлетворять потребность нажатия определённых точек внутри.              Ван Цзи наклонился, целуя разгорячённого омегу более властно, грубо и сильно, чем до этого. У Сянь обнял одной рукой шею альфы и страстно ответил, не подавляя гортанные, чуть отдающие вибрацией стоны. Омега зарылся ладонью в короткие тёмные волосы Ван Цзи и ощутимо их сжал, прогибаясь в спине от слишком интенсивных действий альфы. Ещё немного — и он действительно кончит от стимуляции только руками.              — Лань… Фн… Лань Чжань, нет, ах, постой, я же сейчас… Ха-а-а…              Ван Цзи послушно остановился, убирая руку от красного, дрожащего члена, и с характерным хлюпом вытащил пальцы из зада. Лань Чжань поднёс их к лицу, понюхал, а потом, совершенно не стесняясь, по очереди облизал каждый, наслаждаясь вкусом солоноватой смазки — концентрации феромонов У Сяня. Его неплохо так вело от этого омеги, хотя выдержкой Лань Чжань всегда мог похвастаться. Это могло стать проблемой.              Вэй Ин наблюдал за погружением пальцев в рот Ван Цзи совершенно завороженно. Так и хотелось поцеловать его сейчас, чтобы почувствовать свой вкус на его языке. Закончив вылизывание, мужчина приподнялся, выглядя немного озадаченным.              — У меня нет презервативов.              — Всё в порядке, до течки ещё два месяца. Войди без защиты.              — Мгм.              Ван Цзи снял рубашку, потом штаны. Нависнув над омегой, он взял свой член за основание и, подставив головку к анусу, медленно надавил. Тугие, но податливые мышцы нехотя принимали в себя возбуждённый орган, пожалуй, слишком большой для комплекции У Сяня.              Омега зажмурился, ощущая, как всё его тело покрывается испариной. По позвоночнику пробежался сноп искр, когда Ван Цзи сделал небольшой, но окончательный толчок, войдя до самого конца.              — Лань Чжань… Ха-а, Лань… Чжань… Как тебя много, Лань Чжань.              Ван Цзи ласково откинул прядь влажной чёлки со лба омеги, а потом наклонился и поцеловал его в нос, не понимая, что за нежность разбухает где-то внутри него.              — Больно? — тихо спросил Ван Цзи, ласково прикасаясь к красной щеке.              — Нет, уф, просто непривычно. Может, я побуду сверху? — Вэй Ин смотрел в тёплые янтарные глаза и не верил, что Лань Чжань может быть настолько эмоциональным, ласковым и добрым. Это слишком отличалось от его поведения в повседневной жизни.              Ван Цзи медленно перекатился на спину, и теперь У Сянь лежал на его животе и груди. Омега положил руки на плечи мужчины и медленно приподнялся, выпрямляя спину. Ван Цзи коснулся талии омеги и погладил, большим пальцем потрогав изумрудное украшение в пупке, видимо, не удержавшись.              Вэй Ин криво улыбнулся и, не очень сильно впившись ногтями в кожу, начал двигаться. Если бы У Сянь не был так сильно возбужден, у них бы ничего не вышло. Только из-за огромного количества вязкой смазки У Сянь мог быть настолько раскрыт.              Ноги достаточно быстро начали уставать, хотя У Сянь занимался спортом и следил за собой — движения были слишком интенсивными и однообразными, задействовались одни и те же группы мышц, которые быстро деревенели. Однако Вэй Ин, едва дыша, не останавливался. Потому что находился в предоргазменном состоянии — если он прервётся, то точно оттянет разрядку.              — Лань Чжань… Лань Чжань…              Ван Цзи отлично видел состояние Вэй Ина — омега дёргался, через раз дышал, завывал ему на ухо, то опускаясь корпусом вниз, то снова выпрямляясь. Он метался, дрожал и даже плакал, из раза в раз выстанывая его имя. У Сянь на пределе своих возможностей, а значит, ему нужно помочь.              Ван Цзи сжал двумя руками упругие ягодицы и, насадив чужое тело на себя до конца, резко опрокинул омегу на лопатки. Держа У Сяня за бедра, Лань Чжань принялся ритмично и быстро вбиваться в него, и это сильно контрастировало с глубокими, но медлительными толчками ранее.              Вэй Ин натурально кричал, впивался пальцами в простынь, поджимал пальцы на ногах и выгибался в спине дугой, доходя до ярчайшего оргазма. С каждым толчком его состояние усугублялось, он едва не срывал голос от кайфа, такого чистого и сильного, что его трясло.              Лань Чжань не стал спрашивать разрешения. Наклонившись, он впился клыками в шею омеги, оставляя метку. Возможно, он действовал на инстинктах, возможно — просто хотел привязать омегу к себе. Он и сам не знал, почему пошёл на такой серьёзный шаг.              Боль в шее была слабой, а всё из-за сильного оргазма и выброса гормонов и феромонов в кровь, которые, смешавшись с феромонами Ван Цзи, закрепили связь. Боль в шее сменилась удушающим удовольствием, и Вэй Ин ещё глубже погрузился в нирвану.              Потом внутри него разлилось тепло — приятное, великолепное и такое нужное. У Сянь никогда прежде не сталкивался с чем-то настолько невероятным. Он чувствовал, будто стал с этим альфой половинками Инь и Ян, слившимися воедино.              И Лань Чжань ощущал то же самое. Поджав губы, он прикрыл глаза.              «Кажется, я ничем не отличаюсь от собственного брата», — подумал он, бережно прижимая дрожащее тело омеги к себе.