Уроки Бесконечной Войны

      Тот, кого когда-то звали Кимаен джай Шилал, а ныне же вся цивилизованная галактика именовала не иначе как Гривус, ощутил переполняющую разум ярость, струящуюся по его иссохшим венам. Впервые за долгое время заключения в своей дюрасталевой оболочке он ощущал себя таким живым. Жажда крови, которой он больше не сопротивлялся, первобытный инстинкт, который впервые за долгое время он позволил себе спустить с поводка, вернули ему вкус к жизни. Весь его взор пылал багрянцем жара прелюдии к скорой битве.       Он даже ощутил свои родные руки из плоти и тепло приклада пулевика, а нос же дёрнулся желая учуять тот сладковатый запах смерти из расколотого панциря разумного насекомого Ям’рии, что, агонизируя, забрызгал своими зелёными кишками добрый сажень земли вокруг себя. В ушах же стоял голос его любимой Рондеры, что требовала от своего вожака смертей и крови.       Киборг крутанул трофейные световые мечи, снятые с остывших трупов сражённых в бою выкормышей Сената… Ручные кастрированные собачки политиков Корусанта владели воистину грозным и смертоносным оружием, способным сразить практически любое разумное существо в этой Галактике, однако будь у калишца возможность выбрать себе оружие для Последнего боя, он без лишних раздумий воспользовался бы своей старой винтовкой с таким замечательным штыком. Ей было так удобно потрошить врагов…       Верно… Трофейные световые мечи джедаев, что пали от руки генерала, были орудием его мести, способом ещё сильнее унизить лицемерную джедайскую погань! Способом доказать свою преданность Владыке Сидиусу… Однако в бою, где на кону стояло… всё, включая его собственную жизнь, Кимаен джай Шилал предпочёл бы иметь в руках старого знакомого с которым он боролся за свободу своего народа ещё в те далекие дни, когда сам Главнокомандующий силами КНС состоял из плоти и крови…       Генерал решил растянуть удовольствие, позволив жестянке сделать ход первым. Ощущая опасность битвы, его сердце, не знавшее жалости, вновь затрепетало, разгоняя жгучую, как огонь, кровь по остаткам организма. Дроид не разочаровал генерала, ринувшись на своего противника, высоко подняв пылающий, словно отлитый из гнева, ярости, меч.       Военачальник КНС стремительным, но вместе тем изящным движением буквально в последний момент ушёл в сторону, пропустив стремительный выпад мимо себя. Это было близко. Генерал ощутил дуновение воздуха от вибрирующего лезвия, что едва не рассекло надвое лицевую маску взбудораженного калишца. «Всё еще недостаточно!» — усмехнулся про себя Гривус, мощным пинком отправив «экспериментальную» машину в полёт. — «Этого всё ещё недостаточно! Тебе придется выложить на стол что-то посерьезнее этого металлолома, Дуку!»       Ведро с болтами упустило свой шанс и теперь настала очередь Гривуса доказать, что не просто так от одного его имени дрожали даже самые могущественные псы продажного Сената. Аугментированное тело Главнокомандующего силами Сепаратистов уподобилось белой стреле, когда он в молниеносном рывке устремился за своей беспомощной жертвой!       Воздух наполнился гулом плазменных петель трофейного оружия, чьи клинки сливались в одно светящееся марево. Шквал ударов обрушился на корпус врага, буквально разрывая его на части. Раскрыв дополнительную пару рук, киборг, потворствуя переполняющему саму его суть желанию, разорвал прорезанный корпус машины, окропив себя машинным маслом. Рычание Гривуса, низкое и звериное, эхом разнеслось по арене, смешиваясь с треском разрываемого металла.       Лёгкие генерала, искалеченные ещё на Корусанте, протестующе взвыли, превращая его крик в хриплый кашель. Однако это лишь раззадорило его, заставив почувствовать себя ещё более живым. Сейчас он был подобен буре, подобен могучему урагану, что сметал всё на своём пути. Его ярость, его жажда разрушения, казалось, не знала границ…       Не дожидаясь приказа, оставшиеся дроиды ринулись на генерала, размываясь в сполохах огня. Их скорость была столь высока, что казалось, будто они телепортируются в бликах инфернального пламени. Лишь звон оборванных цепей, чьи концы были грубо вбиты в корпус, отмечал их стремительную поступь к столь желанной, пока ещё живой, цели. «Бойцы из них будут посолиднее, чем добрая половина беспомощной джедайской погани!» — не без удовольствия отметил про себя Гривус.       Звон стали и потусторонний гул световых мечей обрушился на испытательную арену. Никто из противников не жалел ни себя, ни врага. Будь на «арене» бойцы из плоти и крови, то даже ложа для высоких особ была бы забрызгана багровой жизненной влагой… Киборг наслаждался этим танцем смерти, погружаясь в вихрь битвы всё глубже и глубже. Он чувствовал, как его системы перегружаются, как его тело, состоящее из металла и плоти, кричит от напряжения. Но он не останавливался. Он не мог остановиться. Это было его стихией, его сущностью. Он был разрушителем, и ничто не могло его остановить.       Очередной противник стремительно зашел Гривусу за спину, чтобы забрать жизнь генерала себе… Когда-то это был дроид-диверсант ВХ, однако местные инженеры доработали его. Словно заключённый в панцирь морского членистоного, дроид был покрыт чем-то похожим на живую плоть, запах которой не только обжёг ноздри Гривуса, но и вместе с этим манил его куда-то далеко…       Странное чувство, охватившее разум калишца, едва не стоило ему жизни — лишь в последний момент, выкрутив свои рефлексы на полную, главнокомандующему силами КНС удалось уйти в сторону, отделавшись лишь глубокой бороздой на лицевой маске. Этот покрытый фиолетовой плотью дроид оказался не так прост, от чего у Гривуса по спине пробежали метафорические мурашки…       Он был не один — целое звено обросших плотью «мутантов» пришли, чтобы забрать жизнь Кимаен джай Шилала. Как и в случае с Б-1К, эти модели явно не обошли стороной необычные модификации загадочного киборга в красном балахоне. Даже если не обращать внимание на живую плоть… корпус дроида выглядел более женственным, машины прибавили в гибкости и скорости, обрушив на киборга шквал колющих ударов своих копий. Однако истинная угроза скрывалась не столько во внешних атрибутах, сколько в насквозь прогнившей сердцевине этого… существа…       Инстинкты аугментированного киборга взбунтовались, буквально вопя о неестественном ощущении чего-то «неправильного». Непонятное, напоминающее сладкий дурман, чувство притупляло концентрацию генерала, замедляло реакцию, превращало его мысли в комок вязкой слизи… Даже всепоглощающая Гривуса ярость казалось притихла, обернувшись холодной ненавистью, что требовала от своего владыки буквально испепелить эту мерзость на месте! «Пожалуй такой чистой искренней ненависти я не испытывал даже к джедайской погани» — отразив очередной выпад, поймал себя на мысли Главнокомандующий силами КНС.       Шквал колющих ударов обрушился на киборга, заставляя его отступить. Длинные древки и острые наконечники копий, вместе с отлаженной командной работой дроидов, не давали генералу выгадать подходящую возможность контратаковать. Он был вынужден перейти в оборону, его световые мечи вращались, отражая удары, но даже он, с его яростью и мастерством, чувствовал, как давление нарастает. Его ненависть лишь росла, понемногу превращаясь в безумие…       Киборг почувствовал, как его тело вздрогнуло от удара. Два копья, острые и безжалостные, словно клыки хищника, впились в его стальную ногу. Искры посыпались из повреждённого корпуса. Он попытался сделать шаг в сторону, но поврежденная нога, пронзённая копьями, ответила ему резкой болью, которая пронзила его механическое тело, словно оно вновь состояло из плоти и крови.       Это было оскорбление, вызов, который лишь разжёг ненависть, подогреваемую яростью внутри генерала, доводя его до белого каления. Скованные дурманом мысли разом прояснились, словно всю пакость разом сдул могучий ветер. Теперь он был готов истребить эту погань, стерев сами следы её существования с лица этой Галактики!       С шипением погас один из световых мечей калишца. Энергетическая петля исчезла, оставив после себя лишь дымящийся эмиттер. Брешь в обороне была мгновенно использована гибкими и юркими дроидами. Они двигались подобно теням, их движения были плавными и почти неестественными, словно они были частью какого-то странного, извращённого танца. Их копья, длинные и смертоносные, снова устремились к генералу, нацеливаясь в уязвимые места его корпуса.       Он не мог позволить себе проиграть. Не здесь. Не сейчас. Его ярость, его ненависть, его жажда разрушения, была всем, что у него оставалось. Он резко дёрнул ногой, пытаясь освободиться от копий, но дроиды, словно предугадывая его действия, лишь сильнее вонзили оружие в его корпус. Металл скрипел, искры летели во все стороны, но Гривус не сдавался.       С диким рёвом он рассёк воздух оставшимися мечами, едва не задев одного из дроидов. Но те были слишком быстры, слишком ловки. Они отскочили, словно тени, их движения были почти неуловимы. Но он не мог остановиться. Он не мог позволить себе слабость. Его ненависть, его безумие, были его оружием. Он был подобен буре, как ураган, сметающий всё на своём пути. Дроиды отступали, их копья метались в попытках найти новую брешь, но киборг уже не дал им подобного шанса. Мерзость упустила свой последний призрачный шанс на победу!       Одним резким движением он вырвал гарпуны из своей ноги, отшвырнув их в сторону. Металл скрипел, искры летели, но он не обращал на это внимания. Его ненависть была в разы сильнее дурмана, дешевых трюков и зачаровывающего извращенного танца! «Познайте отчаянье!» — загудел в яростном кличе Гривус, обрушив на юрких абоминаций стену из плазменной смерти.       Покрытые плотью дроиды, не выдержав такого напора, дрогнули. Несмотря на свою скорость и ловкость, они не могли устоять перед этой лавиной разрушения. Один за другим они падали, их корпуса разрывались на части, их копья ломались, как хрупкие ветки. Киборг не останавливался, он не мог остановиться.       Когда последний дроид пал к его ногам, корпус генерала уже дымился и искрил от целого набора из повреждений, однако Гривус продолжал стоять. Очи генерала горели потусторонним пламенем войны, заставляя камень арены тлеть от потаённого гнева. Удовлетворенная расправой жгучая ненависть, словно насытившийся хищник, отошла на задний план, открыв дорогу сбивающей волне ничем не разбавленной ярости. — Это все на что ты способен, старик?! — взревел с вызовом на устах главнокомандующий сил Альянса Сепаратистов. — Если так, то вскоре твой череп точно станет моим!       Раздавив голову механического врага, наслаждаясь хрустом, он с вызовом посмотрел на ложу Дуку, но тот не спешил реагировать на откровенную провокацию. — Не думаю, что вы можете отвлекаться на озвучивание пустых угроз, генерал — из динамиков арены прозвучал знакомый сухой старческий голос.       Будучи опытным дуэлянтом не только со световым мечом, но и ораторском искусстве Дуку не требовалось много слов, чтобы указать дикарю на его место. Словно воспринимая Гривуса за пустое место, граф Серенно улыбнулся одними уголками рта, продолжив вести будничную беседу с закутанным в красные тряпки хозяином этого странного места.       Механическая рука с молниеносной реакцией перехватила кончик бича, который метил в его горло. Хлыст, покрытый едкой кислотой, шипел и дымился, пытаясь вырваться из железной хватки, но киборг лишь сильнее сжал пальцы, разорвав его на части. Капли кислоты брызнули на корпус, оставляя дымящиеся следы, но калишец даже не дрогнул, сгорая от ненависти в отношении своего бывшего учителя и «господина». «Я обязательно вобью эти слова тебе в глотку, Дуку!» — поклялся на крови закованный в дюрасталь зверь.       На арену спрыгнула шестёрка модернизированных В1, их мерзкий пурпурный цвет вызывал у генерала приступ бешенства. Эти дроиды, такие же отвратительные, как и павшие коммандос, казались воплощением всего, что он ненавидел. Их хлысты, оставляющие на камне оплавленные борозды, при движении издавали дикий скрежет, сливающийся в отвратную мелодию. Кислота, а не плазма, жгла и разъедала, оставляя лёгкий цветочный аромат…       Вновь вооружившись четырьмя световыми мечами, калишец ринулся вперёд. Его движения были стремительными и точными — он был воплощением самой смерти. Теперь он знал, что нужно делать. Его ярость, его жажда разрушения, направляли каждый его удар, каждый шаг.       Первый В1 даже не успел поднять свой хлыст, как световой меч генерала рассёк его корпус пополам. Металл плавился, искры летели во все стороны, но киборг уже двигался дальше. Его мечи вращались, словно лопасти смертоносного вентилятора, рассекая воздух и металл.       Второй дроид попытался атаковать с фланга, но киборг, словно предчувствуя это, развернулся и одним мощным ударом отправил его голову в полёт, вырвав её вместе с «мясом» своей могучей ногой. Третий дроид выбрал более осторожный подход — хлестнул своим хлыстом издали, но генерал перехватил его механической рукой, разорвав на части и швырнув остатки в сторону.       Кислота брызгала, дым смешанный с уже знакомым дурманом поднимался к потолку арены, но киборг не останавливался. Четвёртого дроида он просто и банально раздавил, прыгнув на него всей своей тушей. Пятый дроид, казалось, понял, что ему не выстоять в одиночку и попытался отступить, однако смерть в лице Гривуса была уже рядом. Его мечи вонзились в корпус дроида, разрывая ведро с болтами на части.       Последний дроид, шестой, стоял на расстоянии, его хлыст дрожал в руке. Генерал, покрытый машинным маслом, кислотными ожогами и дымящимися следами битвы, медленно шагнул вперёд. С диким рёвом он бросился на противника. Дроид попытался защититься, но это было бесполезно. Киборг разорвал его на части, его мечи оставили после себя лишь дымящиеся обломки. «Это еще не всё…» — прошептал потусторонний голос у Гривуса в голове.       Воин и без помощи со стороны знал, что это ещё не конец. Медный гонг вновь прозвенел, повествуя о появлении нового врага. Из темноты на генерала понеслись сплошным потоком DUM-дроиды…       Эти маленькие машины, покрытые коррозией и гноем, казались порождениями какого-то кошмарного мира. По их корпусам ползали насекомые, их шестерни скрипели, а механизмы издавали странные, почти живые звуки…       Несмотря на это, жестянки двигались противоестественно быстро, подпрыгивая и спотыкаясь, словно маленькие дети, одержимые безумием. Их ломкие ноги, покрытые ржавчиной и грязью, едва держали их корпуса, однако это не останавливало пораженных коррозией монстров. Металлической лавиной они ринулись на генерала нацелив на него их маленькие, но очень острые клешни.       Первый DUM-дроид подпрыгнул, пытаясь вцепиться аугментированному кошмару джедаев в ногу, однако Гривус, словно играя, отшвырнул его в сторону своим механическим кулаком. Маленькая машина, издав жалкий скрип, разбилась о стену, оставив после себя лишь дымящиеся обломки.       Второй дроид, более настойчивый, попытался атаковать сбоку, но киборг, на инстинктах предчувствуя такой ход, развернулся и рассек его пополам своим световым мечом. Корпус дроида, наполненный гноем и ржавчиной, разлетелся на части, оставив после себя лишь зловонный дым.       Впрочем «смерть» своих коллег не смутила механических убийц. Дроиды не останавливались. Они продолжали наступать, их маленькие клешни щёлкали, словно челюсти голодных зверьков, которым не стоило больших трудов прокусить даже бескар. Рано или поздно их количество могло стать проблемой.       Гривус не мог позволить себе быть окружённым. Его мечи вращались, словно косы смерти, рассекая гнилой металл. Каждый удар был смертоносным, но дроиды не испытывали страха. Они продолжали наступать. Только вот за потоком из относительно безопасной мелочи скрывалась настоящая угроза, которая могла обернуться для генерала фатальной проблемой…       Вслед за мелкими механизмами шествовали модернизированы гнилью В1. Они ещё больше уподобились дохлым неймодианцам. Эти дроиды, когда-то стандартные солдаты, теперь походили на порождения из кошмарного сна. Их корпуса, словно отслоившаяся гнилая плоть, были покрыты ржавчиной, гноем и чем-то, что напоминало разлагающуюся органику…       Они шли шеренгами и коробками, их движения были медленными, но неуклонными. Они покачивались, словно смертельно больные. Их шаги были тяжёлыми, но уверенными. Их бластеры, когда-то стрелявшие тибанной, теперь извергали потоки желтоватого гноя, который шипел и дымился, попадая на камень арены.       Первый залп желтоватого гноя пролетел мимо, но второй попал в его плечо. Кислота, содержащаяся в гное, начала разъедать металл, оставляя дымящиеся следы. Не медля и секунды, Воин срезал сгрызаемый кислотой кусок брони, позволив бросить быстрый взгляд на поле боя…       За коробками В1, безмолвно шли раздутые В2. Из сочленений их корпусов сочились нечистоты. Раздувшиеся животы лопнули, выставляя на обозрение переплетение запчастей и кишок. Однако еще более омерзительной сию картину делал тот факт, что эти дыры в брюшной полости облюбовали себе в качестве гнездилища непривычно огромные личинки и мухи. Их горбы венчали кривые рога, похожие на высохшие деревья.       Питаемый всепоглощающим гневным пламенем, Гривус не стал ждать, пока эти бездушные, тупорылые болванчики и шестерёнчатые скрежещущие, лязгающие и грохочущие твари навалятся на него всей своей безмозглой массой. Нет. Он сам ринулся в атаку, рванувшись вперёд с такой яростью, что для стороннего наблюдателя превратился в серый штрих, молнией рассекающий воздух, окаймлённый ядовито-зелёными и электрически-синими бликами.       Первая волна дроидов даже не успела пискнуть. Этих жалких, блеющих, механических клопов просто снесло светящимся серпом его клинков, разорвало, отшвырнуло прочь, прежде чем их тела успели сдетонировать в облаках едкой, шипящей, разъедающей напрочь любую органику, кислоты.       Впрочем даже эта отрава не могла остановить аугментированное воплощение смерти! Полноценные боевые машины. Тяжёлые, грохочущие, лязгающие сталью коробки смерти, напичканные оружием и ненавистью. Они двинулись на него, и тогда… Он расхохотался.       Мелодичный, но полный кибернетической ярости гул его голоса слился с воем рассекаемого воздуха. Его клинки вспороли первую машину. Они не просто разрезали, а разорвали её, словно невидимая рука смяла броню, как лист писчего пластика, изорвав в клочья. Вторая распалась на части. Искры, взрывы, дым… Ротная коробка разлетелась изломанным металлом.       Пылающий вихрь, пропитанный гневом ураган из плоти и стали, не думал останавливаться. Калишец врезался в новую волну раздутых, тупых бочкообразных дроидов, этих жирных, безмозглых тварей. Его клинки вспарывали корпуса, отсекали конечности, разбрасывали внутренности. Руки, ноги, всё полетело в разные стороны, перемешавшись с гноем, маслом и кислотным соком, заливая округу едкой, шипящей мерзостью.       Тело Гривуса плавилось. Кислота разъедала броню, дымилась, пузырилась… но ему было плевать. Казалось, сам его гнев испепелял яд, едва тот касался его. Он не чувствовал боли. Он чувствовал только ярость. Он рвал метал, пока вокруг не осталось ничего. Только тишина и запах гари. Но этим было не обмануть воина!       BX-дроид материализовался будто призрак, его корпус блеснул хромом в отблесках пламени, но Гривус уже двигался. Его клинки взвыли, рассекая воздух, и в следующий миг дроид распался на четыре части, крест-накрест, словно бумажная фигурка под ножницами мастера. Световые мечи мелькнули и обугленные обломки рухнули на землю, шипя и дымясь.       Враги даже не думали заканчиваться. Командующий пригнулся, и в этот миг два механических коммандос рванулись на него со спины, их сервоприводы взвыли, клинки взметнулись для удара… Ошибка.       Его ответ был молниеносен. Взмах сверху вниз, и первый дроид распахнулся, как туша на бойне, его внутренности выплеснулись наружу, брызгая маслом и искрами. Второй даже не успел среагировать. Плазменные лезвия вошли в него, рассекая по диагонали, и он развалился на две половинки, ещё дёргающиеся от остаточных импульсов.       Киборг не остановился. Вертикальный взмах, как удар гильотины. Ещё две машины лишились голов. Их головы подпрыгнули над обезглавленными механическими телами. Корпуса сделали ещё пару шагов, прежде чем упасть на пол арены. «Воздух!» — прошептал чужеродный голос в голове калишца.       Воин едва услышал хлопанье крыльев… И в тот же миг пять жгучих голубых лучей прошили пространство. Его тело изогнулось, пропуская смерть в волоске от себя. Одного быстрого взгляда хватило, чтобы оценить последствия сей разрушительной атаки — на месте попадания инородных лучей красовались воронки, способные дать фору следам от попадания из танка!       Над ним, зависнув под потолком, парили B1. Не те туповатые болваны, что топчут землю. Эти с диковинными бластерами, с крыльями, и неестественной грацией…напоминали скорее хищных птиц, однако Гривус не дал им шанса как следует нацелить на него свои орудия разрушения! Его руки взмахнули, выпуская световые мечи, как стрелы из лука. Крылья отсечены. Бластеры разрублены. Корпуса расколоты. Дроиды рухнули вниз, искря, взрываясь, разлетаясь обломками. Он даже не оглянулся… «Будь осторожен…» — прошептал таинственный голос когда на него обрушился шквал из разноцветных огней.       Салюты в день День Основания на Раксус Секундус — первая аналогия, которая посетила истощённый сражением разум генерала. На неведомых даже ему самому инстинктах, калишец смог избежать дождя из радужной смерти. По большей части. Одна из таких капель угодив на его руку, напрочь испарила дюралевую конечность словно её и вовсе никогда не существовало.       Воин узнал источник новой смертельной угрозы, услышав перекатывающиеся бублики измененных дроидек. Вместо того, чтобы служить мобильной турелью — эти были собраны скорее как мобильное РЗСО с просто ужасающе разрушительным потенциалом — всего одного залпа этих монстров хватило для того чтобы превратить весь полигон в лунную поверхность.       Глупцы и джедаи сейчас бы бежали прочь, стремясь забиться в укрытие, но это означало лишь смерть. Гривус же наоборот, со всей доступной ему скоростью пяти из шести имевшихся в наличии конечностей, устремился навстречу дройдекам. Как бы не были смертоносны эти машины, все они разделяли один общий недостаток — наличие слепого пятна в ближнем бою.       У генерала больше не было под рукой его световых мечей и откровенно говоря не было времени на долгие поиски, но для того чтобы разделаться с назойливыми дроидами вполне достаточно было его рук и ног. Зачем утруждать себя оружием, когда можно избавиться от паразитов попросту их раздавив?       Киборг ринулся вперёд ураганом из стали и ярости. Его железные кулаки врезались в первого дроида, что не успел активировать кокон защитного поля. Корпус машины прогнулся, треснул, разлетелся на куски. Другой попытался дать залп, но эффективность у РЗСО на ближней дистанции оставляла желать лучшего, а чистая мощь залпа перегрузила возможности движка и заставила уронить силовое поле, оставив дройдеку беззащитной добычей в ногах генерала.       Третий дроид отличался от своих «братьев». Выстрел этой модернизированной снайперской дройдеки начисто срезал калишцу одну из конечностей с левой стороны тела, однако Гривус не предал значению новому повреждению. В следующее мгновение он схватил остов дроида и вколотил его корпус в вынужденного уйти на «перезарядку» снайпера…

***

— Поздравляю вас с успешно пройденными испытаниями, — сухо прокомментировал «смерть» очередного модифицированного болвана владыка ситхов, более известный, как Дарт Тиранус. — Вам удалось меня впечатлить.       Облаченный в красный балахон собеседник, на фоне Графа Серенно, возвышался подобно скале. Разница в росте была просто абсурдной, отчего невозмутимая беседа между этими двумя выглядела попросту сюрреалистично. Генерал показал достойное представление, которое грех было не прокомментировать…       Этой картине не в малой степени добавляли абсурда разбитые тела уничтоженных магнастражей, что своими искорёженными «трупами» украсили наблюдательный пункт полигона. Гривус своим звериным чутьём определённо заподозрил предательство и удалённо активировал в своих гвардейцах один из множества засекреченных протоколов, а потому стоило только генералу угодить в западню, заготовленную с расчётом на его эго, натренированные лично калишцем «убийцы джедаев» немедленно пришли в действие.       Достойный противник, однако не лишенный определенных недостатков. Натасканные на убийство джедаев и клонированных солдат — эти машины смерти без каких либо нареканий исполняли уготованную им работу, воссоединив с Силой не один десяток защитников Светлой стороны. Однако столкнувшись с новым противником, информация о котором отсутствовала в их банках данных, магнастражи заметно теряли в своей эффективности.       Именно это и произошло с личными гвардейцами главнокомандующего силами КНС. Электропосохи — крайне эффективное оружие в дуэлях с пользователями Силы, наткнулись на невидимую преграду некого защитного поля, а затем были в мгновение ока испепелены неизвестным оружием, который по своему принципу действия напоминал дезинтегратор.       Двое оставшихся дроидов одним молниеносным движением вывели из строя Калани (несчастному дроиду-супертактику потребуется полная замена шасси) и устремились к своему господину на помощь. Вернее попытались осуществить задуманное. Мощным толчком Силы Дарт Тиранус вмешался в их планы.       Впрочем к их чести будет сказано — дроиды отреагировали достаточно резко, чтобы успеть принять Молнию Силы на электропосохи. Пришлось немного размяться и поработать световым мечом. Эта дуэль закончилась быстро. Всё же даже выпестованные Гривусом гвардейцы не имели никаких шансов на победу в столкновении с Владыкой Ситхов, однако из-за них граф Серено вынужденно пропустил часть устроенного киборгом представления. — Характеристики прототипов на 16% ниже расчетов построенной теоретической модели, — прогудел индифферентный механический голос Ганимеда-6. — Неудовлетворительно. Требует доработки.       Ганимеда-6, как и его помощника Гириона, совершенно не смущали разбитые на мелкие куски дроиды-убийцы. Гости из другой галактики с невозмутимым спокойствием записывали развернувшуюся на арене бойню. — Вы слишком строги к себе, — дипломатично отреагировал на своего собеседника глава КНС. — Даже не будучи совершенными, ваши творения смогли загнать нашего генерала в угол. Подвиг, который оказался не под силу бесчисленному множеству джедаев. Впрочем наличие пространства для улучшений… обнадёживает. — Генерал помог вскрыть недостатки конструкции, — сухо ответил после небольшой паузы «Владыка Великого Замысла», наблюдая за тем, как калишец креативно расправился с назойливыми летающими противниками. — Через три цикла у нас получится полностью искоренить недостатки. — Меня также впечатлил… широкий модельный ряд ваших творений, — отметил заинтересовавшие его детали, Дуку. — Сколько времени уйдет на создание по меньшей мери пяти штурмовых корпусов состоящих из новых единиц?       Эти новые дроиды действительно впечатляли. Каждый из них так или иначе превосходил свои стандартные модели, что послужили основой для нового поколения. Скорость, рефлексы, боевые навыки, огневая мощь обычно доступная только тяжелой технике, уникальные особенности... - каждый отдельный представитель обладал яркой отличительной способностью, которые в сумме были способны даже небольшим числом переломить исход любого сражения.       Каким-то неведомым образом, Ганимеду-6 удалось воплотить сокровенную мечту половины лордов-ситхов далекого прошлого - создать и наладить массовое производство механических солдат владеющих Силой! Разумеется у Тирануса были свои догадки на этот счет, но не ему, лорду Ситхов у которого имелись некоторые познания в ситской алхимии, чураться человеческих жертв...       Тем более, что результат был, как говориться - на лицо. Пускай калишец и одерживал вверх над пробной партией прототипов - сей путь к победе давался ему отнюдь не легко. На протяжении всей Войны Клонов, лишь пару раз джедаям удалось настолько плотно прижать генерала к стене. А ведь Гривусу, в борьбе за жизнь явно пришлось выйти далеко за рамки своих пределов возможно...Неплохой результат для жестянок, которых при грамотном расширении производства можно печатать сотнями тысяч. — Три полных цикла при текущих темпах поставки «ресурса», — мгновенно произвел вычисление облаченный в красное одеяние необычный союзник главы КНС. — Полтора цикла при значительном увеличении поставок «ресурса». Первая партия поступит в распоряжение менее, чем за цикл. — Неплохо, — с одобрением в голосе кивнул граф Серено. — В ближайшие недели флот КНС перейдет в масштабное наступление. Это отвлечет внимание Республики от этой системы и позволит насытить… вашу… Кузню… «ресурсом».       Искорёженный и покалеченный Гривус уже расправился с последним из уготованных ему на сегодня соперников и теперь с неподдающейся описанию злобой в глазах просверливал взглядом в своем бывшем учителе дырки. Должно быть этот дикарь просто сгорал от желания забрать его жизнь… Однако бывшему генералу не было суждено удовлетворить свою страсть ибо перед его искореженным телом возникли силуэты старых знакомых. — Я исполнил свою часть сделки, — озвучил приговор генералу в микрофон безжалостный Дарт Тиранус. — Теперь дело за вами.

***

— Я исполнил свою часть сделки, — озвучил приговор генералу в микрофон безжалостный Дарт Тиранус. — Теперь дело за вами.       Эти слова вызвали целую бурю непередаваемых эмоций в душе Воина. Он был триумфатором! Он был победителем! Он разобрался с каждым искаженным болваном из числа тех, что натравил на него Дуку… и после всего этого, он отказывает ему в битве?! — Тррруссс!!! — взревел раненным зверем Гривус. — Спускайся сюда и сразись со мной, Дуку!!!       Ответом ему было самоуверенное молчание, словно Дарт Тиранус уже списал киборга со счетов! Вместо этого из темноты свода огромной пещеры в несколько ловких движений на полигон спустились две фигуры, в характерных для пользователей Силы, плащах. — Боюсь, что Граф Серенно сейчас слишком занят, чтобы удовлетворить твою жажду крови, Гривус — из-под капюшона прозвучал насмешливый голос уверенного в собственных силах мужчины. — Тебе придется довольствоваться нашей скромной компанией. — Постарайтесь развлечь нас, Генерал, — вторил ему сочащийся ядом голос женщины, в котором калишец не без удивления узнал Ассаж Вентресс. — Я останусь крайне разочарованной, если ЭТО будет легко…