Привязанность

Энакин ввалился в забегаловку Декса растрепанным и довольным. Сел не напротив — рядом — и Оби-Ван, разгадав его маневр, придвинул к Энакину свою тарелку. — Должен ли я отметить вслух, что ты задержался? — поинтересовался он. — Наверное, нет, мастер, — бодро ответил Энакин и откусил пугающе большой кусок джоганского пирога. — Хорошо, — кивнул Оби-Ван. — Тогда сразу перейдем к тому, что ты выглядишь неподобающе. Энакин с набитым ртом промычал что-то согласное. Оби-Ван вздохнул и пригладил ему волосы, пропустив между пальцами падаванскую косичку. Энакин охотно подставился под прикосновение. — Как дела у сенатора Амидалы? — поинтересовался Оби-Ван, убирая руку. Энакин сделал глоток из наполовину опустевшей чашки, и Оби-Ван не удержался: — Знаешь, если ты голоден, можешь и сам заказать что-нибудь. — А мне так больше нравится, — сказал Энакин. — И хорошо. Она рассказывала мне про Сенат, а я ей — про вас. — Жаловался на меня, — сказал Оби-Ван, сдерживая улыбку. Энакин нужды сдерживаться не испытывал — его веселье отразилось и на лице, и в Силе. — Ну что вы, мастер. У Падме был неисправный кар, и я... — ...провел последние пару часов, разбирая его на части, — подсказал Оби-Ван. Энакин насупился. — Когда вы так говорите, мастер, звучит так, словно это неправда. Оби-Ван забрал у него свою чашку. — Конечно, это правда. Ему не нужно было знать, так ли это на самом деле. Каф горчил — только поэтому Энакин едва притронулся к напитку. — У меня для тебя хорошие новости, — сказал Оби-Ван, сделав глоток. — По крайней мере, ты сочтешь их таковыми. На заседании Совета было решено, что сенатору Амидале необходима защита. Они хотят, чтобы вы отправились на Набу и оставались там, пока убийца не будет найден. Энакин нахмурился. — Падме нелегко будет уговорить улететь. Она глава оппозиции, и ее не пугают убийцы. — Таково решение Совета, — мягко напомнил Оби-Ван. Энакин глянул на него исподлобья. — Вы не полетите со мной? — Я уверен, что ты справишься и без моего участия, — улыбнулся Оби-Ван. — В конце концов, ты уже показал себя отличным защитником. Обыкновенно Энакин любил, когда его заслуги отмечали — настолько, что его жажда признания опасно граничила с честолюбием. Однако он лишь нахмурился сильнее, и его сияние в Силе затуманилось от эмоций. — Что будете делать вы? — резко спросил он. Секунду Оби-Ван обдумывал возможность ответить на его вопрос, не отвечая. — Я полечу на Камино, — сказал он. Энакин подался вперед. — Почему Камино? — Хочу отследить путь отравленного дротика, — Оби-Ван кивнул на барную стойку. — Декс изрядно помог мне в этом. Дал пару наводок. — Я смотрю, вы без меня не скучали, — язвительно заметил Энакин. Оби-Ван укоризненно посмотрел на него. — Ты знаешь, что это не так. Немногие вещи могли заставить Энакина потерять боевой настрой. Он опустил взгляд, шумно выдохнул и спрятал руки в широкие рукава. Оби-Ван ощущал, как недовольство и нежелание подчиняться сгибались в нем под давлением силы воли. Энакин не выглядел радостным, но и не выглядел больше готовым ринуться в бой. — Когда нам отправляться? — спросил он.