when the last hope runs out

Это очень трудно. Се Лянь не верит в подобные совпадения. Он хмурится, потирая точку между бровей и игнорируя очередную склоку Фен Синя и Му Цина. Прошло около месяца с тех пор, как он вознесся во сне. Это было довольно смутно и ожидаемо, но все же что-то не так. После того, как жители Сянь Лэ стали строить статуи в его честь, молиться и отдавать благодетели - это было предсказуемо. После его схватки с демоном трех вопросов и встречи с Цзюнь У (Что тоже было не так! Чтобы император небес спустился к смертным из-за одной фразы? Из-за одной победы над демоном? Звучит абсурдно. В мире множество людей, которые кидались подобными фразами и играли воинственных героев. Се Лянь не был исключением, будучи не слишком наблюдательным за собственным языком.) - это было предсказуемо. Но что-то всё равно было не так. Слишком складно. Се Лянь нахмурился ещё сильнее, когда посреди фонового шума молитв, к которому он привык, послышался детский шепот. Еле слышный и совершенно несвязный. Потянувшись к нему чисто на пилоте собственного любопытства, он открыл глаза уже не в небесных чертогах своего дворца. Он был в халупе, не походящей даже на сарай. На полу валялось сено, где-то в углу какой-то ненужной старой грудой свалены поломанные и треснутые сосуды и кувшины. В самом дальнем и теплом углу виднеется что-то подобное на углубление печи. На полу возле разбросаны угли и огромный слой сажи. Крышу казалось удерживали даже вовсе не стены, а покосившиеся деревянные балки, явно установленные вручную. Се Лянь перевел взгляд в центр халупы. На грязном сене лежало холодное, бездушное тело. это была женщина. Её рот и глаза были в ужасе раскрыты, а подбородок испачкан в стекающей крови. Из её живота, проколотого неизвестно сколько раз, по-прежнему вытекала уже начинающая скатываться багряная кровь. Услышав всхлип, Се Лянь повернул голову в сторону звука. Около груды сена - видимо значившейся когда-то постелью, сидел ребёнок. Он сгустился, обнимая собственные колени и сжимая что-то в небольших ладонях. Плечи почти беззвучно тряслись, выдавая немалую истерику. Первая мысль - должно быть его мать убили у него на глазах. Но задумавшись и присмотревшись, единственный след от женщины вел именно к ребенку. Се Лянь не то, чтобы удивленно охнул, скорее отшатнулся, как от пощечины: убийца молится ему? Се Лянь вздохнул и прислушался. молитва определенно была, но как и ребенок похожа на бессмысленный сгусток слов и междометий, выражающая лишь панику, страх и ненависть. Бог взглянул на трясущийся комочек повнимательнее, всё ещё не находя возможных причин.. Он подошёл ближе, опуская руку на чужую испачканную голову с короткими спутанными отростками, совершенно не напоминающими волосы. Ребёнок как и должно ничего не почувствовал, кроме внезапного тепла. Это был мальчишка. С перевязанной половиной лица, впрочем бесполезно - сейчас он сам весь, вместе с повязкой, был покрыт густыми пятнами крови. Мальчик сжимал в своей ладони осколок от какой-то посуды настолько сильно, что ранил самого себя. Это всё ещё абсурдно. Се Лянь вздохнул, а потом вздрогнул слыша негромкое: - Зачем ты спас меня? Бог на мгновение напрягся, но, поняв, что его всё ещё не видят, его плечи расслабленно опали. Он присел возле мальчишки и облокотившись локтем на собственные колени, наклонился чуть ближе. Кого-то он ему напоминает. - Зачем ты спас меня .. ничтожество.. я .. зачем.. тогда я всего лишь хотел покончить со всем.. не понимаююю - донеслось до чужого слуха, мальчишка вновь залился в рыданиях, выкидывая из руки осколок и начиная тереть собственный глаз. Напрасно размазывая по лицу смесь крови, пыли, сажи и слез. - почему я плачу.. Се Лянь разочарованно поджал губы. Этот мальчишка просто потерял рассудок, нет никакого скрытого замысла. Так сильно обожающий загадки принц Сянь Лэ поднялся на ноги и покачал головой. - Мне не следовало обращать внимания на такие глупос.. - Он осекся, оборачиваясь и хмурясь от волны ненависти и злобы, которая исходила из мальчишки. Она была настолько велика, что почти физически ощутима. С каждой минутой рыдания становились всё тише и тише, пока ребёнок не уставился перед собой остекленевшими глазами. Он раскрывал измазанный в грязи рот, словно рыба выброшенная на сухой берег. Затем вдруг взбеленился и пополз в сторону сеновальной постели, зарываясь нераненой рукой глубоко под слой. Се Лянь заинтересованно склонился над ним, примечая в чужих руках небольшой, грязный и заштопанный заплатками по несколько раз мешочек. Должно быть это деньги, - было его первой мыслью. Его одарило холодным ознобом непонимания, когда из ткани на раненую ладошку мальчика упала большая алая, сверкающая бусина. Она перелилась блеклым лунным, пачкаясь в крови и становясь еще темнее. Мальчишка сжал её в своих пальцах, с каким-то восхищением разглядывая одним открытым глазом. Должно быть, она дорога ему, - подумалось принцу Сянь Лэ, - поэтому он не продал её, когда нужно было купить еды. Се Лянь задумчиво оглядел красный драгоценный шарик, затем переводя взгляд на мальчика и вздрагивая. Тот казалось смотрел точь-в-точь на него. Его по детски большой глаз весь покраснел, а веки опухли от слез. Суженный почти до точки зрачок открывал вид на красивую темно-коричневую, почти угольную, радужку с серебряными и золотыми крапинками. Се Лянь задумчиво промычал, поворачиваясь и понимая - парнишка смотрел не на него, а сквозь. На труп матери. Так она хотела забрать эту бусину, - подумал он, опуская голову обратно к мальчику и поджимая губы. - Эта вещица ему важнее родной матери? - Нет.. - Прозвучал посреди тишины шепот. Се Лянь удивленно поднял брови. Мальчишка кусал губы и видимо яростно боролся со слезами на глазах, когда сложил руки в молитвенном жесте, удерживая между ними жемчужину. Раскрывая этим движением рану на ладони и скрипя зубами от боли, игнорируя новую дорожку крови, побежавшую по запястью. Се Лянь наблюдал за ним с холодным интересом, наклонив голову на бок и вслушиваясь в молитву, звучащую в голову предельно громко. На этот раз она была четкая, хотя по-прежнему отличалась своим сгустком эмоций. Отчаянием и ненавистью. “Принц Сянь Дэ! Ваше Высочество! Зачем... вы спасли меня! Ваше высочество, прошу ответьте. Дайте хоть что-нибудь.. Я..” Из-за бурной смеси чувств, молитва стала затухать. Се Лянь сложил руки на груди, пряча ладони в рукавах ханьфу. Он спас его? “Несколько лет назад. Вы спасли меня. Я не просил вас, но вы сделали это. И сегодня я убил свою мать и братьев. Ваше Высочество. Прошу.. “ Сянь Лэ широко раскрыл глаза, слыша как капелька с шумом капнула на засыпанную сеном землю. Этот мальчишка с башни. Так он упал .. Намеренно? Такой маленький.. - Ваше Высочество, - донесся до его ушей хрупкий всхлип. Мальчишка утер грязным рукавом сопли и обессиленно осел, уставившись на жемчужину, качающуюся на раскрытых ладонях. - Я не хотел всего этого. Я не хотел. Почему вы.. Я.. Не знаю, что мне теперь делать. Я правда не знаю. .. Матушка.. Мама.. - Всхлипнул ребенок, сжимаясь и прижимая бусину к своей груди. Се Лянь вздохнул. Снаружи хижины послышалась пара знакомых голосов - Фэн Синь и Му Цин уже ищут его. Ему пора идти. Он уставился на сжавшийся комок, едва ли напоминающий мальчика. Вновь взглянул на лужи крови и холодный, уже бездушный труп женщины. Этот ребёнок сказал, что он убил еще и своих братьев. Как давно это было? Что заставило его это сделать? Голоса его подчиненных звучали еще громче, если они увидят это - они явно не будут колебаться и одним щелчком пальцев назначат кару этому мальчику. Се Лянь поджал губы. Но виноват ли он в том, что выжил? Сянь Лэ оглянулся вокруг, приняв твердое решение. Снаружи рекой лил ливень и ругань его старых друзей прерывалась непрерывным стуком. Достав из собственного рукава бамбуковый зонт, он с шелестом прошелся наконечником по сену на земле, направляясь в сторону выхода и совершенно отчетливо слыша, как дернулся и охнул ребенок в углу. Это было еще одной пафосной и глупой вещью. У него над головой висит секира в виде надвигающейся войны, непонятный и подозрительный император небес и тысячи безумных молящихся. Ему и правда не должно быть дела до какого-то мальчишки с кровью родных на руках и мыслях о собственной кончине. - Если ты не знаешь для чего жить, - начал было он, как внезапно замер, уставившись на ошарашенные лица друзей. Он медленно обернулся, опуская голову и выдыхая. Мальчишка схватил его за ханьфу и смотрел таким злым взглядом. С такой ужасной обидой и непониманием. Его щека всё еще была мокрая, с разводами грязи и крови, и отпечатком собственного рукава. Он со всей силой, какая была у него, удерживал его на месте и то раскрывал, то закрывал рот. Спокойно, - подумал се лянь и полуприкрыл глаза, дотягиваясь рукой до чужой здоровой руки, медленно вынимая из пальцев собственный рукав и оставляя на его месте рукоятку зонта. - Живи ради.. - Почему вы пришли сейчас? - Вскрикнул мальчишка, откидывая в сторону улицы зонт и пихая в него раненой руки. У него не хватало сил даже сдвинуть Се Ляня с места, но то с какой злобой и непониманием он делал это.. Шокировало. Се Лянь удивленно раскрыл глаза, пока глаз напротив казалось становился всё чернее и чернее., а от ненависти тянущейся по воздуху словно патока, можно было начать задыхаться. - Почему вы пришли ко мне! Почему вы говорите это мне! Вы знаете! Вы видели! Вы видите! Почему не к ней! Почему не к моим братьям.. Вы.. боги… - Мальчишка вскрикнул опадая на колени и кидая в ноги Се Ляня грязное сено, по его щекам вновь потекли слезы. - вы не заслуживаете жизни! это вы должны были умереть! вы! все! я ненавижу вас! ненавижу вас! Пускай Се Лянь уже не поддерживал физическую оболочку, его не было видно. Но он по прежнему шокировано смотрел в пол перед собой, уже находясь в своем дворце на небесах. Его ханьфу по прежнему было испачкано, а к подолу прицепились палочки сена. В зале помимо него находились еще и Фэн Синь с Му Цином. На небесах не бывает дождя, но в глушащей тишине ночи, стоя посреди своего небесного дворца, Се Лянь отчетливо слышал стук капель по листьям и громкий плач. Это всё еще абсурдно..