Последний день лета

Спустя год Новой охоты не предвиделось, так что можно было остаться в очередном пыльном городке на неделю-другую, а может, и на месяц. Сэм ходил в школу, Дин нашёл подработку, отец проводил дни напролёт в номере, просматривая газеты и новостные каналы. Дни стали похожими друг на друга: подъём с утра, завтрак. Затем завезти Сэма на учёбу, отправиться на работу, забрать Сэма, купить жратвы, вернуться обратно в мотель. Дин разогревал обед, убирал мусор и бутылки из-под пива и виски, которые отец оставлял в самых неожиданных местах, а после старался свалить: копаться в машине, играть в покер или бильярд, просто колесить по изъезженным и набившим оскомину улицам. Лишь бы не слушать перепалки брата и отца. Лишь бы не ловить на себе голодные взгляды Сэма. Дин надеялся, что отец как всегда не вникает в детали происходящего с сыновьями, оставляя во всём разбираться ему самому. Но если и дальше всё будет ехать по этим рельсам, то даже у него могли появиться подозрения. Хотя они с Сэмом были осторожны, разумеется, не позволяли себе ничего лишнего, пока отец оставался рядом. Однако едва за Джоном захлопывалась дверь и его машина скрывалась из виду, они компенсировали упущенное время с лихвой. Сэм, как и ожидалось, оказался нетерпеливой сучкой. Дин это и раньше знал, но только теперь разглядел в полной красе. Они ещё не дошли до главного. Дин медлил, не разрешал. Сэм злился, но способов его успокоить теперь прибавилось — иногда словами, но чаще руками, иногда ртом. Минеты засранцу особенно понравилось. Сэм всегда зачарованно наблюдал, как Дин обхватывал его член губами, лизал и посасывал, втянув щёки. Было в этом что-то неправильное и дико возбуждающее — смотреть друг другу прямо в глаза в такие моменты. Как в самом пошлом порно. И когда Сэмми не выдерживал — начинал сам толкаться в рот, хватал за затылок и плечи, выстанывал его имя, Дин иногда мог кончить, лишь сжав свой член рукой через трусы. Порой их яростная, отчаянная страсть даже пугала, но чаще, конечно, заводила с пол-оборота. Стоило большого труда держать ситуацию под контролем, особенно когда они ехали в Импале вдвоём вслед за машиной отца, а Сэм принимался лапать Дина за колени. Или когда отец отлучался в бар, а младший брат тут же заваливался к Дину на кровать. Сдерживать себя он мог, но совладать с братцем было всё труднее. Пока что они справлялись. Но вот сейчас Сэмми был уже на грани, Дин видел это. Отец безвылазно сидел в мотели целых две недели, даже в бар не выходил. Поэтому, выгадав момент, когда он был в нормальном состоянии — уже сытый и ещё трезвый — Дин отпросился в кино. Для себя он решил, что им с Сэмом не помешает сменить обстановку, развеяться только и всего. Но его тёмная сторона рассчитывала на нечто большее и несравнимо более увлекательное.

***

Авто-кинотеатр. Неужели кто-то действительно приезжает сюда смотреть фильмы? Дин был уверен, что это то самое место, куда слетаются озабоченные подростки, чтобы потискать подружек. И он был ничем не лучше их, вообще-то даже хуже, ведь он привёз сюда не подружку, а младшего брата. Мысль неприятно горчила, и Дин запил её щедрым глотком содовой. Он припарковался в самом дальнем ряду, в тени раскидистого дерева. Ветки немного мешали обзору огромного экрана, что возвышался над забором, но не критично. До начала сеанса оставалось минут семь, поэтому Дин решил сгонять за закуской в небольшой ларёк на колёсах. Он честно отстоял очередь, купил огромное ведро карамельного попкорна и гигантский стакан ледяной газировки. Сэмми, увидев его снаружи, потянулся к водительской двери, открыл и толкнул наружу. Дин придержал её коленом и опустился на сиденье. Сэм мельком глянул на экран — фильм как раз только начинался. Какой-то боевик, кажется. Дин уселся рядом и завозился, пытаясь пристроить ведро попкорна и стакан. От него не укрылось, с каким нетерпением за ним следил Сэм. — Дыру проглядишь, чудила. — Заткнись, придурок. — Вот и поговорили. Сэм протянул руку и выхватил ведёрко, который брат зажал между коленей. — Эй! Куда? Ведро, направленное Сэмовой рукой, совершило неловкий пируэт и приземлилось прямиком на заднее сиденье. Дин с тоской оценил масштаб ущерба. Он даже попробовать не успел. — Убирать в машине будешь сам, понятно? — Угу, — согласился Сэм и решительно оседлал брата. — Ну что, удобно? — поинтересовался Дин. Он не мог не заметить, что мелкий ссутулился, чтобы не упираться макушкой в потолок салона. — Нормально, — проскрипел Сэм, а затем прижался теснее и обвил шею Дина руками. Сэм целовался взахлёб. Иногда отвлекался, чтобы куснуть за щёку, шею или мочку уха. Тёрся возбуждённым членом о член Дина, вслух проклиная двойной слой грубой джинсы между ними. Дина вело, он терял контроль. Кто бы мог подумать, что Сэм — чудила, заучка Сэм — окажется такой штучкой? Дин сам не понял, как руки проникли под слои бесконечных маек-курток-рубашек и оказались на пояснице Сэмми. Его ладони гладили изгиб спины, затем поднялись выше по рёбрам, очертили пальцами каждый позвонок. А когда его ладонь скользнула под ремень джинсов и властно сжала задницу, Сэмми всхлипнул и обмяк, цепляясь за куртку брата. "Шестнадцать лет", - с нежностью подумал Дин. Тот возраст, когда можно кончить от одних поцелуев. — Дин, — простонал Сэм куда-то в шею. — Если собираешься сказать какую-то сопливую срань, то лучше не надо. — Дин, давай я помогу. — Нет, Сэмми. Будешь смотреть. Слезь-ка с меня. Вот так, хорошо. И Сэм смотрел, не моргая, почти не дыша, приоткрыв припухший от поцелуев рот. Смотрел, как брат расстёгивал ширинку, доставал возбуждённый, тёмный от прилившей крови член, брал в руку ствол, оплетённый сетью вздувшихся вен. Подхватывал прозрачную каплю, выступившую на вершине блестящей головки, размазывал её по длине и постепенно наращивал темп. Сэм шумно выдыхал через сжатые зубы, когда Дин кончал в кулак, не спуская глаз с лица брата, стараясь уловить каждое движение, каждый взгляд и звук. Дин отвернулся буквально на секунду, чтобы достать из кармана водительской двери салфетки. В закусочных их выдавали всегда с избытком, и он завёл привычку складывать про запас. Что, надо признать, не раз и не два оказывалось очень кстати вот прямо как сейчас. Когда же Дин повернулся к брату, то увидел, что Сэм уже успел расстегнуть собственную ширинку. — Снова готов, бойскаут? — Дин, — братец имел странную сверхспособность изъясняться одним лишь словом, при этом смысл мог быть очень разным, вплоть до полной противоположности. В этот раз то ли просил, то ли требовал. Ну что же, гулять так гулять. Дин взял его член рукой, скользкой от своей спермы. Он быстро поймал нужный ритм, так что вскоре Сэм уже вовсю стонал, извивался и вскидывал бёдра. Нетерпеливый. Как и всегда. — Тише, Сэмми. Тише. Сэм снова кончил то ли от умелых движений, то ли от неожиданно низкого голоса Дина, а может, и от того, и от другого. Оставалось лишь вытереть их обоих салфетками, а после — глотнуть газировку. — Ну вот, уже тёплая. Сэм счастливо улыбнулся, будто только что выиграл в лотерею пару сотен тысяч. А может, даже миллион.