Последний день лета

Сэм растерянно смотрел на Дина. Глаза у него в тот день были стальные — темно-серые с голубоватым оттенком. Может, дело было в синей рубашке, а может, в том, что он был растоптан только что услышанными словами. — Но почему? — голос Сэма надломился и сорвался на высокую ноту в конце. — Потому что это неправильно. Брат громко фыркнул. В точности, как сам он фыркал в ответ на его выходки. От этого стало так хреново, что желудок скрутило. Будто прокатился на дурацком аттракционе, только ещё хуже. — Наша жизнь это набор всего неправильного, что только придумать можно! Мы убиваем, воруем деньги с кредиток, обманываем людей. У нас в машине спрятан арсенал, Дин! С чего это вдруг ты стал таким моралистом? — И всё-таки, это слишком даже для нас. Кроме того, есть ещё кое-что, — Дин встал и принялся ходить по комнате в надежде, что так Сэму будет сложнее подловить его на вранье. — Я, вообще-то, по девочкам. Вижу же, к чему всё идёт. Пойми, я просто не могу дать того, что ты хочешь. — Я хочу?! — голос Сэма сорвался на фальцет. — Ты что, блин, серьёзно? Дин сглотнул, приготовившись сказать самую гадкую, подлую ложь в своей жизни. — Более чем, Сэм. Ты же меня знаешь. Киски, буфера, смазливые мордашки — вот, что мне всегда нравилось. А трахать мужиков в волосатое очко… Уж извини. Как подумаю, аж передёргивает. Но если тебе так нужно, найди себе дружка по возрасту… Дин видел, как с каждым сказанным словом бледнело лицо Сэма. Наконец он оборвал тираду одним словом: — Заткнись. — Сэм… — Закрой свой рот! Сэм пулей вылетел из номера и со всей силы хлопнул дверью. Дин прикрыл глаза, сжал зубы. Внутри тяжело билось сердце, разгоняя по венам вину, как яд. Почему то, что казалось самым правильным, ощущалось страшной ошибкой?

***

С того дня жизнь стала невыносимой. Сэм закрылся. Полностью, тотально. Он всё так же ругался с отцом, но теперь Дин не мог быть буфером между ними. Отец тоже едва мог выносить старшего сына и общался с ним по минимуму, чаще всего в форме приказов. Дин не винил за это ни одного из них, только себя. Однажды они сцепились особенно яростно. Дин оставался в стороне, с горечью наблюдая перепалку: брат хотел закончить школу в этом городе, а отец велел собирать вещи. — Осталась всего неделя, и я получу аттестат. Почему мы должны ехать сейчас? Разве неделя что-то решит? — выкрикнул Сэм. Ноздри его раздувались, к щекам прилила кровь. —Это не обсуждается. Я сказал, собирай вещи, мы выезжаем с утра. — Нет. Отец посмотрел на Сэма, покачав головой. — Сэм, это всего лишь бумажка. Она тебе всё равно не пригодится. Получишь аттестат потом, в какой-нибудь другой школе. — Вообще-то, пригодится, — Сэм выдержал эффектную паузу. — Я поеду учиться в колледж. Дин вскинул голову и уставился на брата. Сэм же смотрел на отца, имея такой воинственный вид, что стало ясно — просто так не отступит. — Никакого колледжа. У нас есть работа. Спасать людей, убивать тварей, найти ту нечисть, что погубила вашу маму. И ты нужен мне, Сэм. Мне и брату. — Мне уже поперёк горла твои приказы. Я сам хочу решать, что делать и как жить. Если хочешь, чтобы я поехал с тобой, придётся меня связать. — И свяжу, если потребуется, — рявкнул отец, выходя из себя. — А может, и рот заклею, чтобы не ныл всю дорогу! Дин вскочил на ноги чтобы закрыть собой Сэма, но отец резко повернулся к нему и отрезал: — А ты помалкивай и не лезь. — Я не хочу такой жизни, папа! Ты посмотри на нас, просто посмотри со стороны! Вечно в бегах, без дома, колесим по всей стране, убиваемся на работе, за которую не только не платят, но не всегда даже спасибо говорят. Я хочу жить настоящей жизнью, понимаешь? Отец горько усмехнулся. — Настоящей жизнью, значит. А знаешь, может, ты и прав. От тебя, как от охотника, никакого толка. Видит Бог, я старался научить тебя всему, но ты — просто катастрофа, Сэм. — Не надо, — не выдержал Дин. — Не говори так. — Я сказал молчать! — взревел отец, и Дину пришлось отступить на шаг, упершись спиной в стену. — А ты, Сэм, послушай, что я тебе скажу. Если хочешь уехать — езжай. Только обратно не возвращайся, понял меня? Это дорога в один конец! — Вот и прекрасно! — дерзко ответил Сэм и развёл руки в стороны. — Я и не планировал. Отец вышел из номера, хлопнув дверью так, что стекла зазвенели. Сэм швырнул свою дорожную сумку на кровать и принялся торопливо собирать вещи, Дин же метался по комнате, как загнанный зверь. — Сэмми, не горячись. Отец… Ты же его знаешь. Ведь он так не думает на самом деле. Просто злится, и всё. Сэм схватил с полки в шкафу несколько футболок и кинул в кучу своих нехитрых пожитков. — Я уже всё решил, притом давно. Ты меня не остановишь. Дин опустился на кровать Сэма, опёрся локтями о колени и спрятал лицо в ладонях. Он так устал. — Куда поедешь? — голос Дина прозвучал глухо. Он так и не отнял руки от лица. — Калифорния. Стэнфорд. — Ого. Высоко замахнулся. — Подам документы, поработаю летом, пока не начнутся занятия. — Ты так уверен, что тебя примут. — Может, и не примут, — Сэм отправил в компанию к остальным вещам комок чистых трусов и носков. — Тогда буду работать и готовиться к поступлению в следующем году. — Ясно. Дин посидел ещё немного, а потом вышел на улицу. Солнце ярко светило, зеленела трава. Какие-то подростки играли в сокс и смеялись. Жизнь продолжалась, несмотря ни на что. Он открыл багажник и поднял вверх панель, которая скрывала коллекцию разнообразного оружия против нечисти всех видов. Не без труда удалось двинуть наверх и весь арсенал, чтобы добраться до запасного колеса. Под ним, в потёртом конверте с логотипом какого-то мотеля, бережно хранилась заветная кубышка — честно заработанные покером и бильярдом деньги, около двух кусков, в основном мелкими купюрами. Немного, конечно, но лучше, чем ничего. Дин сунул найденное в карман, закрыл багажник и присел на капот Импалы. Невесёлые мысли сразу же атаковали его вновь, словно стая голодных птиц. Что же, возможно, так будет лучше для всех. Пока Дин рядом, Сэм никогда не успокоится. Если же он уедет, то получит шанс прожить жизнь так, как ни отец, ни Дин не смогут. Может, отец наговорил Сэму всё это специально, чтобы тот уехал подальше от пагубного влияния старшего брата? Сэм вышел из номера, закинув сумку на одно плечо и рюкзак на другое. Адреналин поутих, и теперь он выглядел не воинственным, а скорее напуганным. Ясное дело — ему всего семнадцать, он готовился шагнуть в новую жизнь совсем один. Должно быть, он в ужасе, но держался молодцом. — Ну, как ты? — поинтересовался Дин. — Нормально, — соврал Сэм. — Довезти тебя до автовокзала? Брат покачал растрёпанной головой. — Нет, не стоит. Дин встал с капота, подошёл к Сэму. — Ладно. Давай там, береги себя. Сэм внимательно глянул брату в глаза. Правый уголок рта дёрнулся. Он кивнул и протянул руку. Дин посмотрел на его ладонь и крепко обнял Сэма. Мелкий не заметил, как расстегнулась молния и в карман рюкзака скользнул пухлый конверт. Дину оставалось лишь надеяться, что лохматое недоразумение по имени Сэм не потеряет деньги в пути. Он похлопал брата по плечу, и тот на пару секунд с силой прижался к нему, спрятал голову на плече, судорожно вздохнул, а потом резко отстранился и, шмыгнув носом, быстро пошёл в сторону остановки. Дин потёр лицо ладонями. Пожалуй, стоило напиться.