Нечистый мир

      Гелентор вышел на защиту Донлор. Эти люди оказались окружены обманутыми Онги, что шли войной на братьев, а за спинами их орды орков, словно плеть, гнали их.       Именно для противостояния такой свирепой армии и нужен был Гелентор. Несмотря на то, что Донлорская армия прежде всего была настроена на орков, отбиваться от обманутых Онги не было тяжестью. Пока не произошёл бой с Дегор — враги были вооружены тяжёлыми мечами, и свирепее зверей. В той битве сошлись предводители Гелентора и Дегора, в тяжёлой огненной битве, вожак Дегора был пал от потока магии из боевого топора Геленторского воина. Много воинов тогда потерял Гелентор, а всё войско было истощено. Возвращаясь домой они думали, что их встретят героями, ведь с этой битвой они уничтожили всю первую войну, Гелентор думали, что им удастся хоть так изменить решение Эхва, и что теперь Донлор войдёт в открытую всеобщую войну за собственное существование.       Войдя в столичный чертог, весь изрубленный и измазанный несмываемой кровью, вожак Гелентора увидел лишь исконного Донлорского воина-стража с "хрустальным" мечом. Тот задержал Геленторца как чужака, пока он не представился. — "Согласится ли король немного милости к войску, что спасло его народ?!" Глава Эхва вышел из кабинета, который был весь обложен свитками и древними рукописями. Он распорядился, чтобы Гелентор соответствующе наградили всем, кровы славы. Воины сопроводили Гелентор в специально-отведённые места, где должна была быть уничтожена последняя мысль Гелентор о войне.       Орки всё наступали, а Донлор всё уходили вглубь гор и лесов, где уже был целый искусственный народец, что обрёл гармонию и не нуждался в защите от сил тьмы. Когда орки наконец полностью были на территории Донлор, оставшиеся Гелентор, значительно улучшив боевую технику и навыки, решили отколоться от Донлор и отправиться крушить орков самостоятельно. Так Донлор распался на отдельно Гелентор и Эхва. Пока последние укрылись в гармонии с миром и персональным раем, Гелентор вырезали орков — армию за армией, не неся потерь, пусть орочьи ряды и становились всё плотнее с каждым разом.       А по лесам Эхва стали бродить дикие орки, пусть они и не могли обнаружить и повлиять на Эхва, их становилось всё больше и скрываться было всё сложнее — Эхва развивали свой образ жизни, не контактируя с тьмой совсем.       — Чего ты добиваешься, уходя в горы?! Орки всё равно нас настигнут и отступать будет некуда. Мы должны дать им отпор!       — Ты не знаешь о силе тьмы ничего, ты не знаешь какие твари породил Демингот, помимо орков. Идти в бой — чистое самоубийство.       Гелентор всё глубже пробирались в центр тьмы, а броня орков становилась всё крепче, а клыки всё острее. И помимо орков, стали появляться иные — немного более странные твари.       Орки всё чаще находили, пробивали оборону и вырезали всех людей Эхва. Верховный совет всё продолжал постигать тайны миров, пока небеса пылали.       Гелентор узрели истинное войско тьмы: крылатые змеи, железные гиганты, тёмные колдуны и восставшие Скиэлы. Силы тьмы от горизонта до горизонта, дороги к жизни уже нет — только вот тьму.       Владыка Эхва уже не мог продолжать игнорировать орков. Воины "хрустальных" клинков — так преданные совету, отреклись от него. В конце концов, верховный Эхва дал волю на войну с тьмой.       У Эхва были глубокие познания в технике, стратегии и магии — они выковали лучшее оружия, применили лучшие стратегии и создание лучшие заклинания, какие только были возможны. Они были последними живыми людьми, что подавили в себе жажду крови и сдерживали жажду жизни пол века, под пассивным наблюдением за бесконечными войнами, когда-то мирного священного народа.       И над иссохшими реками и проклятыми деревьями сгустилась тьма и в небесах сверкнула золотая молния. Она одной вспышкой испепелила всё поражённое тьмой, до самого горизонта. В один небесный удар, лесная глушь спала, а под неё горели орды орков и демонов. Золотые конники, искусные мечники и верховные маги, по всей территории бывшего Донлор, вышли под небесный стяг, сбиваясь в единую армию и убивая всю тьму на своём пути.       В великой битве сошлись великие воины, орды орков и демонов, герои и тёмные духи во плоти и стали, обстрельные орудия и драконы, маги и огненные змеи, сам совет Эхва и Демингот.       Несмотря на невероятное количественное, а где-то и качественное превосходство врага, армия света не сдавалась, небесные лучи испепеляли любого слишком сильного вага, что посмел вторгнуться в ряды света. Стратегическое и тактическое преимущество позволило людям одолеть рои драконов.       Эхва продвигались вперёд, вплоть до самого края земли — откуда спустилась тьма.       — Мы у колыбели смерти этого мира. Враги разлетаются в пыль, но несмотря на всю нашу силу, я чувствую душу Демингота.       — Мэлора.       — Ано с нами, он помог нам выжить, но Мэлор такой же божество. Мы не можем его убить огнём и сталью.       — Раз уж мы здесь, я войду в колыбель и применю все свои знания, хоть и понимаю, что они не помогут.       Зелёные огни потерянных душ горят у огня всего сущего, твари и люди замертво не падают, и воздух не режет, и тень просыпается сквозь пальцы. Под ногами берег божественной кости кремня, а дальше руки на горизонте — алый океан первородной крови детства и боли за-памятных. Здесь лица не спетых стихов сплетают небосвод, первым в жизни шёпотом, пробирают до нервов. Положенный набок взор, тихим террором, загнавший в костную комнату из темноты плоти и снов, впусти меня под мглу мирозданья, вечно одиноко по узкой дороге к само-выбранной смерти.       Эхва вошёл в колыбель, где перед лавовым обрывом мирозданья в никуда, во весь рост перед ним, предстал Мэлор — великое, абсолютное, единое зло всего сущего — тёмная сторона вселенной, чья бездна души бездонней чёрных дыр. И сам Ано заговорил устами Эхва. "Я — твоя тень, твой мир безжизненен и тёмен, справедлив и жесток, вечен и добр. Тень — я, и сила моя, лишь здесь — в царстве мирском, ты хозяин плоти небесной. И я изгоняю тебя из этого мира, через твою же рану, вне — вне рамок моего и твой существоания!"       Ано изгнал Мэлора за пределы небес. Все его тёмные создания пали — Мэлор потерял влияние в этом мире. Теперь он таится в холодной пустоте света звёзд, что его плоти не суждено выдержать.       Тьма была побеждена, все старые обиды были забыты, да стал великий единственный народ, что не дал себе имя. Золотые замки и триумфальные дворцы отныне украшали земную твердь — от безумных гор, это не-высохших степей. Эпохой триумфального мира кончилась эпоха последней войны. Так началась эпоха свободы.