Часть 4.
11 ноября 2022 г., 17:00
— Помню, Черношеяя кобра заплевала мне всё стекло террариума…
— Погоди, тебе разрешили взять настолько опасную змею?
— Ну да. Не то чтобы у отца был выбор, знаешь. Я был довольно требователен.
Они снова сидели в библиотеке, склонившись над заданием по зельям. Оно было уже почти закончено, а потому Гарри и Малфой растягивали время как могли. Поттер выслушивал рассказы о змеях — в прошлый раз Драко, как бы ни старался, не мог поведать всё, потому как гриффиндорец постоянно перебивал, спрашивая о чем-то. Но не то что бы Малфой был очень уж против, ведь в глазах Гарри читался искренний интерес. Они загорались чем-то светлым, когда Драко уходил в себя, в рассказы о том, что он любил. Сам Поттер будто бы сиял отраженным от Малфоя светом в такие моменты. А за счет их, в последнее время близкого, общения такое случалось относительно часто.
— Вообще, думаю, па хотел, чтобы я на своем опыте узнал, что такое проблемные змеи и больше не заводил их. Что ж, на время это сработало, так что его тактика не была такой уж плохой…
— Да, но… такая ядовитая змея — подростку!.. — не унимался Гарри, спустившись до шепота, чтобы не разозлить проходящую мимо мадам Пинс. Он склонился навстречу Малфою еще больше — сегодня они работали вместе, так что в принципе вынуждены были быть ближе. Драко возвел взгляд к потолку, вздыхая.
— Да, но кровь волшебника, Гарри! — Поттер дрогнул от такого дразнящего обращения. Оно было непривычно, ведь Малфой только недавно начал называть его по имени. Причем первым, ведь сам Поттер пока не пробовал обращаться к нему как к «Драко». Что для него было странно и непонятно, ведь, например, Джинни делала это довольно давно.
— Мы можем излечиться от любого яда магловских змей, ведь на нас они действуют медленней. Тем более, на чистокровных. Так что… — Малфой развел руками.
— Ты хочешь сказать, это делает такое разведение безопасным? И тебя никогда не кусали змеи просто потому, что ты — маг? — фыркнул Гарри.
— Нет, конечно. И змеи меня кусали, иногда даже опасные, — в голосе Драко не было хвастовства, Поттера наоборот поразила беспечность его тона.
— Я думал, ты… — растерявшись, он не договорил. Настала очередь Малфоя усмехаться.
— Думал, я был в безопасности? О нет, любого заводчика змей иногда кусают. Конечно, мы предохраняемся от этого, но не всегда же носить перчатки от укусов.
— Ну, не знаю, — Гарри посмотрел на исписанный ими пергамент. — Когда меня кусала Нагайна, это было не из приятного. Я бы предпочел перчатки.
— Да? И даже бы не хотел потрогать хотя бы питонов или таких же ринхофисов, как у меня? Кусаются же не только ядовитые, — Поттер, не зная, что ответить, пожал плечами.
Драко оперся подбородком о левую руку, правой продолжая рассеянно переписывать на пергамент что-то из лежащей рядом книги. Гарри покосился на своё забинтованное запястье и вспомнил о жжении, которое в компании Малфоя становилось незаметнее. Тут же мысли пришли к тому, для чего он в библиотеке вообще — гриффиндорец убеждал себя, что побуждение на встречу с Драко вызвано болью и необходимостью выполнить задание.
— Моя часть готова, — оповестил через некоторое время Малфой, отодвигая от себя пергамент и отбрасывая перо. Он потянулся, откидываясь на стул. А Гарри устремил взгляд на стопку его книг, лежащих напротив.
— Хорошо, я допишу — тут вроде немного, — он повернул к себе лист, чтобы заняться записью. — Отнесешь обратно книги? Я и без них справлюсь.
— Да, конечно, — Драко с готовностью встал, закрывая тяжелый том и беря его вместе с еще двумя поменьше. Поттер искоса проследил за тем, как Малфой ныряет в соседнюю секцию, скрываясь за полками.
Дождавшись его ухода, Гарри потянулся к чужой стопке с книгами. Внизу неё лежала совсем тонкая — личный дневник. Испытывая терзания совести, Поттер забрал его, торопливо достав палочку.
— Джеминио!.. — еле слышно шепнул он. В воздухе тут же появилась копия дневника, которую Гарри отложил в сторону. Запихнув к себе в сумку оригинал, Гарри разместил копию на его бывшем месте. Он выдохнул, пряча палочку за пазуху.
Он знал, сколько примерно будет существовать копия предмета. Но, несмотря на это, Поттер волновался, поскольку особо заклинанием раньше не пользовался — а вдруг копия развеется прямо при Драко? Что тогда Поттер ему скажет? Гарри лишь надеялся, что слова Гермионы о том, что среднее заклинание продержится около полудня — правда. Что ж, Гермиона почти всегда была права, так что Поттер успокоил себя.
Малфой обнаружит пропажу нескоро. А когда обнаружит — Гарри обязательно вернет ему дневник, соврав, что Драко забыл его в библиотеке. Именно для этого Поттер сегодня и планировал задержаться там дольше Малфоя.
Когда тот вернулся, Гарри постарался не выглядеть виноватым и отвлечься от кражи.
— Знаешь, что я подумал, — Драко сел напротив. Гриффиндорец, успевший взять перо и начать писать, что-то вопросительно промычал.
— Странно, что ты так мало знаешь о змеях.
— Потому что я был змееустом? — поднял голову Поттер. Он ненадолго завис, глянув на Малфоя. Пока он писал, за окном библиотеки выглянуло из-за облаков янтарное закатное солнце. Сейчас оно подсвечивало светлые волосы откинувшегося на стул перед окном Драко, отчего создавалось странное ощущение, что он сам лучится золотистым теплом.
— Ага, — Малфой сел прямее, осознав вопрос Гарри; волшебный эффект от освещения тут же пропал, заставив Поттера прийти в себя. — Подожди, «был»? — слизеринец нахмурился. Гарри опустил взор обратно в записи. У него вдруг слегка сбилось дыхание и появилось навязчивое желание набрать в грудь воздуха, чтобы прийти в себя. Поттер с трудом удержал его, уняв непривычное чувство.
— Ага, — подражая будничному тону Драко, отозвался он. И кто его за язык дернул?..
— Разве бывают бывшие змееусты? — Поттер не подумал о неосведомленности собеседника.
— Э, ну… я обладал такой способностью только из-за… некоторого родства с Волан-де-Мортом, которое исчезло после его смерти, — Малфой поднял брови при таком изворотливом объяснении, и Гарри поспешно добавил: — Возможно, когда-то я расскажу тебе подробней, — к его собственному удивлению, это не было полностью ложью. Он действительно допускал такую возможность.
Драко с видным безразличием откинулся обратно на спинку стула.
— Ладно. Но, тем не менее, имея способность понимать змей, не начать их изучать!.. Это так… — он замялся, ища подходящее слово, — по поттерски, — в итоге выдавил Малфой. Гарри прыснул, прикрывшись ладонью и глянув на него исподлобья.
— Имеешь в виду, по твоему пониманию глупо?
— Да, наверное. Ведь я бы сам отдал что угодно за способность понимать змей — представляешь, какие тогда были бы возможности?
— Нет, — просто признался Поттер. Драко цокнул языком, пробормотав «Ну конечно».
— Они бы как минимум меньше меня кусали или говорили что-то вроде «Мышь мне не нравится, хочу съесть лягушку», а не просто отказывались бы от еды, — Малфой мечтательно вздохнул, — а я мог бы им сказать «Иди к черту, лягушку сперла моя сова»…
Гарри подавил смешок, сохранив серьезное лицо.
— Змеям нужно угождать, — Драко смерил его веселым взглядом.
— Только при своих это не скажи — все гриффиндорцы разбегутся, — Поттер улыбнулся. Только не Джинни, подумал он, ничего не ответив и молча продолжив работать.
Через некоторое время Малфой удалился, бросив что-то о встрече с Панси, а Гарри остался дописывать домашку один. Заметить пропажу дневника Драко суждено не было — созданная Поттером копия пока исчезать не собиралась. Как только Гарри всё дописал и сложил, он достал из бокового кармана сумки розовый лист. Он выполнил только половину задания, и хотел убедиться, что приглушившаяся боль в запястье была следствием этого.
«11. Украсть и прочесть личный дневник Драко Малфоя».
И правда — пункт, который его так волновал, был зачеркнут. Но часть надписи, говорящая о чтении дневника, нет. Поттер еще вчера решил — если задание засчитается хотя бы наполовину, и боль частично уйдет, вторую его часть он выполнять не будет.
Гарри забросил сумку на плечо, попутно вернув в неё лист и решительным шагом направившись к выходу из библиотеки. В спину светили розово-золотые лучи закатного солнца.
Решение о частичном нарушении контракта далось сравнительно легко, ведь Гарри был уверен — стоит перетерпеть легкое жжение и выполнить следующий пункт списка, как невыполненный предыдущий аннулируется. Похоже, именно сейчас эта теория сбывалась, а потому Поттер шел в гостиную в лучшем настроении, чем до этого.
Как же он ошибался насчет того, что решение оставить задание наполовину невыполненным будет легко осуществить. Ошибался и насчет того, что ослабевшая боль так и останется на таком малозаметном уровне — ведь с чего бы ей вдруг перестать усиливаться?
Но к ночи Гарри уже понимал, что спать он не будет. Невидимые иголки впивались в запястье снова и снова, пока он сидел за пологом с книгой на коленях, и зажженной палочкой. Нужно было чем-то заняться, раз уж сна не выходит. А книгу ему как раз одолжил Драко — и, разумеется, она была о животных. Так что Поттер, листая страницы, периодически невольно вспоминал, ради чего терпит жгучую боль. Хотя, с другой стороны, возьми этот дневник, прочитай немного текста и ложись отдыхать.
Но Гарри почему-то не мог так сделать. Он отмахивался тем, что боль терпима и является малой ценой за то, что он в некотором смысле нарушит условия контракта. Пускай ценой сну была от силы пара прочитанных страниц рукописного текста. Он не будет лезть в личные переживания Малфоя, он знает, что тот бы не хотел этого.
Поттер зевнул, от сонности отвлекаясь на посторонние мысли, но при этом не в силах даже нормально задремать. За пологом иногда слышался глухой храп Рона или скрип кровати ворочавшегося во сне Невилла. Но мысленно Гарри был далеко от однокурсников, уже не помнив, когда перестал различать смысл в тексте книги.
Драко ценил личное пространство. Конечно, а кто не ценит? Но Гарри замечал некоторые сигналы, говорящие, что Малфою это как-то по особому важно. Может, он даже не осознавал этого, но, возможно, мотивацией к невыполнению задания являлось то, что он замечал, как Драко вечно таскается с дневником, никогда не забывает его и периодически проверяет сумку на его наличие. Пару раз он наблюдал, как Малфой, поначалу не найдя среди горы книг личный дневник, начинает нервничать, как серые глаза затуманивает мрачная тревога, а по рукам пробегается дрожь. Тогда Гарри приходилось самому искоса смотреть в его сумку и указывать на незамеченную Драко вещь. Тот мгновенно приходил в себя.
А совсем недавно стал спокойней оставлять в библиотеке сумку или стопки учебников, где прятался дневник. Спокойно он это делал тогда, когда Поттер занимался в библиотеке рядом с ним. И в глубине души Гарри понимал, почему ему настолько не хочется читать записи Малфоя. Он бы не смог так подорвать доверие слизеринца. Он бы не смог после, при возвращении личной вещи, посмотреть ему в глаза и соврать, что не заглядывал внутрь…
К Поттеру подступало подобие сна. Дрёма всё же одолела, пускай сквозь неё и прорывалась боль, а оставленная на коленях книга давила на ноги. Когда волшебная палочка сама собой постепенно угасла, Гарри, не открывая слипшихся век, в полусознании нащупал одеяло и укрылся им, сползая с полусидячей позы на подушки. Книгу он не убрал, а она каким-то образом самостоятельно завернулась в одеяло, примостившись у бока.
Он не спал. Нет, конечно нет — с такой болью не поспишь. Тем более, что Поттер постоянно отвлекался на то, чтобы в очередной раз оцарапать раздраженное запястье, с которого успела слететь неплотная повязка. Порой пальцы ощущали под собой противную, жесткую ленту, и Гарри вздрагивал. И как только она, такая острая изнутри и твердая снаружи, не вскрыла ему вены, как какая-нибудь колючая проволока?..
Подобные мысли завели куда-то в страшные полусны, где лента обратилась змеей, вылезшей из книги и бросившаяся на Поттера с Драко, когда те прятались в нише между шкафами библиотеки…
***
— Не выспался? — Ты чертовски наблюдателен, Рон, — буркнул Гарри, поедающий политую медом овсянку. Сегодня ему как никогда хотелось, чтобы его оставили в покое. Сегодня как никогда хотелось выполнить следующее задание поскорее, чтобы избавиться от жжения. Уизли обеспокоенно поглядывал на больное запястье. — Ты же сделал то, что нужно вчера? — Да, — Поттер врал лишь отчасти. — А мне кажется… — Тебе кажется, — когда Гарри лишний раз напомнили о списке, он поспешил достать тот из кармана. На задании с дневником его память заканчивалась. Дальше он особо не смотрел. Как оказалось, зря. Поттер не был готов к следующему. «12. Поцеловать Драко Малфоя». Ох, Мерлин, это должно было быть какой-то шуткой. Почему сегодня? Над Гарри будто повисла туча, давшая ему подзатыльник громовой молнией, так он помрачнел. Вяло прожевав остатки овсянки, Поттер уловил отделяющуюся от слизеринского стола знакомую фигурку. Да черт с ним, будь что будет. Он Малфою дневник отдаст? Отдаст. Тот обрадуется? Наверняка. Значит, тогда и поцелует. Ну и подумаешь, что Драко может его прикончить… Может, Обливиэйт в него швырнет, и закончит. Гарри в очередной раз широко зевнул, решительно перекидывая ноги через лавку и забрасывая в рот последний кусочек утренней булочки к чаю. — Ну, я пошел, — и, не слушая возможного вопроса Рона, он подхватил свою сумку, заранее выискивая в ней чужой дневник. При выходе из Большого зала плохо слушающиеся пальцы, наконец, нащупали знакомую кожаную обложку. Поттер, выйдя в коридор, огляделся. Малфой был слева — одинокая фигурка, раньше всех ушедшая с завтрака, стояла у окна в небольшой нише рядом с доспехами. — Эй, Драко! — тот вздрогнул, вскинув голову в направлении окликнувшего. Гарри лишь через пару секунд понял — он впервые назвал Малфоя по имени, причем совершенно не задумываясь. Забавно, какие вещи с ним могла творить сонливость… Поттер на нетвердых ногах подбежал к Драко. Ну, хоть не запнулся. — Чего тебе? — Драко, очевидно, не ожидал увидеть гриффиндорца так рано. Он растерянно оглядел черные волосы, растрепанные больше обычного и тени под глазами Гарри. — Ты вчера забыл в библиотеке, — Поттер без обиняков протянул Малфою дневник. Тот раскрыл рот, но, не сумев ничего сказать, закрыл обратно, молча приняв находку. Быстро опомнившись, Драко тихо выругался. — Ты же не читал? — вырвалось у него как против воли. Гарри отрицательно помотал головой. Где-то внутри себя он ощутил гордость — он правда не читал, хотя ноющая острая боль еще не отпускала. — Нет, — так хорошо было говорить это честно. Малфой с облегчением выдохнул, поднимая взор от прижатой к груди книжонки. — Спасибо, — со всей искренностью, на которую был способен, поблагодарил он. В этом простом слове Поттер услышал что-то такое, от чего ему резко стало легче — осенний сквозняк, прорывающийся в коридоры сквозь щели в окнах, словно исчез, стало тепло и уютно, а болевшая рука расжалась. — Ага, — у него резко сел голос. Он тупо стоял рядом с Драко, пока тот прятал дневник поглубже в сумку. И что теперь делать? Куда идти? На уроки или возвращаться обратно в зал? Не хотелось ни того, ни другого. Малфой вдруг притянул Гарри к себе. Поттер едва не упал от такого действия с его стороны. Была ли в очередной раз виновата сонность?.. Руки Драко обхватили за шею — очевидно, слизеринец обнял Гарри во внезапном порыве благодарности. Тот автоматически ответил на объятия, поддавшись идущему от Малфоя теплу, разлившемуся от него по всему телу. Поттер вдруг вспомнил, что хотел сделать вслед за возвращением дневника. Сейчас это даже не казалось чем-то противным, как неделю назад… или больше… Он прикрыл глаза, подавшись вперед и соединив губы Драко со своими. Почему губы? В задании не было указано конкретного места — и на том спасибо… Жжение в запястье медленно сходило на нет в такт движениям во время поцелуя. Был ли тот так приятен только из-за долгожданного ухода боли? Рука окончательно расслабилась, тут же прижавшись к талии Малфоя. Он такой теплый, что в нем хочется утонуть, податливый, а губы мягкие, слегка шершавые из-за сухости, но уже повлажневшие и горячие от поцелуя… Почему Драко не оттолкнул его? Что-то щелкнуло в мозгу Гарри, когда со стороны Большого зала послышались громкие шаги, эхом раздавшиеся по всему коридору. Он торопливо вынырнул из объятий Малфоя, шагнув от него в сторону. Поттер автоматически развернулся, следя за бегущим куда-то пуффендуйцем. Тому, похоже, не было никакого дела до скрывавшихся в нише Драко и Гарри. — У тебя такие обкусанные губы… — Поттер резко обернулся, услышав это. В голосе Малфоя слышалось что-то непривычное. Мягкое, чарующее… Опять всё сон? — Да? — он тупо моргнул пару раз, всё еще пытаясь осознать ситуацию и понять, почему поцелуй был так приятен — неужели Драко так хорошо целуется?.. Ему не дали долго думать. Малфой решительно шагнул навстречу, хватая за галстук и не слишком грубо притягивая к себе. Гарри широко раскрытыми глазами встретился с взором Драко. Радужка у того такая светлая, слабо серебрящаяся, но такая же лучистая, как он сам… — Да, — Малфой шепнул это в чужие губы, опаляя их дыханием. Поттер зажмурился, едва успев вдохнуть, когда Драко снова поцеловал его. Снова придвинулся вплотную, приобняв, снова одарил ласками, заставив двинуться себе навстречу…***
— О Мерлин, это было так стыдно… — Да? А по тебе не скажешь, что тебе не понравилось, — заметила Джинни, только что прочевшая очередное зачеркнутое задание в списке («13. Сходить на свидание с Драко Малфоем в кафе мадам Паддифут»). — Наверное, автор списка рассчитывал вызвать у тебя рвотный рефлекс. Как жаль его разрушенные планы, — в голосе Уизли послышалось наигранное сочувствие, заставившее Гарри рассмеяться. Ему сейчас был так легко. Он уже почти забыл о том, что эти пункты в розовом списке планировались как наказание или месть — об этом напоминала лишь острая боль, но и та рано или поздно исчезала при выполнении заданий. А вот Поттер с Драко оставался. Он не думал о том, почему или зачем. Просто оставался. Просто слушал всё новые рассказы, погружаясь в интересы Малфоя и начиная так же ими захватываться. Просто запоминал всё новые факты о Драко, по-простому наслаждался его обществом — ведь это было так легко делать. И вот сейчас, вываливая все пережитые эмоции Джинни, — по-прежнему единственной, в чьем обществе он мог полностью раскрыться — Гарри вспоминал проведенный день в Хогсмиде. Всё непривычно глубоко врезалось в память — и запорошенные тонким слоем запоздалого в этом году первого снега дорожки, и потухшая от налипшего инея листва, и Малфой, жалующийся на холод и постоянно прячущий руки в карманах. Поттер отдал ему свои вязаные митенки, не пренебрегая шансом взять ладони Драко в свои. Конечно, они сходили в совсем недавно открывшийся зоомагазин — Малфой не мог подобное пропустить. Гарри тогда впервые увидел, как Драко не рассказывает что-то о животных, а слушает — внутри работала милая волшебница, готовая поведать всё про завезенных из других стран волшебных питомцах. Ей явно польстил интерес Малфоя и то, что он периодически вставлял что-то о схожести разных видов или сравнивал магических животных с магловскими. В конце, исходив все клетки и террариумы, Драко купил несколько мышей для своего ринхофиса вместе с витаминными добавками. Поттер сперва удивился тому, как буднично он берет как корм живых существ, но потом спохватился, вспомнив, что Малфой не первый год владеет змеями. Какой поход в Хогсмид без Сладкого королевства? Выяснилось, что Драко тот еще сладкоежка. Он знал наизусть все разделы со сладостями — даже новые — и ориентировался в них без малейшего труда, порой что-то подсказывая Гарри, которого попросила купить что-то вкусное Джинни. А когда Малфой увидел у прилавка коробочку с эклерами, заполненными взбитыми сливками… Конечно, Поттер предложил их купить — хотя те были не из дешевых и в планы покупок Драко никак не входили. Глаза Малфоя засияли еще больше, когда Гарри разделил с ним счет за эклеры — раз уж Драко они были так интересны, ему тоже хотелось бы попробовать. — Твои любимые сладости? — Ага. Спасибо. Поттер постарался отложить у себя в памяти фирму, выпускавшую эклеры. После он оправдал это для себя тем, что в списке также был пункт «16. Подарить Драко Малфою коробку со сладостями». Хотя о нем он во время покупки совсем не думал — лучащийся какой-то почти детской радостью Драко был куда важнее. Малфой рассмеялся, когда Гарри, отвлеченный от приятного времяпровождения острой болью, напомнившей о задании, предложил сходить в кафе Паддифут. Поттер и сам был готов посмеяться, тем более, что Драко делал это так заразительно — звонко, легко, по-доброму и совсем не издеваясь. Отсмеявшись, он согласился, но всё же с легким лукавством поинтересовался, почему Гарри выбрал именно это место. Тот лишь смущенно пролепетал что-то о том, что там очень вкусный кофе… А потом откровенно обрадовался, что в заведении отсутствует приторно-розовый декор, который был там в прошлый и единственный раз, когда Поттер посещал это место. Обрадовался и тогда, когда при походе обратно в замок Малфой взял его за руку — мимолетом, автоматически, пока что-то говорил. — А еще я заранее купил пару браслетов для следующего задания. — Ты собираешься носить второй? — полюбопытствовала Джинни, отрывая взгляд от примостившегося на её груди карликового пушистика. Она полулежала рядом с Поттером на его кровати, как и всегда, отгородившись от возможных свидетелей пологом. Гарри пожал плечами. — Возможно. Они не настолько страшные, чтоб отрекаться от такого шанса. — Другими словами, вполне симпатичные? — подколола Уизли, чьи глаза сверкнули лукавством. Гарри лишь цокнул языком, отворачиваясь от неё. — Кстати о заданиях. Я кое-что выяснила, — Джин вдруг посерьезнела, но перед тем, как продолжить, не удержалась от еще одной насмешки, — а то ты так рассказывал о вашем свидании, что я совсем забыла о том, что это по принуждению. Поттер покраснел и сел ровнее, приглушенно кашлянув. — Так что ты узнала? — никак не отвечая на предыдущие слова подруги, спросил он. — Автор списка — Ромильда Вейн, — Гарри чуть не подавился воздухом. — Что?! — воскликнул он, при осуждающем взоре Джинни тут же понизив тон. — Ты действительно?.. — Мерлин, Гарри, я же говорила — найду… Вот и нашла вчера. — Но… — тот еще не отошел от первичного шока. — И ты не сказала об этом сразу?!.. — наконец, возмутился он. Уизли лишь возвела взгляд к потолку. — Тише ты. Мне нужно было проверить — одной болтовни, услышанной краем уха, недостаточно для таких обвинений, — оправдалась она. Поттер еще был ошеломлен от того, что подруга, считай, втайне от него вела расследование — ведь он ни разу не слышал ничего про поиски автора списка, помимо как первого дня. — Так ты… как до тебя вообще дошло что-либо подслушать? — из всех мучающих вопросов он выбрал этот. — Ну, знаешь ли, я посчитала, что такую хитроумную проделку невозможно держать в тайне. Мне бы, например, поставь я, допустим, м-м… Маклаггена в такое положение, в какое поставили тебя, очень хотелось бы кому-то похвастать. Особенно учитывая то, какой неприметный способ она для этого выбрала!.. — Джинни сдержала на секунду вырвавшуюся злость. — В общем, я оперативно заказала у братца улучшенный Удлинитель Ушей вместе с еще парой штук… — И ты действительно всё вынюхала благодаря их товарам? — искренне удивился Гарри. Джин шумно вздохнула. — Когда у тебя в родственниках такие изобретатели, этим нужно пользоваться — что я успешно и сделала. Я уверена, автор списка — Ромильда. Поттер поморщился. И как он сразу не скинул всё на эту липучку, что даже в начале осени пыталась к нему лезть и когда-то спаивала Любовным напитком? Гарри закусил губу. Теперь нужно идти к Макгонагалл, так ведь? Только вот желание делать это резко пропало, когда появилась возможность. Что тогда делать с Драко, раз уж обязанность выполнять задания исчезнет? — Так вот, по этому поводу… — Джинни будто прочитала его мысли. — Может, наконец, стоит сказать Рону и Гермионе что между вами с Малфоем? И ведь действительно… Об этом Поттер почти забыл. Да и зачем было говорить? Чтобы опять ощущать на себе то ужасное чувство, как тогда, когда Гарри говорил о том, что они с Драко сблизились? И ведь сейчас всё еще хуже… Как он это сообщит? Как презрительно фыркнет Рон, возможно, заявив, что его друг чокнулся? Как надавит на то, что они с Малфоем бывшие враги… Но ведь люди меняются. А Драко, кажется, совсем не думал о прежней вражде, ни разу не заикался о ней, но при этом о прошлом, которое они с Поттером вспоминали пару раз, говорил спокойно. Гарри тогда подумал — если уж даже Малфой так беспечен и просто отдается нынешней ситуации и чувствам, какой смысл ему терзать себя тем, что до недавнего времени Драко в его голове был подонком? — Я… еще не уверен, — с трудом выдавил Поттер. — Я же до этого, ну… совсем не говорил о последних заданиях. И о том, как мы… — он запнулся, сглотнув, а перед глазами возникла врезавшаяся в память картина — Малфой после прерванного поцелуя снова притягивает Гарри к себе. Тащит в зоомагазин Хогсмида, держа за руку, с благодарностью коротко целует в щеку после покупки эклеров, перед входом в замок отдает купленные в зоомагазине совиные вафли для Букли, а потом в каком-то закоулке накрывает губы Поттера своими — а те такие пересохшие от ноябрьского холода, такие сладкие от недавно съеденных вкусностей и выпитого сливочного пива… Рон ни за что не примет такого Драко. Даже слушать не захочет. А Гермиона, если и осадит его, выслушает второго друга и промолчит. Видимо, эти мысли отразились на лице Гарри, как и все предыдущие. Джинни, следящая за ним, потянулась к забинтованному левому запястью, с сочувствием погладив его. — Я понимаю. Но прятать это — тоже не выход. Что ты им скажешь, если разорвешь контракт? Ты же не бросишь Малфоя сразу после этого, верно? Не бросит. Конечно же нет. Гарри не сможет. Как и не сможет больше оправдываться перед собой, используя задания как предлог для частых встреч с Драко. — А если ты так с ним и останешься, как ты объяснишь это друзьям? — Не знаю, Джин, — пробормотал Поттер, глядя вниз. — Просто не знаю, — рассеянно повторил он. Ему бы еще самому себе объяснить, что он испытывает. Выяснить, с каких пор Малфой перестал быть чем-то противным или просто сносным, и превратился во что-то столь приятное и теплое, как сейчас? Джинни с тихим вздохом приобняла его. Затем посадила пушистика на чужое плечо, а тот подобрался к шее Гарри, потершись о неё мягким длинным мехом. — Давай сперва скажем всё Макгонагалл, — скрепя сердце, бодро предложила Уизли. — Тебе нужно всё обдумать. — Спасибо, — Поттер снял едва не упавшего с него пушистика, вернув его в руки Джинни и чуть огладив её ладонь. — Я расскажу им. Постараюсь. Но он далеко не был в этом уверен даже наполовину…
