Шрамы.

Человеческая рука с длинными ногтями и с тонкими, худыми пальцами, пробиралась по моей ноге вверх, все выше и выше. Я чувствовал ее всем своим телом. Ногти больно вонзались мне под кожу и я корчился, пытаясь приподняться или отряхнуть ее от себя. Я знал, что ничего не поможет, но продолжал, ибо боль доставляла жуткий дискомфорт и казалось, стон вот вот вырвется с моих губ. Сквозь кромешную темноту я пытался уловить еле заметную тень очередной сатаны, пришедшей забрать мою жизнь. Силуэт мелькал перед глазами, но без четкого очертания. Что-то вроде пятна, без лица и тела. Капли пота собирались на моем лбу. Мне захотелось крикнуть. Захотелось напугать тень своим голосом, и я даже пытался, но... Он словно не слышал меня. Собственный крик заложил мне уши, но рука как подкрадывалась ко мне, так и продолжала подкрадываться. Тело мое билось как от удара током. Я дергался, мотался из стороны в сторону, кричал, выл от бессилия, но ничто не останавливало безжалостного дьявола. Именно дьявола, потому что я чувствовал, что это он. Дьявол, который уже не раз пытался забрать у меня мою жалкую, никчемную жизнь. Я боялся его каждый раз, как в первый. Боялся, потому что знал, что хороших людей сатана обходит стороной. Мое сердце остановилось, когда холодная и большая рука его коснулась моей вспотевшей шеи. Он меня убьет... Он сейчас меня убьет, я это знаю точно. Я закричал снова. Я кричал со всей силой, бился в тревоге и панике, но до последнего не осознавал, что мой крик это всего лишь мое собственное воображение. Его просто не было. Мне казалось, что я кричу, но на самом деле, я не мог даже открыть рот. Меня словно парализовало. Чужая рука продолжала душить меня всей своей силой и мои дыхательные пути перекрывались. Мне начали слышаться разные голоса. Один голос будто смеялся. Я знал, что он смеется надо мной, обзывая меня трусом. Второй голос словно ругал меня, повышая голос и выговаривая что-то непонятное для меня, но понятное остальным голосам. Третий голос твердил "Умри!". - Умри!- выговаривал он отчетливо и с ноткой издевки.- Умри, иначе ты будешь убит! Умри! Он словно внушал это, потому что мне и правда захотелось позволить ему убить себя. Ему было бы намного легче меня прикончить, пожелай я этого сам. В тот самый момент, когда я был готов перестать бороться и на секунду смирился с тем, что должно было произойти, волос коснулась вторая рука. Мое тело дернулось как от удара током. Я, сам того не осознавая, вскочил с постели, вцепился своими ногтями в эту самую руку и раненой своей рукой оттолкнул нависшую над собою тень. Я схватил ее за глотку и стал душить в ответ. Понимание реальности напрочь покинуло меня, потому что я на минуту озверел. В ушах прозвенело "Убей", и мой разум снова поплыл. Я понимал, что если не убью эту тварь, она сама убьет меня. В какой-то момент голоса в моей голове прекратились, темнота словно исчезла, позволив мои глазам различать очертания того, что передо мной происходило. Черное пятно, которое я все еще держал за шею и душил, начало сопротивляться. Спустя еще несколько секунд, оно стало издавать звуки. Человеческие звуки. Стоило мне вспомнить о том, кто я такой, темнота перед глазами исчезла. Вместо тени, которую я пытался задушить насмерть, была Саран. Я вскочил с кровати, отпустил ее и метнулся в сторону, прижимаясь к холодной стене. Она обессиленно упала на пол и схватилась за шею. Я пытался ее убить... Твою мать, я пытался убить ее своими руками... Она закашляла, все еще сжимая шею, на которой я оставил свои красные следы. Я не мог разглядеть ее лицо, потому что его закрывали растрепанные волосы. Плечи ее дрожали, как и все тело. А я просто сидел, прижавшись к стене... Я просто сидел и наблюдал за тем, что я натворил... Почему это должна была быть она? Почему именно она должна была увидеть во мне этого зверя? Почему? - Уходи...- выдавил я через силу, испугавшись того, что она поднимет на меня взгляд. Я не смог бы смотреть ей в глаза.- Мне нужно побыть одному. Я отвернулся от нее и лег прежде, чем она ответит мне. Чувствовал себя жалким трусом за свою беспомощность и слабость. То, с чем я боролся, пряча его внутри себя, дабы не вызвать у кого-либо жалость и страх, вышло из меня именно сейчас, когда рядом она. Это та самая причина, почему я никого не подпускаю к себе близко, не считая Тэхена. Вот что из этого вышло. Пока я размышлял о своем внутреннем звере и жалел себя, дверь за моей спиной медленно открылась и закрылась. А я даже не спросил, в порядке ли она... Может, зверь это не то, что сидит во мне, а я сам? *** Саран прикрыла дверь и замерла, не решаясь сделать ни шаг вперёд, чтобы предупредить о том, что рана Чонгука открылась, ни шаг назад, чтобы проверить ее самой. Ее охватил страх. В тот самый момент, когда он схватил ее и с озверевшими глазами начал душить, она думала, что и правда умрет. Чонгук был силен. Силен так, словно это и вовсе был не человек. Саран задрожала, обхватила себя обеими руками и прислонилась к стене. Ее не покидало чувство тревоги и непонимания происходящего. Она напугана, раздавлена и опорочена человеком, которого называла братом искренне. На сердце у нее все ещё кровоточит рана, оставленная Намджуном, поэтому, став свидетелем панической атаки Чонгука, она окончательно лишена сил и способности здраво мыслить. Ноги все ещё дрожали, покрасневшая шея ныла от колющей боли и знобило ужасно. На ней все ещё была майка с тонкими лямками, оголявшими плечи. - Кажется, твой друг не в порядке?- раздался в стороне голос взрослой женщины. Она размешивала еду на сковороде, иногда поглядывая на измученную девушку. - Все хорошо.- соврала она.- Он скоро придет в себя. - Он приходит в себя уже много лет.- добавила старушка, качая головой и цокая.- Жалко парнишку. - О чем вы? Вы знаете Чонгука? - Он ведь сын Чон Бонхва, верно? Саран вновь замерла, переваривая услышанную только что информацию. Если Чонгук сын Чон Бонхвана, значит он брат Хосока? Разве такое возможно? Из всех людей в Корее, ее должен был спасти именно он? Почему он пришел ей на помощь, если клан Чонов враждует с кланом Кимов? Не собираются же они использовать ее как мишень для Намджуна? - Я лечила этого мальчика много лет назад.- ответила женщина, вновь вздыхая и вытирая руки об свой и без того грязный фартук. Саран копалась глубоко в своих мыслях, поэтому ее слова пропускала мимо ушей. На что она надеялась, убегая от того, от кого скрыться невозможно? Почему она доверилась совсем незнакомому человеку, отказавшись от того, кто всю жизнь о ней заботился?- Судьба снова занесла его ко мне. Он пережил многое, после смерти матери. - Не рассказывайте!- перебила ее Саран, слегка повысив голос. Она не хотела знать о Чонгуке то, что он сам не желал бы ей о себе рассказывать. Она только что стала свидетелем того, чего не должна была видеть, и реакции Чонгука было достаточно, чтобы не лезть куда не стоит. К тому же, они не настолько близки, чтобы знать друг о друге больше, чем знают сейчас.- Вам не нужно говорить мне то, что меня не касается! - Так ты же с ним приехала, детка. - Это ничего не значит. Мы просто знакомые, поэтому я ничего не хочу о нем знать! - Как пожелаешь.- улыбнулась бабушка, совсем не обидевшись на резкость и прямолинейность девушки.- Выпей это, чтобы согреться. И мальчику своему забери. Ему нужно набираться сил. Саран недоверчиво взглянула на глубокую тарелку, которую старушка поставила на стол и подвинула к ней. Она не видела такой еды никогда, но запах ей показался очень вкусным. Либо он и правда был вкусный, либо Саран очень сильно проголодалась, что готова было уплетать странный суп за обе щеки. Девушка замешкалась, неуверенная в своем решении попробовать еду, но голод победил, и она на дрожащих ногах направилась к столу и опустилась на мягкую подушку. - Хочешь, я тебе погадаю?- спросила женщина неожиданно, не успев сесть рядом с Саран.- Я вижу, что у тебя очень тяжёлая судьба, девочка моя. - Я не верю в это.- уверенно ответила Саран, хватаясь на столовые приборы и принимаясь за еду. - Ты должна оставить этого мальчика.- продолжала она. - У меня нет денег, чтобы вам дать, поэтому, прошу вас, прекратите. Мы поедим и сейчас же уйдем отсюда. - Мне не нужны твои деньги! Этот человек потеряет себя и виною этому будешь ты! Хочешь, чтобы всю жизнь тебя мучила совесть? Говорю тебе, оставь его! - Хватит, аджума! Зачем вы намеренно пугаете меня? - Ты зло!- вскочила женщина, и словно обезумевшая, напала на Саран. Она схватила девушку за тонкую блузку и вцепилась обеими руками.- Ты должна спасти его от себя! Слышишь меня!? Девушка дрожала под натиском старушки и в глазах ее серых собрались большие слезинки. Она сделала неудачную попытку подняться на ноги и откинуть от себя странную женщину, но ничего не вышло. Саран будто отяжелела на несколько сотен килограмм. Она хотела крикнуть, в надежде, что за открытой дверью на улице кто-то ее услышит и придет на помощь. Не успела. Помощь пришла сама, но вовсе нет с улицы, а с соседней комнаты, а именно, с комнаты Чонгука. Он здоровой рукой схватил девушку выше локтя и поднял на воздух, словно поднимают нечеловеческой силой. Саран отскочила в сторону, пошатнулась, и на миг забыв про обиду, что затаила на Чонгука, схватилась за край его футболки. - Не лезь к ней!- оскалил он зубы, глядя на старую знакомую сверху вниз. - Не для этого я тебя вылечила, чтобы ты кричал на меня из-за какой-то девицы!- гордо произнесла старушка, поднимаясь на свои больные, дрожащие колени.- Я пытаюсь уберечь тебя от беды. - Я не простил об этом! И лечить себя я вас не просил, понятно? - В тебе говорит дьявол.- произнесла женщина так, словно привыкла говорить это очень многим и очень часто.- Ты вовсе не такой злой, каким хочешь казаться. - Я и есть дьявол.- ухмыльнулся Чонгук, надвигаясь на обидчика Саран. С каждым шагом Чонгука вперёд, следовал ее шаг назад, и так до тех пор, пока спина ее, сморщенная и сутулая, не врезалась об бетонные стены холодной комнаты.- Ты сама его во мне разбудила. Что? Уже забыла? - Ничего подобного я не делала!- возразила она.- Я могу изгонять дьяволов, но не вселять их! Твой дьявол это твое порождение! - Мой дьявол сейчас проснётся, и убьет тебя прямо здесь.- стиснув зубы и стреляя огненными глазами, пробормотал Чонгук еле слышно.- Есть не хочешь, чтобы это прошло, закрой свой грязный рот и держи свои костлявые руки подальше от меня и от моего окружения! Женщина не успела возразить. Чонгук схватил за руку Саран, и выбежал с открытых дверей старого домика. Он боялся. Он жутко боялся того, что дьявол вновь проснётся перед ней. Она, такая хорошая и совсем невинная, не должна знать его настоящего. *** Саран плелась за Чонгуком, пыталась успеть за его широкими, размашистыми шагами, но выходило очень плохо. Выглядело так, будто ее тащат насильно. Будто она неживой человек, которого волочат по земле и куда-то несут. Когда же они оказались у мотоцикла, промокшего до ниточек, Чонгук наконец то выпустил ее руку. Он отряхнул свою кожаную куртку и бесцеремонно надел ее на девушку, что от страха и давления, боялась даже пикнуть словом. Слишком много всего с ней произошло за последние несколько дней. Ей была прощена ее рассеянность. Во-первых, Чонгук понимал ее беззащитность и беспомощность, во-вторых, ни одна девушка раньше не могла его заставить выйти из себя. Она была первая. Чонгука это совсем не устраивает. - Садись!- приказывает он, вытирая ладонью мокрое кожаное сидение мотоцикла.- Нам нужно уезжать отсюда. - Как же твоя рука? - С ней все в порядке!- бормочет он тихо, запрыгивая на свое сиденье и бросая на девушку недовольный взгляд.- Чего ждёшь? Саран повиновалась. Она села на промокшее сиденье и обеими руками ухватилась за талию Чонгука. Он был теплый, поскольку совсем недавно поднялся с постели. Дождь снова начал моросить. Он крупными каплями падал на кожаную куртку парня, и лениво скатывался по ней, приземляясь на колени Саран. Она не чувствовала сильного холода, только встречный ветер обжигал щеки и обветривал бледные ее губы. Руки крепко сжимали чужую футболку, обхватив руками талию, припрятанную под черной одеждой. Чонгуку же было все равно как на ветер, на начинающийся дождь, и на рану, что кровоточила выше локтя. Больно не было совсем. Ему не терпелось добраться до дома, закрыться в комнате и просто побыть одному. Внутри все сжималось от осознания того, насколько он слаб и одержим. Сердце колотилось от мысли, что он становится неуправляемым и слишком опасным для людей, которые его окружают. Нужно избавляться от того, что в нем сидит. Саран прикрыла глаза и не открывала их до тех пор, пока мотоцикл не притих и не начал медленно останавливаться. Перед ними стояла заведённая машина, с окна которой высовывался парень с кучерявыми, каштановыми волосами. Это был единственный человек, никогда не умеющий отказывать Чонгуку. - Садись в машину.- указал он девушке на парня.- Дальше поедешь с Тэхеном. Саран замялась. Ей не хотелось ехать с совершенно незнакомым человеком, хотя вчера она это уже сделала. Теперь она знает, кто такой Чонгук и каким человеком мог родиться сын Чон Бонхвана. Что, если его подослал отец, чтобы шантажировать Намджуна? Что, если он вообще планирует убить ее после того, как он добьется от Намджуна того, чего хочет? - Не поеду!- произнесла она уверенно, но еле слышно.- Я доверилась тебе, потому что была в отчаянии, а ты... Совсем нет сердца? - Есть.- холодно ответил Чонгук.- Поэтому я и здесь. - Ты подонок!- выговорила она твердо, решительно, и без капли страха.- Самое омерзительное, что может сделать человек, это предать доверие другого! - Сядь в машину.- бесцеремонно пробормотал брюнет, морщась от боли, захватившей раненое плечо.- Я позвал Тэхена, потому что ты слишком легко одета. - Ты... Ты убьешь меня? - Нет!- устало фыркнул Чонгук, чьи силы и правда было уже на исходе. - Думаешь, я поверю в это!? - Послушай!- хватает он ее за руку грубо и тянет к себе, сокращая расстояние.- Кажется, у меня было множество шансов убить тебя, если бы я хотел это сделать! Не забывай, что мы находимся в богом забытой деревне, где твой труп, зарытый в земле, никто не найдет! Думаешь, я вытащу тебя отсюда и убью в городе? Саран замолкла. На перечисленное парнем аргументов у нее совсем не осталось, поэтому девушка смирилась с тем, что хочет она этого или нет, ей придется играть по правилам Чонгука. Большие глаза удивлённо смотрели на разъяренный взгляд напротив. Чонгук злился за свою жестокость по отношению к ней, Саран злилась за свое желание покориться ему. Ее запястье, посиневшее от крепкой хватки, заныло от боли. Парень отпустил ее нехотя, словно прирос к ней. Раньше ему никогда не приходилось стыдиться того, что он причинил кому-то боль. Сейчас это было впервые. - А ты?- еле выдавила из себя девушка. - Приеду за вами. Ну же, иди! *** - Ты не собираешься убирать отсюда весь этот хлам!?- вспылила Хвасу, вновь застав брата в чужой гостиной с кучей аппаратов и компьютеров.- Сколько можно терпеть этот беспорядок? - Я пытаюсь собрать мощный процессор для компьютера, который очень скоро куплю на деньги, полученные от Чонгука. - Твои компьютеры и так валяются на каждом шагу! Айщщ, бесит! - Ты чего взгрелась?- оторвался Чимин от своей работы, надувая губы и указывая пальцем на дверь, ведущую в спальню сестры.- Тебе вообще следует сейчас спать! Время видела? - Видела! А сам то что? Лунатиком заделался? Твоя хакерская голова не будет работать, если ты будешь спать по ночам! - Я жду Чонгука!- коротко и ясно ответил блондин, намекая на то, что разговор на этом может быть окончен.- Иди спать! - Чонгук!- фыркнула Хвасу, складывая перед собой руки и недовольно цокая.- Раздражает! - В чем твоя проблема!? Тебе что, заняться нечем? Может попробуешь позаниматься перед парами, ради разнообразия, раз некуда энергию девать? Может какой-то толк выйдет. И прекрати фыркать каждый раз, когда речь заходит о Чонгуке. Между прочим, мы вчера ночью твоей подруге жизнь спасли! Если бы не Чонгук, один черт знает, чтобы с ней случилось! - О чем ты?- вытаращила она на брата удивлённые, большие глаза.- Какой подруге? - Той, с которой ты проект готовила. Не помню её имени. - Саран... А что с ней случилось? - Вот придут Чонгук с Тэхеном, тогда и спросишь.- отмахнулся Чимин от назойливых вопросов.- Не мешай мне работать! - А причем тут Тэхен!? - Притом, что там где Чонгук, там же и Тэхен! Отстань Хвасу! - Так кто ее спас?- не унималась она, раздражаясь при каждой мысли о Тэхене. - Да, черт! Говорю же, они вдвоём! Тэхен забрал ее и держит на нашей старой квартире! Хвасу снова фыркнула, привычно для брата топнула ногой, и бросив на него недовольный взгляд, скрылась в своей комнате. Она замерла у зеркала и сквозь тусклый свет в комнате, начала разглядывать свое лицо. Бледное, безжизненное, тусклое и словно неживое. Глаза опухшие, на щеках нет естественного для девушки румянца, пухлые губы обветрились, потрескались от холода и стали совсем не соблазнительными. Потрёпанные волосы небрежно падают на плечи, делая ее внешний вид ещё более безобразнее. Что с ней не так? Когда она стала такой неживой и тусклой? Она сравнивает себя с Саран и не находит ничего общего между ее женской природой, и своей. А ведь она тоже могла бы быть такой же нежной, хрупкой, и женственной, как она. Ведь мальчики любят именно таких, верно? От нее пахнет наркотиками. Она это чувствует отчетливо, точно так же, как и понимает, что такое понравится в девушке не может. За такое не любят. Таких ненавидят, или, что еще хуже, жалеют. Жалость это последнее, что она хотела бы получить от Тэхена. Хвасу не принимала ничего уже несколько дней. Не принимала не потому, что было нечего. Не принимала, потому что захотелось стать лучше... Не ради себя. Ради себя она никогда ничего не делала. Просто хотелось на глазах у Тэхена выглядеть той, в которую можно влюбиться. Не той обкаченной наркотиками девушкой, которую нужно забирать с вечеринки, а той правильной, к которой тянутся за душевным спокойствием. Впервые в жизни у нее появилось желание изменить себя... Из глаз скатились предательские слезы. Неужели это и есть любовь? Неужели всегда так больно осознавать свою слабость перед кем-то? Не так красиво и романтично, как ее описывают в книгах и в фильмах... В жизни все оказалось совсем по другому. Она дрожащими руками выковыривает с полки, среди прочего хлама, небольшой канцелярский нож и вновь замирает, глядя на него так, будто не понимает, для чего вообще его достала. Потом медленно подносит к запястью, и капли красной крови пачкают дорогой паркет в комнате. Нож соскальзывает с руки и с грохотом падает на пол. Хвасу еще несколько секунд наблюдает за своим отражением в зеркале, а потом ее силы сдают. Ватное тело падает на пол следом за ножом. Все еще открытые глаза мутно видят перед собой тень человека за дверью. До ушей доносится голос брата. Хвасу не хочется, чтобы Чимин зашел в комнату именно сейчас, потому что она не успеет умереть. А ей хочется исчезнуть, чтобы больше никогда не чувствовать себя жалкой. - Хвасу!- доносится по ту сторону двери голос Чимина.- Ты в порядке? Давай поговорим? Ты слышишь меня? Хвасу, если тебя что то беспокоит, ты можешь поделиться со мной. Знаю, тебе сейчас не хватает мамы, но... Если хочешь, я могу побыть для тебя и в роли мамы тоже. Я ведь люблю тебя не меньше нее, знаешь? Хвасу... Пожалуйста, открой. У нас нет никого, кроме друг друга. Давай не будем молчать, когда нам плохо? Я не буду больше злиться на тебя или ругаться. Даю мужское слово. Открой, Хвасу. Чимин ничего не слышит в ответ, помимо своего уставшего голоса. За Хвасу становится страшно с каждым днём всё больше и больше, потому что она меняется молниеносно. Чимин сразу чувствует, когда она перестает принимать наркотики. В эти дни он за нее боится ещё больше. Она впадает в депрессию и творит всякую ерунду. В прошлый раз Хвасу порезала себе волосы, а до этого ради шутки написала брату смс с текстом "Я только что убила человека". Чимин тогда с ума сходил, потому что нигде не мог найти ее. Как оказалось, она просто зависала в магазине украшений, совсем забыв о том, что уже ночь и пора возвращаться домой. - Я вхожу!- выкрикнул Чимин, медленно опуская ручку и толкая дверь.- Почти вошёл! Дверь медленно распахнулась. Чимин переступил через порог и замер... Его сестра... Его любимая сестра лежала прямо перед ним с разрезанными венами и умирала... Блондин окаменел от страха и паники. Его сердце замерло и совсем перестало дышать. - Хвасу...- прошептал он тихо в надежде, что это очередная шутка девушки.- Вставай, Хвасу... Это совсем не смешно! Но Хвасу не вставала. Глаза ее были прикрыты а тело, словно невесомое, спокойно лежало на грязном от крови, полу. Чимин пошатнулся. Он камнем упал на пол, и начал дрожать словно от судорог. Телефон - пронеслась в голове мысль, но... Ему настолько страшно, что он даже не может вспомнить номер скорой помощи. Ищет его среди контактов, как будто заносил этот чертов номер в свой телефон, и не находит. Единственный номер, который часто бросается ему в глаза, это не сохраненный номер Юнги. Но Юнги, он... Он же Юнги! Плевать ему хотелось на Чимина и на его непутёвую сестру. Он просто пошлет его ко всем чертям собачьим и все! - Вы только посмотрите!- ухмыляется голос по ту сторону телефона.- Что, соскучился по мне? - Юнги....- дрожит голос блондина. Он не может взять себя в руки, собраться с мыслями и связать несколько слов, чтобы донесли до Юнги свою проблему.- Юнги... Моя сестра... - Что? - Помоги, пожалуйста... Скорая... - Скорая? Тебе что, плохо? - Моей сестре... Пожалуйста, быстрее! Звонок обрывается. Чимин не понимает, это пропала связь, или Юнги сам отключил. Чимин сейчас ничего не понимает. Он сидит, забившись в угол, когда врачи скорой помощи щупают пульс полуживой девушки и на носилках выносят ее из дома. Он сидит, забившись в угол, когда врач спрашивает подробности о здоровье девушки. Чимину просто страшно. Ему всего 16 лет. Он все еще ребенок и он напуган. Его пугает мысль о том, что он не проследил, не справился с задачей брата и то, что произошло сегодня, это полностью его вина. Он был так занят Чонгуком и его заданиями, что просто забил на свою сестру, зная о ее слабостях и состоянии. - Кем вы приходитесь девушке?- спрашивает мужчина в белом халате. Он видит, что блондину не по себе, но все же, не перестает вести допрос.- У ее есть аллергия на какие нибудь препараты? Молодой человек, вы меня слышите? Кем вы ей приходитесь? - Он брат!- заглушает звонкий голос врача хриплый, тяжелый голос неожиданно появившегося Юнги.- Он ответит на ваши вопросы в больнице. Мужчина в белом халате кивает, и наконец то уходит. Чимин продолжает сидеть на полу, приобняв колени и уставившись на одну точку. Даже голос Юнги не вывел его из шокового состояния. Брюнет косится на небольшую лужу крови где минуту назад лежала Хвасу, и вновь переводит взгляд на Чимина. Сейчас он еще больше походит на ребенка. Или на ягненка, загнанного в угол волком. - Поднимайся.- хватает его старший выше локтя и тянет.- Соберись, Чимин! Нам нужно ехать в больницу. *** Саран устроилась на полу, свернувшись в плед и опустив голову на колени. Прошло уже полчаса, как Тэхен привез ее сюда, а Чонгука все нет. Тэхен, по просьбе друга, разжег камин и начал что-то готовить на кухне. Странно, совсем недавно он залетел на эту квартиру с оружием в руках и угрожал убить Хвасу, а теперь он хозяйничает у нее на кухне и ведет себя так, будто находится у себя дома. - Я могу позвонить?- раздается писклявый голос Саран, развевая мысли о Хвасу. - Не можешь.- отвечает Тэхен грубо, даже не поднимая голову.- Кому ты собралась звонить? - Своей няне... Она, наверное, за меня волнуется. - Чонгук не разрешил давать тебе телефон. Прости. - Ты всегда слушаешься Чонгука?- пробормотала Саран, с мыслями задеть этим самым Тэхена. - Только когда дело касается тебя. - Что он собирается со мной делать? - Ничего плохого.- наконец то поднимает голову Техен.- И против твоей воли тоже ничего. Отношения с твоим братом никак не связаны с тем, что он помог тебе, если ты это имеешь ввиду. - Намджун найдет меня в любом случае!- выговаривает резко она, то ли с угрозой, то ли с огорчением.- Лучше бы я с ним не сбежала. - Не переживай на этот счет. Чонгук отпустит тебя обратно, если ты этого захочешь. - Ты тоже его брат?- неуверенно спрашивает Саран. Фамилия Чон ее приводит в ужас, а этот парень, кажется, совсем не похож на члена семьи с этой фамилией. - Не по крови.- отвечает Тэхен, вновь принимаясь за готовку.- Но брат. Тебе не нужно его бояться. Таких настоящих людей, как Чонгук, ты можешь больше и не встретить. Саран хотела ответить на чувственное признание парня, но не успела. В прихожей послышался звук, а спустя несколько секунд у порога появился Чонгук с перевязанной рукой. Он облегченно вздохнул, увидев перед собой согревшуюся девушку с румянцем на щеках. На душе вдруг стало спокойно и тепло. Возможно, потому что Саран в безопасности. Это короткое счастье может причинить ему боль, но он об этом думать не хочет. Сейчас, в эту минуту все хорошо, а это главное. - Все в порядке?- улыбается Тэхен при виде друга. - В полном.- коротко отвечает брюнет, показывая перевязанную руку.- Спасибо, Тэхен... - Давай без этих соплей! Тебе нужно отдохнуть, поэтому... Тэхен не успевает договорить. Его прерывает телефонный звонок. - Юнги...- вычитывает Чонгук запись на экране.- Что, мать его, он хочет? Брюнет на миг забывает о том, что здесь находится Саран. Он теряется, глупо краснея за не очень красивые слова, сорвавшиеся с его губ в порыве злости. Саран словно замерла на его лице, не отрывая своего взгляда. Она словно пыталась прочесть его, угадать мысли в его голове. Что заставило ее довериться ему? - Какой у тебя адрес?- невнятно выговаривает Юнги, как только брюнет нажимает на зеленый значок. - Меня нет сейчас дома. - Мне просто нужен твой гребаный адрес! - Зачем?- повышает голос брюнет, в ярости швыряя на диван свою грязную в крови футболку.- Что у тебя в голове, ублюдок? - Я не знаю, блядь, что происходит! Чимину нужна скорая, поэтому быстрее говори свой адрес! - Что с ним? - Черт, что то с сестрой. Ну же, Чонгук! - Йонсану-гу.- бормочет Чон, указывая удивленному Тэхену на входную дверь.- Хонган-дэро 387. - Хвасу заберут в больницу Кен-хи!- шепчет Чонгук еле слышно, закончив разговор с Юнги и потянув на себе друга. Тэхен слышит прекрасно, но ничего не понимает. После слова Хвасу в его голове все отключается. - Что? - Что то случилось с Хвасу.. Больница Кен-хи. Тэхен до конца не слушает. Он срывается с места и ломится к двери, слегка напугав Саран, которая после имени Юнги, изменилась в лице. Чонгук делает вид, что все в порядке, но ему чертовски не по себе после разговора с Юнги. Его подташнивает и он, грубо говоря, чувствует себя выжатой тряпкой. - Что случилось?- поднимается с пола Саран.- Что-то с моим братом? Тебе звонил Юнги? - Откуда ты знаешь Юнги? - Что с моим братом?- игнорирует она вопрос, сжимая пальцы в кулак и мысленно проклиная себя за то, что бросила его. - Откуда ты знаешь Юнги?- вновь повторяет Чонгук свой вопрос. - Я ничего не скажу, пока не буду уверена, что с ним все в порядке! Чонгук срывается с цепи. От швыряет стул, оказавшийся у него на пути и схватив девушку за шею, толкает и придавливает ее к стене. Саран тянется руками к чужим пальцам, сжимающим ей шею. Дыхание перекрыто, легкие перестают работать, ноги отрываются от земли, и Саран понимает, что задыхается. Перед ней стоял не Чонгук, а что-то до ужаса страшное. Даже глаза были не те... На этот раз Саран не смогла сдержать слезы. Горячие капли потекли по щеке и спрятались в руке Чонгука, сжимающего ее шею. Что я делаю?- жалобно произнес внутренний голос Чонгука.- Зачем, черт возьми, я причиняю ей боль? Рука его слабеет. Пальцы разжимаются и Саран, такая красивая и такая хрупкая, соскальзывает с ее рук. Молчит от страха, словно рыба, и по-прежнему не может оторвать от него взгляд. О чем она сейчас думает? Ненавидит? Презирает? Жалеет? - Речь не шла о твоем брате.- выговаривает Чонгук, выровняв свой дрожащий голос.- Я не держу тебя... Ты можешь идти к нему, если хочешь. Он развернулся и прошагал в сторону своей комнаты. - Почему ты помог мне?- срывается с губ Саран. Это было последнее, что она хотела бы узнать прежде, чем уйти. - Почему помог тебе?- остановился он, не разворачиваясь лицом, дабы не показать слезы, наполнившие глаза. - Потому что не смог помочь своей матери...