По законам военного времени

Северус открыл глаза и очутился в… библиотечном зале? Зал был поистине огромен, бесконечные ряды полок, заставленные книгами, уходили вдаль, теряясь в тумане. Что это? Значит, он попал в какое-то промежуточное место между жизнью и смертью? Северус пошел вперед. Идти было неожиданно тяжело, вязко, как в воде, и Северусу захотелось присесть. Как по команде прямо перед ним, возле камина, в котором танцевало оранжевое пламя, появилось кожаное кресло, большое, удобное. Рядом с креслом стоял журнальный столик, на котором лежало несколько книг. Северус обессиленно упал в кресло и вытянул ноги к огню. Бездумно протянув руку, он взял наугад один из томов. «Магические минералы и их применение в лечении темномагических нервных расстройств». Читал, конечно, но сойдет. Здесь он и подождет, пока за ним не придут. Некоторое время он просто сидел и читал. Иногда у него что-то покалывало в груди, он слегка покашливал, и во рту появлялся металлический привкус крови. Странно, он не думал, что здесь можно… болеть? В любом случае, долго ему ожидать не придется. В глубине зала открылась дверь, и в зал вошли Лили Поттер, Джеймс Поттер и Сириус Блэк. Это их прислали за ним? Северус с трудом поднялся. Придерживаясь рукой за кресло, он начал: — Лили… — Северус! — перебила его Лили. — Тебе нельзя здесь быть! Что это значит — нельзя?.. Как это — ему здесь нельзя? — Северус, немедленно уходи! Краем уха он слышал какие-то крики, будто где-то вдалеке работало колдорадио. Вот так, давай, быстрее Северус, дыши! Дыши, твою мать! Кингсли, помогай, до Мунго он не дотянет! Ты убираешь пули, я прижигаю сосуды. Только кусок легкого не убери невзначай... А если сам знаешь, так давай осторожно, внимательно, по одной… Вот так... — Но, Лили, как же, почему мне нельзя здесь быть? — Снейп, убирайся отсюда, немедленно! — подключились Поттер и Блэк. Северус начал медленно закипать. Проклятущий олень и поганая псина и здесь, что ли, не дадут ему покоя? Я удалил пули, но кровотечение очень сильное Мистер Сметвик... Северус, если ты слышишь меня, постарайся поверхностно дышать и ни в коем случае не кашлять — Если вы, придурки, думаете… — Сопливус, сам придурок, убирайся отсюда, тебе здесь нельзя находиться! — Блэк, как же ты меня достал — и здесь! Открылась дверь, и в зал поспешно вошел, почти вбежал, Дамблдор. — Альбус! Наконец-то! Вы меня заберете? — Северус, дитя мое! Тебе никак нельзя здесь находиться! Миссис Уизли-Блэк, я смог остановить кровотечение, но теперь необходимо, чтобы самопроизвольно запустился процесс магической регенерации тканей. Так вот он, по каким-то причинам, не запущен. Как если бы он не хотел больше жить… Гермиона, сэр. А если каким-то маггловским способом, дефибрилляция… Гермиона, у магглов он бы уже умер, не дожил бы до экстренной операции или не пережил ее. Он должен как-то захотеть вернуться, остальное его тело сделает за него. Именно так лечатся маги — Альбус, я абсолютно не понимаю, почему вы все гоните меня. Конечно, эти двое идиоты, и Лили права, что не хочет иметь со мной дело, с учетом всех моих подвигов, но вы! Разве я не выполнил в точности все ваши приказы? — Все так, мой мальчик, все так, но тебе еще рано сюда, понимаешь? Снейп, блядь, ну ебаный же ж на хуй! Если ты оставишь Гарри и нас с Герми вдовцами! Я тебя и на том свете найду, я ж тебе все контрольные в жопу запихаю! Рон, не ори так! Гарри, ты куда? Я что-то попробую… Оставайтесь тут с ним — Абсолютно не понимаю, Альбус! — Северус повысил голос и тут же, закашлявшись, вынужден был сесть в кресло. — Ведь я же умер там, в мире живых! По диагонали от первой двери за спиной у Северуса открылась другая дверь. Северус обернулся в кресле и обмер. В двери стоял Гарри. — Гарри… НЕТ! НЕТ ЖЕ! Он тебя достал? — Северус, нет, что ты, я жив. Я пришел сюда за тобой. Я пришел забрать тебя домой. Северус обернулся к группе стоящих у противоположной стены. Они выжидательно глядели на него. — Он умер, да? Лили? Альбус? — Северус, он сказал тебе правду. Он жив. — Но?.. Но как? — Почему бы тебе не спросить у самого Гарри? — Северус, я жив. Мне разрешили сюда за тобой прийти. — Тебе разрешили… Кто разрешил? — Ты же помнишь, что я Повелитель Смерти. Старшая палочка, Мантия-невидимка, Воскрешающий камень — я собрал их все. Так вот, я отдал их Смерти в обмен на твою жизнь. — Ты сделал что? — Ну, не совсем так, — заторопился Гарри. — Ты еще жив, понимаешь? И Смерть пустила меня сюда, чтобы я тебя забрал. Если ты захочешь отсюда уйти, — последние слова Гарри проговорил, глядя в пол, точнее, в клубившийся у него под ногами туман. — И за это ты отдал Дары? — Нет, понимаешь, Смерть сказала, что никто не отдал бы такое могущество за одну возможность только поговорить с человеком, который может и не захотеть вернуться, и поэтому Дары должны остаться у меня, а я должен оставаться Повелителем Смерти… — Гарри, мой мальчик. Я был прав, я не ошибся в тебе, Гарри! — растроганно сказал Дамблдор. — Так, Гарри, забирай его отсюда. Ему здесь не место, — деловито сказал Блэк. Северус снова начал злиться. — Блэк, да кто дал тебе право… — Сириус, ты не помогаешь. Он ничего не может понять, а ты на него кричишь. Северус, ты еще жив, но ты в коме. Сметвик сказал, что ты, ну как бы... не хочешь жить, и поэтому ты не выздоравливаешь. Пойдем со мной, побыстрее. Пойдем. Зачем тебе сюда. Твое время еще не пришло. — Я теперь понял, Гарри. Но ты знаешь, я так устал, а там мне так больно… Я не могу встать с этого кресла, и я все время кашляю… Я уж побуду здесь, посижу тут, почитаю. Тут много книг, я подожду, пока мне будет можно двигаться дальше. — Северус… — тут лицо Поттера исказилось, а голос сорвался. — Прошу, не оставляй меня, не оставляй! Я не смогу без тебя, не бросай же хоть ты меня! — Но, Гарри, кто же еще тебя бросает? У тебя Рон и Гермиона, и ты еще так молод, ты найдешь себе кого-то. А я так устал… Так будет лучше, правда. Для всех. — Молод, говоришь? Найду себе еще кого-то? А ты — ты нашел? Наступило молчание, иногда нарушавшееся покашливанием Северуса. — Северус, что мне сказать, что мне сделать? В чем поклясться, чтобы ты вернулся? Я не умру без тебя, не стану этого говорить, это неправда. Я буду жить, буду как-то приводить в порядок тот хаос, который остался после войны. Там моя семья, Уизли, Малфои, Люпины, мой крестник Тедди, я их не брошу. Буду как-то существовать через силу, стиснув зубы. Возможно, я даже женюсь, когда мне совсем уже горько станет быть одному и смотреть на чужое счастье. Только на девушке. Никогда и ничего у меня не будет ни с одним мужчиной, ведь другого такого же нет и не будет. Да и женюсь я в основном ради детей. Она родит мне двух мальчиков и девочку. В них будет весь смысл моей пустой серой жизни. Дети дадут мне силы проживать день за днем, чтобы, дождавшись ночи, надеяться увидеть тебя во сне. Я солью воспоминания о нашей первой ночи в думосбор, буду просматривать раз за разом, вспоминать, что у меня было и что я потерял… А когда мой старший ребенок подрастет достаточно, чтобы отправиться в Хогвартс, я приведу его на платформу 9 ¾, и все, абсолютно все, будет там напоминать мне о тебе — снова, и снова, и снова… Ты опять скрываешься за этими пустыми словами «ты молодой», «ты еще найдешь себе кого-то», ты опять забываешь, что я не такой, как все. И ты знаешь, что я сейчас не лгу — ведь знаешь, правда? Я знаю, жить больно, я знаю. Я знаю, ты устал. Я помогу тебе, мы будем вместе. А ты поможешь мне. Мы только вместе сможем выздороветь, Северус. Северус, не двигаясь, широко раскрытыми глазами смотрел на Гарри. — Гарри, я... я попробую, но только, если смогу сейчас встать и дойти до этой двери, понимаешь? Потому что если нет… Я не хочу лежать овощем до конца дней, пожалуйста, пойми! — Северус, значит, ты должен! Должен встать и подойти сейчас же ко мне! — Гарри, я же пытаюсь, но я, правда, так устал, наверное, я слишком долго здесь уже пробыл… — Снейп! Ты можешь встать, ты просто не хочешь! — орал Джеймс. — Так, Сопливус, что за капризы, встать! Быстро встал, бегом! — надрывался Блэк. — Северус… — мягко уговаривала Лили. — Ты же понимаешь, что все зависит только от тебя. Тебе следует только захотеть. Ты же видишь, как ты нужен Гарри, мальчик совсем один… — Она даже приложила платочек к глазам, знала, на какие кнопки жать. — Северус, дитя мое, — это Альбус. — Северус, ты же понимаешь, что нужен Гарри, ему нужны твоя поддержка, твои советы, твои знания… Чтобы этот да не знал, на какие кнопки жать! — Так, замолчали немедленно, все, — приказал Гарри необычайно холодным тоном. — Он должен сам захотеть, таково условие, и нечего на него орать и манипулировать им. Он снова обратился к Северусу. — Северус, тебе кажется, что ты не можешь идти. Ты можешь — но ты не хочешь. Ты здесь можешь все — только если захочешь. Ты думаешь, что там, в мире живых, нет ничего для тебя. Ты ошибаешься. Дай мне шанс тебе это доказать. Если ты ничего не ждешь — значит, тебе все равно, куда именно заведет тебя наше путешествие. Тогда позволь мне тебя вести. Главное, что мы будем вместе. — Откуда ты знаешь, что так можно — захотеть уйти отсюда? — Я здесь уже был. Итак — ты дашь мне руку, и мы вернемся назад вместе? — Гарри, да. Я решил. Я возвращаюсь с тобой. С этими словами Северус медленно поднялся и, не сводя с Гарри взгляда, пошатываясь, сделал шаг к нему. И еще шаг. И еще. Гарри ждал в дверях, протягивая к нему руку. Когда до Гарри уже оставался только шаг, Северус вдруг вспомнил, какой вопрос он хотел задать Лили… Но если он сейчас возьмет Гарри за руку, они отсюда исчезнут в тот же миг. Остановившись в шаге от Гарри, он повернулся было к Лили: — Лилс, я только хотел спросить... Заметно разгневанный Дамблдор в несколько шагов оказался рядом с ним. — Северус, право, ты невыносим! На тебя никакого терпения не хватит! И с этими словами Дамблдор откуда-то взявшимся у него посохом больно ткнул его в спину, и Северус практически влетел в объятья, раскрытые для него Гарри. Сила толчка была такова, что они оба выпали в раскрытую дверь вон из этого зала, они летели, кувыркаясь, по какому-то тоннелю, где тьма постепенно расступалась, пока не вынырнули на дневной свет... И Северус обнаружил себя висящим под потолком в своей старой комнате на Гриммо, а на кровати лежало без движения его же собственное тело… Ну, Поттер! Говорил Сметвик, его слушали заплаканная Гермиона и бледный Рональд: — ...процесс регенерации пошел, он находится теперь в магической коме. Теперь только время. Но его может потребоваться немало, он очень истощен, несколько лет жил на зельях-энергетиках, не оправился от укуса змеи, теперь такое тяжелое ранение… — Сколько, вы думаете, может… — Около полугода, я думаю. Плюс-минус, но, Гермиона, главное, что теперь он наверняка выздоровеет. — Но сколько времени у него продолжалась остановка сердца? Мозг был без кислорода?.. — Вот поэтому так важен был процесс регенерации, Гермиона — уверяю вас, никаких последствий не останется. Он полностью выздоровеет. Просто выполняйте мои указания — питательные зелья, регенеративные зелья, массаж от пролежней. Прислать вам эльфа-специалиста? — Да, пожалуйста, по крайней мере, до тех пор, пока Кричер и Добби не освоят... Открылась дверь, и вошел Гарри. Он выглядел осунувшимся и безумно уставшим. — Гарри! Мистер Сметвик говорит… — Как долго? — перебил Гарри, пожимая руку Сметвику. — Вы уже знаете, это хорошо... Полное восстановление займет около полугода. — Полгода. Не так уж и плохо. Я было боялся… — Гарри прервался и замолчал. — Гарри, — осторожно начал Рон. — Ты что-то… — Рон. Не сейчас. — Конечно. Конечно, Гарри. — Мистер Сметвик, не знаю, как вас благодарить за Северуса. Нам с вами следует познакомиться поближе. Я собираюсь занять пост в аврорате. Мне теперь есть что защищать. — Мистер Поттер, мы с вами сработаемся, если вы и ваши люди не будете слишком частыми гостями у меня в Мунго. — Я сделаю для этого все возможное, уверяю вас, мистер Сметвик. — Гиппократ. — Гарри.

* * *

Отделавшись, наконец, от супругов с их зельями (Гермиона) и вопросами (Рон) и оставшись в комнате Северуса один, Гарри подошел к кровати и, не раздеваясь, а только стащив с себя ботинки, упал рядом с Северусом, обхватив его руками. И тут Северус, кулем свалившись в собственное тело, позволил себе наконец потерять сознание.