последнее лето

      хенджин непонимающе смотрит на вытянутый кулак джисона.       — что? — джисон берет его руку, вкладывая туда конфету, игнорируя то, что его собственные от этого касания начинают гореть. — зачем?       — ты не любишь такие? мне нравятся со вкусом вишни, — он, кажется, собирался проигнорировать все вопросы, — просто в кармане нашлись, не подумай ничего, — он почесал затылок, уводя взгляд, — я не облизывал ее или что-то такое, могу другую дать. — хан снова начал рыться в карманах, но был остановлен.       — нет, все нормально. спасибо, — хван положил ее на тумбочку в коридоре. — и за то, что составил мне компанию сегодня.       младший зарделся, в очередной раз начиная бегать глазами. хенджин стоит совсем рядом, джисон может почувствовать слабый одеколон, смешанный с запахами самого хвана и сирени. под вечер он закрыл окно, в доме стало немного душно.       — не за что. — слова куда-то под нос. возможно, он закрыл перед хенджином дверь слишком быстро.       хван переложил конфету себе на комод и продолжал гипнотизировать ее взглядом на протяжении десяти минут.       — какого черта я делаю? — хватает конфету и быстрым движением отправляет ее в рот.       немного кислит, но сладкая. совсем как джисон.       в спортзале шумно, хенджин едва не получил мячом по голове, но это ситуация стандартная. он кивнул всем, с кем встретился взглядом, и поймал чей-то мяч.       — о, привет, — чан виновато чешет затылок, уже весь мокрый, словно находится здесь с самого утра. — сегодня играем другим составом.       хван кивает и начинает разминаться.       он, бывало, зависал в одной позе на несколько мгновений, чувствуя после этого на себе непонятливые взгляды. в голове беспорядок. хенджину неуютно, потому что от глупых мыслей возникают другие, которые приводят к многочисленным загонам. как бы он не пытался думать о чем-то хорошем, все это постоянно приводило в тупик. к тому, что его жизнь не имеет никакого смысла.       оставили бы его родители, будь его жизнь ценной хоть немного?       он звонко хлопнул себя по щекам и опешил, заметив джисона в противоположном углу зала. тот сидел на козле и громко разговаривал с минхо, который пытался тренироваться.       джисон повернул голову, когда минхо весело послал его на три буквы, и увидел пялющегося на него хенджина. одними губами он произнес «привет», растягивая их в улыбке. хван не сдержал ответной, но была она более слабой и неуверенной.       чан сегодня жалеть их не собирался, поэтому играли они больше партий, чем обычно. джисон тоже пару раз выходил на поле, но, будучи совсем невыносливым, быстро садился обратно.       хенджин слишком хорошо ощущает на себе его взгляд.       из-за этого он никак не мог сосредоточиться, принимать мячи, и в целом стал хуже играть. чан отправил его на скамейку.       — привет. — хан качнулся вперед-назад и придвинулся ближе.       — привет, — хенджин смотрит на поле, джисон на хенджина, — ты слишком пялишься.       — что? тебе кажется.       — но ты все ещё смотришь на меня. — он поворачивается и ловит его взгляд.       — нет.       хван решил, что спорить с ним бесполезно. джисон выглядел обиженным, как будто это хенджин на него пялился беспрерывно, а не наоборот.        — вообще-то, — подаёт голос младший, — это ты на меня пялился в день моего приезда. я понимаю, что пиздецки красив, но все же стоило сдержать себя.       — я не пялился. просто вижу плохо. — зрение у него отличное.       — ври больше.       джисона послали за питьем для всех ребят, и он едва притащил его, потому что оказалось слишком тяжело. от помощи хенджина он отказался.       хван ломал себе голову, думая об отношении джисона к нему. буквально недавно они разговаривали обо всякой чепухе, обменивались глупыми шутками и смотрели аниме весь вечер. что стало сейчас? почему он стал всячески избегать его и относиться так, как в первое время?       он усмехнулся мыслям о том, что, возможно, не был джисону интересен ни капли, и нужен тому был лишь человек, с которым можно потусоваться.       вся до этого играющая свора подбежала к хану, чтобы разобрать напитки. у того пальцы покрасневшие, и запястья потирает — все же тяжело тащить столько бутылок в одном пакете. хенджин невольно смотрит на чонина, который выхватывает у минхо предложенную ему бутылку и показушно отворачивается. ли усмехается и идет с чаном к колонке, чтобы освежиться.       джисон, отвернувшись, вкладывает ему ледяную банку фанты в руки, тут же отходит, делая вид, что с кем-то разговаривает. хенджин не станет бежать за ним и пытаться выяснить отношения. в своей голове постоянный беспорядок, лезть в чужую совсем не хочется. джисон не выглядит как тот, кто знает, чего хочет от своей жизни.       дома его встречает ставший привычным запах сирени и сквозняк, потому что под вечер поднялся сильный ветер. хван ставит чайник на газ и достает противный иван-чай, который пьет редко, чтобы встряхнуться. весь день он чувствовал себя как тающее желе, и дело даже не в жаре. джисон рушит всю его внутреннюю стабильность своей неоднозначностью.       хван садится на то же место, где сидел в день их милого чаепития, и смотрит напротив, туда, где был хан. в голове его силуэт возникает, поэтому хенджин тут же встает, лишь бы не думать обо всем этом. он слишком много думает о джисоне в последнее время.       когда он наливает кипяток, дергается, потому что на чердаке слышит какой-то шум. хенджин не из смелых, поэтому сильно надеется, что это простая кошка, или мышь. кто угодно.       и лучше бы это был какой-нибудь монстр, что убьет его через полминуты после встречи, чем курящий хан джисон.       — о, привет. — говорит, выпуская дым в маленькое окошко.       — что за шум?       джисон кажется далеким, несмотря на то, что сидит всего в нескольких метрах. ближе, чем в их прошлую встречу здесь. его лицо подсвечено тусклым экраном мобильного с темной темой, и красным огоньком сигареты.       — споткнулся, вот… — чешет затылок рукой с телефоном, смотря на ночное небо.       хенджин не станет спрашивать, почему он сидит на его стороне чердака. не станет спрашивать, какого черта он так к нему относится. не станет и о том, что творится у него в голове. у хенджина и своих проблем хватает.       — ладно, пока. — говорит, разворачиваясь.       — подожди… не хочешь посидеть со мной?       «что?»       — мы сегодня и не поговорили толком.       — из-за кого, по-твоему?       — что?       — ничего. не хочу здесь сидеть. холодно, — хан заметно пригрустнул. — ты можешь попить у меня чай.       тот вскакивает, стряхивает пепел в окно и ищет взглядом банку с окурками. в темноте видно совсем плохо, поэтому он включает фонарик. увидев банку возле противоположной стороны, он оглядывается. хенджинова лестница как-то близко, сам хенджин тоже. он пришел на его сторону, сам того не заметив?       щеки вспыхивают, и под внимательным взглядом старшего он, запинаясь, добегает до банки.       — как это так… как… — бормочет под нос, вызывая у хвана смешок.       хенджин не собирается лезть в его голову, но рядом с ним может забыть о том, что творится в его собственной.       джисон слишком увлеченно рассказывает о волейболе, пусть сам знает лишь основы правил, пьет противный иван-чай с овсяным печеньем, сказав, что хенджин не должен терпеть его неприятный вкус в одиночку, у него в глазах звезды светятся, и дергается он от каждого их случайного прикосновения, как ошпаренный.       он выглядит энергичным, ходит по кухне, активно размахивая руками, а когда садится, не выдерживает больше двух минут, вставая снова. хенджин смотрит на него с улыбкой, внимая каждому слову и, к своему удивлению, запоминая каждую мелочь его рассказов и мелких особенностей повествования.       — будешь завтра на тренировке? — они опять на чердаке.       — так сильно хочешь увидеть меня, детка? — он улыбается закатившему на это глаза хенджину, — да, дома все равно делать нечего. — он помолчал с минуту. — тогда, пока?       хван кивает, не понимая, почему младший не уходит. он, наконец, опускает взгляд на свою руку, что вцепилась в рукав его толстовки, и тут же одергивает ее. джисон хмыкает, скрываясь за дверью к себе.       дни пролетают слишком быстро.       — хорошо поиграли сегодня. — чан улыбается, демонстрируя свои милые ямочки, вытирает пот полотенцем и ловит взглядом джисона, что пытался забросить волейбольный мяч в кольцо. — джисон, не хочешь сегодня погулять?       хан резко поворачивается, едва не получая мячом, и активно кивает. минхо, стоящий рядом, мешкается, прежде чем крикнуть:       — хенджин-а! — хван давится водой. — пошли с нами сегодня.       джисон хочет раскрыть глаза в шоке, но зрение все еще плохое, поэтому он лишь прищуривается в попытке увидеть реакцию хенджина.       — хорошо. — раздается хлопок в ладони и радостное минхово «оооо!».