Свет свечи в твоем окне...

***

«Я буду очень очень тебя беречь Я буду небо за тебя молить Я буду пламенем наших свеч Я буду очень тебя любить.»

***

Декабрь 2016 год       Онорина не праздновала Рождество 25 декабря, оно все-таки православная. Но Крис сделал предложение съездить куда-нибудь на выходные. Отстраниться от проблем, побыть вместе. Сначала она отнекивалась, ссылалась на брата, но мать настояла, и взяла 3 дня отгула. И Рина сдалась под напором аж 3 человек. Скотт тоже поучаствовал. Рина заметила, что его брат довольно много присутствует в жизни Криса, и всегда участвует во всех обсуждениях, проблемах, делах.       24 декабря не было и 8 утра, когда Эванс подъехал за Риной прямо к дому. —Бегом. —командовал он, увидя как Рина вытаскивает тяжелую сумку из дома.       Сам подбежал и схватил багаж. —Рина, мы едем на 3 дня. Ты вещей набрала… —Не ворчи! Мы едем в Бостон, так? Там по любому встретимся с твоими родственниками. Я немного набрала подарков. —Шутишь? —на выдохе возмутился он. -Там их купить, конечно, негде. —Ннее вор-чи, старичок! —цокнула Рина. —Ага, ага, опять намек на возраст. —Да что за пунктик, Эванс? Мы с тобой давно все порешали. Не так ли? —Но подколоть то стоило? —он подмигнул Рине. —Конечно, Эванс, как же жить без подколов. Сначала тренировки на брате. А теперь я попалась в клетку как воробушек. —Эй, воробушек, мы опоздаем на самолет. —и прошептал— Как же я их боюсь. —А как же летаешь? —услышала Рина. —Как как в памперсе. —и расхохотался.       Это они обсуждали уже в машине. Крис сам не мог понять, как же быстро они сошлись. Может так и лучше? Они встречались, и Крис уже был частым гостем в ее доме. Ник слабел с каждым днем, но семья Рины не сдавалась. Он ослеп совсем, но Рина продолжала ставить свечи и сидеть рядом.       На самолет они почти опоздали. Бросив машину на платной стоянке, бегом с сумками и чемоданами полетели к стойке для пропусков. — Мистер Эванс, бизнес — класс. Вас ждут. — Простите, простите. Так вышло.        Сидя в креслах, не могли отдышаться. Глянули друг на друга и рассмеялись. — Вот мы лузеры. — шепнула Рина. — Да уж. Вот сошлись на этой почве. — Простите мистер Эванс. — стюардесса подошла к двум смеющимся людям. — Да? — Вы опоздали. Багаж загружен был раньше. Ваш багаж будет доставлен следующим рейсом. Он будет через 6 часов. Вам удобно? Напишите адрес, куда отвести. Приносим свои извинения. — Что ж, пожал он плечами — сами виноваты. Конечно, напишу. Да уж, стремно без вещей. — Крис похлопал себя по карманам. — Даже кредитки нет. — Эта ваша дурная америкосовская привычка.       Онорина улыбнулась и вынула из маленького калача наличные. — Хоть такси есть на что вызвать. — А отель? — Уже все оплачено. — улыбнулся Эванс. — Я же все заранее. Только мама уламывала к ней. Но мы же полетели провести время вместе. А к ним только на Рождество. — Ловлю тебя на слове. Ты обещал побыть со мной и отвлечься. Ведь скоро улетишь на съемки. — Я уже скучаю. Но не будем о грустном. Эти выходные будут только нашими. Сегодня на ужин и целых два дня…м-м-м-м-… я думаю… Мы не будем вылезать из пастели. — Ну да, выспаться не мешало.       Крис скривил гримасу, а Рина громко хохотнула. — Нее-тт. Я о другом. — Все все молчи. — девушка приложила пальцы к его губам.       Недолгая поездка, и они в отеле. Полет составил почти 6 часов, но Рина устала безумно. Ритз-Карлтон Бостон оказался милым отельчиком, всего в 5 этажей. Чистый, уютный, и номер большой. Третий этаж, огромная кровать, диванчик у окна, комод, светильник, и распахнутые двери в гостиную. Там диван, телевизор, стол, и огромные окна. Эванс постарался. Пафос. Его долбаный пафос. Но Рина была без сил, и ей не хотелось с ним ругаться.       Девушка с удовольствием плюхнулась лицом на мягкую перину. — Фыкарно. — пробубнила она.       Крис сел рядом и смачно ударил по пятой точки. — Нет-эээ, полежать дай. — Рина развернулась к нему. — А еще вещей нет. Нет ни наряда, ни подарков. — А я говорил, что здесь все купишь. — Теперь придется. Только где деньги взять? У меня тоже немного налички. — Точно. Напомнила, хорошо. Надо в банк позвонить. Они сделают чек переводом из ЛА за пару минут. И мы сможем платить. — Я устала. — Хорошо. Давай так: я в банк иду, ты отдохнешь. Я приду, пойдем искать подарки и платье. Суета сегодня, так что не достанется нам подарков, наверно.       Крис хлопнул дверью. — Ну, вот откуда у тебя столько сил, и — Рина хихикнула. — У меня вот лень.       «Лень» продолжалась недолго, минут 15. Рина вздохнула громко, уселась на кровати. Надо приходить в себя время почти 4. В конце концов, сегодня сложный день и 2 дня бонусом. Отдых, это круто.       Поднялась. Душ. Хоть полотенца и халаты в стоимости. Улыбнуло. Приятно тепло, чисто. Ах, душа поет. — Онорина, я вернулся. — услышала она столь родной голос. — Уже выхожу. — Неа, неа, я присоединюсь.       В пару шагов оказался у двери в ванную. — Увы, — Рина выглянула и щелкнула его по носу. — О-па-ззззз-дун! — А может, повторишь? — Неа, времени нет. — Теперь есть. — пожал плечами Крис. — Как так? — Вот так. Банки закрыты. Совсем. Рождество ведь.       Рина чуть не выругалась на русском матом. — И что делать? А подарки? — Делать нечего, придется воспользоваться услугами компании «одолжи братец». — Скотт тут? — Да. Вчера приехал. Он и нас звал, но я сказал, что работа у тебя. — Понятно. Тогда звони. Времени не остаётся. — Уже. Звоню.       Рина подумала о некрасивой одежде. Пипец. И как она в джинсах на праздник? Семейный. — Мне платье нужно. — шепнула. — Да, Скотт. Давай сейчас. Ну, ситуация, багаж приедет поздно вечером. Да только около 8. Мы у мамы будем. Я адрес написал ее. Я сразу отдам. Я понял. Но хоть что то открыто? Круто. И что делать? Понял. Очень выручишь. Все, встретимся там. -Что Скотт сказал? — Привезут тебе 2 платья. У его знакомой твой размер. Придется так. А подарки…блин. Оденься, может найдем какой-нибудь магазинчик с безделушками. — Безделушками, Крис? Серьезно? — У мамы все есть. Она будет рада и ерунде. — Хорошо. А племянники? — А племянники будут спать. Багаж придет вечером. Положим под елку, завтра найдут. — Точно. Значит, только родителям. Ой, а сестрам? — Я уже одарил их переводом. — Ты. А я? — А разве мы не вместе? — Крис, ты понял, о чем я. — Хорошо, купим и им безделушки. Приедут основные, будет вдвойне приятно. — Согласна. Объясним все потом.       «Безделушки» были куплены. Но Рина была не сильно довольна. Крис успокаивал, как мог. Платья, увы, не выдающиеся. Но какие есть. Синее на бретельках, карандашик. Сверку прозрачная накидка до икр. Сойдет. Не на «Оскар» же.

***

***

      Онорина валялась в кровати уже сутки. Не родственники, ни вера, ни звонки Криса не спасали от депрессии. Во всем винила себя и свою жизнь. Он не мог быть рядом из-за съемок. Ника похоронили дома в России. Рядом с отцом, бабушкой и дедом. — Я остаюсь. — шептала она. — Я остаюсь дома.       Крис смотрел в экран по видео-звонку на нее как безумный. — Я остаюсь. — шептала она сквозь поток слез, который не заканчивался. — Прошу, не говори так. Ты убиваешь меня.       Звонок... Видео... Отклонено... Принято... Послано все на хрен! — Только вернись. — его просьбы в СМС оставались без ответа. — Мне нужно многое тебе сказать. Прошу, вернись.       Конечно, вернется. За учебу столько уплачено. Как она бросит ее на полпути. А вот мама была настроена в обратную сторону. Учиться еще 2,5 года. «Я приеду» — СМС дошло до получателя.       Как отлегло от его сердца, увидев после очередного сложно-уставшего дня «Мстителей» съемок заветный ответ на экране. Открылось второе дыхание и эти 5 часов отдыха показались сладким раем.

***

      Онорина молча стояла и трепала его отросшую бороду и волосы. Он изменился. Постарел что ли? Для фильма отрастив волосы и отпустив еще больше бороды, казался могущественны титаном, строгим, неотесанным. Крис целовал ее ладони, крепко сжав их в своих руках. — Ты все для меня. Я рад, что вернулась.       Она опять устало улыбалась. — Мама не приехала. А я учусь здесь. — И я рад, что это заставило тебя вернуться. Мой воробушек, мне так жаль.       Он спустился ниже, расстёгивая верх кофточки.       Рина похудела за эти недели, осунулась. Даже ключицы стали выпирать. Кофту долой, как и его рубашка. Она прекрасна. Ремень брякнулся бляшкой об пол. За ним полетели и джинсы, с ее нижним бельем.       Он двигался медленно, как будто боялся сломать что-нибудь в ее теле. Он не был с ней почти месяц. Ее тело тоже скучало по его теплым, мощным и большим рукам. Рина стонала, шепча высохшими губами его имя. Отчего его разум зажигался еще больше, и возбуждение достигло пика. — Ты только будь со мной. Я никогда не заставлю тебя страдать. Из твоих глаз не будут литься слезы. Обещаю тебе, Онорина. Мой воробушек.       Новая свеча горела на ее подоконнике до самого утра, пока совсем не погасла, закончившись.